Глава 4

Первой вызвалась Кэйтлин. Щеки девушки покрывал румянец, глаза лихорадочно блестели. Ни для кого уже не было секретом, что с первого дня в Акалим она неровно дышит к куратору, поэтому в толпе послышались шепотки. Откинув за плечо красивые каштановые волосы, она вопросительно посмотрела на Сноворса, который стоял в расслабленной позе, слегка отставив ногу и скрестив руки на груди, и в своем отлично сшитом костюме сдержанного темно-серого цвета и красном клетчатом шарфе напоминал городского щеголя и гуляку.

— Начинайте, — кивнул он.

Кэйтлин, как и Дарла, была из семьи потомственных магов, поэтому ей не составило труда сложить пальцы рук особым образом. Этот пасс был мне незнаком.

Спустя мгновение к Сноворсу направился сильный поток воздуха. Странный прибор на запястье профессора начал мигать, однако куратор так и стоял неподвижно, и даже ни один белокурый локон из его щегольской прически не пострадал. А вот, драконы, наоборот, оживились, принялись подпрыгивать, раскрывать крылья, издавая забавное чириканье.

Кэйтлин покраснела от натуги, на лбу показались бисеринки пота — ей приходилось нелегко. А я вдруг вспомнила о появившейся у меня способности видеть магию и попыталась сделать это снова.

Картинка возникала постепенно, будто я обретала четкость зрения. Световые нити, отливая синевой, формировали воздушный поток в направлении куратора, но ветер расходился в стороны, едва коснувшись окутывающей Сноворса пелены, мерцающей синими искрами. Подобной Даг вчера укрыл себя и Силли от последствий взрыва. А вот следующее открытие сильно меня удивило! Потому что отраженные защитой профессора энергетические потоки не пропадали — они втягивались в тела дракусей, что явно шло последним на пользу.

Яркость нитей неожиданно поблекла. Кэйтлин пошатнулась и упала бы, если б не стоящие рядом студенты.

— Отлично, Мич! — воскликнул преподаватель, взглянув на прибор. — Стабильный уровень и заклинание применили правильно. Тест засчитан.

— Благодарю, куратор!

С довольной улыбкой девушка отступила в толпу.

Следующим вызвался Новач. Профессор подозвал его, и обруч Джефа вдруг распался пополам, упав в ладони преподавателя.

— Ого! — обрадованно воскликнул парень.

— Не торопитесь радоваться, курсант, блокиратор вернется на место после проверки вашего уровня, — усмехнулся куратор. — А теперь попробуйте сдвинуть меня.

— Это вряд ли… — послышался голос из толпы.

Не нужно было даже поворачивать головы, чтобы понять — это опять Тэйч! Может, поговорить с ним, чтобы перестал цепляться к Джефу? С другой стороны, если он прекратит, у Новача исчезнет причина заниматься физподготовкой, которая станет в будущем большим подспорьем. Нет, пожалуй, пока все не так критично, не стану заводить с Лиамом этот разговор. Поговорила бы о чем-нибудь другом…

Мысленно шлепнув себя по губам, я с интересом следила за Джефом, который, отойдя, развернулся к Сноворсу и выставил вперед руки с таким видом, будто собрался его ловить.

Новач, как и я, знал лишь те заклинания, с которыми мы познакомились на прошлой неделе, а их и было-то всего два: направления магического потока и призыва объекта. Последним он и решил воспользоваться — профессор же не сказал, что с места его можно сдвигать только назад, а не вперед или в стороны? Это был хитрый ход, но, увы, он не сработал. Прибор вспыхивал не так равномерно, как для Кэйтлин, и выдохся Джеф гораздо быстрее, чем она, однако тест тоже прошел.

Один за другим студенты вставали на «линию огня», используя против куратора различные заклинания. Тот так и стоял истуканом, иногда, правда, меняя позу. Лишь один раз он покачнулся — когда Тэйч швырнул в него какие-то сложные чары. Что ж, древняя кровь гарантировала Лиаму высокий уровень магии, хорошие учителя — умение ею владеть. Но, судя по всему, Тэйч ожидал от себя большего и не был доволен. Прибор во время его выхода ярко светился, а энергетические потоки, которые я увидела, и сложность плетения меня впечатлили. Достанется же кому-то такой парень! Вредный? Да. Задиристый? Несомненно! Но такой привлекательный.

