Глава 7

Мы точно занимались дольше двух часов. Снова и снова я призывала магию. Но светлая выходила из подчинения, едва пробудившись, а темная, мне еще чужая, и вовсе отказывалась сотрудничать. Так что бедняге Коннору не раз пригодился щит, а я почти научилась летать.

— Ничего. Главное — начать, — успокоил меня темный, когда мы наконец закончили и покинули аудиторию, спустившись по лестнице вниз.

Мои ноги гудели, тело ломило, я чувствовала себя так, словно кто-то выжал меня досуха, и теперь еле плелась за старшекурсником, переставляя непослушные ноги.

Вот и лестница оказалась позади, и очередной зал, и широкий коридор…

Коннор вел меня за собой и немного раздражал своей неспособностью уставать. Зато мне стало понятно, почему его считают одним из лучших учеников. Ведь это надо же — так выложиться и остаться бодрым и полным сил! Даже подумать страшно, какой у темного потенциал!

«А что тогда говорить о Готтаре?» — вдруг мелькнула странная мысль. Ведь это Николас считается лучшим учеником Мортерея! Тогда что может он! Даже думать страшно.

Мы свернули за угол очередного коридора и оказались в портретной галерее, замеченной мной еще раньше. И вот тут-то я едва сдержала недовольный стон, когда услышала тихие шаги, а затем и увидела тех, кто направлялся прямиком к нам.

Ну конечно же! Мне ведь не могло повезти! Тот, о ком я имела неосторожность подумать секунду назад, тут же появился рядом, хотя и в приятной глазу компании.

— Коннор! Мы тебя искали, — прозвучал спокойный голос.

Я невольно запнулась, но тут же продолжила идти, глядя, как к нам с Коннором приближаются его друзья — Валентайн и Готтар.

Грант остановился. Я встала за его плечом, взирая на парней со старшего курса. Они в ответ посмотрели на меня. Никто не задал ни одного вопроса, из чего стало понятным: друзья Коннора в курсе его индивидуальных занятий со мной.

— Нас вызвал господин ректор, — быстро сказал Валентайн, глядя на старосту, а я посмотрела на блондина и подавила глупую улыбку, едва не тронувшую губы.

Кажется, он мне нравится! Но ведь это не так плохо, правда?

— Что-то важное? — спросил мой спутник.

— Да. Нам надо идти, — быстро ответил Тэйлор и, посмотрев на меня, спросил: — Сама доберешься до общежития?

Мне бы сказать нет, но что-то дернуло кивнуть. Наверное, насмешливый взгляд Николаса? Так или иначе, Валентайн улыбнулся мне и добавил, обращаясь уже к старосте:

— Тогда идем.

И вся троица, резво развернувшись, направилась прямиком в сторону стены, на которой висели картины.

— Э! — попыталась я остановить парней, но они один за другим подошли к портрету какого-то деятеля академии и… прошли сквозь него, подобно призракам, и исчезли.

— А? — только и смогла произнести я. — Что? — И дабы убедиться, что глаза меня не подводят, тоже подошла к портрету. Несколько секунд медлила, глядя в нарисованные глаза мужчины, затем вытянула руку и потрогала плотное полотно.

— Портал? — пробормотала едва слышно.

В тот миг, когда моя ладонь снова скользнула по поверхности портрета, что-то произошло, потому что препятствие в виде картины и стены за ней вдруг исчезло. Моя ладонь провалилась в пустоту, а за ней последовала и я, качнувшаяся вперед.

Тихий вскрик — и я погрузилась в темноту, сомкнувшую за моей спиной свои объятия. Плюхнулась вперед, успев выставить перед собой руки, и миг спустя обнаружила себя в темном узком коридоре, освещенном странным тусклым светом, тянувшимся желтой жилой по потолку.

Поднявшись, отряхнула колени и обернулась, надеясь увидеть выход обратно в картинную галерею. Но мои надежды рассыпались прахом, когда руки коснулись твердой стены. Выхода назад не было.

Я закатила глаза.

