Глава 47

Картер

Она сидит на мне: красивая до боли в глазах, с раскрасневшимися от смущения щеками. Роуз прислушивается к своим ощущениям и стесняется того, что ей нравится. Волнуется, переживает, но веки трепещут, а губы едва слышно шепчут моё имя.

И да, я солгу, если скажу, что не хочу большего. Ей хорошо в моих руках, и это чертовски заводит, но я понимаю, что спешить нельзя. Только не с ней…

Она соблазнительно выгибается, и я развязываю верёвочки купальника на спине. Застенчиво прикрывается, придерживая ткань, но я успокаиваю её и настойчиво тяну верх бикини в сторону.

Чёрт… От вида этой полуобнажённой девчонки мне моментально сносит крышу. Не видать спокойных ночей однозначно. Без конца теперь буду представлять как она стонет подо мной. Хочу её безумно: тело, душу… Всю её.

— Я тебя люблю, — тихо шепчет Роуз, закусывая губу.

Сначала я даже не верю в то, что она действительно произносит эти слова. Серьёзно, потому что они — самое лучшее, что я слышал в своей жизни. Грудь разрывает от чувств к ней. Роуз Онил со мной, и это то, чего я всегда желал…

*********

15 июня. У матери Роуз день рождения. Я достаю цветы из машины и уверенной походкой направляюсь в сторону дома семейства Онил.

— Привет, — Роуз спускается по лестнице и довольно ухмыляется, оценивая мой внешний вид. Рубашка, брюки, все дела. Она говорит, что ей нравится, когда я так выгляжу. Сам же я не особенно люблю классику.

Целует меня в щёку и ловит мой недовольный взгляд.

— Губы, Онил, мне нужны твои губы, — шепчу ей на ухо.

— Пойдём, — тянет за руку и нервно улыбается, расправляя несуществующие складки на моём любимом белом сарафане. Именно в нём она пришла тогда в парк аттракционов. — Будь особенно осторожен с бабушкой Ди. Она уж точно не постесняется, учти.

Я выдавливаю из себя усмешку.

На веранде, кстати, довольно шумно. Кажется, несколько поколений решили собраться здесь все вместе. Не люблю подобные семейные сборища, но придётся потерпеть, раз уж пообещал Роуз. В конце концов, у меня серьёзные намерения относительно этой девушки, так что с её родственниками я как-нибудь справлюсь.

Здороваюсь с присутствующими и поворачиваюсь к Элис. Она сидит во главе стола: элегантная и надменная. Волосы уложены в стильную причёску, а мятный костюм сидит идеально.

— С юбилеем, миссис Онил, — протягиваю ей красные розы и подарочный пакет с дорогими швейцарскими конфетами. Элис благодарит меня сдержанной улыбкой, с трудом перехватывая увесистый букет.

— Ну вы, молодой человек, всех переплюнули с такой-то красотой, — комментирует незнакомая мне женщина, которую Роуз позже представит как свою крёстную.

— Это сколько же их там, неужели сорок пять?

— Больше, — вмешивается кто-то.

Как по мне, эти реплики звучат весьма странно. Они бы ещё пересчитали их прямо на этом праздничном столе.

Кид жестом приглашает меня сесть рядом с ним. Судя по его лицу, он тоже не в восторге от застолья. Родственники вполне дружелюбно представляются один за другим. Если честно, зря они так стараются. У меня вечная проблема с именами, так что сомневаюсь, что запомню хотя бы половину.

— Привет, — улыбается мне девушка Кида, — Ну слава богу теперь не я в центре внимания!

— Да, Аманда уже устала держать защиту, — тихо замечает Кид.

— А всё потому что кое-кто не особенно мне в этом желает помочь! — она кокетливо поправляет и без того ровную чёлку, при этом злобно глядя на парня.

Лоретта наполняет мою тарелку едой, и я прошу её не суетиться. Справляюсь о здоровье, выглядит она очень хорошо. Обворожительно улыбается, тепло касаясь моего плеча. Благодарит, заверив меня в том, что всё в порядке. Несмотря на свой возраст, эта женщина невероятно обаятельная. Думаю, Лоретта в молодости была той ещё штучкой. Наверняка разбила сердце не одному мужчине.

