Глава 8

Я успел в последний момент.

Вместо того чтобы хвататься за каменный уступ, резко оттолкнулся в сторону и буквально влетел в узкую расщелину между двумя огромными валунами. Плечом больно приложился о выступ, ободрал локоть и едва успел прижаться спиной к холодной стене, когда снаружи раздался оглушительный грохот.

Лось со всего разгона врезался рогами в каменное нагромождение!

Удар оказался настолько мощным, что валуны содрогнулись, а один из них заметно сдвинулся, расширив щель прямо у меня над головой. Сверху посыпались земля, мелкие камешки и сухие листья. Сквозь грохот я услышал испуганные крики ребят, а затем что-то тяжёлое прокатилось по верхним камням и с треском ударилось о нижний выступ.

Ничего себе! Да он этими рогами скалы ворочает! Вот тебе и зверушка лесная. Живой таран на четырёх копытах!

— ТО-РЕК! — донёсся сверху отчаянный голос Вела. — ТЫ ГДЕ⁈

— В ЩЕЛИ! — рявкнул я, стряхивая с головы мусор. — НЕ ЛЕЗЬТЕ СЮДА! ДЕРЖИТЕСЬ ЗА КАМНИ!

В ответ раздалось сразу несколько голосов, но разобрать слова я не успел.

Лось отступил на пару шагов, шумно фыркнул и снова бросился на камни. На этот раз удар пришёлся немного выше, и вся груда содрогнулась так, что я невольно присел, прикрывая голову руками. Где-то над головой противно заскрежетали трущиеся друг о друга валуны, а в просвете между ними на мгновение мелькнуло небо.

Камни действительно начали расходиться!

Сверху послышался вскрик Майена, затем испуганный возглас Айлы и сердитый рёв Вела, который кому-то приказывал держаться. Судя по звукам, ребята потеряли равновесие и теперь пытались удержаться на раскачивающихся глыбах.

Так, дело дрянь! Ещё парочка таких ударов — и эта замечательная каменная крепость сложится прямо на нас. Хорошее укрытие выбрали, ничего не скажешь. Надёжное, как карточный домик во время землетрясения!

Я попытался протиснуться глубже, но быстро упёрся боком в выступающий каменный угол. Расщелина здесь сужалась настолько, что даже мне с моими полутора метрами роста развернуться оказалось непросто. Пришлось немного пригнуться и повернуться боком, чтобы освободить хотя бы одну руку.

И в этот момент сверху что-то упало.

Тяжёлый деревянный обломок проскользнул между камнями и с размаху ударил меня по левому плечу. Острая щепа впилась в кожу, заставив меня резко дёрнуться, а сам кусок древка застрял между рукой и стеной.

— А-а! Чтоб тебя!..

Я ощупал плечо и обнаружил торчащий из него острый конец сломанной палки.

Вот зараза! Это ещё что за подарочек?

Кое-как вывернув голову, я разглядел знакомые боковые отростки.

Рогатина Куру!

Точнее, то, что от неё осталось после встречи с лосихой. Видимо, мальчишка бросил обломок на камни, а от удара лося тот соскользнул прямо в расщелину.

Ну спасибо, Куру! Оружие, конечно, хорошее, но доставку можно было организовать и без пробивания моего плеча!

Осторожно высвободил древко, оценил, насколько глубоко вошла щепа, и, убедившись, что она застряла неглубоко, выдернул её из мышцы. Плечо тут же отозвалось резкой болью, по руке потекла тёплая струйка крови. Пошевелил пальцами, согнул локоть и осторожно отвёл руку.

Двигательная функция сохранена, чувствительность тоже. Похоже, крупные сосуды и нервы не задело. Потом промою и перевяжу. Сейчас у нас пациент покрупнее имеется, причём крайне недовольный обслуживанием!

Снаружи раздалось тяжёлое сопение. Лось снова приблизился к камням, скребя копытами рыхлую землю, и я услышал, как его рога с неприятным скрежетом прошлись по поверхности ближайшего валуна.

Зверь явно не собирался уходить.

Он искал меня.

Я перехватил обломок рогатины здоровой рукой и внимательно осмотрел его. Древко переломилось наискось, оставив длинный неровный конец с несколькими острыми щепами. Получилось нечто вроде грубого деревянного кола, довольно прочного и вполне подходящего для того, чтобы нанести серьёзную рану.

