Глава 8

Первой, сразу после завтрака, была пара у профессора Стоун. Мы снова очутились в аудитории, полной банок и склянок, а на доске, появившейся, вероятно, специально к нашему приходу, возникла формула особенного яда, как выразилась Миранда.

— Очень легкий и очень опасный яд, — сообщила нам профессор, когда мы заняли свои места у столиков, разбившись на пары. Я ничуть не удивилась, когда рядом оказался мой новый знакомый, Эван. И, воспользовавшись случаем, тихо поблагодарила его за конспекты.

— Надеюсь, они помогут тебе догнать курс, — также шепотом ответил Андерс и мило улыбнулся, отчего его лицо преобразилось, сделавшись намного привлекательнее.

Вот идет некоторым улыбка, подумала я и улыбнулась в ответ.

— Несмотря на то что рецепт прост в исполнении, — продолжила профессор Стоун, — я тем не менее призываю каждого очень ответственно относиться к точной дозировке ингредиентов.

Студенты дружно закивали, а Миранда, бросив на нас с Эваном выразительный взгляд, подошла ближе и, заложив руки за спину, посмотрела на Андерса.

— Вы поможете мисс Кларк освоиться и справиться с заданием, Андерс? — спросила она у парня.

— Конечно, профессор, — с готовностью кивнул Эван.

— Вот и замечательно. И будьте очень осторожны с ингредиентами, мисс Кларк. Полагаю, некоторые из них вам будут незнакомы. Зельеварение у светлых магов в некоторой степени отличается от наших методов и рецептов.

Сказав все это, преподаватель отошла от нас и села за профессорский стол, на котором в своем горшке дремала уродливая Бусинка.

— Ну что, приступим? — предложил Эван и зачитал список, написанный на доске. — Грифель проклятого дерева — два грамма, ягоды синеглазки толченые — один грамм, золотушник молотый — полтора грамма.

— Да тут каждый ингредиент уже сам по себе откинь копыта, — вздохнула я. — Что уж говорить о сочетании всех этих гадостей.

— Серебряная иглица смягчит действие, — ответил парень и добавил: — Идем, покажу, где что можно брать.

Мы отошли от столика и устремились, подобно остальным студентам, к полкам у стены. На самой нижней нашли то, что требовалось: специальные весы, серебряные ложечки и мешочки с нужными нам травами и ягодами, уже высушенными и молотыми.

— Варить станем на магическом огне при температуре сто двадцать градусов, — с уверенностью заявил Эван, после чего взял один медный котелок из тех, что стояли дальше на низком столике, сунул его мне в руки и спросил: — Сможешь развести огонь и довести его до нужной температуры?

Я кивнула. Это мне по силам. Конечно, были опасения, что магии снова начнут конфликтовать, но я же не могу теперь ничего не делать из опасения вызвать этот конфликт? Надо пытаться подчинить себе новую силу, а не поддаваться страху.

Взяв котелочек, вернулась к нашему столику. Склонившись, провела ладонью над выщербленной поверхностью, пробуждая пламя и придавая ему нужную плотность, чтобы удержало вес котелка, а затем поставила последний сверху и довольно улыбнулась. Первый этап прошел успешно. Теперь надо подкорректировать градус тепла.

Я снова протянула руку и ощутила, как магический огонь стал заметно обжигать кожу.

— Вижу, ты справилась, — сказал подошедший ближе Андерс. Он принес серебряную иглицу, которая находилась в жидком состоянии. Проверив температуру огня под котелком, Эван дождался, когда медь нагреется, и только после вылил в нее жидкость.

От соприкосновения с медью иглица пыхнула дымом, и мы с Эваном одновременно отпрянули. Он тихо рассмеялся, а затем добавил:

— Теперь идем за ингредиентами. Будешь сама взвешивать.

— Хорошо, — ответила бодро. — Это я тоже умела.

В итоге, потратив почти пять минут, мы с парнем выполнили все по рецепту и, помешав варево серебряной ложечкой, принялись ждать положенный эффект.

— Помешивать до полного растворения, — продиктовал Эван.

— Мешаю, — вздохнула я, заметив, что синеглазка упорно не желает растворяться. Оглянувшись, отметила, что и остальные ребята сражаются с этим зельем, а значит, мы все делаем правильно.

