Глава 10

— На тебя? — Я с удивлением посмотрел на Барка. — А тебе-то зачем? Ты же сам с духами разговариваешь!

Старик недовольно засопел, покосился на женщин, которые теперь гораздо увереннее двигались по шевелящейся земле, и снова повернулся ко мне.

— Разговариваю, — подтвердил он. — Но слова твои сильные. Пусть и меня защищают.

Вот ведь хитрец! Главный шаман рода решил подстраховаться заклинанием младшего коллеги. Причём даже не скрывает этого!

Я с самым серьёзным видом поднял руки, несколько раз провёл ладонями над его головой и торжественно произнёс:

— Кэш очищен! Куки удалены! Антивирус активирован! Режим невидимости включён! Доступ посторонним духам запрещён! Система защиты активизирована! Доступ старейшине разрешён!

Для пущего эффекта я ещё и амулетами своими потряс над головой Барка, обошёл его кругом, бормоча под нос что-то совершенно невразумительное, а затем трижды плюнул через левое плечо.

— Плюнь через сво плечо! — строго велел я старику.

Барк послушно три раза сплюнул, после чего вопросительно уставился на меня.

— А другим ты не так делал, — заметил он, кивнув в сторону женщин.

— Так они же не шаманы! — с совершенно серьёзным видом ответил я. — Для тебя защита особая нужна. Всё, Барк, готово! Теперь можешь идти спокойно.

Барк с самым серьёзным видом оглядел себя, потрогал висящие на груди амулеты, затем удовлетворённо хмыкнул.

— Хорошие слова, — одобрил он. — Очень сильные. Я прямо чувствую эту защиту.

Ага. Особенно режим невидимости. Главное, дед, не пытайся теперь незаметно подкрасться к медведю.

Впрочем, вслух я, разумеется, ничего подобного не сказал.

— Ладно, пошли. Там люди ждут, а мясо само себя до дома не донесёт.

Старик хмыкнул, расправил плечи и уже собирался зашагать вслед за остальными, но вдруг остановился. Немного подумал, перебирая пальцами костяшки вплетённые в бороду и повернулся ко мне.

— То-Рек, а ты потом меня этому научи, — серьёзно произнёс Барк, только глаза у него при этом хитро поблёскивали. — Я тоже хочу уметь такую сильную защиту от духов накладывать.

Представил, как наш великий шаман, облачившись в ритуальную маску, прыгает вокруг костра, трясёт погремушками и во всё горло выкрикивает заклинания про антивирус, куки, фаервол и прокси. А потом торжественно плюёт через левое плечо и объявляет всем собравшимся, что защита от злых духов установлена и обновления больше не требуются. И от этой картины едва не заржал в голосину, но вовремя прикусил язык и, с трудом сохранив серьёзную физиономию, степенно кивнул.

— Ну… хорошо, Барк. Научу, если хочешь.

Старик удовлетворённо хмыкнул и зашагал вслед за остальными, а я поспешил за ним, всё ещё сдерживая смех.

Вот ведь до чего дошло! Скоро главный шаман Гордов начнёт изгонять злых духов средствами компьютерной безопасности. А если какой-нибудь особенно вредный дух не испугается, Барк ему ещё и куки удалит! Причём вместе с головой!

Я обогнал людей и повёл всю толпу к поляне, где оставалась наша добыча. Вскоре впереди показались знакомые валуны, а между деревьями донёсся голос Вела, который что-то объяснял Алану и Куру. Заметив моё приближение, Рыжий поднял руку и радостно замахал ею.

— То-Рек! Привёл?

— Привёл! — отозвался я. — Только по дороге пришлось с местными духами договариваться!

Следом за мной на поляну вышли Нэра и Шунайя. За ними потянулась длинная вереница женщин, нагруженных мешками, свёрнутыми шкурами и жердями. Дети держались поближе к Нэре и другим знакомым взрослым, а женщины Серых Волков со своим потомством шли немного в стороне, стараясь не смешиваться с остальными.

Но стоило нашим помощникам увидеть добычу, как все разговоры разом стихли.

