Глава 37

Дом встретил нас умопомрачительным ароматом свежей выпечки, смешанным с запахами цветов и чайной заварки. А еще величественной мирой Мадлен, одетой в строгое коричневое платье с жестким воротником, с безукоризненной прической и недовольно поджатыми губами. Три часа ночи, а она выглядит так, словно вообще спать не ложилась. На кого сейчас похожа я, даже думать не хочу, видела бы меня бабушка, обозвала бы лахудрой. Хороша невеста в первую брачную ночь!

Да еще и кровью демонов запачкалась, ее я давно научилась определять по запаху, а Терон был залит ею так, словно душ принимал кровавый. Ран на нем я не обнаружила, в отличие от Градиса, руки и грудь которого перечеркивали царапины и кровоточащие раны. Все же он не солгал, когда сказал, что богиня лишила его тьмы. Регенерация у парня стала так себе. Но его мне жалко не было, судя по насупленной физиономии Рокси, она тоже не поддалась жалости и состраданию к собственному мужу.

– Все повторяется, – дернулась я, требуя поставить меня на ноги. – Опять ты в крови, опять я кого-то убила, и опять у нас ничего не получится.

Глаза начало щипать, захотелось разреветься, и так себя жалко стало, что хоть вой. Я и завыла тихонько, изрядно всех перепугав.

– Сатия, ты ранена? Где болит?

Не успела я слова сказать, как Терон взлетел на второй этаж, и спустя мгновение мы оказались в моей спальне. Следом забежала Рокси, за нею приковылял Градис, последней степенно вошла мира Мадлен с миниатюрной бутылочкой, распространяющей вокруг себя отвратительный запах нашатыря. Даже не подозревала, что в этом мире существует подобная гадость. Терон сгрузил меня на кровать и, несмотря на протесты, начал лихорадочно ощупывать, следом за его руками струилась тьма, оставляя на коже щекочущие следы.

– Никс, не молчи! – Голос моего мужа звучал глухо и напряженно. – Что болит?

– Душа! – рявкнула я. – Представляете, она у меня есть!

– То, что вы продали нас принцу, отвратительно!

Рокси решительно отодвинула Терона и устало села на край кровати, ее плечи опустились, сама она скукожилась и казалась сейчас очень ранимой. Я нашарила ее руку и сжала ее.

– Дуа, в вашем распоряжении две ванные комнаты, – чопорно и с нажимом произнесла мира Мадлен. – Вам следует привести себя в порядок, прежде чем ложиться в чистую постель.

– Я первая, – вскочила Рок. – Мне очень нужно вымыться.

Она передернула плечами и быстро вышла из спальни, Градис попытался что-то сказать, но подруга даже не глянула в его сторону.

– Что значат ее слова? – холодно процедил Терон.

Я села, под пристальным и жадным взглядом супруга поправила полы халата, пересказала разговор с наследником и про роль Градиса во всем этом тоже не забыла сказать. По мере моего рассказа лицо дуала превращалось в маску, зато Градис был весьма эмоционален, он кривил губы, закатывал глаза и скептически хмыкал.

– Все вопросы к командору, – глядя в глаза Терону, нагло заявил он. – Это был его план. Но тогда никто не знал, что она твоя сатия.

– Ты ведь понимаешь, что Рокси тебе этого не простит.

Муж долго молчал, буравя Градиса нечитаемым взглядом, при этом его тьма клубилась за спиной черным плащом.

– Поверь, я найду, как все объяснить своей жене, – самоуверенно заявил блондин и добавил: – Если посчитаю нужным.

– Уложение об империи гласит, что это великая честь – отдать первую ночь императору, – строго произнесла мира Мадлен, про которую мы в пылу разборок удачно забыли. – Мирри Рокси была оказана честь, ей не на что обижаться, любая аристократическая семья была бы счастлива получить возможность понести от Золотого Императора.

Очень хотелось послать дуэнью далеко и надолго, но я промолчала. В этом мире свои законы, местные привыкли поклоняться императору как богу, а кто же откажется от секса с богом? Даже моя смелая подруга смирилась со своей участью, и не будь принц таким отвратительным, возможно, она даже обрадовалась бы. Когда тебя с детства учат слепому повиновению и безграничному служению, трудно принять другую правду. Если даже двадцать лет войны не выжгли в людях слепое обожание, то о чем говорить?