Время от времени профессор Стоун поднималась со своего места и, заложив руки за спиной, прохаживалась, посматривая на студентов и заглядывая в котелки едва ли не за каждым столиком. Где-то она одобрительно кивала, где-то покачивала головой, и я со страхом ждала, когда профессор подойдет к нам.

— Не бойся, это очень простой рецепт, — шепнул мне Эван. — Мы просто не можем его испортить.

— Мы — нет, — сказала уверенно. — А вот я вполне.

— Почему ты так решила? — Он тихо рассмеялся.

— У меня с некоторых пор талант, — ответила я с улыбкой. — Ты не поверишь, но до того, как на меня навалилась эта напасть в виде темной магии, я была очень даже многообещающей студенткой, при том что мой потенциал был чуть выше среднего.

— Я в тебя верю, — поддержал меня Эван, а я, опустив взгляд на зелье, пискнула от удовольствия, заметив, что синеглазка наконец-то изволила раствориться. Правда, теперь варево пахло так, будто в котелке что-то сдохло.

Профессор Стоун, уловив ароматы нашего яда, проворно подошла к нашему столику и, принюхавшись немного тщательнее, улыбнулась и сказала:

— Отлично. Вы станете первыми, чей яд проверит Бусинка.

Она щелкнула пальцами, и магический огонь под котелком погас. Андерс вовремя подхватил посудину и мягко поставил на стол, а профессор поспешила за своим питомцем, торопясь испытать на цветочке наше варево. Я очень надеялась, что на этот раз все получилось, но, зная свои таланты, немного сомневалась в успехе.

Профессор, вернувшись с цветочком, заговорила, обращаясь к Бусинке:

— Просыпайся, моя дорогая. Пора работать.

Жуткий цветочек открыл бутон, развернув листья и лепестки, да так широко, что мне показалось, будто Бусинка просто зевнула на свой кошмарный манер, а затем повернулся к хозяйке.

— Андерс, будьте любезны, зачерпните яд и угостите им Бусинку, — велела профессор Стоун, и Эван повиновался. Было заметно, что цветочек парню тоже не нравится. Он осторожничал, когда подносил к опасной представительнице флоры серебряную ложку с ядом, и проворно отдернул руку, когда цветочек принял на душу порцию зелья.

— Ну что вы, Андерс, — усмехнулась преподаватель, тоже заметив осторожность Эвана. — Бусинка почти не кусается!

— Меня останавливает уточнение «почти» в вашей фразе, — пояснил студент.

— Понимаю, — кивнула профессор, и наши взоры обратились к цветку.

«Не вздумай почернеть!» — подумала я, глядя на Бусинку, но, к моему облегчению, цветочек так и остался красным. Питомица хозяйки аудитории даже затрясла лепестками, что вызвало довольную улыбку госпожи профессора и, видимо, означало хорошее качество яда.

— Вы справились, — важно кивнула профессор Стоун.

— Госпожа профессор! — прозвучало в аудитории. — Мы тоже готовы! — заявил один из студентов, и Миранда Стоун с цветочком в руках поспешила прочь от нашего стола.

Мы с Эваном переглянулись.

— А ты переживала, — произнес парень.

Постепенно, один за другим, студенты заканчивали задание. Последние справившиеся сварили яд, одобренный в результате Бусинкой, за пять минут до гонга, а затем профессор Стоун отпустила нас, и мы поспешили на следующее занятие, для которого мне понадобилась метла.

Полеты стояли второй парой и должны были проходить на полигоне у академии, поэтому перемена ушла у меня на то, чтобы вернуться в общежитие, переодеться и, прихватив метлу, вместе с ребятами с курса отправиться на занятие.

В этот раз я шла рядом с Эваном и чувствовала себя почти на своем месте.

Полеты вел долговязый мужчина с длинными темными волосами, которые он завязывал в хвост. У него было лошадиное лицо и очень выразительные глаза, больше похожие на темные омуты, — наверное, единственная привлекательная часть его тела.

— Это Глазастый, — шепнул мне Эван, когда мы вышли во двор перед академией.

Я не стала уточнять, откуда у профессора взялось подобное прозвище. А вот звали его Рид Линч, и этот самый Глазастый оказался довольно строгим преподавателем.

— Итак, студенты, — начал мужчина, когда мы выстроились на снегу, — сегодня задание для всех — подняться на вершину башни. — Он вскинул руку и не глядя ткнул куда-то вверх.