Сначала люди заметили разделанного лосёнка, затем огромную лосиху, лежавшую возле вывернутых корней, а когда разглядели самца под поваленным деревом, над поляной прокатился изумлённый гул.

Барк, замыкавший шествие, остановился и долго рассматривал чудовищную тушу.

— Три? — наконец спросил он, повернувшись ко мне.

— Три, — подтвердил я.

Старик перевёл взгляд на обломанные копья, валявшиеся возле лосихи, затем заметил повязку на моём плече и нахмурился. Барк некоторое время смотрел на меня, явно ожидая объяснений, но затем махнул рукой.

— Потом расскажешь.

Я кивнул и подвёл старика к поваленному дереву и показал, как оно придавило шею и плечи самца. Барк обошёл тушу, попробовал сдвинуть тяжёлую ветку и задумчиво поскрёб затылок.

— Большой зверь, — заключил он. — не вытащим. Придётся так резать.

Ну, это мы с Велом и без него уже поняли. Вопрос в другом: сумеем ли разделать тушу прямо под деревом, не вытаскивая её целиком? Оставлять здесь хоть кусочек лосятины совершенно не хотелось. Моя внутренняя жаба тут же подняла голову и возмущённо квакнула, полностью поддерживая меня в этом вопросе.

Рядом появились несколько женщин, принявшихся с любопытством разглядывать мёртвого лося. Одна осторожно потрогала широкий рог, другая присела возле задней ноги, оценивая размеры будущей работы.

Вот теперь посмотрим, на что способна наша первобытная мясозаготовительная артель. Сил немного, ножи каменные, зато желания поесть — на целую армию хватит!

Барк стукнул посохом о землю, привлекая внимание.

— Слушайте все! — громко приказал он. — Женщины, которые умеют разделывать зверя, идите сюда. Остальные готовьте мешки и жерди. Делайте носилки и волокуши! Добычу надо унести до темноты!

Люди оживились.

Несколько женщин немедленно подошли к лосихе, другие направились к самцу. Нэра тоже занялась делом, распределяя принесённые шкуры и показывая, куда складывать мясо. Раздала каменные ножи, которые принесла с собой из пещеры.

Шунайя, деловито пыхтя, первой подошла к Нэре за ножом и принялась придирчиво осматривать предложенные орудия. Один нож она недовольно отвергла, зато другой повертела в руках, проверила пальцем остроту лезвия и, удовлетворённо хмыкнув, уверенно направилась к лосю.

Нэра возражать старухе не стала. Зато когда следующая в очереди женщина попыталась проделать тот же фокус и выбрать себе нож получше, наша мать наградила её таким строгим взглядом, что бедняжка тут же осеклась и поспешно взяла тот нож, который ей протягивали.

Работа наконец пошла полным ходом.

Особенно старательно работали женщины Серых Волков. И те, кто решил остаться в прежнем племени, и те, кто пожелал стать Гордами, трудились на совесть. Правда, держались они двумя отдельными группами, почти не разговаривали между собой и всем своим видом демонстрировали, что недавние обиды никуда не делись. Зато работа спорилась у обеих групп.

Одна за другой от туш отделялись большие куски мяса, а внутренности складывали отдельно. С ними предстояло ещё немало возни: освободить кишки и желудки от содержимого, тщательно промыть, выскоблить и подготовить к дальнейшему использованию. Но всё это можно будет сделать потом, дома. Сейчас главное — побыстрее закончить разделку, собрать добычу и убраться отсюда, пока запах свежей крови не привлёк незваных гостей.

Наконец большая часть мяса была отделена, а оставшуюся тушу удалось немного сдвинуть из-под ствола. Не без труда, разумеется, но главное — дело пошло.

Постепенно возле камней выросла целая гора мяса, шкур, костей и мешков с требухой.

И вот тут возник следующий вопрос.

А как, собственно, мы всё это богатство тащить собираемся? За две ходки точно не управимся, а если делать три или четыре, то до темноты не успеем.

