ГЛАВА 23. УЗНИК ДЕМОНА
Несколько мгновений раздирающей сердце пытки. Иногда он ненавидел быть герцогом, делать такой выбор.
Цитадель неожиданно содрогнулась, поднимаясь на лапы, расправляя крылья. Взмахнула хвостом.
На миг замерев, словно заворожённый, кон Рунг смотрел, как его крепость распрямляет ноги, отталкивается, и, поскрипывая каменными суставами, поднимается в воздух. Как с неё осыпаются многовековые наслоения земли, пыли, прибрежного песка.
Он знал, что это возможно, и даже втайне мечтал увидеть воочию, а то и изнутри – судя по преданиям, последний раз Цитадель летала, когда первый кон Рунг пришёл к власти и привёл её сюда. Представлял, как сейчас там, внутри, оживают статуи и рисунки драконов, занимая оборону, готовясь защищать.
Бельзар взревел, оглушая Навь криком, раздражением от упущенной добычи. В нитях задёргалось маленькое тельце, откуда-то сверкнула ослепительная вспышка. Ратмир присмотрелся, выискивая жену, но не смог различить.
Ринулся было туда, и вдруг почувствовал, как на спине зашевелился нгел. В Нави вяло подняло голову его измождённое отражение.
Выдохнув огнём, дракон притормозил. Он опустит нгела, а после примет бой с демоном. Пусть в одиночку.
Кон Рунг повернулся вниз, настраиваясь на спуск, нащупывая угол максимально приемлемой для состояния нгела посадки. И в тот же миг ощутил, как тело побратима соскальзывает вниз.
«Вилор!» – Ратмир рванул за ним, стараясь не потерять из виду.
– Прости, мой дрекк. И прощай.
Герцог резко развернулся на голос, от перепада высот в глазах на миг потемнело, а после – уже в Нави – он увидел нгела. В настоящем, человечьем теле.
В порыве, на лету превращаясь, Ратмир рванул в Навь за ним.
– Нет, Вилор! Стой!
– Знаю, нет мне прощения.
Герцог огляделся, выискивая, куда делся нгел, но увидел лишь его драконье отражение впереди. Оно улетало – быстро, стремительно терялось где-то в дальних слоях Нави. Ратмир оглянулся на Цитадель – сражение шло полным ходом, и от неизвестности, что сейчас происходит с Арелис, кулаки бессильно сжимались, а дыхание почему-то перехватывало.
Несколько мгновений сомнений, и вот уже дракон с ужасом смотрел на Вилора – настоящего, не драконье отражение – который бесстрашно шагал по Нави.
– Ты что делаешь? Зачем?!
– Я помню о ненавистной стороне твоего проклятия. И не дам тебе взваливать на плечи мой груз. Я сам.
– Но... у нас ещё может получиться... я не собирался избавляться от тебя! Нгела очистить проще, чем кого бы то ни было.
Вилор печально глянул на него, отступая, растворяясь. Только ейчас Ратмир осознал, что он соскользнул со спины нарочно, и где-то там, в Яви, должно быть, осталось его тело. А отражения уже и вовсе не было видно.
– ВИЛОР САНТУАН ГЕРИННИ! – призвал герцог, вкладывая всю свою мощь в этот призыв.
Воронка Тьмы расширялась, и ещё там что-то происходило... он всей душой рвался туда, к своим драконам, к своей жене. К брату. И ею же, всей своей душой, желал остановить нгела.
Отражение Вилора мелькнуло, отреагировав на призыв, но не приблизилось. А призрачный человечий образ выступил вперёд, окинул прощальным взглядом.
– Мы уже прошли через это однажды. И справились! – тихо произнёс Ратмир. Вилор печально улыбнулся:
– Не справились, мой рин. Я подверг тебя опасности. Нгел не может ослаблять своего дрекка.
Кон Рунг сжал зубы. Миг промедления Вилор расценил по-своему:
– Это моё решение. Иди, мой рин, спасай свою женщину и свой мир.
– Наш мир, – прорычал Ратмир, не зная, куда бросаться.
Вилор прав. Один раз найдя дорогу к нему, демоны не отступятся. Но Ратмир готов был бороться за лучшего друга. Ведь у Кастора с Нитамой как-то получалось держаться?