Когда пришла моя очередь, я остановилась рядом со Сноворсом и с наслаждением потерла шею, едва избавилась от обруча — хотя от давешней раны не осталось и следа, кожу тянуло, как после солнечного ожога. Выражение лица у меня было самое критическое: испуганный рев Зорьки до сих пор стоял в ушах, и собственной магии я не доверяла.

— Не волнуйтесь так, Эрроч, здесь полно деревьев! — по-доброму пошутил куратор, чем только усугубил панику.

Совсем некстати вспомнились слова Дарлы о том, что Сила может зашвырнуть человека в море или еще чего похуже, поэтому я вернулась на «линию огня» в ужасном настроении. Отсутствие блокиратора уже не радовало.

— Начинайте, Эрроч, я жду! — «подбодрил» Сноворс.

Я разозлилась — ему шутки шутить, а я схожу с ума, беспокоясь о том, что еще могу натворить! Деревьев во дворе, действительно, много, как и… первокурсников! Раздражение толкнулось внутри уже знакомым ледяным острием, на пальцах неожиданно появилась изморозь. Энергия вырвалась мгновенно, как вода из кастрюли, и понеслась в сторону Сноворса. И в этот момент, прямо из воздуха, на лужайке возник… ректор Зирч. Мне показалось, он закутан в алый плащ, который спустя мгновение покинул его, скользнув наперерез моему заклинанию. За миг до того, как энергии встретились, я поняла, что один из нас совершил ошибку. И это была не я!

Треск тысяч молний заставил дракусей дружно подпрыгнуть, студентов — броситься на землю, а Сноворса — шагнуть назад. Когда попа́дали вырванные с корнем розы и кусты, и осела непонятно откуда взявшаяся снежная пыль, я не увидела ректора. На том месте, где он стоял, истаивало, растворяясь в воздухе, облачко пара.

* * *

Я злился. На Аннелорочку, хотя понимал, что дело только в опыте, которого у преподавателя практического магиеведения несравненно больше, на Эрроч, которая оказалась куда более сильным магом, чем можно было бы предположить, и… на себя!

— Что с тобой, Даглас? — Свитис подошла, стягивая с рук защитные перчатки — она всегда надевала их на занятия по боевым заклинаниям, напоминая нам о том, что руки для мага — такой же инструмент, как и для музыканта. — Ты витаешь в облаках! Пропускаешь мои атаки. Щит поставил не под тем углом… Что происходит?

— Он не выспался, леди Лора, — ответил Берг, пока я подыскивал ответ, — прочитал вчера на ночь любовный роман, из тех, знаете, где герой все время рычит, а героиня от этого… тает, и теперь размышляет, как применить этот способ к поклонницам.

— Простите, куратор, — я показал Нэшу кулак, — обещаю быть внимательнее.

— Твоя магия — особенная, — мягко сказала Аннелора, — возможно, поэтому тебе приходится тяжелее, чем другим.

Я кивнул и отошел от барьера, давая место Бергу.

Защитные руны на стенах тренировочного зала только начали угасать — мы знатно разогнали энергию магических потоков! Аннелора отчего-то выбрала Акалим, хотя была бы отличным боевым магом. Мало кто знал, как на самом деле сильна эта хрупкая леди с большими прекрасными глазами и детскими руками. Я, например, не хотел бы, чтобы она стала моим противником где-то еще, кроме тренировочного контура.

Свитис вернулась в дальний конец зала, крикнула оттуда:

— Берг, готов?

Нэш — педант! — поправил завернувшуюся манжету перчатки и подобрался. Исчез всегда ироничный взгляд, лицо заострилось. Когда-нибудь он станет выдающимся боевиком, если, конечно, не выберет стезю целительства, как все мужчины в его роду.

— На позиции, куратор! — отрапортовал он.

И в этот момент дверь распахнулась, и на пороге показался Кендрик. Пошатнулся, с перекошенным лицом обнял дверной косяк.

— Там… там!.. — едва мог вымолвить он.

Я шагнул к нему:

— Что случилось?

И только тут разглядел, что с ним все в порядке, а говорить он не может от хохота.

К нам уже спешили Берг, леди Лора и другие студенты нашей группы.

— Кендрик, с вами все в порядке? — подойдя, взволнованно воскликнула Свитис.

Нильс честно попытался взять себя в руки — ради Лорочки, полагаю, — но ему это плохо удавалось.

— Там… во дворе… токс этот… Эрроч…

— Что она сделала на этот раз? — прорычал я, как герой того самого романа, о котором упомянул Берг.