Но против такого огромного животного одного деревянного острия явно недостаточно.

А вот если добавить кое-что из моей аптечки…

Я сунул руку в поясной мешочек и нащупал небольшую костяную ёмкость с остатками охотничьего яда. Почти весь приготовленный состав уже был израсходован, но на стенках сохранилось немного густой тёмной массы.

Пришлось действовать на ощупь. Прижимая обломок к груди, я осторожно соскоблил остатки яда тонкой щепкой и тщательно размазал их по расщеплённому острию. Выгреб всё до последней капли, не оставив даже на дне.

Ну вот, дорогой мой сохатый, теперь у меня для тебя имеется совершенно особенное предложение. Правда, отказываться от него ты вряд ли станешь. Очень уж настойчиво добиваешься личной встречи!

Сверху снова закричал Вел:

— ТО-РЕК! ОТВЕТЬ! ТЫ ЖИВОЙ⁈

— ЖИВОЙ! — отозвался я, стараясь не выпускать из виду узкий просвет перед собой. — САМИ НЕ СВАЛИТЕСЬ! И КАМНИ НЕ КИДАЙТЕ, ПОКА НЕ СКАЖУ!

Последнее я добавил не зря. При нашем везении ребята вполне могли решить, что лучший способ помочь товарищу — засыпать его вместе с лосем булыжниками.

Лось тем временем сделал ещё одну попытку добраться до меня. Огромный рог скользнул по краю расщелины, сорвал кусок мха и с глухим стуком ударил в противоположную стену. Камни снова дрогнули, сверху посыпалась мелкая крошка, а мне пришлось зажмуриться, чтобы не набить глаза песком.

Я быстро проморгался и прижался спиной к камню, удерживая обломок рогатины остриём вперёд.

Ну давай, красавец! Ты ведь хочешь посмотреть, куда делась твоя добыча? Посмотри. Я тебя жду!

И зверь словно услышал.

На мгновение снаружи стало тихо, если не считать тяжёлого хриплого дыхания. Затем в просвете показалась огромная тёмная морда. Лось наклонил голову, пытаясь заглянуть между валунами, и придвинулся настолько близко, что я отчётливо различил влажную шерсть, подрагивающую ноздрю и налитый кровью глаз.

Вот он!

Расстояние было не больше вытянутой руки.

Я резко подался вперёд и со всей силы всадил заострённый обломок прямо в глаз зверя.

Удар получился точным. Древко глубоко вошло в мягкие ткани, и я успел почувствовать, как оно дёрнулось в моей руке, прежде чем лось с чудовищной силой рванул головой назад.

Вырванный из пальцев обломок исчез вместе с мордой животного.

Раздался такой рёв, что у меня буквально заложило уши.

Лось отшатнулся, заметался перед камнями и принялся бешено мотать головой, пытаясь избавиться от застрявшего в глазу деревяшки. Его копыта били по земле, рога задевали ветви деревьев, а хриплый рёв то переходил в протяжный вой, то обрывался тяжёлым фырканьем.

Попал! И, похоже, очень удачно! Только не надо рассчитывать, что он сейчас возьмёт и тихонько умрёт. С такой тушей даже хорошая доза яда не сразу справится, а я ему остатки соскрёб. Пока перед нами всё тот же огромный разъярённый лось, только теперь ещё и одноглазый!

Я осторожно приблизился к выходу из расщелины.

И вовремя остановился.

Снаружи мелькнули огромные рога, затем послышался яростный храп, и зверь с размаху обрушил голову на камни ещё раз.

Удар пришёлся совсем рядом с моим лицом.

Нависший сверху валун сдвинулся, с противным скрежетом опустился на несколько пальцев и намертво зажал край прохода.

Твою ж дивизию! Да он сейчас меня тут похоронит!

Я быстро отступил вглубь щели, присел и, упираясь правым плечом в каменную стену, попытался оценить обстановку.

Оставаться здесь было нельзя.

Но и выбираться прямо под копыта озверевшего сохатого я совершенно не собирался.

Нужно было заставить его отойти от входа.

И желательно подальше.