Правда... Ратмир снова с силой сдавил зубы. Они оставались друг у друга. А всех женщин, которые были дороги Вилору, как-то так получилось, забирал у него он, кон Рунг.
– Я готов сражаться с ними рядом с тобой, мой нгел. Сколько понадобится. Не время сейчас на уговоры.
– Это ценно для меня, мой рин. Но к сожалению, слишком поздно.
Развернувшись, Вилор сделал шаг и оказался сразу несоизмеримо далеко от своего дрекка. В душах рвались, прогорали нити связи, скреплённой ритуалом крови.
Кон Рунг бросился вперёд, пытаясь нагнать, остро понимая, что если не сможет остановить, вернуть сейчас – то не вернёт никогда.
Откуда-то – герцог не смог бы объяснить, откуда – вдруг хлынул яркий луч света, будто прорвав завесу Тёмной Нави. Там, клубясь и сверкая, появилась знакомая девичья фигурка. Тонкая зеленоватая ручка высунулась из луча и ухватила удивлённого Вилора:
– Идём!
– Ты?.. – Ратмир вспомнил нимфу, но до сих пор не знал её имени. – Как? Откуда?
– Светлая Навь, – ответила улыбкой та. – Она снова здесь, наша Навь... Я присмотрю за ним.
– Но... – повелитель драконов нахмурился, не понимая, что происходит.
– Берегись! – выкрикнул нгел, дрекк резко развернулся, краем глаза заметив, как побратим исчезает вместе с нимфой в слепящей вспышке.
И сразу же впереди открылась чудовищная пасть Бельзара. Ратмир успел увернуться, на ходу преобразовываясь, сливаясь с отражением, принимая грозный драконий облик. Бельзар не достал до шеи, но вонзился зубами в крыло, вырывая куски отражения. Герцог призвал все силы, чтобы отразить атаку. Вокруг слетались демоны, спешили на подмогу воины его отряда. Дыра от разорванной связи прожигала сердце, наполняя жгучей ненавистью. Сколько эти демоны перепортили жизней! Забрали отца, забрали нгела. И ведь он сам виноват, прозевал, не заметил перемен, и, что ещё хуже, дал для них почву!
Драконьи лапы заполнились энергией – той, что каким-то непонятным образом подарила жена. Рвать, крушить, раздирать тварей...
А после его вдруг скрутило, выбрасывая в Явь, заставляя обернуться в человека, швырнуло куда-то. В Нави взревел дракон отражения.
Последней мыслью промелькнуло непременно разыскать в Яви тело нгела. Почему-то это казалось очень важным.
А потом накрыла Тьма.
***
– Ты сможешь? – шепнула Арелис.
Подвергать девочку опасности не хотелось, но сейчас её энергетические нити были перекручены: людская душа здесь, в Светлой Нави, драконье тело – там, в Яви, а где отражение, Арелис пока не понимала. Да и не была уверена, что оно поможет: Анрар с Витейром не проходили никаких ритуалов. Просто катались. Как есть.
И в этом герцогине виделся единственный шанс.
Замок мелькал серой точкой вдали, но язва Тьмы ещё продолжала вихриться над тем местом, где он недавно стоял... или правильнее сказать лежал? И громадная, разросшаяся тень Бельзара не успела пока отреагировать.
Арелис сосредоточилась, откуда-то ясно зная, что делать.
Песчинка к песчинке, лучик к лучику, под ногами выстраивалась серебристая дорожка. Девушка медленно, осторожно ступала по ней, крепко держа девочку за ручку. Сердце рвалось из груди, монстр неотвратимо приближался, вместе с драконёнком в путах.
Миллионы сомнений атаковали мысли, но Арелис старалась их не подпускать. Монстр не видел её с девочкой, и, похоже, даже не ощущал приближение из Нави. Цветок Тьмы закрылся, исчез, а сам Бельзар начал медленно стягиваться, уменьшаться, преображаясь.
Испугавшись, что не успеет, Арелис ринулась вперёд, припоминая, как сражался Ратмир. У неё не было с собой оружия, но пьянящее ощущение силы – всей светлой силы её рода – жгло ладони, придавая уверенности, вынося на поверхность древние знания.
Тонкие лучи разрезают, широкие сжигают, и пусть у неё нет когтей, зато есть отчаянное желание помочь невинному мальчишке, подарить ему шанс на нормальную жизнь.