Дядя Роуз, лысоватый мужчина с усами как у Пуаро, активно интересуется моим доджем. Строит из себя знатока, и это изрядно веселит. Потому что он совершенно не разбирается в автомобилях. Не знаю, почему люди часто хотят казаться умнее, чем они есть на самом деле…

Гости Элис без конца поглядывают на меня, а крёстная Роуз и вовсе непрестанно пялиться на нас с каким-то приторно сладким выражением лица. Шум, гам, беседы, и шаблонные пожелания — от этого быстро устаёшь. Терплю эту какофонию только из-за моей девчонки. Она сидит слева, то и дело прижимаясь к моему плечу. Нервничает. Предупреждала, что родственники у неё весьма своеобразные.

— Ба, ну хватит, перестань смущать парня, — просит Кид старушенцию, когда та продолжает сканировать меня цепким взглядом за пуленепробиваемыми стёклами своих очков.

— Да уж, эдакого краснеть не заставишь, — зачем-то вставляет двоюродная сестра Роуз. Сегодня она тоже здесь, но сидит немного в стороне. Я вспоминаю, как (уже не помню её имени) старалась привлечь к себе внимание во время того волейбольного матча. Цирк. Тогда я был занят только тем, что представлял как избавлю Онил от купальника, потому что её грудь в нём выглядела безумно соблазнительной. Собственно так и произошло в тот вечер.

— Смотрю на тебя, Картер, и вижу перед собой Лероя-старшего, — вдруг произносит бабушка Ди, разом вырывая меня из плена фантазий.

— Внешность обманчива, — сухо замечаю я.

Меньше всего я хочу говорить с незнакомыми людьми о своём «отце». Роуз моментально чувствует моё настроение и предлагает бесцеремонной старушенции отведать ещё какие-нибудь блюда. Та лишь отмахивается, подставляя ладонь под острый подбородок.

— Учитесь, работаете? — нарочито вежливо интересуется фея-крёстная.

— Учусь на шеф-повара.

— Классно, так ты ещё и готовишь! — изумляется Аманда.

Пожимаю плечами. Что в этом такого удивительного. Не понимаю мужчин, зависящих в этом плане от женщин.

— Меня не особенно привлекает кухня, — честно отвечаю я, отрезая дежурные вопросы.

— А чем же тогда увлекаетесь, юноша? — продолжает допрос настойчивая Ди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Спортом.

— Картер — будущий чемпион штата по боксу, осталось всего два боя до победы, — гордо произносит Роуз и улыбается мне.

— Так я и думала! Драчун, — щурится Ди, но тут же ухмыляется, — сразу видно, что кровь горячая. Прямо как у отца.

— Не стоит сравнивать меня с ним, — сурово замечаю я. — Давайте обойдёмся без этого.

Грубить не хочу, но и терпеть не собираюсь. Женщина вздыхает и продолжает сверлить меня взглядом.

— А планы на будущее какие? Кулаками махать много ума не надо, — отпускает реплику рыхлый на вид двоюродный брат Онил.

— Не люблю загадывать, жизнь непредсказуема, — расплывчато говорю я. Кид качает головой, соглашаясь.

— А как твоя увлекательная работа за кассой строительного магазина, Вик? — подтрунивает над ним другой родственник, отчего парень моментально багровеет. — Уж лучше кулаками махать, как Лерой, чем предлагать чай по акции, а?

Полноватая девушка, судя по всему жена, толкает его в бок, непрозрачно намекая, чтобы закрыл рот.

Мне порядком надоело повышенное внимание к моей персоне, а потому я тихо предупреждаю Роуз, что вскоре планирую покинуть торжество.

Лоретта просит помочь ей, и я иду за ней следом. Честно говоря, даже рад словить паузу. Аж голова болеть начинает.

Переставляю ящики с фруктами и остаюсь покурить на кухне прямо в распахнутое окно. К несчастью, такое желанное уединение длится совсем недолго.

— Тоже устал от них? — раздаётся голос за моей спиной. Девушка Кида ставит грязную посуду на стол и наливает себе воды.

— Я не любитель подобных застолий, — честно признаюсь я, наслаждаясь дымом.