Ну зачем, спрашивается, да, зачем я проявила любопытство? Дернуло же меня ткнуть пальцем в картину! Что я хотела проверить? Наличие портала? Вот и проверила. Упала не пойми куда!

Очередная попытка выбраться тем же путем назад ничего не дала. Я лишь беспомощно погладила шершавую кладку стены, а после, отряхнув руки от мелкой пыли, повернулась и посмотрела в глубину коридора. Было интересно, попала ли я туда же, куда и Коннор с друзьями, или меня выкинуло совсем в другое место, как это порой случается с порталами. Да и портал ли это? Вполне могло быть, что я попросту вошла в тайный ход, который открывался лишь этой троице.

Так или иначе, оставаться на месте не представлялось возможным. Кричать я тоже поостереглась, а потому единственным правильным для себя вариантом выбрала идти дальше. А еще верить, что старшекурсники меня не прибьют за то, что невольно, но сунула нос туда, куда мне его совершенно точно совать было не положено.

Полная сомнительной решимости, я пошла вперед. Коридор оказался бесконечным. Я шла и шла, а он все не кончался. Порой стены его сужались, а иногда потолок опускался так низко, что я едва не касалась его макушкой и была вынуждена немного пригнуть голову. Ноги, и без того уставшие после подъема на башню, казались ватными. Я чувствовала, что еще немного — и просто начну переставлять их при помощи рук, когда впереди зазвучали голоса и…

Плеск воды?

Я запнулась, не понимая, откуда за стенами замка вода и куда меня привел этот ход. Но так или иначе, мне нужно было вперед, ведь там Коннор и выход из этой ловушки! Только что-то вынудило перейти с решительного шага на крадущийся. Я двинулась ближе к стене, когда коридор стал расширяться, а полоса света, тянувшаяся все это время над головой, вдруг разделилась сначала на две, затем еще и еще, пока не превратилась в целую сеть света, ползущую по стенам.

— Ого, — прошептала я, остановившись у начала широкой пещеры, в которой было все, как положено в подобных местах, если они находятся в горах. Сталактиты и сталагмиты находились на потолке и каменном дне, превратив пещеру в этакий каменный лес, а чуть дальше, за четверкой фигур, стоявших ко мне спиной, красовалось подземное озеро, плескавшееся низкими волнами на гладкий берег.

Я задержала дыхание, узнав в людях, стоявших у озера, троицу старшекурсников и…

Да, нет сомнений. Этот четвертый был тем незнакомцем, которого я не успела разглядеть тогда на обрыве. Зато теперь отчетливо увидела светлую шевелюру и догадалась, кто стоит передо мной.

Ректор йети. Ну конечно же! Это он!

— Значит, вы утверждаете, что не знаете, кто убил нашу сестру? — прозвучало в тишине, и я прижалась спиной к стене, слушая странный, совсем не человеческий голос. Каждое слово сопровождалось неприятным щелканьем, шипением и треском. Словно говорил не человек.

— Мы сами не знаем, что произошло, — последовал ответ. Говорил ректор академии. Несмотря на то, что мы с ним виделись и общались всего лишь один раз, я узнала этот голос, который вряд ли могла спутать с чьим-либо.

Тут озеро у ног четверки плеснуло волной, и я различила блестящий хвост и часть морского крыла.

Накки!

Сердце пропустило удар. Кажется, я вздохнула громче, чем следовало, потому что накки зашипела, а один из парней обернулся и почти безошибочно посмотрел на меня, скрытую в нише коридора.

Я еще плотнее прижалась к стене.

— Кто там? Кого вы еще привели с собой? — возмутилась жуткая русалка, а я попятилась назад, моля всех богов, чтобы помогли мне не издать ни звука. А затем и вовсе застыла, зажмурившись, будто это могло помочь мне стать невидимой. Использовать магию, понятное дело, не решилась, так как могла вполне спалить эту пещеру ко всем драконам, высушить озеро и поджарить накки, которая вряд ли была вкусной.

— Мы одни, — сказал ректор. — Ты можешь говорить спокойно, Лиара.

И снова плеск и шипение вперемешку со словами, которые стало трудно разбирать.