Я задрала голову и удивленно моргнула. Академия возвышалась над нами на добрую сотню метров, конечно учитывая острые башни, шпилями пронзавшие небо. На одной из башен я разглядела нечто странное: то ли гнездо, то ли еще что-то подобное. Возможно, весной там гнездятся аисты? В принципе, лететь туда всего ничего, решила я, но, опустив взгляд на профессора Линча, поняла, что не все так просто.

— Каждый из вас должен взять из корзины, которую я закрепил на шпиле, одно яблоко и принести его мне, — продолжил преподаватель, а затем, резко остановившись, так нам всем улыбнулся, что лично мне сделалось не по себе.

Вот чую подвох, а понять, в чем он заключается, пока не могу!

— После того как вы принесете мне яблоко, ваш урок считается законченным. Если сделаете это раньше, чем истекут полтора часа, то получите в свое распоряжение остаток пары как свободное время, — закончил Глазастый и, резко вскинув руки, отшвырнул назад темный плащ с ярко-алой подкладкой, махнувший как крылья жуткой птицы.

— Итак, по метлам! — добавил профессор, и я, оседлав свою метлу, посмотрела на Эвана.

— Что не так? — спросила, надеясь получить хоть какое-то объяснение этому заданию.

— От профессора Линча не стоит ждать ничего хорошего, — ответил парень и тихо добавил: — Готовься обороняться.

— Что? — ахнула я, но парень, оттолкнувшись от земли, подпрыгнул, и метла подняла его в воздух. Следом за ним один за другим взвивались в небо мои сокурсники. Я промедлила, глядя в небо над головой и не замечая ничего опасного. Но миг спустя один из студентов, который уже подлетал к шпилю, вдруг истошно завопил и, свалившись с метлы, полетел вниз подобно камню. Я успела лишь заметить, как над ним словно прозрачная тень промелькнула, а в следующий момент профессор Линч взмахнул руками, и порыв воздуха подхватил студента-неудачника, перевернул в воздухе и швырнул в огромный сугроб, который еще утром сгребли тролли. Приземление вышло удачным и смешным — из сугроба торчали только ноги студента, а его метла, зависнув над хозяином, терпеливо ждала, когда тот выберется на волю.

— Мисс Кларк? — Профессор Линч обратил на меня внимание и приблизился, при этом держа под контролем небо и своих студентов. — Я знаю, что вы только осваиваетесь, но на моих уроках никто не отлынивает, и я никому не делаю поблажек.

— Да, господин профессор, — ответила я.

Над головой снова завопили. Линч не глядя метнул магией вверх, и еще двое студентов, один из которых оказался девушкой, нырнули в сугроб.

Я сглотнула вязкий ком и взвилась вверх, пытаясь понять, с чем или с кем мне придется сразиться.

Первые несколько этажей поднималась плавно, внимательно глядя по сторонам и над собой, когда рядом с оглушительным криком вниз полетел мой сокурсник.

— Ух ты, — проговорила и икнула, то ли от страха, то ли от холода. День сегодня просто выдался морозным, не иначе.

Я направила метлу в сторону и тут заметила, как воздух рядом со мной будто пошел волнами. Щеки окатило ледяной волной, словно сама зима дохнула на меня. Я моргнула и призвала силу. Заклинание проявления скрытого вспыхнуло на ладони, и, когда воздух рядом снова стал густым и морозным, я бросила сгусток магии прямо перед собой.

Секунда — и пространство пошло тонкими нитями синего света, а еще спустя долю секунды я увидела существо, летавшее рядом со студентами и мешавшее нам достигнуть заданной цели.

Это был дракон. Обычный белый дракон, а точнее, детеныш, который не так давно научился летать, но при этом еще не умел дышать ледяным пламенем.

Я разглядела прозрачные глаза, массивную голову, покрытую шипами, и широкие голубые крылья со сверкающими наростами ледяных кристаллов.

Но вот по телу моего дракончика пробежали искры, и он снова принял незримый облик. Зато я теперь точно знала, кто мне противостоит.

Ай да Линч! Ай да коварный тип!

Я направила метлу в сторону, краем уха расслышав очередной вопль. Кажется или пока никому из моих сокурсников не удалось принести яблоко господину профессору? Так почему бы мне не удивить его и не сделать то, что не смогли другие? Конечно, просто не будет, но теперь я хоть имею представление о том, кто мешает студентам в небе, и могу на время сделать так, чтобы дракон стал видимым.