— Кажется… она… развеяла… ректора…

Мы со Свитис, переглянувшись, бросились к выходу.

Выскочив из корпуса, увидели валяющиеся везде растения, вырванные с корнем, и Сноворса, вокруг которого столпились первокурсники.

— Что здесь происходит? — воскликнула Лорочка, подойдя к профессору. — Где Зирч?

— Откуда вы знаете, что он был здесь? — прищурился тот.

— Эрроч! — раздался рев разъяренного дракона.

Все обернулись. Ректор направлялся к нам быстрым шагом. Его всегда идеальная прическа была вздыблена иглами гигантского ежа, шейный платок — разорван, а строгий черный костюм украшали подозрительные белые пятна, очень похожие на следы жизнедеятельности чаек, обитавших на скалах вокруг Акалим.

Студенты подались назад, чтобы пропустить его, и я вдруг увидел бледное лицо Кудряшки, на мгновенье показавшееся из-за спины Сноворса. К счастью, блокиратор ей уже вернули.

Куратор первокурсников шагнул вперед.

— Ректор, как хорошо, что с вами все…

— Прочь! — рявкнул Зирч, и Сноворса отшвырнуло в сторону. — Вин Эрроч!

Девчонка выпрямилась, упрямо вздернув подбородок. Но я видел, как он дрожит, словно она собирается заплакать. Бедный токс! Пытается дерзить, а у самой глаза на мокром месте. Мне даже жалко ее стало.

— Что вы себе позволяете, курсантка! — ректор остановился перед ней, и сразу стало видно, какая Эрроч на самом деле мелкая по сравнению с рослым Зирчем.

— Я просто пыталась сдвинуть с места профессора Сноворса, ректор, — ответила она, и не думая понижать голос или приобретать виноватый вид.

— Вы собирались его не сдвинуть. Вы собирались сделать из него ледяную скульптуру! Вы вообще в курсе, что у вас за магия?

Лорочка — обожаю ее! — коснулась плеча ректора, постаравшись найти на нем чистое место, и негромко произнесла:

— Кас, посмотрите на нее! Очевидно, девочка этого не знала.

— До сего момента никто не знал, — подошедший Сноворс остановился рядом с Эрроч, положив руки ей на плечи. — Кажется, мне следует поблагодарить вас за спасение моей жизни, ректор…

— Кажется, у меня возникают сомнения в вашей компетенции, профессор, — на щеках Зирча заиграли желваки. — После случившегося в лаборатории вы не должны были снимать с нее обруч!

— Но у меня не было таких указаний от вас! — Сноворс тоже разозлился. — Определение уровня Источника по шкале Навыча проводилось без нарушения протокола, остаточную энергию поглощали дракуси, они поглотили бы и…

— Несомненно, вот только после того, как вы превратились бы в кусок льда, поскольку используемый вами тип щита не защитил бы вас от магии Эрроч, — оборвал его Зирч. — Идемте в мой кабинет, нас ждет долгий разговор!

— С Вин? — уточнил куратор.

— Без нее! — рыкнул ректор и исчез.

Сноворс посмотрел на Аннелору, она посмотрела на Эрроч и пробормотала:

— Знаете что, Декарт, пойду-ка я с вами. А вы, курсантка, не расстраивайтесь. Хорошо то, что хорошо заканчивается.

Я увидел, как друзья обступили ее, но также услышал в толпе:

— Теперь ее точно отчислят!

— Вот это да!

— Чуть не убила куратора, слышали?

Кудряшка выглядела так, будто замерла в шаге от эшафота. С прямой спиной, пытаясь держать лицо… Она была в ужасе, я это прекрасно видел. Да, токс меня бесит, но в силе духа ей не откажешь!

— Вин, — позвал я, — нам нужно поговорить. Прямо сейчас.

— Что тебе от нее нужно? — раздался голос Тэйча, и он встал между мной и ей. — Ты кто? Куратор? Нянька?

Я улыбнулся и сделал незаметное движение пальцами. Лиам собирался продолжить, но… воздух больше не тек в его легкие.

Доля секунды — и я убрал блок. Схватившись за горло, Тэйч бросился ко мне, однако дорогу ему преградили Берг и Кендрик.

— О магии Эрроч ты понятия не имеешь, Альбион, — насмешливо сказал я. — В отличие от меня!

Взял растерянного токса за руку и повел прочь.