— ВЕЛ! — крикнул я, стараясь перекрыть звериный рёв. — ВСЕ НАВЕРХУ⁈

— ВСЕ! — отозвался Рыжий. — МАЙЕН ЧУТЬ НЕ СВАЛИЛСЯ! АЙЛА УДЕРЖАЛА! ТЫ КАК⁈

— ЖИТЬ БУДУ! СЛУШАЙ, ЧТО СКАЖУ! УВЕДИТЕ ЕГО ОТ ЩЕЛИ! ШУМИТЕ НА ДРУГОЙ СТОРОНЕ КАМНЕЙ! ТОЛЬКО НЕ СПУСКАЙТЕСЬ!

Вел что-то прокричал остальным, и почти сразу сверху послышались громкие удары дерева о камень. Судя по звукам, ребята принялись колотить остатками оружия по валунам, стараясь привлечь внимание животного.

Лось перестал терзать расщелину. Он шумно втянул воздух, фыркнул и повернул голову в сторону неожиданного шума. Я осторожно выглянул наружу и увидел его огромную тушу шагах в десяти от себя. Зверь стоял боком, высоко задрав голову, и пытался рассмотреть людей на верхушке каменного нагромождения. Из повреждённого глаза торчал обломок рогатины, по морде стекала кровь, а широкие ноздри раздувались при каждом тяжёлом вдохе.

— ЭЙ! РОГАТЫЙ! — завопил откуда-то сверху Майен и принялся с удвоенной силой колотить по камням какими-то палками.

Молодец, пацан! Только сам-то не навернись, герой первобытной ударной установки!

Я быстро протиснулся к выходу, пригнулся и выскользнул из расщелины, стараясь не задеть больным плечом выступающие края. Оказавшись снаружи, сразу прижался к скале и огляделся.

Лось всё ещё смотрел наверх.

Но надолго его внимания не хватило.

Зверь внезапно повернул голову, заметил моё движение единственным здоровым глазом и издал низкий угрожающий рёв.

Ну здравствуй, второй раз! А я-то надеялся, что после первого знакомства мы останемся просто хорошими знакомыми.

Я оттолкнулся от камня и побежал в сторону леса.

— ТО-РЕК! НАЗАД! — заорал Вел.

— НЕ ЛЕЗЬТЕ! — бросил я через плечо. — Я ЕГО УВЕДУ!

Позади гулко ударили копыта.

Лось сорвался с места.

Я успел пробежать шагов двадцать, прежде чем на меня снова накатила тяжёлая дрожь земли. Зверь мчался с невероятной для такой туши скоростью, сшибая кусты и разбрасывая копытами сырую почву. Оглядываться было некогда, зато по нарастающему топоту я прекрасно понимал, насколько быстро сокращается расстояние между нами.

Впереди росли два огромных дерева. Их толстые стволы стояли достаточно близко друг к другу, оставляя узкий проход, через который человек мог свободно проскочить, а вот лось со своими чудовищными рогами должен был основательно повозиться.

Вот туда и побежим! Ты, дружище, широкий, а я маленький. Должна же быть хоть какая-то польза от этого детского организма!

Я немного изменил направление, устремившись прямо к промежутку между стволами.

Под ногами снова начала пружинить земля. Толстые корни, скрытые под слоем влажного мха и листьев, то поднимались, то опускались при каждом движении огромных древесных крон. В одном месте подошва неожиданно провалилась в рыхлый грунт, и я едва успел выдернуть ногу, чтобы не растянуться во весь рост.

Вот зараза! Только не сейчас!

До деревьев оставалось всего несколько шагов, когда лось сзади издал короткий хриплый рёв. Я пригнулся, резко ускорился и почти прыжком проскочил между стволами, зацепив плечом шершавую кору.

Боль прострелила левую руку до самых пальцев, но времени обращать на неё внимание не было.

Я сделал ещё два шага, развернулся и увидел, как огромный зверь влетает следом.

Лось попытался пройти между деревьями, но его широкие рога с чудовищной силой ударили сразу по обоим стволам. Раздался сухой треск, от одного дерева отлетел большой кусок коры, а с другого посыпались трухлявые ветки.

Зверя резко остановило, словно он со всего разгона налетел на невидимую стену.

Однако вместо того чтобы отступить, лось бешено замотал головой, пытаясь освободить рога, застрявшие между древесными стволами. Он рвался назад, снова подавался вперёд, скребя землю копытами, и при каждом движении ломал ветви и сдирал длинные полосы коры.