Рядом повеяло холодом, и я резко взмыла вверх, не теряя из виду нужную башню и шпиль с корзиной. Яблочки были там, лежали и ждали только того момента, когда кто-нибудь их соберет.

Я пролетела мимо одного из студентов, повисшего на метле. Очевидно, белый дракон смахнул студента во время полета, а так как был обучен не вредить, а только хулиганить, то почти сразу оставил парня болтать ногами над бездной и профессором, ждущим, когда еще один студент с курса загремит головой в сугроб.

Мне бы пролететь мимо и броситься к корзине, но вредный внутренний советчик воззвал к моей совести, и со вздохом я направила метлу на помощь к студенту.

Едва тронулась с места, как мимо с воплем пролетела какая-то девчонка. В тот же миг Глазастый подхватил ее своей магией и в наказание за ошибку отправил в сугроб. А я подлетела к студенту и, склонившись, протянула руку, предлагая помощь.

Парень уставился на меня, удивленно моргнул.

— Держись, — велела я и пустила по руке силу, достаточную, чтобы выдержать вес студента.

Он пару секунд колебался, затем принял помощь, но оказался немного тяжелее, чем я рассчитала на глаз, и меня потянуло вниз вместе с метлой, на которой сидела.

— Елки! — вырвалось невольное. Я увеличила силу, одним рывком подняла студента и забросила его на временно осиротевшую метлу, которая летала поблизости от своего хозяина.

Студент ловко сел на летательный аппарат и, вцепившись в древко метлы, бросил на меня быстрый благодарный взгляд.

— Клинт Мак-Кой, — представился он и добавил : — Спасибо. Сочтемся. — А затем взмыл вверх к шпилю башни и оказался первым, кто достал из корзины яблоко.

Пролетев мимо меня, он отсалютовал со всем почтением и опустился к профессору Линчу, а я сильнее вцепилась в метлу и решила повторить подвиг Клинта и стать пусть не первой, кто справился с заданием, но одной из первых.

Заветный шпиль и корзинка приближались. Я успела увидеть румяные бока наливных яблочек и даже мысленно представила себе, как протягиваю руку и хватаю одно из них, когда рядом потянуло ледяным потоком. Плечо ощутимо толкнуло твердое крыло, и меня едва не опрокинуло назад.

— Ах ты мелкий паразит! — выругалась беззлобно. Дракоша отлично выполнял свою задачу — не подпускал к корзине студентов. Вот и сейчас меня почти сбросили вниз.

Однако я отлично летала. В Сирин за полеты на метле мне ставили всегда высший балл! При том что профессора светлой академии тоже любили пошалить со своими учащимися и порой устраивали гонки с препятствиями, особенно на экзаменах.

Я склонилась к метле и направила ее прочь от шпиля, заметив, как в это же время к корзине сразу с нескольких сторон подлетают трое моих однокурсников, выбравших тактику — хоть кто-то да успеет. Дракон мгновенно отвлекся и успел сбросить двоих, когда третий — девушка с темными волосами — успел взять яблоко и уже летел вниз, вскинув руку и торжественно выставив свой улов напоказ.

Двое упавших были подхвачены магией Линча и упали в сугроб, а девчонка важно протянула профессору трофей и стала второй из всего курса, кто сумел справиться с возложенным на нас заданием.

— Ну, Крис, давай! — шепнула я себе и полетела к корзине на предельной скорости, надеясь обогнать дракона. Но уже у самого шпиля, когда до цели оставался один удар сердца, меня толкнуло в спину потоком холодного воздуха. Качнувшись вперед, я вильнула в сторону и, облетев шпиль, вцепилась одной рукой в метлу, а вторую вытянула, чтобы успеть схватить яблоко.

Рядом раздался недовольный рев. Дракоша попытался перехватить меня, с силой хлопнул крыльями, надеясь попросту сдуть с метлы, но я была бы не я, если бы не вцепилась изо всех сил в метлу рукой, усилив хватку с помощью магии. В силу своих размеров и ограничений в действиях дракон не смог перехватить меня, и заветное яблоко было получено.

— Да! — пискнула я, мысленно радуясь, что мой незримый противник еще не может дышать ледяным огнем или кусаться. Все, что он умел, — это толкаться и дуть холодным ветром.

— Да! — повторила я, довольная собой, и направила метлу вниз. По крайней мере, хоть в полетах удалось не ударить лицом в грязь, или, точнее, в сугроб.