* * *

Мы сидели на просторном, ухоженном пляже. Я догадывалась, что у академии есть свой пляж, не тот, дикий, ставший тайным местом для меня и Валли, но даже подумать не могла, что он будет таким шикарным. В скале были выбиты полукругом широкие ступени, на одной из них мы и устроились. В теплое время года здесь можно было загорать или спуститься на пляж, покрытый не песком, смешанным с галькой, а мелким желтым песочком, на котором так здорово лежать под солнечными лучами, слушая тихий плеск волн! Но сейчас я не смотрела в сторону зверь-океана, потому что слушала объяснения Дага и… чувствовала себя так, будто меня сбросили с высокой башни.

Парень рассказывал о редком виде магии, называемой стихийной, или, по-старому, погодной. Стихийники одними из первых перестали рождаться, когда уровень магии нашего мира снизился из-за гибели драконьего народа, и продолжал неумолимо снижаться до тех пор, покуда леди Эвелинн Абигайл Торч не помогла появиться на свет первому дракусю. Четыре элемента: земля, воздух, огонь и вода — давали таким магам дополнительную силу и выносливость, делали для них возможными заклинания, недоступные для остальных. Но стихийная магия проявлялась не сразу. Как и в моем случае, она какое-то время выглядела обычной и распознать ее до первого проявления было практически невозможно.

— Должно быть, Зирч наблюдал за тестированием из окна одного из корпусов, — предположил Даг, — и вмешался, когда увидел, что ты не контролируешь выброс, но случилось то же самое, что и у нас с тобой, когда мы восстанавливали челюсть Йорика.

— Но я все контролировала! — вскинула голову я. — Сконцентрировала магию на кураторе, а она почему-то направилась к ректору!

— Чтобы спасти Сноворса от твоего удара, Зирч бросил в тебя атакующее заклинание, — пояснил Даг. — Куратор, как и все до этого момента, не знал — кто ты, и выставленный им щит не спас бы его! А ректор сразу понял.

— Но как?

— Зирч — очень сильный маг, — пожал плечами парень, — к тому же, тоже стихийник. Как и мы.

Я не сразу осознала сказанное, а когда поняла, развернулась к Дагу всем корпусом.

— Постой, ты сказал: «Как и мы»? Значит…

— И я тоже, — кивнул он. — Мой элемент — воздух.

— А Зирча?

— Сама не догадаешься, токс?

— Не смей звать меня токсом! — возмутилась я, и… задумалась.

Вспомнилось облако алой энергии, в которую ректор кутался, как в плащ, а еще — рубашка цвета огненного мака в огороде, в ней он был в нашу первую встречу.

— Пламя?

— Молодец, Вин. Да, он — маг огня.

— А я? — задала я вопрос, который мучал меня. — Кто же я? Какой мой элемент?

Перед глазами возник глаз огромной рыбы, тот самый, что получился из застывшей волны и свечения моей магии…

Даг выжидающе смотрел на меня. Он не любил подсказывать, предпочитая давать человеку возможность разобраться самому. Еще одна черта хорошего командира.

— Вода, — прошептала я.

Встала со ступени, подошла к зверь-океану, опустила в него ладони. Холодная волна обернулась товарищеским рукопожатием, принося неожиданное облегчение. Вот откуда взялось чувство, будто я вернулась домой! В Замошье были речка Моршанка и пруды, но слишком маленькие, чтобы я ощутила подобное родство, а здесь, у большой воды, это чувство возникло сразу!

— Теперь меня отчислят? — я повернулась к Дагу, который тоже поднялся и стоял, засунув руки в карманы брюк.

— Зирч не даст другим высшим учебным заведениям шанс заполучить стихийника, — усмехнулся он. — Но тебе придется запомнить два непреложных правила, Вин. Во-первых, не выходить из себя: самоконтроль для таких, как мы, важнее, чем для остальных. Во-вторых, учиться взаимодействовать со своим элементом. И чем быстрее, тем лучше. Признаю, я тебя недооценил. Мелкая магическая неумеха — от таких, обычно, не бывает крупных неприятностей. Больше такой ошибки не совершу…

Ледяное копье возникло в средостении само собой, и тут же, будто на меня набросилась тысяча комаров, зазудела кожа под обручем.

— Ой! — воскликнула я, хватаясь за него.

Даг насмешливо следил за мной.

— Самоконтроль, Эрроч, — лениво повторил он. — А то вспыхиваешь как спичка! В постели ты тоже такая?