Вот теперь ты и попался! Только бы деревья выдержали…

И тут я заметил, что одно из них медленно наклоняется.

Сначала решил, что показалось, но затем увидел, как у основания ствола земля приподнимается большим бугром. Толстые корни, оплетённые мхом, один за другим вылезали из грунта, натягиваясь словно огромные канаты.

Дерево было старым, тяжёлым, а почва под ним — насквозь пропитанной влагой. Оказывается, его корневая система уже едва удерживала такую громадину. Удары лосиных рогов и отчаянные попытки зверя вырваться окончательно нарушили равновесие.

Ох ты ж!.. Сейчас оно рухнет!

Я резко отступил в сторону, подальше от наклоняющегося ствола, и заорал:

— ЛОЖИСЬ!

Кому именно адресовался этот приказ, я и сам не понял. Скорее всего, всем сразу, включая лося, которому тоже не помешало бы последовать моему совету.

Однако сохатый явно не собирался меня слушать.

Он ещё раз рванул головой, пытаясь освободить застрявшие рога, и в этот момент земля под его передними ногами просела. Одно копыто провалилось глубоко между корнями, зверь потерял опору и всем своим чудовищным весом дёрнул дерево в сторону.

Раздался оглушительный треск.

Корни начали вырываться из земли целыми пластами, подбрасывая камни, мох и комья сырого грунта. Ствол медленно, словно нехотя, повалился набок, увлекая за собой переплетённые ветви соседних деревьев.

А затем падение резко ускорилось.

Я бросился под защиту другого толстого ствола, успев прижаться к нему буквально за мгновение до того, как огромная древесная громадина обрушилась на землю.

Грохнуло так, что у меня заложило уши.

Над головой пронеслись ветви, что-то тяжёлое ударило в землю совсем рядом, а по спине хлестнули тонкие сучья. В воздух взметнулось целое облако пыли, трухи и прелых листьев.

Но сильнее всего впечатлил рёв лося.

Он оборвался на высокой хриплой ноте, сменившись коротким, каким-то захлёбывающимся мычанием.

Я осторожно выглянул из-за ствола.

Зрелище оказалось впечатляющим.

Упавшее дерево придавило огромного зверя верхней частью ствола, угодив ему поперёк шеи и плеч. Один из широких рогов застрял между толстых сучьев, второй оказался прижат к земле, а передняя нога всё ещё торчала из провала между корнями.

Зверь бешено дёргался, пытаясь освободиться, но каждое движение только сильнее затягивало его в образовавшуюся ловушку. Тяжёлое дерево продолжало медленно проседать, вдавливая тушу в рыхлый грунт.

Задери меня хомяк! Да мы его поймали! Причём собственными рогами!

Я осторожно обошёл дерево, стараясь держаться подальше от бьющихся задних ног. Лось ещё был жив, и очень даже. Его мощная грудь судорожно вздымалась, огромные копыта с глухим стуком били по земле, а уцелевший глаз яростно следил за каждым моим движением.

Так, расслабляться рано. Эта махина даже лёжа способна устроить нам похороны с полным набором ритуальных услуг. Надо заканчивать дело, пока он не вырвался!

— Вел! — заорал я, повернувшись в сторону камней. — Сюда! Только осторожно! Он прижат деревом!

Сначала из-за валунов показалась рыжая макушка, затем Вел поднялся во весь рост и уставился на поваленное дерево.

— То-Рек⁈ Ты что с ним сделал⁈

— Уговорил полежать! Тащи ребят! И копьё Майена не забудь!

Рыжий несколько мгновений смотрел на меня с таким выражением, словно пытался понять, не сошёл ли я окончательно с ума. Затем махнул рукой остальным и начал спускаться с камней.

Первой ко мне подбежала Айла. Увидев кровь на моём левом плече, она резко остановилась, схватила меня за руку и принялась осматривать рану.

— Торек! Кровь!

— Царапина, — отмахнулся я. — Потом разберёмся. Сейчас надо зверя добить!

Девушка явно собиралась возразить, но в этот момент лось снова забился, сотрясая придавивший его ствол, и Айла поспешно отступила.