Миг спустя я приземлилась рядом с профессором Линчем и протянула ему яблоко.

Он принял фрукт и как-то странно посмотрел на меня. Затем, выдержав паузу, проговорил:

— Отличный маневр, Кларк. Мне кажется, мой предмет дастся вам относительно легко.

— Благодарю, профессор. — Я держала метлу в руке и была готова танцевать от счастья. Почему-то эта маленькая победа вдохновила меня, как и последующие слова Глазастого:

— И я видел, что вы могли стать первой, кто принес бы мне яблоко. — После этой фразы преподаватель улыбнулся. — А теперь ступайте и правильно распорядитесь свободным временем. У вас в запасе еще целый час перед следующей парой.

Я благодарно кивнула и направилась в сторону академии, невольно вздрогнув, когда за спиной прозвучал чей-то возмущенный вопль и очередной студент упал в сугроб, так и не справившись с заданием.

Мысленно пожелав однокурсникам удачи, я вошла в академию и направилась прямиком в общежитие, чтобы привести себя в порядок.

***

В комнате, кроме Тобиаса естественно, никого не оказалось. Так что ванная комната была в моем полном распоряжении.

Приняв душ и переодевшись, я решила просмотреть конспекты Андерса, игнорируя пристальный взгляд скелета, но прежде села за стол и, взяв чистый лист и чернила, написала короткое письмо, предназначавшееся ба. В нем я сообщила, как добралась и что нужно отправить мне в академию. Закончив с письмом, достала тетради и, забравшись на кровать с ногами, принялась изучать записи Эвана.

У парня оказался вполне разборчивый почерк. Я пролистала только тетрадь за первый курс по технологии темной магии и уже поняла, что Андерс очень кропотливо вел записи лекций. Все у него было на своих местах, с пометками на полях, которые объясняли некоторые аспекты предмета. Так что до самого гонга я провела время с толком и, лишь когда началась переменка, принялась собираться на очередную лекцию, спрятав конспекты на место.

— А ты классно летаешь, — сказал мне Эван, когда я спустилась в гостиную общежития и увидела его сидящим перед камином с книгой в руках. Еще часть однокурсников тянулась к выходу, спеша на занятие.

Хотелось ответить Андерсу комплиментом на комплимент, но я неожиданно поняла, что не помню, чтобы видела Эвана, когда улепетывала от дракона. Правда, там, в небе, было не до гляделок и все мои мысли сосредоточились на задании Линча.

— Ты меня ждал?

— Это так очевидно? — Он закрыл книгу, встал и, сунув ее под мышку, подошел ко мне. — Идем?

— Идем, — не стала я отказываться от приятной компании.

Мы присоединились к остальным и толпой покинули гостиную. Краем глаза я заметила Кларка, парня, которому помогла во время практики у Линча. Он тоже увидел меня и приветливо помахал рукой.

— Смотрю, ты обзаводишься новыми знакомыми? — улыбнулся Эван.

— Да. Мне ведь учиться здесь два года, иначе никак. — Я пожала плечами, а затем достала лист с расписанием и заглянула в него. — «Колодезная мгла», что это за предмет такой?

Эван усмехнулся.

— Общение с потусторонним миром, — пояснил он. — Сейчас мы придем в аудиторию, и ты сама поймешь, откуда взялось такое название.

Заинтригованная, я сунула расписание обратно в сумку и спустя почти пять минут блужданий по замку увидела, что мы двигаемся куда-то вниз. За черной дверью, украшенной странными, незнакомыми символами, оказалась длинная лестница. Спускались парами. Воздух здесь был сырой, как в старых подвалах, а еще промозглый. Откуда-то дышали сквозняки, и несколько раз я заметила широкие полотна паутины, которым было страшно представить, сколько десятков лет.

Идущие впереди студенты освещали нам путь магическими огнями, а я таращилась на влажные стены и в очередной раз сравнивала Мортерей и Сирин, понимая, насколько эти две академии отличаются друг от друга.

Лестница привела нас в подобие подвала, из которого вели в разные стороны три коридора. Мы пошли по центральному. Когда в тишине, нарушаемой лишь топотом множества ног да дыханием студентов, раздался глухой звук гонга, впереди скрипнула, открываясь, дверь.

— Очень мрачно, — прошептала я, поглядывая на Андерса.

— Здесь занимаются некроманты, — также шепотом ответил парень.