– Сейчас! – шепнула колдунья, приближаясь вплотную, взмахивая руками.
Искры сорвались с пальцев, вылетая в Тёмную Навь, где продолжал кричать и преображаться Бельзар. Показалось, в отдалении видится чёрно-красный дракон, но девушка боялась терять концентрацию, поэтому не присматривалась. Лишь направляла в ладони свою распечатанную, приумноженную светлую силу, и сила срывалась горящими потоками, прожигала капли на коже монстра.
Отражение маленького дракона – настолько пропитанное Тьмой, что она даже не могла различить его цвет – затрепыхалось в сетях, закричав. Арелис подтолкнула девчушку, и та ловко вспрыгнула ему на спину, сияя неестественным светлым пятнышком внутри Тёмной Нави.
Арелис не понимала, почему дракошка оказалась светлой. Но всеми силами помогала, обрубая нити, поливая Бельзара жидким огнём, не давая ему присмотреться, сообразить, что происходит.
А когда обнаружила, что нитей больше нет, ничто не держит отражение мальчишки, потащила его за лапы, придерживая сидящую на нём девчушку. Пока монстр не успел опомниться – бегом, через Светлую Навь, прокладывая быстрый путь в улетающий замок.
Дракончик понял, узнал, подхватил и её, быстрее заработав крыльями. Она боялась, что долго он здесь не продержится, даже с её помощью: отражения драконов существуют лишь в Тёмной. Хотя Ратмир ведь говорил, что так было не всегда. И может быть, пришло время перемен?
***
– Ну вот, теперь наконец-то всё как надо...
Отвратительно знакомый, едва хриплый голос первым проник в сознание. Тяжёлые веки поднялись не с первой попытки, а потом начали поступать сигналы и от остальных органов.
Ратмир обнаружил, что его руки и ноги растянуты в стороны лучами силы, будто цепями, а сам он подвешен посреди зала... Через миг узнал и сам зал – тот, шестигранный, с чашами по углам и башней вверху. Кон Рунг попытался дёрнуться, но тело абсолютно не слушалось его. Даже своего отражения не ощущал. Только и мог свирепо глядеть на ведьму, выискивая малейшие бреши в сковавшем заклинании.
– Теперь волос настоящий, – довольно протянула ведьма. – Хочешь знать, откуда? Кто помог? Вижу, что хочешь. Не надо так дёргаться! Проверяешь, не влюбился ли? Ты же ведь не думал, что я действительно отдам такую ценную добычу амбициозной девчонке, рвущейся в герцогини? Это не приворотный ритуал.
Ратмир прислушался к себе. Действительно, никакого приворота. Мысль об Арелис стучала тупой болью в висках, и ей вторили мысли о Вилоре и Витейре. А Йеарра с явным удовольствием продолжала:
– Потерпи немного, и всё пройдёт. Нет, говорить ты пока не сможешь. А когда сможешь, будешь говорить то, что я скажу. Тебе интересны мои цели? Ну, они же очевидны. Нужно же нам как-то обезопаситься.
«Цели таких как ты всегда очевидны», – криво усмехнулся сам себе Ратмир, переводя глаза от чаши к чаше. В видимость попадали три, ещё три находились позади.
И снова не успел: не успел проверить, что за ритуал. Хотя... драконы должны были всё зачистить! Как же тогда? Он не на Арзерисе?
Окон не было, лишь чаши, огонь и раздирающие на части путы силы.
Попытался рвануть, на миг показалось, они чуть ослабли, но ведьма тут же сделала жест рукой, и путы ещё натянулись, выворачивая плечевые суставы.
– Вижу, тебя волнует, кто, – проворковала.
Дракон сцепил зубы, с усилием выдыхая.
– Всё-таки любовница, которую обманула злая ведьма? Или личный нгел? Или, может быть, молодая жена? Ох, какой взгляд, понимаю, чем свёл с ума фаворитку. Мы с тобой замечательно заживём, обещаю.
***
Они вылетели прямиком в лабораторию кес Таддама, почти в буквальном смысле свалившись старику на голову. Но тот не испугался – наоборот, ходил вокруг застывших друг против друга Витейра с Анрар и будто чего-то дожидался. Бросился к герцогине, выискивая взглядом ответы на одному ему известные вопросы.