Я взглянул на небо и недовольно поморщился. Солнце уже вовсю припекало макушку, а значит, время перевалило за полдень. Об этом тут же напомнил и желудок, болезненно сжавшись от голода.

Да уж, обеденный перерыв сегодня явно отменяется. Тут бы хоть до ужина управиться! А ведь всю эту гору мяса ещё и сохранить кому-то нужно.

Пришлось снова пораскинуть мозгами и вспомнить, как мы тащили козлятину и шкуры гиен. Тогда ведь справились! Значит, и сейчас что-нибудь придумаем.

К счастью, люди принесли с собой длинные жерди, а недостающие мы нарубили тут же, в лесу. Нэра, похоже, выгребла из нашей пещеры все запасы кожаных ремней и верёвок, так что материала для креплений хватало. Из жердей соорудили несколько широких носилок, скрепив их поперечинами и натянув между ними ремни. Получилось грубовато, зато достаточно прочно, чтобы переносить тяжёлые куски мяса.

Другие тяжёлые куски мяса мы подвесили к длинным палкам, предварительно связав их попарно, чтобы те не слишком прогибались под тяжестью. Теперь каждый такой груз могли нести двое, положив концы жердей себе на плечи.

А для особенно неудобных нош пригодились волокуши.

Собственно, ничего сложного. Берём две длинные жерди, связываем их с одного конца, а свободные разводим в стороны, чтобы получился треугольник. Между жердями закрепляем поперечины из крепких веток, укладываем на них груз и хорошенько притягиваем верёвками, чтобы ничего не свалилось по дороге. Остаётся только приподнять связанный конец и тащить за собой. Широкая часть волочится по земле вместе с грузом.

Простейшее изобретение, а пользы — вагон.

Правда, на мягком лесном грунте волокуши временами цеплялись за корни и застревали в кочках, зато по более ровным участкам скользили вполне прилично.

Проверив крепления и убедившись, что мешки не сваливаются при каждом рывке, я наконец объявил:

— Всё! Первую партию отправляем!

Носильщики засуетились, разбирая приготовленные грузы. Взрослые взваливали на себя самые тяжёлые мешки и брались за носилки, подросткам доставалась ноша полегче. Даже пятилетняя мелюзга не осталась в стороне: четверо малышей впряглись в одну из волокуш и дружно потащили вполне приличный груз. Трое тянули спереди, а четвёртый старательно подталкивал сзади.

Надо же! Неожиданно. А ведь неплохо у них получается!

Я ещё раз оглядел ребятишек и вдруг сообразил, что среди них не хватает Таш.

А где наша егоза?

Похоже, Нэра оставила её дома присматривать за близнецами и Кабу — тем самым мальчишкой с черепно-мозговой травмой, которого Барк забрал в нашу пещеру.

При этой мысли я невольно нахмурился.

Надеюсь, Кабу не вздумает обидеть Таш. Парнишка вроде спокойный, но после такой травмы всякое возможно.

Особенно меня беспокоило возможное повреждение лобных долей мозга, прежде всего префронтальной коры. Именно эти отделы отвечают за самоконтроль, планирование действий, оценку последствий и торможение импульсивных реакций. При их повреждении человек иногда начинает вести себя совершенно нехарактерно: становится раздражительным, вспыльчивым, теряет способность сдерживать внезапные порывы. В тяжёлых случаях возникает так называемая посттравматическая расторможенность, которая может сопровождаться приступами немотивированной агрессии.

И ведь это ещё не всё. После сильного удара головой опасны отёк мозга и внутричерепные кровоизлияния. Иногда пострадавший сначала выглядит вполне благополучно, а затем его состояние резко ухудшается.

Конечно, у Кабу пока нет явных признаков повреждения именно лобной коры. Да и удар по лбу вовсе не означает, что пострадала обязательно она. Но без томографа попробуй тут разберись! А рядом маленькие дети.

Я недовольно поморщился.

Надо будет сразу по возвращении проверить мальчишку. И с Таш поговорить, чтобы не пыталась справляться с ним сама, если вдруг начнёт вести себя странно.