Аудитория, в которой мы оказались, почти не отличалась от других, уже увиденных мной. За одним лишь исключением: здесь было темно как ночью. Мрак разбивали лишь светильники на стенах, горевшие синим пламенем. Обстановка была крайне неприятная и непривычная для меня, бывшей студентки Сирин. Здесь пахло сырой землей, влагой, какими-то грибами, заплесневелыми досками и крысами. Последнее радовало мало, хотя было ожидаемо от подвального помещения. На стенах висели цепи и огромный портрет, тонувший в темноте, так что было невозможно толком разглядеть того, кто на нем изображен.

На возвышении, где стоял высокий стол с несколькими свечами, тоже горевшими синим огнем, никого не оказалось.

— Профессор опаздывает? — спросила я у Эвана удивленно, пока мы занимали свободные места в центре.

Вместо ответа парень хмыкнул. А едва все темные расселись по местам, как синее пламя взметнулось вверх, став ярче и сильнее, а возле стола появился призрак мужчины с длинными волосами, аристократической внешностью и офицерской выправкой. Когда-то этот призрак был очень красивым человеком, да и сейчас вызывал приятные ассоциации, несмотря на то что давно был мертв.

— Недоброго дня, господа студенты, — сказал преподаватель, и я, быстро выложив тетрадь и письменные принадлежности на стол, заглянула в расписание и прочитала имя профессора.

— Ариус Трейлон, — прошептала еле слышно.

— Тсс! — шикнул на меня Эван, и я, кивнув, подняла взгляд, устремив его на профессора Трейлона. Призрак начал пару, встав в центре кафедры с заложенными за спину руками и взирая на нас спокойным, я бы даже сказала — несколько отрешенным взглядом.

— Итак, господа студенты, — произнес профессор Трейлон, — сегодня мы попробуем осуществить на практике то, о чем я рассказывал вам на прошлой неделе. Все, кто ответственно отнесся к моему предупреждению, должны были изучить материал. Кто не сделал этого, я не виноват. — Он развел руки в стороны и усмехнулся. Я же нахмурилась. Не знаю, как остальные, но я точно не готовилась ни к какой практике. Следовало сказать об этом призраку.

— Франклин, Джайлз, Торрил, — перечислил Трейлон фамилии студентов, и названные поднялись на ноги, — подойдите ко мне и возьмите колодцы.

Парни, сидевшие с краю, видимо, поэтому они и были выбраны профессором, спустились к кафедре и направились к дальнему столу, тонувшему в темноте. Вернулись они со странными кольцами — темными пластинами железа, замкнутыми в круг, и начали раздавать кольца по рядам, выкладывая одно перед каждым студентом. Мне тоже выдали такое, и тут я решила, что пора заявить о себе, и подняла руку, чем привлекла внимание призрака.

— Вы… — Он посмотрел в мою сторону, прищурив глаза. Кстати, выглядело это очень забавно — призрак, щуривший прозрачные глаза.

— Сэр! — Я поднялась. — Мое имя — Кристина Кларк. Я лишь недавно попала в Мортерей и, признаюсь, не готова к практике по вашему предмету. Для меня это первое занятие по мгле.

Он спокойно выслушал меня, затем подплыл, не касаясь ногами земли.

— Ах да, — протянул Трейлон, — новая ученица из академии Сирин.

— Да, сэр, — подтвердила я.

Меня осмотрели, изучили, а затем призрак сказал:

— На моих занятиях занимаются все без исключения. Я сделаю для вас поблажку, мисс Кларк. Сегодня, если у вас не получится погрузиться во мглу, вам не будет засчитан неуд, как остальным, кто не подготовился. — Мрачный взгляд профессора скользнул по рядам студентов. Кто-то отвел глаза, кто-то нервно улыбнулся, и я поняла, что к практике готовы не все.

— И все же вы сделаете все наравне с остальными. Я лично помогу вам погрузиться во мглу в первый раз. Заодно оценим ваш потенциал по моему предмету.

— А это не больно? — зачем-то спросила я.

Трейлон улыбнулся.

— Не больно, Кларк. Но холодно. Вы же не боитесь зимы и холода, не так ли?

Я не боялась, а потому отрицательно покачала головой.

— Вот и славно, — произнес профессор и вернулся на кафедру, встав так, чтобы его видели все студенты.

К этому времени кольца были распределены между учащимися. Я опустила взгляд на свое, покосилась на Эвана, но Андерс лишь плечами пожал.