— Сама такая же, не поверишь, но куда деваться! — весело говорит она, загружая посудомоечную машину. — Ты не откроешь? Элис просила принести ещё парочку на стол.

Она кивает в сторону бутылок, я беру штопор и подхожу к столу. Зажимаю губами сигарету и открываю бутылки одну за другой. Аманда внимательно за мной наблюдает.

— У тебя воротник завернулся, — она неожиданно протягивает руки и порхает пальцами в области моей шеи.

Этот жест с её стороны мне не нравится. Тем более, что с моей рубашкой всё в полном порядке.

— Вот теперь отлично, — задерживает взгляд на моём лице и какое-то время не спешит убрать свои руки.

— Думаю, Кид уже тебя ищет, — вытаскивая сигарету, напоминаю ей о том, что у неё вообще-то есть жених. Выбрасываю окурок в окно (да простят меня педантичные соседи).

— Это вряд ли. Он уж точно не станет бить тревогу. Полагаю, даже и не заметит, — недовольно замечает она.

— Уже заметил, — холодно доносится до нас.

Твою мать. Роуз. Интересно, как давно она здесь?

Аманда сдержанно улыбается, берёт бутылки с вином и молча уходит. Не знаю почему, но некий неприятный осадок всё же остаётся. Роуз тоже поворачивается, но я останавливаю её, хватая за плечи.

— Иди сюда, — разворачиваю к себе и обнимаю. Чувствую, что злится. Похоже, всё же застала ту нелепую сцену с воротником.

— У Ди — глаз алмаз. Так сразу мне и сказала…

— Сказала что? — хмурю я лоб.

— Что вокруг тебя вечно будут женщины. Мол твой типаж — наказание для девушки.

— Да брось, Онил, — отодвигаюсь, чтобы заглянуть в удивительной красоты зелёные глаза. Зачем эта бабуленция, в нелепой шляпе как у королевы Елизаветы, говорит Роуз подобные вещи?

Онил в ответ только криво усмехается.

— Сандерс опять явится в субботу? — спрашивает она, имея ввиду следующий бой.

— Тебе не плевать? Она всегда таскалась посмотреть, — замечаю я и глажу пальцами её скулы.

— Было или не было, Лерой? — вдруг спрашивает она, прищуриваясь.

— Ты вообще о чём?

— О том случае с твоей зажигалкой.

Я думал она уже благополучно забыла об этом.

— Нет.

— Уверен? — вскидывает бровь и внимательно изучает моё лицо.

— Роуз, — я почёсываю бровь, вспоминая ту щекотливую ситуацию в доме Хейли.

— Ясно…

Это её «ясно» совсем мне не нравится. Пытается вырваться, но я не отпускаю.

— Тебе так сложно правду сказать? — от обиды её нижняя губа подрагивает.

— Выходит, моего «нет» тебе недостаточно?

— Представь себе! — шипит она.

— Правду хочешь? Ну ладно, — я начинаю злиться. — Она пришла ко мне в душ, Роуз.

Вижу, как она напрягается и сводит упрямые брови над переносицей.

— Голая, чтобы ты понимала…

— Не продолжай, — отворачивается и смотрит куда-то в сторону. Губы поджаты, нос вздёрнут, а глаза уже на мокром месте. Будь я проклят, если она не ревнует. Представляю, что сейчас происходит в этой хорошенькой головке.

— Ничего ты не поняла… Знаешь, что, детка, будь ты на её месте, я бы точно не оставил тебя в душе одну, — нагло ухмыляюсь я.

В её глазах мелькает что-то неуловимое, и она словно изо всех сил борется с собой. Верить. Нет. Или всё же верить.

— В ту ночь я ночевал в машине. Думал, что вернутся ублюдки, которые напали на неё в доме. Может я и херово поступил с ней, но посчитал нужным остаться и дождаться утра.

Молчит, опуская ресницы, а я наклоняюсь к её губам.

— Пойдём, не то нафантазируют себе, — просит Роуз.

— Я честен с тобой, что ещё надо? — не выдерживаю я и прохожу вперёд. Она всё ещё хмурится и о чём-то напряжённо думает.

На веранде всё так же шумно. Какой-то ребёнок рассказывает стихи, стоя на стуле. Дерьмово рассказывает, если честно. Но все дружно ему аплодируют. Грёбаный дурдом.