Следом подошли Вел, Лиор, Майен и оба подростка Ороку. Алан заметно прихрамывал, но держался бодро, а Куру всё время оглядывался в сторону поляны, где остались лосиха и детёныш.

— Живой⁈ — потрясённо спросил Вел, разглядывая огромную тушу под деревом.

— Пока да. Майен, копьё дай!

Мальчишка протянул мне своё оружие, однако Вел немедленно перехватил древко.

— Сам ударю, — заявил он, решительно направляясь к зверю.

Я ухватил Рыжего за плечо и остановил.

— Не спеши. Видишь, как задними ногами молотит? Подойдёшь не с той стороны — и полетишь домой по воздуху. Причём гораздо быстрее, чем собирался!

Вел послушно остановился и внимательно посмотрел на копыта зверя, которые действительно продолжали с огромной силой взбивать землю позади туши.

— Тогда как? — спросил он, оборачиваясь ко мне.

Я быстро оценил положение лося.

Ствол прижимал ему шею и верхнюю часть груди, не позволяя поднять голову. Передняя нога застряла между корнями, а задними животное могло действовать лишь в ограниченном пространстве. Подойти к нему можно было со стороны плеча, где толстое дерево частично прикрывало человека от ударов.

— Вот отсюда, — показал я, обходя опасное место. — Целиться надо за переднюю ногу, под лопатку. Только близко не подходи, пока я не скажу.

Вел кивнул и осторожно занял указанное место.

— Дай мне, — попросил я, протягивая здоровую руку.

— У тебя плечо ранено!

— Второе целое. Давай!

Рыжий нехотя передал копьё.

Я проверил крепление каменного наконечника, перехватил длинное древко поудобнее и внимательно присмотрелся к огромной груди зверя. Даже в таком положении лось представлял собой внушительную гору мышц, костей и густой шерсти.

Вот ведь скотина здоровенная! Тут и нормальным копьём не сразу пробьёшься. Ладно, товарищ Белов, анатомию ты знаешь. Осталось применить её на практике.

Выбрав момент, когда зверь на несколько секунд перестал дёргаться, я подошёл со стороны придавленного плеча, упёрся ногами в землю и направил остриё в промежуток между рёбрами, чуть позади передней ноги.

— Вел, придержи древко сзади! — приказал я.

Рыжий встал рядом, помогая удерживать копьё на одной линии.

— Сейчас! — предупредил я и со всей силы толкнул оружие вперёд.

Каменное остриё с трудом пробило толстую шкуру, затем неожиданно легко скользнуло глубже. Лось дёрнулся, захрипел и снова забился под деревом, заставив нас обоих поспешно отступить.

Я едва успел выдернуть древко, прежде чем заднее копыто с чудовищной силой ударило в землю неподалёку от моей ноги.

— ЕЩЁ РАЗ! — выкрикнул Вел, перехватывая копьё.

— Не надо. Подожди!

Из глубокой раны уже обильно текла кровь. Зверь продолжал судорожно двигать ногами, но силы постепенно оставляли его. Он несколько раз попытался поднять придавленную голову, после чего тяжело опустил её на землю и замер, лишь изредка вздрагивая всем телом.

Мы стояли в стороне, не приближаясь, пока огромная грудь не перестала подниматься.

Я выждал ещё немного, затем осторожно подошёл, проверил реакцию глаза и дыхание. Лось не подавал признаков жизни.

— Всё, — сообщил я, выпрямляясь. — Готов.

Вел медленно выдохнул и перевёл взгляд с мёртвого зверя на меня.

— То-Рек… Мы его убили?

— Ну, если он сейчас встанет, я очень сильно удивлюсь, — ответил я, отирая пот со лба. — Хотя на всякий случай можешь спросить у него сам.

Рыжий не сразу понял шутку, зато Майен за его спиной громко расхохотался. Вел обернулся, сердито посмотрел на мальчишку, а затем сам неожиданно расплылся в широкой улыбке.

— Большой зверь! — восхищённо произнёс Куру, осторожно приближаясь к туше.

Алан подошёл следом, потрогал огромный рог и сказал несколько слов на своём языке. Судя по выражению его лица, там было что-то весьма эмоциональное.