– …обычно невеста получает от императора богатые дары, а ее муж – хорошую должность при дворе, поэтому всегда считалось огромной удачей, если император обращал внимание на молодую жену, – вещала мира Мадлен.

– У нас другие законы, мы не торгуем своими женщинами, – резко оборвал ее Терон. – Вспомните о своих прямых обязанностях, принесите девушкам чай и булочки. Градис, за мной! – Но перед тем как уйти, он резко наклонился и осторожно поцеловал меня в щеку. – Спокойной ночи, сатия. Завтра все будет по-другому.

– Хотелось бы верить, – тихо произнесла я, глядя в закрытую дверь.

Чаю я не дождалась, заснула.

Мне снился последний день на Земле: кладбище, знакомый склеп, люди с оружием, гудящие трансформаторы, черная тьма с алыми глазами и окровавленный обнаженный мужчина с пустыми глазницами, он навалился на меня так, что стало тяжело дышать:

– Сатия, теперь все будет хорошо. Я теперь всегда буду рядом. Всегда.

Горячие губы прижались к моему открытому в панике рту, нас окутала тьма, тело мужчины стало тяжелее, я попыталась спихнуть его с себя, но у меня не получилось, попробовала вырваться, оттолкнуть, но он только сильнее впивался в мои губы, делая мне больно, становясь все тяжелее и тяжелее…

– Тшш, ты в безопасности, – раздалось на краю сознания, и я распахнула глаза, все еще оставаясь эмоциями во сне.

Сердце колотилось как бешеное, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя и понять, что я лежу в своей постели, а кто-то крупнее Рокси обнимает меня со спины, осторожно прижимая к себе.

– Это просто сон, – шепнули мне, касаясь уха губами. – Это прошлое.

– Откуда ты знаешь? – сглотнув, спросила я хриплым со сна голосом.

– У нас с тобой одинаковые сны.

По интонации я поняла: Терон улыбается, и почему-то мне казалось, что печально.

– Мне сны снятся очень редко. Очень, – призналась я и затихла, глядя в окно. Светало, солнце еще не пробилось через облака, но уже намекало на скорое появление. – Ой, мне же на тренировку к мэтру Колину! Он сказал, что выгонит, если не придем.

Удивительно, но ощущала я себя отдохнувшей, полной сил и энергии, да и память о встрече с принцем притупилась, как будто это было не вчера, а год назад.

– У тебя сегодня первая ночь в роли жены, и ты собираешься сбежать от мужа к наставнику?

А голос звучит так вкрадчиво, так многообещающе. И щекочет легким как перышко дыханием ухо, шею, плечо. Плечо? Я же засыпала одетая! Дернулась, скатываясь с кровати, и тут же рванула на себя тонкое одеяло, быстро закутываясь в него на манер тоги. Я была голой!

– Почему я раздета? – Ничего лучшего в голову не пришло. Представила, как Терон меня раздевает, и залилась краской. Ну и видок у меня сейчас – лохматая, перепуганная, с алыми от смущения щеками. И Дю не может помочь, пока мы не решили, стоит ли доверять дуалам, она будет прятаться. – Только не говори, что это ты!

– Не буду, – рассмеялся муж.

Вот кто совершенно не стеснялся наготы, так это Терон Драго! Он лежал на боку, подперев голову ладонью, и наблюдал за мной, как кот за мышкой, которая добежала до угла и не знает, куда теперь деваться. Так и мой взгляд не знал, куда деваться, я его пыталась честно направить в окно, но он упрямо возвращался к поджарому рельефному телу. А еще меня как магнитом тянуло посмотреть туда, куда смотреть неопытным девушкам категорически не рекомендуется, чтобы не получить эмоциональную травму на всю оставшуюся жизнь.

– Ты же видела меня без одежды, – большим котом промурлыкал муж и, повернувшись на спину, закинул руки за голову и потянулся. – Не могу понять, чего ты стесняешься? Разве я уродлив?

– Нет, – призналась я честно и все же отвернулась, плотнее прижимая к себе одеяло. – Ты отлично выглядишь. Лучше, чем в наше первое знакомство.

– Мне жаль, что я почти ничего не помню. Я был ослеплен.