Вел быстро проверил, насколько удобно закреплены носилки, и помог нескольким женщинам поднять жерди на плечи.

Я тем временем оглядел оставшуюся добычу.

М-да…

Это мы, значит, только первую партию собрали? А сколько же тут ещё осталось⁈

Впрочем, деваться было некуда.

Барк, Куру и Айла оставались охранять мясо. Под присмотром опытного охотника за ребят было спокойнее, но тревога не отпускала. Моё жопное чутьё буквально выло:

Хоть умри, Егор, но до заката нужно успеть забрать всю добычу и вернуться домой!

Дорога оказалась куда тяжелее, чем представлялось.

Без груза мы проходили этот участок довольно быстро, но теперь каждый толстый корень превращался в препятствие, а каждый небольшой подъём заставлял носильщиков останавливаться и перехватывать жерди поудобнее.

Особенно трудно приходилось тем, кто тянул волокуши. Стоило широкому заднему краю зацепиться за корень, как груз останавливался, и его приходилось освобождать.

Внезапно одна из женщин пронзительно взвизгнула и завопила дурным голосом:

— А-а-а! Пусти! Пусти меня! На мне защита Ха-Рука! А-а-а!

Оказалось, её нога провалилась почти по колено в пустоту под мхом. Бедняжка перепугалась до икоты, решив, что живой лес наконец решил ею пообедать. Но надо отдать ей должное: мешок с мясом она так и не выпустила из рук!

Тётку освободили, защиту обновили и снова продолжили путь. Пока я колдовал, люди невольно замедляли шаг, а некоторые испуганно оглядывались.

— Не останавливайтесь! — рявкнул Вел. — Вы под защитой Ха-Рука! Идите!

Ещё во время разделки лосихи я подробно рассказал Велу, как люди перепугались живого леса и каким способом мне удалось заставить их идти дальше. Рыжий внимательно выслушал, немного подумал, а потом попросил наложить такую же защиту и на него. Мол, мало ли что, лишней не будет.

Алан и Куру наблюдали за нашим колдовством с явным недоумением. Их, кстати, шевелящаяся под ногами земля почему-то совершенно не смущала. А вот Айла побаивалась, хотя и не настолько, чтобы впадать в панику. Но защиты у меня так и не попросила.

То ли не поняла, чем это мы с Велом занимаемся, то ли решила, что сама справится. А может, просто мне настолько доверяет, что никакие заклинания ей не нужны. Пойди разбери этих девчонок!

К счастью, серьёзных происшествий не случилось.

Постепенно зыбкая земля осталась позади, и мы вышли к знакомому ручью.

Я уже собирался предложить короткий привал, когда заметил скалы, между которыми вода делала крутой поворот.

Твою ж дивизию! Рыбачки!

Совершенно вылетело из головы, что наши девушки остались у каменной чаши. Ведь обещали же забрать их на обратном пути!

— Лиор! — окликнул я парня. — Помнишь, где мы оставили женщин рыбу ловить?

Парень кивнул.

— Женщины. Рыба. Вода. Камни. Да, То-Рек, помню. Приведу.

Скинул свой груз, взял копьё поудобнее и побежал к расщелине.

Вел поднял руку и громко объявил привал. Люди облегчённо выдохнули и принялись опускать грузы, после чего без сил повалились на землю прямо там, где стояли.

Я устроился на поваленном стволе, осторожно вытянув раненую руку. Плечо неприятно ныло, но повязка держалась хорошо, и свежей крови на ней пока не появилось.

Вел присел рядом, принялся растирать ладони и вдруг посмотрел на меня.

— Думаешь, поймали рыбу?

— А почему нет?

— Не знаю, — признался он. — Я бы не смог.

— Ты ведь сам видел, как они возле воды двигались.

Рыжий задумчиво кивнул и как-то мечтательно вздохнул.

— Видел… Красиво двигались.

У-у-у, дружище, да ты, похоже, попался! Эти кошечки всё-таки сумели зацепить нашего Рыжего. И, судя по его мечтательной физиономии, зацепили основательно. Кажется, Айла рискует остаться без жениха. Уведут Рыжика морские демоницы, и глазом моргнуть не успеем!