И ведь есть отчего! Мы только что завалили такую громадину, для охоты на которую, по словам Вела, нужны целая яма, колья и толпа взрослых мужиков. А у нас всего семь подростков, несколько поломанных копий да одно крайне неудачливое дерево. Кан, наверное, даже не поверит, когда расскажем!

Вел вдруг повернулся ко мне, и улыбка исчезла с его лица.

— Лосиха! — напомнил он. — И лосёнок! Надо посмотреть!

Мы переглянулись и почти одновременно направились обратно к поляне.

Шли осторожно, внимательно осматривая кусты. После всего произошедшего мне совершенно не хотелось обнаружить рядом ещё одного родственника покойного сохатого. Впрочем, лес постепенно успокаивался. Только где-то вдалеке продолжали кричать потревоженные птицы, да над местом падения дерева ещё висело лёгкое облачко пыли.

Лосиху мы нашли там же, где оставили.

Она лежала на боку возле вывернутых корней, тяжело и редко дыша. Вокруг темнела большая лужа крови, несколько сломанных древков торчали из ран, а длинные ноги время от времени слабо подрагивали.

Я осторожно приблизился и быстро осмотрел животное.

Серьёзные повреждения грудной клетки, огромная кровопотеря. Даже без яда шансов никаких. Надо добить, чтобы не мучилась.

— Вел, дай нож, — попросил я, протягивая руку. — Свой я где-то потерял во время схватки.

Рыжий молча передал мне свой каменный нож. Я подошёл к голове лосихи со стороны спины, держась подальше от ног, и быстро закончил её мучения.

После этого мы отправились к детёнышу.

Лосёнок обнаружился неподалёку от ягодного куста, где Алан и Куру поймали его своими боласами. Молодой зверь лежал на боку, всё ещё опутанный верёвками, и слабо шевелил ногами. Раны от рогатин оказались глубокими, а под брюхом уже натекло немало крови.

Долго мучить его мы тоже не стали.

Когда всё закончилось, я опустился на ближайший камень и наконец позволил себе как следует осмотреть собственное плечо.

Рана оказалась неприятной, но не особенно глубокой. Острый обломок продрал кожу и задел мышцу, оставив рваное отверстие длиной примерно с сустав большого пальца. Кровотечение почти прекратилось, хотя стоило пошевелить рукой, как рана начинала болезненно тянуть.

Ну что, доктор Белов, поздравляю! В списке пациентов прибавился ещё один. Причём самый непослушный, потому что совершенно не умеет соблюдать постельный режим. Главное теперь — инфекцию не подхватить. Деревяшка грязная, земля сверху сыпалась… Промывать надо как следует.

Айла присела рядом, осторожно отвела край моей шкуры и нахмурилась.

— Больно? — спросила она, разглядывая повреждение.

— Терпимо. Дома промою и перевяжу.

— Сейчас надо, — возразила девушка, решительно беря меня за здоровую руку.

Я посмотрел на неё и усмехнулся.

— Командовать вздумала?

— Ты сам говоришь, раны надо лечить, — невозмутимо ответила Айла. — Вот и лечи.

И ведь не поспоришь! Сам виноват, научил людей полезным привычкам. Теперь от собственной медицинской пропаганды деваться некуда.

Я попросил принести воды, осторожно промыл повреждённое место и проверил, не осталось ли в ране мелких щепок. Айла помогла очистить кожу вокруг, после чего мы временно прикрыли рану чистой внутренней стороной сложенного кожаного лоскута, который я достал из мешочка.

Полноценной перевязкой это, конечно, не являлось, но до возвращения в пещеру должно было хватить.

Тем временем Вел ходил между убитыми животными, совершенно не представляя, за какое дело браться первым. Он то останавливался возле лосихи, то поглядывал на детёныша, то поворачивался к дереву, под которым остался огромный самец.

Наконец Рыжий развёл руками и посмотрел на меня.

— То-Рек, как мы всё это унесём?

Я поднял голову и оглядел нашу добычу.

Вопрос оказался чрезвычайно своевременным.

Три огромные туши. Даже детёныш весил столько, что нам всем вместе пришлось бы изрядно попотеть, чтобы сдвинуть его с места. Самка была ещё тяжелее, а уж про самца вообще говорить не приходилось.