— Узнайте! Найдите того, кто это сделал! — зло заговорила накки. — Нашей сестре вырвали сердце! Моя душа требует отмщения! Мой народ пробудился посреди зимы, вышел из спячки. Мы требуем… И если вы не поможете, то…

— Мы выполним все ваши требования, — мягко прервал пылкую речь русалки йети, а я вдруг почувствовала, как на губы опустилась чья-то сильная рука. Затем меня подняли, небрежно перекинули через плечо и понесли прочь от пещеры и озера.

Немного чужой магии — и я лишилась возможности говорить. Зато мои руки остались свободными, и уже спустя несколько секунд я принялась дубасить по широкой спине старшекурсника, посмевшего действовать так нагло!

— Да тише ты, Тыква! — прозвучало спустя время, и я действительно затихла. Только ненадолго. Потому что поняла, кто именно из троицы темных студентов нашел меня в пещере и теперь несет прочь.

Не то чтобы я была против покинуть место, куда меня не звали, но тот факт, что наглец, тащивший меня, оказался Николасом Готтаром, возымел неприятное действие. И теперь я, радуясь возможности как следует отомстить за обидное прозвище, принялась еще старательнее стучать кулаками по твердой, как гранит, спине парня. Вот же здоровый кабан!

Еще несколько минут он терпел мои тычки, потом вдруг остановился. Я даже удивилась и перестала драться. Тут Готтар возьми да сбрось меня с плеча. Я уже решила было, что шлепнусь на каменный пол, но парень, видимо, вспомнил о манерах, потому что придержал меня и просто усадил на дно природного коридора. А сам встал, глядя сверху вниз.

— М-м-м! — сказала я, злясь, что на губы печатью наложено темное заклинание.

Он поднял руку, щелкнул пальцами, но вместо того, чтобы вернуть мне способность разговаривать, просто поставил полог тишины, после чего наклонился ко мне и спросил:

— Что?

— М-м-м! — уже яростнее сказала я и указала на свои губы.

Нахал изогнул правую бровь и, распрямившись, заявил:

— Такой ты мне нравишься больше.

Я встала. Отряхнулась. Затем тараном двинулась на старшекурсника, вынуждая последнего отступить к противоположной стене коридора. Всего какие-то три шага — и вот я стою, пыхчу от злости, глядя в глаза насмешнику, и понимаю, что ну ни капельки он не проникся моим бедственным положением. И уж точно нисколько не боится моего праведного гнева.

— М-м-м! — повторила я уже более грозно, а про себя почти закричала: «Да сними ты с меня свое заклинание!»

Парень хитро улыбнулся и качнулся вперед, отчего наши лица оказались в опасной близости. Правда, ему для этого пришлось еще и наклониться ко мне, но я храбро выдержала пристальный взгляд, не отступила ни на шаг.

— И как ты здесь только оказалась, Тыква? — спросил Николас, а затем поднял руку, провел пальцами по моим губам и тут же убрал ладонь, успев за долю секунды до того, как я что было силы шлепнула по его наглой конечности.

— Руки убери, нахал! — рявкнула и замерла, только теперь осознав, что снова могу говорить. Это придало мне храбрости. — И перестань называть меня тыквой, иначе я за себя не отвечаю! — пригрозила, глядя в наглые, усмехающиеся глаза парня.

Он наклонился ко мне и внезапно стал совсем серьезным. Изменение показалось мне настолько разительным, что я невольно отшатнулась.

Да что с ним не так, спрашивается?

— Ты придуриваешься, Кристина, или действительно ничего не помнишь? — вдруг ошарашил меня вопрос Ника.

Я нахмурилась.

— Ты вообще о чем? — спросила, совершенно не понимая, что он несет. Что я должна помнить?

Мы вцепились друг в друга взглядами, перекрестив их, словно острые мечи. Наглый старшекурсник, кажется, не собирался ничего мне объяснять. А еще…

…еще мне показалось, что Готтар мне попросту не верит. Но ведь нас не может ничего связывать! Я бы точно запомнила такого наглеца, слишком уж красивый этот гад!