— Какой молодец!

— Да с выражением!

Народ, ну вы серьёзно? Да ему же вообще надо запретить рот на публике открывать.

Несколько минут все заняты закусками и выпивкой, а я пытаюсь определить в каком настроении Роуз. Моя ладонь под столом касается её оголённой ноги, отчего она вздрагивает и резко косится в мою сторону. Я нарочно её игнорирую. Поднимаюсь выше, искоса наблюдая за тем, как девчонка наливает себе воды. Так-так… Руки у неё трясутся, и с наполнением стакана дело выходит как-то не очень.

— Наша Роуз — умница, — зачем-то говорит мне её дядя. — Красавица, отличница, спортсменка.

— Я в курсе, — вежливо намекаю ему я и продолжаю нервировать её откровенными прикосновениями. Она натянуто улыбается и предупреждающе смотрит на меня, но этот огонёк в её глазах подсказывает, что я на верном пути. Полагаю, сейчас мы думаем об одном и том же: хотим оказаться вдвоём, подальше отсюда.

Лезет под стол и убирает мою руку. Красная, клянусь, до кончиков ушей. Смеюсь и обнимаю её. Ничего не могу с собой поделать, мне жутко нравится смущать её.

— Такая красивая пара, Элис, — сюсюкает крестная, указывая в нашу сторону. Это звучит несколько фальшиво. Мать Роуз молча отпивает вино из бокала с тонкой ножкой.

— Роуз, ты ведь планируешь продолжить карьеру гимнастки? — спрашивает женщина, весь вечер перешёптывающаяся с её матерью.

— Мелроуз уже ждут на тренировочной базе во Флориде, — отвечает вместо дочери Элис. — Будем активно готовиться к чемпионату страны, плюс уже подали документы в колледж.

— Похвально.

Я напрягаюсь. Знал, что она планирует возвращаться туда, но этой темы мы пока не касались.

— По-любому должна попасть сейчас в сборную, иначе другого шанса не представится, — фанатично продолжает рассказывать Элис. — А там и до чемпионата мира недалеко.

— Мам…

— В идеале, конечно, добраться до олимпиады…

Роуз некомфортно, чувствую это кожей. Она пьёт свой сок, опуская голову и не вклиниваясь в разговор. Речь ведь о ней, так почему молчит?

— А жить обычной жизнью моя внучка когда будет? — вдруг спрашивает Лоретта. Эта женщина с каждым днём нравится мне всё больше и больше. Удивительно, но они с Элисон абсолютно не похожи характерами.

Гости переглядываются, а Элис только смеётся.

— Карьера профессиональной спортсменки — это мечта Роуз, мама, — она разводит руками и предлагает тост за будущие успехи дочери.

Я внимательно смотрю на неё. Лично я вижу перед собой не в меру амбициозную мать, желающую всеми правдами и неправдами реализовать собственные цели. Должно быть её хорошее настроение и благосклонное ко мне отношение в последнее время вызвано именно тем, что вскоре Роуз будет вынуждена уехать. Что с этим делать я пока не решил. Надежда на то, что она останется в Блу Бэй всё ещё теплится внутри.

Замечаю, что отношения с мужем у матери Роуз весьма натянутые. И если с его стороны: любовь, внимание и забота, то с её — арктический холод и бесконечное раздражение. Интересно, эта женщина вообще любила когда-нибудь?

Во время дурацкого чаепития атака обрушивается на Кида. Вопросы о предстоящей свадьбе заставляют беднягу чувствовать себя не в свой тарелке. В основном он молчит и стесняется, предоставляя слово своей невесте. И когда я собираюсь отчаливать, ибо уже не выдерживаю всего этого фарса, устремляется за мной и Роуз, вызвавшейся меня проводить. Прощаюсь с этой семейкой Симпсонов и с облегчением спускаюсь со ступенек. Расстёгиваю рубашку ещё на пару пуговиц. Один бог знает, каких трудов мне стоило высидеть на этом чудесном мероприятии.

— Мы пойдём прогуляемся, — говорит Кид сестре.

— Сбегаешь, значит, — хитро прищуривается она, пока я целую её в лоб.