Ждать пришлось недолго.

Сначала со стороны скал послышались оживлённые голоса, потом громкий смех, а следом из расщелины показался Лиор.

Он нёс длинную жердь, на которой покачивалось что-то большое и тёмное. Второй конец жерди поддерживала одна из рыбачек. Следом за ними из расщелины одна за другой вышли остальные женщины.

Увидев, сколько добычи они тащат, я от удивления даже рот приоткрыл.

— Ого! — только и смог выдавить я.

А они время даром не теряли!

Впрочем, удивление оказалось взаимным.

Рыбачки, весело переговаривавшиеся ещё несколько мгновений назад, вдруг притихли и остановились как вкопанные. Перед ними открылась занятная картина: целая толпа женщин и детей, вповалку отдыхающих возле нагруженных мясом волокуш, носилок и мешков. А ведь на охоту уходило всего семеро ребят!

— Ой! — ахнула одна из девушек. — А откуда столько людей?

— А это всё мясо⁈ — воскликнула другая, разглядев грузы.

Они принялись изумлённо переглядываться, показывать пальцами на волокуши и наперебой задавать вопросы. Кто-то даже подошёл поближе и недоверчиво потрогал огромный кусок лосятины, словно проверяя, настоящий ли он.

Зато наши носильщики при виде рыбачек заметно оживились. Несколько женщин вскочили на ноги, дети с радостными воплями бросились навстречу, а остальные с любопытством вытягивали шеи, стараясь разглядеть принесённую добычу.

И посмотреть действительно было на что!

Две женщины тащили большие плетёные корзины, подозрительно напоминавшие половины моей верши. Одна оказалась почти доверху набита рыбой, другая тоже была заполнена так плотно, что сверху пришлось уложить несколько гибких прутьев, чтобы добыча не вываливалась.

Остальные несли жерди с нанизанными рыбинами. Я насчитал около двух десятков экземпляров длиной примерно с человеческую руку, а некоторые оказались ещё крупнее. Самая большая рыбина, которую помогал тащить Лиор, вообще поражала размерами. Если вытянуть её от хвоста до головы, она наверняка оказалась бы длиннее нашего Тина.

Да тут не рыбалка была, а настоящий рыбный геноцид! Похоже, водоёму настал полный писец. Всю рыбу подчистую выловили!

Вокруг рыбачек тут же поднялся радостный гомон. Женщины восхищённо охали, дети подпрыгивали, пытаясь дотронуться до громадных рыбин. Даже самые уставшие носильщики заулыбались.

Но радость продолжалась недолго.

Одна из женщин окинула взглядом корзины, потом посмотрела на лежавший рядом мешок с мясом и тяжело вздохнула:

— И это тоже нести?

Остальные словно только сейчас сообразили, что рыба сама до стоянки не доберётся. Улыбки заметно померкли, а кто-то и вовсе со стоном опустился обратно на землю.

Ну да, добычи у нас теперь хоть пир на весь род устраивай. И мёртвым достанется и живым останется. Донести бы.

Тем временем я обратил внимание на длинные ровные палки с заострёнными концами, которые держали несколько девушек. Возле острия каждой имелся короткий боковой сучок, специально оставленный и тщательно обработанный. Концы палок были обожжены в огне и заострены до такой степени, что получились самые настоящие примитивные гарпуны!

Я взял один из них, повертел в руках и одобрительно присвистнул.

— Это вы её такой палкой добыли? — спросил я, указывая на громадину, которую Лиор осторожно укладывал возле остальных жердей.

Девушки сразу повеселели и принялись наперебой рассказывать, как подкарауливали рыбу возле подводных камней, заходили к ней с разных сторон и били гарпунами.

Та самая молодуха в «глиняном костюме» подошла ко мне, довольно улыбаясь, и показала на плетёные ёмкости.