— Эй, Ник, ты здесь? — Тихие шаги и голос Коннора заставили нас с Николасом отпрянуть друг от друга. Я обернулась назад, посмотрев в глубину коридора, и с облегчением заметила три фигуры, направляющиеся в нашу с Готтаром сторону.

Первым шел староста темного факультета, за ним Валентайн и замыкал шествие ректор-йети. Уже спустя несколько секунд они поравнялись с нами и остановились.

— Так, — сказал Беркли и посмотрел на меня. — Я не собираюсь отчитывать вас, мисс Кларк, но очень хочу узнать, каким образом вы оказались в пещере.

Заметив, что йети не кажется разозленным, я быстро и честно ответила, рассказав все как было. Меня выслушали не перебивая. Даже парни молчали, глядя на меня с некоторым интересом. Я не сразу поняла, в чем именно он заключается, пока ректор академии Мортерей не произнес:

— Все понятно. У вас пробудилась огромная сила, мисс Кларк. Не каждый сможет пройти в тайный ход внутри академии. Хотя я и прежде почувствовал в вас особый потенциал.

Его слова кое-что объяснили, а кое о чем заставили задуматься.

— Но, господин Беркли, у меня не был особенным дар света. То есть, — я развела руками, — уровень был неплох, но ничего особо выдающегося.

Йети кивнул.

— Так бывает. Поэтому у вас и пробудилась иная сила. А судя по тому, что она намного превосходит свет, вам недолго еще ходить с подобным диссонансом. Уже скоро темная магия вытеснит светлую и постигать новую силу станет легче, — объяснил он. — Коннор и вы, господа, — ректор повернулся к лучшим студентам академии, — присмотрите за мисс Кларк. Мне кажется, ваша помощь не будет лишней.

Он улыбнулся, а я покосилась на Готтара, который по-прежнему выглядел довольно мрачно.

Вот от чьей бы помощи я точно отказалась, так это от его. Ума не приложу, как и чем он может помочь, если мы на дух не переносим друг друга. Вот только спорить с ректором не стала, потому что решила — Николас думает так же, как и я.

— Сейчас проводите мисс Кларк в общежитие, — велел троице Беркли. — И, мисс Кларк, — он взглянул на меня, — мне ведь не стоит предупреждать вас, чтобы вы никому не рассказывали об увиденном сегодня?

— Ни слова, господин ректор! — кивнула я уверенно.

— А мы проследим, — пообещал Коннор.

— Хорошо. А сейчас расходимся, — улыбнулся йети и шагнул в стену. До того, как я успела удивиться, мужчина исчез, пройдя через препятствие будто призрак.

— Вы тоже так умеете? — обратилась я к Коннору. — Или там, на той стороне, очередная картина?

— У ректора особые таланты, — спокойно объяснил староста. — Мы перемещаемся исключительно в пределах тайных переходов. Поэтому идем. Боюсь, без нас ты попросту не найдешь выход.

— Идемте, парни. Я мечтаю упасть в кровать и хорошенько выспаться, — сказал красавец Тэйлор. Друзья переглянулись и пошли вперед. Я последовала за ними хвостиком, но спустя несколько секунд не выдержала и спросила:

— Что случилось с накки? С той, которую я нашла на берегу? Кто забрал ее сердце и зачем?

Коннор оглянулся.

— Вижу, ты успела услышать достаточно много, прежде чем Ник отправился за тобой, — сказал староста.

— Тебе не стоит совать нос куда не надо, — бросил, не оглядываясь, Готтар. У меня создалось ощущение, что он злится на меня. Ну да не моя проблема. У него явно не все дома. Решил, что мы когда-то виделись, еще и вечно обзывается, тыква да тыква! Обидно ведь!

— Сердце накки — очень ценный ингредиент для самых опасных зелий, — пояснил Валентайн.

— Но кому он мог понадобиться?

— Вот этого мы не знаем. Ни один маг академии не пошел бы на подобное, — сказал староста.

