Глава третья

Сейчас

— Я так рада тебя видеть! — сказала Танька и кинулась мне на шею. — Тебе удалось поспать? Макс сказал, ты спала.

Я молча кивнула и прошла внутрь. Следом вошёл Макс, после того как дал указания охране снаружи.

— Хорошо, — выдохнула она.

— Вы ели? — выглянула из-за угла Алина. — Таня приготовила запеканку, пахнет отменно.

— Завтракали, — ответил ей Макс и сел на диван, тут же уткнувшись в телефон, из которого он не вылезал сутками. Это очень раздражало, потому что иногда мне было необходимо с ним говорить, но довольствовалась я лишь парой приятных, а иногда не очень фраз.

— Как всё прошло? — обратилась к сестре, та молча пожала плечами. — Родители?

— Рады, что наконец удалось похоронить сына и проститься, — произнесла та. — Кстати, спасибо тебе, что позволила закончить всё это.

Я кивнула.

— Позволила? — вдруг рявкнул Макс, и я буквально подпрыгнула на месте. — Ника? — рыкнул тот. — Ничего не хочешь мне сказать?

— Да вроде нет, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё сжалось.

Макс медленно встал и направился ко мне. Его движения были медленными, как у зверя, готового напасть на свою добычу. В его глазах читалась смесь ярости и беспокойства.

— Ника, ты же знаешь, что это опасно, — начал он, подходя ближе. — Почему ты продолжаешь? Влезаешь в то, куда тебе лезть не следует, общаешься с теми, с кем связываться даже не стоит?

Я вздохнула, понимая, что от разговора не уйти.

— Макс, я должна была это сделать. Это важно для меня, — попыталась объяснить я.

— Важно для тебя? — перебил он. — А о последствиях ты подумала? О подругах подумала? Ты хоть представляешь, кто эти люди?

Я опустила глаза, чувствуя тяжесть его слов.

— Что происходит? — вышла Алина, явно встревоженная происходящим.

— Расскажешь, Ника? — уставился на меня Макс.

Но я молчала. Опустила голову, зная, что меня не поймут, не захотят понять. Все, что я делала за последние эти четыре месяца, я делала все ради них. Ради себя.

Они не понимают, как тяжело мне было принимать эти решения. Как много ночей я провела без сна, обдумывая каждый шаг, каждое действие. Как часто я чувствовала себя одинокой в этой борьбе, несмотря на их присутствие рядом.

Я знаю, что они беспокоятся. Вижу страх в их глазах, слышу тревогу в их голосах. Но они не видят того, что вижу я. Не чувствуют того, что чувствую я. Они не понимают, что это не просто борьба за справедливость или месть. Это борьба за нашу жизнь, за наше будущее.

Они думают, что я рискую собой ради них. Но это не так. Я рискую ради себя. Ради той маленькой девочки, которая когда-то верила в добро и справедливость. Ради той девушки, которая мечтала о лучшем будущем для всех нас. Ради той женщины, которая готова бороться за свои идеалы, даже если это будет стоить ей всего.

Я не могу просто сидеть и ждать, пока что-то случится. Не могу позволить страху и сомнениям управлять моей жизнью. Я должна действовать, должна бороться. И если это значит, что мне придется рискнуть всем, что у меня есть, так тому и быть.

Они могут не понять. Могут не поддержать. Но я знаю, что поступаю правильно. И это знание дает мне силы идти дальше, несмотря ни на что.

— Да что? — уже спрашивала Танька. — Макс?

— Два слова, — начал тот. — Громова Виолетта.

Глаза Алины распахнулись, и она резко вдохнула.

— Ты как на неё вышла вообще? — заговорила она спустя пару минут.

— Она фигурировала в деле твоего отца, не составило труда её найти, — еле слышно произнесла я.

И в комнате снова повисла тишина, которую нарушила сестра.

— А кто-нибудь объяснит, кто это вообще такая? Потому что я вообще перестала что-либо понимать.

— Это моя мать, — сказала Алина и зашагала из стороны в сторону. — Что? Что ты ей пообещала за информацию? — спросила, остановившись напротив меня.

— Ничего, — соврала я.

— Ника, — повысила голос та, и я машинально закрыла глаза. — Она никогда не будет помогать просто так, что ты ей дашь взамен?

Я сделала глубокий вдох и ответила, отчего лица любимых мне людей изменились.

— Себя.

Я буквально ворвалась в комнату, которую мне и Максу выделила Танька и с силой захлопнув за собой дверь. Не знаю почему она так решила, почему настояла остаться сегодня у нее, но это было неважно, даже если он тут со мной... Плевать, ляжет на полу. И вот входит Макс, как ни в чём не бывало, всё так же копаясь в своём телефоне и с кем-то переписываясь.

Чувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. Я была зла, расстроена и разочарована. Сделала глубокий вдох и попыталась успокоиться, но звук постоянно приходящих сообщений на телефон Макса безумно раздражал.

Секунда. Лишь на секунду у меня возникла мысль в голове, и я, не успев её обдумать, полетела к Максу, выхватила гаджет из рук и запустила его в стену.

Ошибка. Я совершила большую ошибку — теперь подумала я и сделала шаг назад. Потом второй, третий… видя, как на меня надвигается «буря».

Шаги Макса были медленными, размеренными и каждый шаг отзывался глухим эхом у меня в голове. Его взгляд… Такой спокойный, но в то же время в нём полно решимости и чего-то, что я не могла разобрать.

Он подошёл ближе, и я почувствовала, как воздух между нами наэлектризовался. Я упёрлась в стену, ощущая её холодную поверхность спиной.

— Макс, я… — начала, но он поднял руку, прерывая меня.

Мужчина сделал ещё шаг, и дыхание перехватило. Его правая рука упёрлась в стену по левую сторону от моей головы, и я сглотнула, когда проследила за его взглядом, который упал на мои губы.

В этот момент время словно замедлилось. Я чувствовала его близость, его тепло, его дыхание на своём лице. Сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

Он наклонился ближе, но не касаясь моих губ, и еле слышно произнёс:

— Правда или действие?

Да… Наша незаконченная игра. Внизу живота натянулся тугой узел, и я машинально свела ноги.

— Правда, — сказала я на выдохе.

— Вопрос ты знаешь Ника, — Макс слегка коснулся моих губ, и я потянулась к ним, но он отстранился, давая понять, что сначала нужно ответить.

В тот вечер, когда Макс спросил меня: «Его ли я?», я ответила «нет». Но с тех пор всё изменилось. Моё сердце больше не могло отрицать то, что оно знало всегда. Я устала бежать от своих чувств, устала от этой мучительной незаконченности.

Все эти четыре месяца Макс был рядом, поддерживал меня в трудные минуты, помогал справляться с болью и страхом, нашёл убийцу Димы. Он был надёжной опорой, когда я больше всего нуждалась в ней. Теперь я точно знаю, что он меня не оставит.

Глядя в его глаза, я осознаю, как много он значит для меня. Его присутствие в моей жизни стало необходимым, как воздух. Я больше не хочу и не могу бежать от своих чувств.

В этот момент, когда наши взгляды встретились, я поняла, что готова признаться не только ему, но и самой себе. Моё сердце принадлежит ему, и я хочу, чтобы он знал это.

Я глубоко вздохнула и произнесла:

— Твоя.

Макс не медлил ни секунды. Он притянул меня к себе, и в этот момент время словно остановилось. Его губы нежно коснулись моих, и я почувствовала, как по телу пробежала волна тепла и нежности.

Поцелуй начался с лёгкого прикосновения, словно он боялся меня спугнуть. Но уже через мгновение его губы стали более настойчивыми, а поцелуй — глубоким и страстным. Я ощутила, как его руки крепко обняли меня, прижимая ближе, и это только усилило мои чувства.

Его губы ласкали мои, и я ответила на поцелуй с той же страстью. В этом поцелуе было всё: любовь, надежда, обещание быть вместе. Я чувствовала, как наши сердца бьются в унисон, как наши дыхания смешиваются, как наши души соединяются в этом мгновении.

Нежность его губ переплеталась с настойчивостью, и я ощущала, как каждая клеточка моего тела отзывается на его прикосновения. Внизу живота затянулся тугой узел желания, и я ещё крепче прижалась к Максу, словно боясь потерять его.

Каждое движение его губ говорило больше, чем любые слова. Я чувствовала его любовь, его заботу, его готовность быть рядом всегда. Этот поцелуй был не просто физическим актом — он был выражением наших самых глубоких чувств и эмоций.

— И не надо, — прошептала я. — Мы слишком долго к этому шли.

После моих слов Макс снова припал к моим губам, но в этот раз поцелуй был настойчивей. Я приоткрыла рот и впустила его язык. Макс сгребает меня в охапку. Одной рукой обвивает мою талию, а другая рука погружается в мои волосы и крепко сжимает их.

Я чувствовала жар его тела, тяжелое дыхание и как бешено колотилось его сердце. И конечно же я чувствовала его член, который буквально пульсировал у него в штанах.

Макс целует... Да так что темнеет в глазах. Его язык погружается внутрь, касается моего и сходится в танце... Никто никогда не целовал меня так, как он. Никогда еще мне не приносило наслаждение поцелуй. Каждое прикосновение его губ пробуждало во мне невероятные эмоции и чувства, о которых я раньше только мечтала. Казалось, что весь мир остановился, и в этот момент существовали только мы вдвоем.