— Молочный ломтик, давай ещё ты будешь сейчас надо мной подтрунивать.

— Да ладно, я тебя прекрасно понимаю. У этого уже тоже пар из ушей идёт, — смеётся она и целует меня в щёку. — Но ты такой молодец…

Наивная. Думает, что этим сегодня отделается. Я вернусь позже, когда гости разойдутся. Прощаемся с ней и выходим с Кидом на дорогу.

— Прокатимся? — предлагаю ему я.

— Отличная идея.

Садимся в додж и едем в сторону побережья.

— Чувствую себя выжатым как лимон, — признаётся Кид. — И чем ближе к свадьбе, тем хуже.

— Так может ну её? — я имею ввиду свадьбу. Или девушку в принципе…

Он смеётся и закрывает глаза ладонью.

— Да ну нет. Хочу большой дом, детей, бегающих по двору и барбекю по выходным.

Я киваю. Слышать от него подобное вовсе не странно. Кидмэн — парень серьёзный и ответственный. Не то, что я.

Подъезжаем к окраине и поворачиваем налево. Здесь на пустынном пляже никого нет. Болтаем о том, о сём, а потом я всё же решаюсь…

— Кид, когда уезжает Роуз? — спрашиваю так, будто меня не особо интересует этот вопрос.

— Не знаю, скоро… Больше всего на свете она хочет реабилитироваться после травмы.

— И сделать это можно только во Флориде что ли? — недовольно произношу я.

— Она ведь там тренируется три года. Видимо, да.

— Элис это только на руку, — едко подмечаю я.

— Да мама не со зла, Картер… Она просто переживает по поводу вашего незапланированного романа.

— Ну а ты? — интересуюсь я прямо. — Тоже считаешь, что я не подхожу ей?

— Ты её любишь. Остальное неважно. Да и мне спокойно теперь, потому что она с тобой.

*********

Время летит.

Лето прекрасно, и мы с Роуз счастливы как никогда. Она усердно готовится к экзаменам, а я отвлекаю её всеми возможными способами. Потому что знаю, что она итак успешно справиться с ними.

Так и происходит: её волнение оказывается абсолютно напрасным. Экзамены позади, и на очереди выпускной в школе Блу Хай.

Роуз в вечернем платье золотистого цвета. Высокая причёска, макияж, каблуки. Сияет как солнце, сдержанно улыбаясь родителям и одноклассникам, активно пускающим слюни ей вслед. Исайя — как обычно весёлый и жизнерадостный, сюда он пришёл под руку с Дженнифер Смит.

Рид — хмурый, злой, не находящий себе места, стоит рядом в центре украшенного зала. Сперва идти со мной он не хотел, но в последний момент вдруг передумал. Директриса бросает встревоженные взгляды. Наш дуэт для неё — хуже атомной катастрофы.

— Давай покурим? — предлагает Рид.

Киваю, и мы направляемся к мужскому туалету. Как и несколько лет назад используем его в качестве курилки. Открываем дверь. Поскольку в зале идёт церемония, здесь пусто и никого нет. Сажусь на подоконник, закинув туда ноги, а Рид по привычке останавливается у стены.

— Значит сегодня едете? — интересуется он. — Дженнифер собирала рюкзак и ей пришлось отвечать на мои вопросы.

— Да, сегодня, но Роуз об этом не знает, — криво усмехаюсь я, протягивая ему сигарету.

— А мать? Поднимет кипиш ведь стопроцентно, — резонно замечает Рид.

— Да плевать, я уже задолбался переживать на этот счёт, — устало отвечаю, разминая шею.

Он задумчиво кивает. Я прислоняюсь головой к стене.

Какой-то ботаник в очелах заглядывает в туалет, но видит нас и тут же исчезает.

— Ни черта не поменялось, — Рид довольно хмыкает. — Помнишь, как мы сняли с петель такую же дверь с женского туалета?

Я смеюсь, вспоминая ту странную затею. Ох и шуму тогда было, а ситуация в принципе и не стоила скандала. Бывало в разы хуже. Чего стоит только тот факт, что мы отправили пол класса на больничку. Дружно закинулись какими-то стрёмными колёсами, неверно высчитав дозировку.