— Но поймать накки возможно только зимой, когда все они впадают в спячку, спрятавшись подо льдом, — все же присоединился к объяснениям Николас. — В любое другое время года сунуться к озеру, в котором водятся эти существа, равносильно смерти.

Я опустила взгляд.

— Русалки вне себя от ярости. Ректор пообещал, что найдет убийцу, — проговорил Коннор, и тут парни остановились в центре коридора. Почти одновременно они развернулись лицом к правой стене и один за другим прошли сквозь нее, оставив меня молча взирать прямо перед собой.

— Эй! — позвала я и, протянув руку, ткнула пальцем в стену, надеясь, что, как и в случае с картиной, за стеной окажется проход. Только палец больно ткнулся в препятствие, и я отдернула руку, недовольно зашипев.

— Эй! — сказала уже громче. Они ведь не оставят меня здесь, решив, что я смогу самостоятельно пройти через стену? А что, если мне подвластны только картины, а не стены всяких там коридоров?

Я не успела испугаться, когда из стены протянулась рука. Меня схватили и дернули вперед. Ахнув и зажмурившись, я сделала шаг, а когда спустя секунду открыла глаза, то обнаружила себя в коридоре академии, но не там, где вошла в портрет. Это была совсем другая галерея — вместо портретов на стенах висели изображения каких-то магических и явно очень темных ритуалов. Из одной такой картины я и вышла, озираясь по сторонам.

— Без нас в картины не лезь, — предупредил Коннор.

— А кто еще умеет это делать так, как вы? — поинтересовалась у старосты.

— Боюсь, что больше никто, — усмехнулся Готтар. — Так что, Тыква, не рискуй. А то заберешься куда-нибудь одна, да так и останешься там на веки вечные.

— Балбес, — огрызнулась я, понимая, что это всего лишь темный юмор Ника.

— И тем не менее он прав, — очень серьезно сказал Тэйлор. — В академии так много тайных ходов, что даже мы не все знаем. Избегай неприятностей, Кристина.

— Я не против, — ответила блондину, а про себя подумала: будут ли сами неприятности избегать меня? Особенно в свете последних дней, когда они меня будто преследуют. И особенно здесь, в академии Мортерей. Да, тот еще вопрос!

***

— Ничего себе у вас с Грантом занятия, — сказала Рубина, когда я вошла в нашу комнату.

Некромантка лежала на кровати, расслабленно закинув ногу на ногу, а верный скелет массировал ей пальцы на руке с таким усердием, что меня невольно передернуло. Стоило лишь представить, как к тебе прикасаются все эти косточки, ну просто бр-р-р!

— Да. Он вымотал меня до предела! — ответила тихо, а сама вспомнила, свидетелем чего сегодня стала, пусть и невольно. Ну вот почему именно я нашла мертвую накки? И почему именно я смогла провалиться через портрет следом за парнями?

Наверное, за подобные приключения стоит благодарить мои способности и слишком длинный нос!

— Тут к тебе заходил парень по имени Эван. Принес какие-то тетради, — сообщила соседка. — Я положила их в стол.

Андерс, вспомнила я. А ведь со всеми этими приключениями совсем забыла про конспекты! Спасибо ему огромное. Сегодня точно сил на изучение тетрадей не хватит, поэтому посмотрю все завтра, но нужно будет обязательно поблагодарить его за помощь.

Я кивнула соседке, затем забралась в свой шкаф, извлекла чистые вещи и поплелась в ванную комнату. Там приличное время просто стояла под напором воды, чувствуя, как вместе с потом стекает усталость.

Утром непременно будет все болеть, иначе никак! А сейчас я почти огурчик, если так можно выразиться.

Когда я вышла из ванной, Тобиас уже массировал некромантке ступни и, судя по довольному выражению лица Рубины, делал это весьма умело.

— Я спать, — сообщила вслух.

Рубина приподнялась на локте и взглянула на меня.

— Измотал тебя наш староста, — пошутила она.

Я лишь кивнула в ответ и почти упала на кровать, мечтая только о том, чтобы ночь тянулась бесконечно долго и я успела выспаться всласть.