– Как такое может быть? – Ну, любопытно же! – Твоя тьма разве не видит своими глазами?

– Это мои глаза, Никс. Симбионт видит моими глазами. У него нет тела, нет слуха, зрения и органов осязания. Он – это я. Мы неразрывны. Разве ты этого не знаешь?

Знаю! Но мы с Дю разные, и эмоции у нас разные. Странно…

– Зачем ты меня раздел? – решила я сменить скользкую тему. – И прошу тебя, прикройся! – Невозможно же разговаривать, когда твой собеседник так возмутительно, я бы даже сказала, вызывающе призывно себя ведет! – Между прочим, я невинная девушка и голого мужчину второй раз в жизни вижу!

Причем первый раз он был менее… призывный! Ладно, будем честными, конечно, я видела мужские тела, но никогда в такой опасной близости от собственного тела, которое, судя по жару, пробегающему по коже, и повышенному сердцебиению, наглейшим образом собиралось меня предать! И с кем? С дуалом, от которого у нас сплошные неприятности!

– Сатия, у нас сегодня самая важная ночь в нашей жизни, а ты предлагаешь провести ее в одежде?

– Предлагаю провести ее в разных спальнях, разных домах и разных мирах желательно!

– Это невозможно, – спокойно ответил Терон, хотя я успела заметить тень, пробежавшую по его лицу. – Наши жизни связаны навсегда. Привыкай к этому.

– А если я не хочу привыкать? – вызывающе вздернула я подбородок. – Если у меня другие планы?

На самом деле я так не думала, но не признаться же в симпатии первой. Да! Он мне нравится! Черт бы его побрал! Красивый, загадочный, сильный и смотрит так, что хочется верить. Но страшно. Пугают меня эти чувства, и тайна дуалов пугает. Пусть он первым расскажет про все их секреты.

Терон словно прочел мои мысли, вздохнул и встал одним легким плавным движением. Вот как так можно подниматься с кровати? Будто у него позвоночника нет! Я замерла, испытывая самые разнообразные чувства – от страха до предвкушения, от желания сбежать до ожидания поцелуя, а может, и большего… Мамочки, мне срочно нужна Дю, а то я с ума сойду от противоречивых желаний!

Но Терон начал одеваться. Просто одеваться! Его черная форма легионера была аккуратно развешана на плечиках в шкафу. И все, что я услышала, это едва различимое:

– Насколько было бы проще, если бы в тебе осталась тьма.

– О да, конечно! – Вот так и падают с романтических высот, Нинка! – С куклой всегда легче. Так может, вам стоит приобрести куклу, дуа Терон?

– Одевайся, – вздохнул он тяжело. – Я провожу тебя на занятия к мэтру.

– Что? – Это было неожиданно. – Вот так просто?

– А ты думала, я возьму тебя силой? – В голосе мужа я услышала обиду. А может, показалось? Потому что физиономия у дуала была совершенно бесстрастная. – Мы ни к чему не принуждаем своих избранных, Никс. Я ведь уже говорил, но ты до сих пор во мне сомневаешься.

– Слишком много секретов, – буркнула я. – Мне нужно к тебе привыкнуть, узнать ближе, влюбиться… Отвернись, пожалуйста.

Терон окинул меня длинным нечитаемым взглядом, а потом глаза его озорно блеснули, и он вкрадчиво предложил:

– Давай начнем с конца? С «влюбиться». А остальное само приложится, честное слово!

– Заставь меня это сделать! – Я показала язык и попыталась прошмыгнуть к шкафу, но была перехвачена и поцелована в нос. – Эй, так нечестно! У меня руки одеялом заняты, я не могу отбиваться.

– Так это же прекрасно! – Терон искренне улыбнулся и нехотя отпустил меня. – Мне сложно не касаться тебя, сатия, когда ты рядом, предвкушаю момент, когда тебе тоже будет это необходимо. Жду на завтрак. Голодную я тебя не отпущу.

Он вышел, а я открыла шкаф, и, пока одевалась, с губ не сходила улыбка. Только одно омрачало удовольствие от нашей пикировки – Терон так мне ничего и не рассказал ни о своей второй сущности, ни о том, зачем им так срочно понадобились жены, и что стоит за всеми этими изменениями.