— Вообще-то, это бывает интересно, — шепнул он еле слышно. — Мы не некроманты, но должны освоить этот предмет. Он стоит у нас одним из обязательных.

— Почему? — удивилась я.

— Ну, сложно объяснить, — снова пожал плечами Эван. — Мне кажется, посредством изучения мглы ищут одаренных темных магов, способных предсказывать будущее и видеть прошлое, и…

— Мистер Андерс! — прозвучал в тишине голос профессора.

Я вздрогнула, а Эван поднялся с места и посмотрел на призрака.

— Не помню, чтобы разрешал вам выступать, — холодно сказал Трейлон. — Если у вас есть что сказать, вы можете спуститься на кафедру, и я дам вам слово.

— Нет, сэр, — тут же ответил Эван. — Мне нечего сказать однокурсникам.

— Тогда не отвлекайтесь на болтовню с красивой молодой леди, Андерс, иначе я рассажу вас, и вы, а не она будете наказаны отстранением от моих занятий до конца семестра.

Я не выдержала. Подскочила и, глядя на призрака, произнесла:

— Это я отвлекла Андерса, сэр, так как хотела знать больше о новом для меня предмете. Видите ли, у нас в Сирин не преподавали ничего подобного.

Трейлон усмехнулся.

— У вас и не могут преподавать ничего подобного, мисс Кларк. А вот подниматься с места без разрешения и высказываться я вам позволения не давал. На первый раз и вы, и мистер Андерс можете садиться. Если разговоры повторятся, то вы оба будете отстранены от моих занятий. И если мистер Андерс отлично знает предмет, то для вас, мисс Кларк, это будет большой проблемой, потому что в конце учебного года вы сдаете экзамен по мгле.

Вот как, подумала я и почти пожалела о своем порывистом стремлении защитить Эвана, потому что поняла, что сделала только хуже.

— Садитесь, — смилостивился Трейлон, и мы опустились на стулья, а призрак, оглядев аудиторию, произнес: — Итак, приступим к практике. Все помнят заклинание, вызывающее мглу?

Студенты на рядах с готовностью закивали.

— Специально для нашей новой студентки, мисс Кларк, я его повторю. — Взгляд Трейлона устремился ко мне. — Записывайте, мисс.

Я схватила шариковую ручку, которую предпочла перу.

— Мортум порталес, — произнес призрак. Подняв руку, он простер ее полом, и почти в тот же миг под ладонью Трейлона появилось темное, смоляное мерцание в форме вытянутого овала. Следом за профессором ребята повторили заклинание, подняв руки над кольцами, а я быстро записала слова и покосилась на Эвана, сидевшего рядом. Под рукой парня тоже проявилась густая тьма, точно заполнившая форму кольца. Мне показалось, что кольцо сдерживает этот мрак, не позволяя ему выйти за рамки. У Эвана тьма получилась намного гуще, чем у Трейлона. Скорее всего, это было связано с тем, что Андерс — живой маг, а преподаватель, увы, мертвее не бывает. Хотя я не предполагала ранее наличия магии у призраков. А может быть, просто знала о них слишком мало? Боевые маги в Сирин изучали, как развоплощать призраков, но этот предмет в академии светлых был строгой направленности, а не как здесь — общим.

— Приступим. Даю всем времени полчаса, — сказал Трейлон.

Эван опустил голову, всматриваясь во тьму, да так и застыл, будто окаменев.

— Эй! — не на шутку испугалась я, но тут призрак подплыл ко мне и произнес:

— Вам нечего бояться, мисс Кларк. С мистером Андерсом будет все в порядке. Он вернется ровно через тридцать минут и ни секундой позже. А пока предлагаю вам попробовать свои силы в темной магии.

Не знаю почему, но мне совсем не хотелось делать это. Светлая часть моей силы взбунтовалась, и подавить ее получилось с огромным трудом.

— Произнесите заклинание над кольцом и посмотрите, что получится, — предложил профессор. — И ничего не бойтесь, Кларк, я рядом.

Ему было просто говорить. А мне вот стало не по себе. И все же я сделала так, как было велено, и немного удивилась, когда под моей ладонью в кольце всколыхнулось черное масляное пятно, такое же густое, как у Эвана.

— Отлично, — кивнул призрак, — а теперь просто опустите голову, и мгла все сделает за вас.

— И что там? Что я увижу или почувствую? — спросила, посмотрев на Трейлона.