— А когда ты пытался утопить здесь журнал с оценками? — напоминаю я этому кретину. Казалось бы, шалость, но только Брукс мог довести уничтожение журнала до таких масштабов.

— Потому что химичка поставила мне два прямо перед матчем. Тренер не допустил бы меня к игре, — снова оправдывается он, как и тогда.

— А, то есть ты украл его только поэтому?

— Ну да, попытался утопить, но ничего не вышло. И тогда я решил тупо его сжечь, — вспоминает Рид. — Пожар устроил естественно, ловушка — сука сработала.

— И ты, умник, не придумал ничего лучше, чем выпрыгнуть в окно, — колко подмечаю я.

— Я просто хотел уйти незамеченным.

— Но далеко с переломанными ногами ты не ушёл…

— Увы, — Рид смотрит на приоткрытую кабинку. — Никогда не забуду, что голова Джерома тоже побывала в этих унитазах. Ты ведь заступился тогда за меня, хотя мог остаться в стороне.

Я отмахиваюсь. Всё это было будто вчера, но в то же время словно в другой жизни.

— Директрису чуть удар не хватил, когда Джером появился в её кабинете с дерьмом на голове, — хохочет Рид.

— Я сказал ему, что вырежу его почку, если он сиюминутно не пойдёт и не признается в том, что сейф вскрыл он, а не ты.

— Н-да… Слушай, друг, — он неожиданно становится очень серьёзным. — Уехать хочу осенью, а если всё сложится то и раньше…

— Надолго? Куда? — впервые слышу об этом. Брукс чешет затылок.

— По контракту пойду служить. Рекрутер уже предоставил перечень документов.

— Не понял, — мои брови от удивления ползут вверх. — Ни хера себе новости. И давно ты решил?

Вообще, если честно я в глубоком шоке. У Рида обеспеченная семья, колледж, имеются неплохие успехи в боксе. Армия? Серьёзно? Какая муха его укусила?

— На днях подумал, всё взвесил, так что, — пожимает плечами и натянуто улыбается. — Так будет лучше, для всех, Картер.

— Какого хера с тобой происходит, Брукс? — прямо спрашиваю, потому что надоело быть вежливым и понимающим. Не люблю совать нос не в свои дела, но тут уже не до бессмысленных сантиментов. Я, безусловно, догадываюсь в чём причина, но хотелось бы услышать это от него.

— Просто не хочу видеть её, вот и всё, — наконец, признаётся он, имея ввиду, конечно же, Дженнифер Смит.

— А других вариантов что ли нет? — хмуро спрашиваю, изучая его осунувшееся лицо.

— Лерой, я… не собираюсь смотреть со стороны на то, как эти двое строят отношения. Мне это вообще не сдалось, — гневно заявляет он, забирая пачку с подоконника.

— Так не смотри, — предлагаю я.

— Исайя был моим другом, как бы там ни было, и если она решила, что хочет…

Он замолкает и делает глубокую затяжку, тяжело вздыхая.

Да… Приехали. Он и произнести-то это вслух не может.

— Короче, к чёрту всё, — выпускает дым и смеётся. — Твою мать, вот почему именно она, объясни? Терпеть её не мог, какого дьявола вообще так вышло?

— Не думал, что у вас настолько всё серьезно, — честно говорю ему я.

— Представь себе, Лерой, у матери сейчас идёт предвыборная кампания: чистота репутации и тому подобное. И вот они с отцом застают нас: меня, жаждущего трахнуть сводную сестру в собственном доме и её, не слишком активно пытающуюся мне помешать. Полагаю, мать с отцом давно заметили, что происходит какая-то нездоровая херня.

Я молча слушаю. Может он и прав… Несмотря на то, что с Дженнифер они не являются кровными родственниками, ситуация, мягко говоря, так себе. Журналистам только повод дай, и мэром Грейс никогда не станет…

— Очередную ссылку мне придумали, но знаешь что, в этот раз я сам исчезну из жизни этой своей семьи! — уверенно произносит он, выбрасывая окурок.

— Не горячись, Брукс, — прошу его я. — Нормально всё будет.

Спрыгиваю с подоконника и хлопаю его по плечу.

— Слышь, Ромео, время поджимает. Давай хотя бы ты не облажайся со своей девчонкой!