Глава 6, в которой духи показывают зубы, а Тийва теряет терпение

Южная точка находилась на краю замерзшего озера.

Мы добрались туда, когда небо начало светлеть от усилившегося Светопада. Зеленые волны сияния теперь пульсировали так ярко, что отбрасывали тени на снег.

то были длинные, кривые и неправильные тени.

— Мне это не нравится, — пробормотала Хрумса, кружа над нами. — Тени не должны так себя вести.

— Что не так с тенями? — спросила я, стараясь не смотреть на свою собственную, которая вытянулась и изогнулась так, будто принадлежала совсем другому существу.

— Они живые, — ответил Иску, останавливаясь у большого плоского камня посреди льда. — Светопад влияет на все, даже на тени. Не обращай внимания, пока они не начали двигаться отдельно от нас, все в порядке.

— А если начнут?

— Беги.

Я решила, что он шутит. Наверное.

Иску установил третий амулет на камень. Этот был темнее остальных, с более сложными узорами — знаками воды и льда.

— Южный ветер самый сложный, — предупредил он, доставая барабан. — Он капризный и не любит, когда его торопят.

— А мы его торопим?

— Очень.

Отлично.

Я встала позади Иску и снова положила руки на его плечи. Теперь это казалось естественным: чувствовать тепло его тела под ладонями, слышать ровное дыхание, ощущать, как он собирается с силами перед ритуалом.

Он ударил в бубен.

Звук разлился по озеру, отразился от льда и вернулся эхом. Иску запел на том же древнем языке, что и раньше, но мелодия была другой. Более плавной и текучей, как вода.

Я закрыла глаза и нырнула в его магию.

Нити связей светились вокруг, но южная, та, что вела к южному ветру, была не просто порвана. Она была завязана в узел. Сложный, запутанный, злой узел.

— Что за… — пробормотала я.

Я попыталась дотронуться до узла, но он дернулся и затянулся еще сильнее. Южный ветер не просто обиделся. Он разозлился и решил наказать Иску, завязав их связь так, чтобы ее невозможно было распутать.

— Ладно, — прошептала я, засучив мысленные рукава. — Посмотрим, кто кого.

Я начала осторожно тянуть за концы узла. Он сопротивлялся, но я упрямо продолжала. Тянула, подцепляла и раскручивала. Это было похоже на работу с самым запутанным клубком ниток, который я когда-либо видела.

— Послушай, — обратилась я к южному ветру, — я понимаю, что ты сердишься. Иску был не прав. Он требовал слишком много, не спрашивал разрешения. Но знаешь что? Завязывать связь в узел — это по-детски.

Узел возмущенно дернулся.

— Да, именно по-детски. Взрослые духи разговаривают и объясняют, а не устраивают истерики с узлами. — Я потянула за очередную петлю. — Так что давай-ка развяжемся и поговорим, как цивилизованные существа.

О чудо, узел медленно, нехотя начал распутываться.

— Вот так-то лучше, — говорила я, осторожно раскручивая петлю за петлей. — Иску действительно сожалеет. Я вижу это. Он целый год мучился. Потерял сон, аппетит и покой. Разве этого недостаточно?

Последняя петля плавно развязалась. Нить, чуть подрагивая, свободно повисла.

— Прошу тебя, — мягко сказала я. — Вернись. Ему нужна твоя помощь. Нам нужна твоя помощь. Светопад угрожает и людям, и духам. Если мы не остановим его сейчас, пострадают все.

Южный ветер колебался. Я чувствовала, как он взвешивает, стоит ли прощать.

А потом будто почувствовала чье-то прикосновение. Что-то теплое коснулось моего сознания. Мягко, осторожно и с любопытством. Это южный ветер изучал меня.

— Меня зовут Тийва, — представилась я. — Крыло. Нуэйтэ, мастер бытовой магии. Я чиню то, что сломано. И сейчас пытаюсь починить связь между тобой и Иску, потому что вы нужны друг другу.

Ветер прошелся по моим мыслям и воспоминаниям о доме, оленях, уроках, о том, как Иску почти-улыбался. О тепле, которое я почувствовала, когда он обнял меня.

И… принял решение.

Нить вспыхнула ярким золотым светом и соединилась. Я выдохнула и открыла глаза.

Иску стоял неподвижно, запрокинув голову. Вокруг него кружился теплый и влажный ветер, пахнущий далеким летом и травами. Южный ветер вернулся.

— Он… упрямый, — выдохнул Иску. — Но он… вернулся.

— Я уговорила его, — сказала я, чувствуя, как ноги подкашиваются от усталости.

Иску обернулся, поймал меня под локоть.

— Осторожно. Ты слишком много тратишь сил.

— Я в порядке.

— Ты бледная как снег и еле стоишь. — Он усадил меня на камень, достал из сумки кусок вяленого мяса и горсть сушеных ягод. — Ешь. Магия отнимает энергию, поэтому нужно восполнить.

Я послушно съела. Мясо было жестким, но вкусным, а ягоды сладкими и терпкими.

— Лучше? — спросил Иску, наблюдая за мной.

— Лучше.

Он присел рядом. Мы сидели молча, наблюдая, как третий амулет светится на камне, выпуская нить барьера в небо.

— Тийва?

— Ась?

— Ты сказала южному ветру, что я потерял сон и аппетит?

Я замерла, чувствуя, как краснеют щеки.

— Ты слышал?

— Не слышал, скорее, чувствовал, — сказал он и посмотрел на меня. — Ты права. Я действительно потерял сон. И многое другое.

— И нашел? — тихо спросила я.

Он помолчал, а потом медленно, очень медленно кивнул.