Костюмчик, кстати, местами изрядно поистрепался, и я старательно отводил глаза, чтобы не пялиться туда, куда мальчишке возраста То-Река смотреть не положено. Хотя… это по моим современным меркам не положено. Здесь-то к подобным вещам относились куда проще. Но воспитание есть воспитание. И точка.

— То-Рек, твои корзины с червяками хорошие! — объявила она. — Только большая рыба туда не идёт. А маленькая идёт! Много идёт!

Она запустила руку в одну из корзин и вытащила рыбину размером с ладонь.

— Вот такую трудно поймать. Мелкая. Быстрая очень! А корзина поймала!

Я заглянул внутрь.

Рыбы там действительно было столько, что сразу и не сосчитать.

— Значит, верша всё-таки пригодилась?

— Да! — радостно подтвердила девушка. — Только мы её разделили и немного по другому сплели. Чтобы рыбу нести!

Она показала, как они использовали две части плетёной ловушки вместо корзин, дополнительно укрепив их прутьями.

Я улыбнулся.

— Ну и правильно сделали! Главное, что добычу донесли.

Вот ведь умницы! И жертвенные подношения для вечернего обряда сами добыли, и наш род с такими рыбачками теперь точно без рыбы не останется!

Пока я стоял и радовался столь приятным перспективам, Вела уже успели взять в полный оборот.

Рыжий подошёл рассмотреть улов, присел и осторожно приподнял одну из самых крупных рыбин.

— Хорошая добыча, — одобрительно произнёс он.

Девушки тут же оживились. Одна поправила волосы и с улыбкой шагнула к нему поближе.

— Мы у большой воды жили, — пояснила она. — Рыбу ловить умеем.

— Вижу, — усмехнулся Вел. — Хорошо умеете!

— А ты приходи с нами рыбу ловить, — предложила другая, лукаво поглядывая на него. — Мы тебя научим.

— Я и сам умею! — гордо заявил Рыжий.

— Тогда посмотрим, кто больше поймает! — рассмеялась первая. — Только если проиграешь, исполнишь наше желание.

— А если выиграю? — заинтересовался Вел.

Девушки переглянулись и дружно захихикали.

— А тогда мы тебе будем должны желание.

Рыжий расплылся в довольной улыбке.

Ну всё, пропал наш охотник! Уже на следующую рыбалку записался. Причём, сдаётся мне, рыба его теперь интересует далеко не в первую очередь.

Рыбачки устроились возле ручья, чтобы немного передохнуть, а остальные женщины немедленно окружили их, с любопытством разглядывая необычные плетёные корзины, модернизированные из моей верши.

Тем временем я заметил возле наших носилок двух мальчишек, которые явно пытались доказать друг другу, кто из них сильнее.

Одного я узнал сразу.

Это был тот самый паренёк, которого мы оставили у деревьев на суд Предков за издевательства над детьми. Теперь он старательно тащил мешок с мясом, слишком тяжёлый для его возраста.

Второй мальчишка тоже оказался знакомым. Утром он просился с нами на охоту, но я отказался брать его без оружия.

Оба теперь из кожи вон лезли — пытались показать свою силу и полезность.

Первый то и дело поглядывал в мою сторону, явно проверяя, замечает ли страшный Ха-Рук его старания. Второй демонстративно перехватывал мешок поудобнее и пытался поднять его одной рукой, хотя по лицу было видно, каких усилий это ему стоит.

Пока я наблюдал за ними, один из мальчишек попробовал взвалить мешок на плечо, но не удержал равновесие и едва не упал. Второй немедленно презрительно фыркнул, хотя сам примеривался с какой бы стороны половчее ухватить свою ношу.

Они обменялись злыми взглядами.

Ага. Вот оно что! Не просто хвастаются, а ещё и друг перед другом выпендриваются. Один из Волков, другой из тех, кто решил перейти к Гордам — «бывший волчонок». Значит, теперь каждый считает себя лучше другого. Плохо дело, ребята. С таким подходом хорошей охотничьей команды из вас не получится.

Я некоторое время делал вид, что ничего не замечаю, но затем решил вмешаться.