— Каждый видит разное. Кто-то не видит ничего. Совсем ничего, — почти мягко ответил мужчина. — А кому-то открывается будущее или прошлое. Все зависит от вашего подсознания и того, что вы жаждете узнать вот здесь. — Трейлон поднял руку и ткнул себя указательным пальцем в лоб. Конечно же, палец прошел насквозь, что меня самую малость позабавило. Решив рискнуть, я опустила голову и посмотрела на темное пятно.

Почти в тот же миг в глаза ударил свет, ослепив меня на несколько секунд. Охнув, я вцепилась руками в край стола и вдруг почувствовала, что руки не нащупали этот самый стол. Я моргнула раз, другой, и мир вдруг начал приобретать краски, а яркий свет отступил, открыв моему взгляду огромный старинный дом. Я узнала его без труда. Это был дом моих родителей. Я увидела парк с тенистой аллеей и фонтаном. Увидела огромный вяз, на котором еще находился домик, построенный для меня отцом в ту пору, когда мне было всего пять лет. Увидела гостей, собравшихся под навесом, установленным у искусственного озера, в котором водилась форель.

Увидела и детей, приехавших вместе с родителями на какой-то праздник.

Я не сразу вспомнила, что это был за день. А затем меня осенило.

Так это же мой день рождения!

Сделав шаг, ощутила, как под ногой смялась сочная трава.

Мама… Папа…

Я уставилась на родителей, погибших, казалось, целую вечность назад. Увидела и ба, которая сидела за столиком и разговаривала с нашей соседкой, леди Брукс.

Сорвавшись с места, бросилась вперед, но земля под ногами качнулась, и я невольно сменила траекторию бега, направившись совсем не туда, куда собиралась.

Меня несло к детям, к моим товарищам по играм, собравшимся в стороне от взрослых. Я увидела и себя — задорную, в новом муслиновом платье, с огромным бантом в волосах. Я принимала подарки и гордо взирала на собравшихся, чувствуя себя почти взрослой.

Удивительно было смотреть на себя со стороны! Я помнила это время и то, какой была тогда.

Мои друзья, все дети аристократов, избранные не мной, а в большей степени родителями, весело смеялись, а я вдруг остановилась и, повернув голову, увидела справа одинокого мальчишку, толстого, неказистого. Он был старше. Не очень значительно. Наверное, на год или два. И я почти не помнила его, по крайней мере сейчас. Темноволосый, в смешном темно-оранжевом костюме, который делал его похожим на…

…тыкву, подумала я и нахмурилась.

Никто не обращал на маленького гостя внимания. Более того, дети бросали на мальчика такие уничижительные взгляды, что нынешней мне стало не по себе. А все потому, что маленькая я из прошлого смотрела на этого мальчика сверху вниз.

И маленькая я знала то, чего не помнила старшая, уже студентка академии Мортерей.

Я хотела подойти ближе, но тут все звуки резко стихли.

— Кларк! — прозвучало в тишине. Я, моргнув, подняла голову и вдруг поняла, что вернулась в аудиторию профессора Трейлона.

— Боже, — прошептала я, не совсем осознавая, что увидела, и то, что вполне могло быть моим прошлым.

— Вижу, вы успешно побывали во мгле, — похвалил меня призрак-преподаватель.

Как он только узнал?

Я посмотрела на профессора Трейлона и коротко кивнула.

— Расскажете нам, где побывали и что увидели? — спросил он.

Я посмотрела по сторонам. На Эвана, который тоже закончил с заклинанием, и на девочку, сидевшую по другую сторону. Она была рыжей и с интересом глядела на меня, видимо ожидая того же, что и Трейлон.

— Ничего особенного, — ответила я на вопрос. — Я видела свое прошлое. Свой день рождения и родителей.

— Очень интересно. — Скрестив руки на груди, призрак отплыл к кафедре. Там он немного повисел над полом, затем повернулся и, взглянув на меня, сказал: — Я рад, что у вас есть способности к моему предмету, и попрошу ректора, чтобы вам назначили дополнительные занятия по колодезной мгле. Я хочу лично подтянуть вас по своему предмету.

— Спасибо, господин профессор, — промямлила я в ответ, не совсем соображая, что говорю. А все потому, что в моей голове вдруг ярко прозвучало это неприятное «тыква» и я вдруг поняла, кем был толстый одинокий мальчик на моем дне рождения.

И почему Николас Готтар называет меня именно так.