Его поцелуи были нежными и страстными одновременно, словно он знал все мои тайные желания и умел их воплощать. Я ощущала, как каждая клеточка моего тела наполняется теплом и светом, и понимала, что этот человек действительно особенный для меня.

С каждым поцелуем я все больше осознавала, насколько глубоки мои чувства к нему. Это было не просто физическое притяжение, а что-то гораздо большее — связь на уровне душ, которая соединила нас в этот волшебный момент. Боже, я кажется брежу. О чем я думаю? Зачем?

Мне едва хватает воздуха и почти не остается здравого смысла.

— Макс — стону его имя, когда удается отстраниться, но любимый сильнее прижимает к себе.

— Если хочешь прекратить, то лучше убей — прошипел он мне в губы, громко сглотнув — Еще один день спать рядом и не касаться тебя... — Макс запнулся — Я же не робот.

Я усмехнулась.

— Мы спали вместе, всего один раз.

— Ни-ка... — проговорил мое имя по слогам, хотя это было похоже больше на рычание. Его руки ложатся на мою попу, а потом резко подхватывает под ягодицы, заставляя ногами обхватить его бедра.

Я ахнула.

О боже...

Между ног тут же сладостно заныло. И я нагло потерлась о эрегированный член Макса, от чего он зарычал и легонько укусил за нижнюю губу.

— За дверью Танька и Алина — зачем то протестовала я.

— Ника — снова произносит мое имя тяжело дыша, — Нас не просто попросили остаться, не просто поселили вместе.

— Но...

Макс прильнул к моим губам, поглощая все слова, которые я хотела сказать, но через секунду отпрянул.

— А кто то, когда то говорил, что это я, слишком много думаю.

Открываю глаза и чувствую себя счастливой, полностью отдохнувшей, хотя спала всего пару часов. Утренний свет мягко проникает сквозь занавески, создавая уютную атмосферу в комнате. Рядом со мной лежит он, его ровное дыхание свидетельствует о спокойном сне.

Смотрю на его умиротворенное лицо и вспоминаю все моменты прошлой ночи — нежные слова, сказанные шепотом, тепло его объятий и, конечно, те волшебные поцелуи, которые до сих пор горят на моих губах.

Губы и руки Макса казалось были везде... Он ласкал каждый участок моего тела... Играл... Возбуждал... Тянул... Наслаждался, доводя меня до пика, но не давая кончить... Улыбался... Оттягивал...

Боже...

Я молила взять меня... Но макс не спешил. Как будто наказывал меня за эти годы... месяцы... дни...

Монстр...

Когда каждый миллиметр моего тела был покрыт поцелуями... Когда его язык облизал меня всю, превращая в один сплошной нерв... Макс наконец то задержался между моих ног, накрывая губами мою «девочку» и я изверглась... Не сдерживая громкий стон... Крик... Все тело прошибло током, разум разлетелся на мелкие кусочки...

— Доброе утро — вырвал меня из воспоминаний голос Макса — Давно проснулась?

— Только что — произнесла дрожащим голосом.

— Что такое? — приподнялся на локтях и приблизился ко мне, касаясь ладонью моего лица.

— Все хорошо

— Обманываешь Ника, — сказал тот, заглядывая в мои глаза, но я не врала... Все на самом деле было хорошо... Нет, идеально...

— Ошибаешься

Я вздрагиваю от его действий... Вскрикиваю его имя... Стону... Макс приподнимается на локтях и заглушает все поцелуем, проникая в меня резко, до упора... Всего пару движений и я снова кончаю, извиваясь словно змея под ним.

— Ника, — в голосе Макса звучала тревога.

— Со мной всё хорошо, — попыталась его успокоить, но не знала как. — Я счастлива, не видно?

Мужчина сел на кровать и притянул к себе одеяло, внимательно вглядываясь в моё лицо.

— Ты краснеешь, кусаешь губы, — взгляд упал на руки, — теребишь пальцы, явно делая себе больно, зрачки расширены… Что это? Неловкость, смущение, страх? Чего?

Я не выдержала и рассмеялась с его слов.

— Не такой ты уж и гений Макс — кое-как произнесла сквозь смех.

— И как это понимать?

Успокоившись, я серьезно посмотрела на него, собрав все свое самообладание.

— Я хочу есть — произнесла я, руководствуясь тем же, чем пользовался Макс, когда не хотел отвечать на мои вопросы.

— Ника — услышала свое имя, когда встала с кровати и накинула на себя рубашку Макса.

— Как думаешь у Таньки есть колбаса?