Вот и наступил тот замечательный момент, когда охотник понимает: добыть зверя — это только половина работы. Теперь попробуй доставь свой обед домой! Желательно до того, как он протухнет или его растащат местные любители бесплатной столовой.

— Целиком не унесём, — ответил я, поднимаясь. — Придётся разделывать прямо здесь. Но сначала надо позвать людей.

Вел сразу кивнул, сообразив, к чему я веду.

— Я сбегаю!

— Нет, ты остаёшься, — возразил я. — Кто-то должен охранять добычу. Лиор, Майен, идите сюда!

Оба мальчишки тут же подбежали ко мне. Я уже собирался объяснить им задачу, но вовремя вспомнил, что нашим языком они пока владеют весьма посредственно.

— Слушайте внимательно, — начал я, стараясь говорить медленно и помогая себе жестами. — Бегите к горе. Найдите Барка. Скажите: три больших зверя! Много мяса! Нужны люди!

Я показал три пальца, изобразил руками огромные лосиные рога, затем указал на тушу и сделал вид, будто тащу на плече тяжёлый груз.

Майен радостно закивал, а Лиор внимательно следил за моими движениями.

— Ещё нужны ножи, мешки и длинные жерди, — продолжил я, показывая сначала свой нож, потом мешочек на поясе и, наконец, указывая на длинную упавшую ветку. — Всё это пусть люди принесут сюда. Поняли?

— Барк! Три зверя! Много мясо! — восторженно повторил Майен, растопырив три пальца.

— Люди сюда! — добавил Лиор и показал рукой в сторону нашей стоянки, а затем на добычу.

Ну вот, главное усвоили. А уж Барк сообразит, зачем нам люди, если мы трёх таких громадин завалили. Надеюсь, мальчишки хотя бы про мешки и ножи не забудут.

— Правильно! — одобрил я. — Только бегите осторожно. Здесь земля плохая, ноги проваливаются.

Для убедительности несколько раз надавил ногой на зыбкий грунт и показал, как можно споткнуться. Лиор серьёзно кивнул, а Майен уже нетерпеливо поглядывал в сторону тропы.

— Барк! Три зверя! — ещё раз выпалил он, явно предвкушая, какое впечатление произведёт эта новость.

— Да, три! — рассмеялся я. — А теперь бегом!

Мальчишки сорвались с места и помчались обратно по нашему следу, ловко огибая кусты и перепрыгивая через корни. Я некоторое время наблюдал за ними, пока они не скрылись среди деревьев, после чего повернулся к оставшимся.

Вел уже подобрал один из уцелевших ножей, а Айла деловито осматривала лосиху, прикидывая, с какой стороны удобнее начинать разделку. Алан и Куру стояли возле детёныша, переговариваясь на своём языке. Один показывал на верёвки, другой — на раны от рогатин.

Я подошёл к ним и похлопал обоих по плечам.

— Молодцы, ребята! Боласы сработали отлично.

Алан улыбнулся, явно уловив похвалу. Куру указал на поверженного лосёнка, затем на свои верёвки и гордо произнёс:

— Зверь!

— Зверь, — согласился я. — Причём очень даже приличный.

Вот уж кому сегодня есть чем гордиться! Мальчишки ещё толком говорить с нами не умеют, а уже обеспечили половину охоты. Правда, чуть не отправились на тот свет вместе с добычей, но об этом мы с ними ещё отдельно поговорим. Когда выучат достаточно слов, чтобы понять, почему нельзя игнорировать крик «Беги!». А то в следующий раз может не оказаться рядом пятерых вооружённых идиотов, готовых дружно шарахнуть копьями разъярённую лосиху.

Я посмотрел на Алана.

— Ты как? — спросил, указывая на его ногу.

Подросток сначала не понял, но затем посмотрел вниз, осторожно согнул колено и несколько раз перенёс вес с одной ноги на другую.

— Хорошо, — произнёс он на нашем языке и улыбнулся.

Хорошо, говоришь? Ну-ну. Посмотрим.

Я присел и быстро осмотрел его ногу. На бедре обнаружился внушительный синяк, а кожа на боку оказалась содрана почти до крови. Однако кости были целы, сустав двигался свободно, да и опираться на ногу мальчишка мог без особых затруднений.

— Жить будешь, — сообщил я, поднимаясь. — А вот геройствовать сегодня больше не надо.