— Начинаю находить.

Наши взгляды встретились. И в этот момент я поняла, что влипла. По-настоящему, безнадежно влипла. Потому что Иску Ломполу с его серыми глазами, серьезным лицом и почти-улыбками уже пробрался куда-то очень глубоко в мое сердце.

Хрумса издала громкое «ух-ху».

— Милые мои, если вы закончили смотреть друг на друга влюбленными глазами, то сообщаю: у нас проблема.

Мы резко вскочили.

— Какая проблема? — спросил Иску.

Хрумса указала крылом на лед озера.

— Вон та.

Из трещины во льду вылезало что-то большое, мокрое и очень-очень сердитое.

В следующий миг я поняла, что это чадзь — дух воды.

Он был огромным. С меня ростом, но в три раза шире. Состоял из воды и льда, постоянно меняющих форму. То казался человеком, то рыбой, то чем-то средним. Глаза, как два круглых омута, смотрели на нас с любопытством и голодом.

— Он не должен быть здесь, — прошептал Иску. — Духи воды живут глубоко. Они не выходят зимой.

— Светопад нарушает правила, — объяснила Хрумса. — Духи выходят, куда не положено. И некоторые из них… злые. Совсем злые.

Чадзь сделал шаг вперед. Лед под ним треснул, но не провалился. Он был частью озера. Здесь его сила.

— Что нам де… делать? — заикаясь, спросила я.

— Бежать, — коротко ответил Иску.

Что ж, доходчиво.

— А амулет?

— Он уже работает. Бегом!

Мы рванули по льду. Чадзь медленно, но неотвратимо последовал за нами. Каждый его шаг сопровождался громким треском.

— Он догонит! — крикнула я.

— Нужно добраться до берега! На земле он слабее!

Мы мчались изо всех сил. Хрумса летела впереди, указывая путь. Я слышала за спиной всплески, треск льда и что-то булькающее и злое.

Почти добежали!

Еще сорок шагов.

Двадцать.

Десять.

И тут лед подо мной треснул.

Я с воплем провалилась в ледяную воду по колено. Холод обжег так, что перехватило дыхание. Нога застряла между льдинами.

— Тийва! — обернувшись, крикнул Иску.

— Беги! Я сейчас!

— Даже не думай! — Он бросился обратно, схватил меня за руку и дернул.

Нога освободилась, Иску подхватил меня на руки и снова кинулся к берегу. Через несколько секунд мы рухнули на снег как раз в тот момент, когда дух воды дошел до края льда.

Чадзь остановился, посмотрел на нас и медленно угрожающе поднял руку.

— Он злится, — пробормотала Хрумса. — Очень злится.

— На что? Мы же ничего не сделали!

— Ты активировала амулет на его территории. Он считает это вторжением.

Чадзь неповоротливо двинулся к берегу.

— Подожди, он может выйти на землю?! — в ужасе выдохнула я.

— В обычное время — нет. Но в Светопад — да!

Иску поднялся, загораживая меня собой.

— Стой! — приказал он духу. — Мы не враги.

Чадзь остановился. Наклонил голову, словно слушая, что ему скажут.

— Мы защищаем эту землю, — продолжал Иску. — От Светопада. Ты тоже пострадаешь, если он прорвется полностью. Помоги нам.

Дух воды ничего не говорил, только смотрел большими серебристыми глазами без зрачков. А потом медленно начал отступать. Шаг. Второй. Третий. И… исчез в трещине во льду.

Мы выдохнули разом.

— Ты его уговорил? — неуверенно спросила я..

— Скорее напомнил, что у нас общая цель. — Иску повернулся ко мне. — Ты в порядке? Нога?

— Замерзла, но цела.

Он присел, стянул с меня мокрый сапог и принялся согревать ногу при помощи магии ноайди. Вмиг стало теплее.

— Так нельзя, отморозишь, — строго сказал он.

— Я — мастер магии. Сама справлюсь.

— Молчи, мастер. — Он достал из сумки запасные шерстяные носки (какой запасливый!) и натянул на мою ступню. — Вот так. Лучше?

Я кивнула, не в силах говорить. Потому что Иску Ломполу, суровый шаман ветра, заботился обо мне. И это было… невероятно.

— Спасибо, — прошептала я.

Он поднял голову и посмотрел на меня, после чего высушил магией сапог и помог надеть.

— Ты рисковала жизнью ради амулета.

— Ты вернулся за мной.

— Конечно, вернулся. — Он сказал это так, будто другого варианта и не было. — Ты важна для ритуала. Для…

Тишина.

— Дл-я-я-я? — подсказала я.

— Для меня, — тихо закончил он.

Сердце пропустило удар, а Хрумса где-то наверху издала торжествующий клекот.

— Наконец-то!

— Хрумса, заткнись! — хором рявкнули мы.

Она обиженно захлопала крыльями, но послушалась. Но потом явно обругала нас по-совиному.

* * *

Мы шли к последней, четвертой точке на западе, где посреди поля росла старая береза.

Небо светлело. Приближался настоящий рассвет. У нас оставалось совсем мало времени.

— Иску?

— Да?

— После того как мы установим последний амулет… что дальше?

Он молча сделал несколько шагов.

— Дальше барьер будет держаться несколько дней, — все же ответил Иску. — Этого должно хватить, чтобы понять, как закрыть разлом навсегда. — Иску посмотрел на небо. — Но это будет сложнее. Намного сложнее, чем установка амулетов.

— Мы справимся, — сказала я с уверенностью, которой не чувствовала.

— Да, — сказал он. — Мы справимся. Вместе.

Мы шли к последней точке и рассвету, который обещал быть очень непростым.