Волосы сбились, по лицу стекал пот, Арелис тяжело дышала, напряжённо всматриваясь в мальчишку и дракошку. Сияющие налётом Светлой Нави отражения медленно, будто делая что-то давным-давно позабытое, приблизились и начали входить в свои тела, сливаться с ними, обретая целостность.
Дракошка опомнилась первой – встряхнулась, оборачиваясь. Засмеялась, вскинув руки, жадно рассматривая всё вокруг. Пошатнулась, ухватившись за стол, когда Цитадель вильнула вниз. А после медленно разогнул колени Витейр, глядя на Арелис.
– Ты. Спасибо.
Слёзы на миг перехватили горло, Арелис судорожно вдохнула. Порывисто обняла детей. Но неясная нарастающая тревога колола сердце предчувствиями, не давая расслабиться. Девушка огляделась. Все приборы и магические приспособления оставались на местах, заключённые в едва заметные поля. Натолкнулась на тёплую улыбку старика.
– Присмотрите за ними, – попросила, и, не дожидаясь кивка, бросилась к выходу – и снова в головной зал.
Бежать внутри летящей, машущей крыльями цитадели оказалось непросто, Арелис то и дело сбивалась, с трудом попадала на ступени, пару раз на особо резких виражах падала, но тут же вскакивала на ноги и мчалась дальше.
Все двери оказались закрыты, изображения драконов на них странным образом изменились, будто приняли защитные, отпугивающие формы. Но перед герцогиней распахивались сами по себе, пропуская её вперёд.
Снаружи проносился один из Драконьих Островов, низкие облака запускали прозрачные пальцы в окна, море взволнованно вспенивало гребни волн. Вылетев из башни, Арелис помчалась коридорами и переходами, мимо барельефов и статуй с драконами, которые синхронно поворачивали каменные головы в сторону своей новой хозяйки. Ворвалась в зал, пробежала колодец Родового Дерева и взлетела по лесенке на «мостик», где всё ещё стоял глава охраны, руководя полётом.
Рассекая воздух, Цитадель мчалась куда-то над безбрежным океаном.
– Шангей! – выкрикнула герцогиня, отрывая взгляд от потрясающей перспективы, простирающейся перед глазами. – Где Ратмир?!
***
– Мир изменится. Границы между Явью и Навью сотрутся. Только демоны способны очистить его от скверны!
Глаза Йеарры фанатично блестели. Она сама верила в то, что говорила. Или, скорее, верить давно уже было некому, вместо ведьмы осталась лишь оболочка, кукла, за верёвочки которой демоны дёргали, выстраивая поведение себе на пользу.
А Вилор всё же смог им противостоять. Пусть не полностью, но один раз спас его. А второй раз ушёл, чтобы больше не подвергать своего рина, своего побратима опасности.
Ради такого друга Ратмир готов был отдать и свою жизнь. И если только вырвется – непременно разыщет его.
– Навь с Явью сольются, – продолжала вещать ведьма. – Не станет силы, не станет магии! Ты представляешь себе мир без магии? Ты думаешь, у вас получится докричаться до богов, но и это станет невозможным! Ты думаешь, истребив и взяв под контроль тёмных магов, вы сделали мир лучше? Не спорь, – продолжала говорить сама с собой Йеарра, хотя Ратмир не собирался бы спорить, даже если бы мог ответить, – из высших тёмных магов остались разве что де Бравен и де Мейсен, только последний совсем не подходит, да. А ведь раньше приставка «де» перед фамилией была одной из самых уважаемых! Так спрашиваю, вы сделали мир лучше? Нет, вы просто дали энергии пойти другими руслами, вы, сами того не подозревая, открыли Явь для демонов! Не будет оборотней, не будет драконов, потому что не станет отражений! Ты этого хочешь? Мир, в котором все изначальные силы спят, а то и вовсе исчезли? Мир людей, лишённых дара?
Ратмир прикрыл глаза, отгораживаясь от назойливого монолога. Драконы всегда стояли на страже Яви, и мысль, что всё может измениться настолько радикально, казалась дикой и абсурдной. Хотя, предки тоже предупреждали, но с иными акцентами. Что Навь вообще может стать недоступна, и одна, и другая. И утратится связь с отражениями.