Алан понятливо кивнул, хотя, судя по выражению лица, ничего не понял.

Не страшно, научим. Главное, чтобы живыми до конца обучения дотянули.

Мы принялись за работу.

Первым делом Вел помог мне освободить лосёнка от боласов. Верёвки уцелели, хотя несколько плетёных участков заметно растянулись и распушились. Алан с Куру сразу забрали своё оружие, осторожно распутали узлы и принялись проверять, насколько оно пригодно для дальнейшего использования.

Правильно делают! Копья мы сегодня почти все переломали, так хоть боласы сохраним. Полезная штука оказалась, ничего не скажешь.

Затем занялись разделкой добычи. Айла показала, где лучше надрезать шкуру, как отделять мясо по естественным промежуткам между мышцами, а я растолковал ребятам почему не стоит без необходимости рубить кости. Вел быстро понял, что от него требуется, и вскоре уже работал самостоятельно, ловко действуя каменным ножом.

Айла тоже не отставала. Девушка с таким спокойствием и сноровкой принялась помогать Рыжему, что я невольно усмехнулся.

Вот вам и распределение обязанностей! Вел добычу выслеживает, Айла разделывает, Алан с Куру верёвки спасают, а я тут изображаю главного технолога мясоперерабатывающего предприятия. Осталось только вывеску прибить: «То-Рек и товарищи. Мясо свежее. Самовывоз обязателен».

Однако настроение моё быстро стало серьёзнее, когда я ещё раз оглядел огромные туши.

Мяса действительно было невероятно много.

Даже если мы сумеем доставить всё это к пещере, придётся немедленно заниматься сохранением добычи. Свежая дичь в такую погоду долго не пролежит, особенно если дневное солнце продолжит пригревать. Нужны большие костры, сушильные рамы, много дыма и ещё больше рабочих рук.

А ведь вечером у нас обряд!

И люди ждут, что мы принесём жертвы Предкам.

Ха! С жертвами теперь проблем не будет. Тут на всех Предков хватит, ещё и потомкам останется! Вот только Барк, наверное, очень удивится, когда узнает, во что вылилась обычная утренняя охота.

Я невольно посмотрел в сторону поваленного дерева.

Гигантский лось всё ещё лежал под его тяжёлым стволом. Даже издалека огромные рога впечатляли своими размерами, а широкая тёмная спина возвышалась над землёй словно небольшой холм.

И ведь рога надо обязательно забрать! Такой материал пропадать не должен. Из них можно столько полезных вещей сделать, что даже перечислять сейчас не хочется. Особенно если учесть, что у нас половина охотников осталась без копий.

Над лесом неожиданно прокатился порыв ветра.

Кроны старых деревьев медленно закачались, и я снова почувствовал под ногами лёгкое движение земли. Где-то неподалёку заскрипел толстый ствол, а из-под мха донёсся едва различимый треск натягивающихся корней.

Вел тоже остановился и настороженно огляделся.

— То-Рек, — негромко произнёс он, — я же говорил тебе. Этот лес живой.

Я посмотрел на Рыжего, затем на вывороченные корни огромного дерева, под которым остался наш самый крупный трофей.

Ну да. Живой. И сегодня он очень удачно подставил нам плечо. Точнее, целое дерево.

— Хороший лес, — согласился я, возвращаясь к работе. — Полезный.

Вел некоторое время молчал, после чего неожиданно серьёзно кивнул.

— Значит, духи леса помогли нам.

— Возможно, — ответил я, не поднимая головы. — Только ты им пока спасибо не кричи. А то услышат, обрадуются и ещё одно дерево на нас уронят.

Рыжий фыркнул, а Айла рассмеялась.

Я тоже улыбнулся и продолжил работать, стараясь не напрягать раненое плечо.

День ещё только переваливал к середине, а мы уже успели найти медь, обнаружить богатую рыбой заводь и завалить трёх лосей, едва не погибнув при этом.

Ну что ж, Егор, день прошёл не зря! Теперь главное — доставить мясо домой, заняться раной и успеть на вечерний обряд. Прямо не каменный век, а сплошная беготня!

Перехватил нож поудобнее и продолжил разделку.

Только бы хищники на запах крови раньше наших помощников не явились. А то ещё придётся отбиваться от желающих поживиться за наш счёт!