И вышла из комнаты, довольно улыбаясь.

Одновременно по очереди он ласкал мои груди большим пальцем, затрагивая чувствительные соски.

Всего пару секунд и я уже снова на грани... Как будто до этого я не кончала много раз подряд.

Когда из горла вырывался уже хриплый, протяжный стон, мужчина разместился, между моих ног, подхватил одну под коленом и закинул себе на плечо... Как же хорошо, что я ходила два года на стрип пластику, по совету Димы... В такой откровенной позе, он проникает меня, затрагивая внутри точку, которая едва не доводит меня до мгновенного оргазма.

— О... — стону я, извиваясь под Максом и кричу его имя.

— Вкусно пахнет — слышу голос Алины и подпрыгиваю на месте, роняя лопатку.

— Господи, — вскрикиваю я, схватившись за сердце, которое буквально выпрыгивало из груди — Чего подкрадываешься? –

— Я же сказала «Доброе утро», — уставилась на меня девушка. — О чем думаешь? — улыбнулась та.

— Ни о чем — очень фальшиво соврала я.

— Ну да. — присоединилась сестра — Сказала бы я, если бы не знала Нику — усмехнулась Танька и села за стол рядом с Алиной.

— Я просто увлеклась готовкой

Девчонки рассмеялись.

— Что? Говорите уже — по доброму, улыбаясь, как бы рявкнула я.

— О да Макс — с пародировала меня Таня.

— О да Ника — понизила голос Алина.

— Пожалуйста, Макс — пищала сестра, не стесняясь выкрикивая его имя.

— Ох, ох — продолжала вторая.

Я закатила глаза и отвернулась к плите.

— Закончили?

— Мы можем и продолжить, ведь это продолжалось до четырех утра — усмехнулась Танька.

— До шести, ты видимо уснула на самом интересном — не унималась Алина, а я все продолжала жарить на всех яичницу с колбасой, помидором и сыром — Там такое было....

— До семи сорок двух — не выдержала и сказала. — До семи сорок двух. Вы обе все пропустили — зачем то добавила я и девушки снова рассмеялись. — Ну хватит — взмолилась, сложив руки вместе перед собой — Пока Макс не пришел.

И тут вышел он, кинув на меня нежный, но короткий взгляд, а после скрылся в ванной.

— Хорошо, — начала Алина, — но ты нам всё расскажешь, сегодня, на девичнике.

— Чего?

— Сегодня у Алины, ты и я, — уточнила сестра.

— А как же малыш?

— У нас огромный дом, Ник, Максюша и Матвей нас даже не услышат, и у меня есть баня, — сказала Алина, и Танька закатила глаза.

И тут же всплыли воспоминания, когда я ходила с мамой Тани в баню, которая мне очень понравилась, в отличие от остальных членов семьи.

Тёплый пар мягко обволакивал тело, создавая ощущение уюта и покоя. В воздухе витал аромат душистых трав и эфирных масел, которые мама всегда заботливо добавляла в горячую воду. Этот аромат мгновенно переносил меня в те беззаботные дни, когда всё казалось проще и счастливее.

Мягкие веники плавно скользили по коже, даря ощущение лёгкости и свежести.

Мама Тани умело орудовала веником, то слегка похлопывая, то более энергично массируя моё тело. Эти прикосновения были нежными и заботливыми, словно она передавала мне частичку своего тепла и любви через каждое движение.

У нас с ней была какая-то особая связь. Как с родной матерью и дочерью. И мне это очень нравилось. В эти моменты, я чувствовала себя по-настоящему счастливой и защищённой. Казалось, что все проблемы и заботы остаются за пределами этой уютной комнаты, а здесь есть только мы вдвоём, наслаждающиеся теплом и уютом.

После бани мы обычно прыгали в холодный бассейн, что всегда вызывало у меня взрыв эмоций и восторга. Контраст между горячим паром и холодной водой был невероятным, и это ощущение бодрило и заряжало энергией. Мы смеялись и плескались, словно дети, забывая обо всём на свете.

Затем мы возвращались в уютную комнату отдыха, где уже был готов горячий чай с мёдом. Мы сидели, укутавшись в мягкие полотенца, и наслаждались теплом напитка, который разливался по телу, даря ощущение уюта и защищённости.

Тогда мне казалось, что Таня ревнует,но повзрослев, я поняла, что это не так... Она люб ала меня как сестру... Любит.

— Ну так что? — спросила сестра, оглядываясь назад, услышав, что Макс вышел.

— Я только за.

Дорогие мои, продолжение будет уже завтра, а пока ждете можете посетить мой телеграмм канал. Строго не судите, создала его сегодня, но обещаю там будет интересно. Жду вас там.