Он и сейчас не чувствовал своего отражения, однако это была часть ритуала. Разделить, не дать обернуться, чтобы взять под контроль. А потом? Вернуть? В отсутствии нгела драконы не сразу заметят, что с повелителем не так. Если бы не Арелис...
Нужно было искать выход, любую слабину в ритуале, но в голове назойливо билась лишь одна мысль: кто?
Не Вилор. Что бы там ни было, Ратмир был уверен в своём побратиме. Он не стал бы вредить, или нашёл бы в себе силы предупредить.
Не Лаата. После первого ритуала у неё не было возможности.
Не Арелис. Просто потому, что нет.
А вот ведьма, как раз, могла. Ратмир напрягся, вспоминая первую попытку. Пока чешуйка, коготь, кровь, одежда и частичка силы работали, сковывая, он мог не заметить, не почувствовать. Пока шёл к чаше, преодолевая воздействие. Когда сообщил, что волос не его, ощущая ведьму где-то позади. Там ещё была скрывающая ткань...
Эта мысль воодушевила. Он лично проверял своих воинов после смерти отца, и сомневаться в их преданности было слишком мучительно.
Ратмир криво усмехнулся, резко открыв глаза. Йеарра отпрянула, замолчала на полуслове, глядя с подозрением.
– Ты чего это? – уточнила. Сообразила, что ответа не будет, выбросила сердито руку, полоснув по груди чёрными магическими нитями.
Рубашка, которую он так и не успел сменить, треснула, пропитываясь кровавыми пятнами. Ратмир стиснул зубы. Показывать ведьме слабость он не собирался.
Усмехнулся ещё мрачнее. Не дождёшься, не с тем связалась!
***
Ужас сковал сердце, в голове стучали слова Шангея. Вилор погиб. Ратмир... вероятнее всего тоже. Ищут. Связь с его отражением утеряна.
В груди росла пустота, становилась страшнее от того, что Арелис понятия не имела, как быть. Так и стояла, вцепившись в руку главы охраны, ловила ртом воздух, которого по-прежнему не хватало, и тщетно пыталась придумать выход. Бежать к зеркалу в надежде на видение? Рваться в Тёмную Навь?
– Пожалуйста, ринна, вам нужно отдохнуть.
Арелис кивнула. Действительно, ещё один длинный, безумный день, который начался так давно на скале в океане. Она умудрилась побывать и на другом материке, и в Више, и снова на скале. И несколько раз в Нави, в обеих Навях. Организм отказывался двигаться, обдумывать, принимать происходящее. Даже световая дорожка не появлялась.
Шангей продолжал говорить об истощении, о силах и ещё невесть о чём... Обязательно расскажут, как только станет что-то известно, нет, не побоятся будить. Завтра ей предстоит прийти на драконий совет, решать, как быть дальше.
И, в воздухе витала невысказанная мысль, – удалось ли герцогине забеременеть?
Впервые за время своего недолгого замужества девушка отчаянно жалела, что потеряла столько дней. Сейчас всё на свете отдала бы за горячее тело мужа!
А после рванула в покои, в надежде увидеть в зеркале чёрно-красного дракона. Тавор, если она правильно поняла, считал эти видения проявлениями её запечатанной силы.
Но в зеркале оказалось нестерпимо пусто. Так пусто, что руки и ноги сводило ледяным отчаяньем. Арелис вглядывалась до рези в глазах, пока не упала в изнеможении на кровать. Сил едва хватило стянуть костюм, а после она отключилась.
Всю ночь её преследовали то Бельзар, то смеющаяся ведьма, то образ Ратмира в цепях, кричащего от боли.
Проснулась под утро, едва организм немного отдохнул. В гостевой обнаружилась Фадира с несколькими тарелками от Шанни – салат, ветчина, сыр и коронный пирог.
– Д... ринна! – бросилась горничная навстречу.
Арелис хотела было осадить, но увидела расширенные, испуганные глаза драконессы. Вздохнула. Как знать, вдруг ей теперь предстоит перенять правление Цитаделью и драконами – всем, что осталось от мужа? Эта мысль ужасала, парализуя страхом.
– Всё будет хорошо, Фадира.
– Кон Рунг... он...