— Эй, силачи! Идите сюда!

Оба настороженно посмотрели на меня и подошли, оставив свои мешки.

— Хорошо работаете, — похвалил я. — Только вижу, что вам слишком легко.

Мальчишки растерянно переглянулись.

— Пока остальные отдыхают, вы тут силой помериться решили? — усмехнулся я, глядя на их ошарашенные лица. — Значит, не устали!

Я указал на ближайший мешок, в котором, судя по запаху и роившимся над ним мухам, лежала требуха.

— Вот это тоже понесёте. На двоих.

Парнишка, который утром просился на охоту, изумлённо уставился на меня.

— Как? Мы и эти еле несём!

— А я ещё добавляю, — спокойно ответил я.

Второй мальчишка побледнел.

— Ха-Рук, мы не сможем!

— По одному — не сможете, — согласился я. — А вдвоём сможете. Только придумайте, как нести.

Оба посмотрели на три мешка, затем друг на друга.

— Посмотрите на остальных, — посоветовал я, указывая на женщин, которые вдвоём тянули довольно тяжёлую волокушу. — Они вместе работают. И груз несут на много больше вашего. А вы каждый сам по себе стараетесь. Так далеко не уйдёте.

Парни молчали.

— Вот и подумайте, как сделать лучше, — закончил я. — А мы пока пойдём.

Я поднялся и решил осмотреть окрестности. Хотелось убедиться, что вокруг всё спокойно и по нашему следу не идут любители поживиться чужой добычей.

— Ты куда? — тут же встрепенулся Вел, высвобождаясь из цепких девичьих рук.

— Пройдусь, посмотрю, всё ли спокойно.

— Я с тобой! — решительно заявил Рыжий и с опаской покосился на девушек.

Те немедленно изобразили обиду, причём старались изо всех сил, но получалось у них не слишком убедительно. Уж больно весело поблёскивали глаза.

Я кивнул и зашагал вперёд, хотя далеко уходить не собирался. У края колонны нарочно задержался, сделав вид, что поправляю жилетку. Спустя некоторое время оглянулся и увидел, что оба мальчишки стоят возле молодого деревца, о чём-то спорят и показывают на его ствол.

Пусть сами соображают. Геройствовать в одиночку легко, особенно когда есть перед кем покрасоваться. А вот научиться работать вместе, — совсем другое дело. И лучше уж пусть учатся сейчас, когда цена ошибки — пара лишних мешков, а не чья-нибудь жизнь.

Затем один ухватился за деревце повыше, другой навалился снизу, и они вдвоём принялись его раскачивать.

Ага! Кажется, до товарищей начало доходить!

Тонкое деревце затрещало, накренилось и наконец переломилось. Мальчишки быстро очистили ствол от боковых веточек, принесли к мешкам и принялись привязывать груз.

Получилось не сразу. Первый узел распустился, второй оказался слишком слабым, а третий мешок вообще никак не хотел держаться посередине.

Но парни больше не ссорились.

Они увлечённо исправляли собственные ошибки, придерживали жердь друг другу и наконец сумели закрепить все три мешка так, чтобы вес распределялся более или менее равномерно.

Затем взялись за концы, одновременно подняли жердь и устроили её себе на плечах.

Груз оказался тяжёлым, но вполне посильным.

Я подошёл к ним как раз в тот момент, когда они сделали первые несколько шагов.

— Ну что? — поинтересовался я. — Получается?

Оба гордо закивали.

— Вместе можно! — объявил тот, который утром просился на охоту.

— Вот именно, — одобрил я. — Вместе можно больше. Только шагайте одинаково, а то друг друга с ног собьёте.

Мальчишки попробовали подстроиться под общий шаг, несколько раз сбились, но вскоре уже довольно уверенно двинулись вперёд.

— Хватит отдыхать! — рявкнул Вел. — Пора идти дальше!

Люди неохотно зашевелились, один за другим поднимаясь на ноги и взваливая на себя грузы. Вскоре колонна снова двинулась в сторону пещеры. Оставалось уже совсем немного.