– Сейчас перекушу и отправлюсь его искать.
– Куда? – перепугалась драконесса.
– В Навь.
– Но вам же нельзя в Навь?!
– Мне всё можно. Будь добра, подыщи удобную одежду. Не платье.
– Сейчас, конечно... – засуетилась Фадира, нырнула в гардеробную, пока Арелис отпивала тот самый напиток, что готовят только на Драконьих Островах и который теперь прочно ассоциировался с мужем.
– У вас нет ничего такого... – раздался из гардероба голос горничной. – Могу... попросить у Шангея форму вашего размера?
– Замечательно, – согласилась Арелис.
Небо за окнами едва светлело, она ощущала себя уставшей и разбитой. Лечь бы и спать, спать до бесконечности. Пока всё не решится само собой.
А не время ли для «Чистой слезы»? Насколько она помнила, этот эликсир придаёт сил, убирает усталость. Аристократы часто используют его перед важными встречами. Тело, конечно, потом расплатится, но сейчас ничего не было важнее, чем найти Ратмира. Если ему удалось призвать её из Тёмной Нави, может, и у неё получится – из Светлой?
Эта идея вдохновила, и когда вернулась Фадира с чёрно-красной формой личного отряда повелителя, герцогиня ощущала себя совершенно иначе. Тут были даже чёрные перчатки для работы с оружием! Переодевшись, девушка достала эликсир, заодно и пару магических накопителей, два опустошила сразу, остальные рассовала по карманам.
– Подготовленная для перехода в Нави, всё как положено, – уверила Фадира.
Арелис не стала говорить, что ей и без специальных заклинаний удавалось остаться в одежде. Кивнула благодарно, отпила прямо из бутылочки, тоже спрятала в специальную сумочку на поясе. От резкого прилива сил и чужой, непривычной энергии в глазах потемнело, к горлу подкатила тошнота.
Когда рядом сверкнула полоска света, Арелис почти непроизвольно бросилась к ней. И только потом обнаружила силуэт Тавора в вихре из цветной пыли, огня и воды.
– Эта дура, – прорычал оборотень, шагая прямо к столу, – со страху выскочила замуж за первого попавшегося идиота!
– Это как? – Арелис настолько не ожидала и погрузилась в свои мысли, что вообще не могла понять, о чём он, о какой такой дуре.
– Спасибо, Санди, – кивнул гаснущей вспышке волк и обернулся к сестре, схватив со стола кусок пирога: – Когда де Бравен попытался отобрать власть, предложил женитьбу Турии, если я правильно понял, чтобы соблюсти приличия и стать королём без лишних проблем. А она бросилась осчастливливать первого попавшегося ухажёра, вместо чтобы... ну не сражение возглавить, так хоть пересидеть! В общем, там сейчас драконы, порядок наводят.
– Я решила, ты про Лису, – Арелис машинально убрала локон, нервно усмехнувшись.
– Эта психованная снова сбежала, – рыкнул Тавор.
Арелис только сейчас заметила, что брат постригся, привёл в порядок волосы. Улыбнулась непроизвольно.
– Давно сбежала?
– Да сразу, как пришла в себя. Не могу найти её отражение в Нави, и саламандры не захотели помочь. Хоть сюда провели, и на том спасибо. Потому хотел обратиться к твоему мужу. Как вы тут? – оборотень всмотрелся в окно. – Или где мы?
Замок стоял на четырёх возвышавшихся над океаном утёсах – специальном, как поняла Арелис, месте, пережидал опасность, готовый в любой момент сорваться в полёт.
– Ратмир... – горло перехватило, выговорить она была не в силах. Но Тавор почувствовал, сжал плечи, глядя пристально:
– Что?
– Санди! – осенило вдруг Арелис и она закричала так, что брат вздрогнул, поморщившись.
Саламандра засияла, будто тут и ждала, а рядом возникли ещё две мордашки.
– Вы можете отвести к Ратмиру? – бросилась к ним Арелис. Определённо, то ли эликсир, то ли накопители заставили мозги работать. Разобраться, по каким причинам покрывают Лису, потом успеет, главное, чтобы помогли найти дракона!
Головки синхронно кивнули, снова сливаясь тройным вихрем. Оглянувшись на Тавора, Арелис тут же бросилась по золотистой дорожке.