10

— Приехали? — Алена крутит головой по сторонам, когда автомобиль останавливается возле главного входа «Хилтона».

Не дожидаясь, пока шофер откроет для нас дверь, я выхожу сама и, запрокинув голову, с наслаждением вдыхаю по-новому пахнущий воздух. Недавно прошел дождь и теперь влажность успокаивающей прохладой оседает на коже. Как же хорошо! Сидение в самолете и часовой путь в гостиницу из аэропорта все же утомляют.

Мягкое шуршание шин заставляет меня обернуться. Позади нашего «Мерседеса» останавливается второй, из которого выходит Кудосов, а следом за ним — сопляк. Пятизвездочные отели не экономят на трансферах, и нам, к счастью, не пришлось толкаться в одном салоне.

— Как доехали? — интересуется у них Марьина и демонстративно обводит глазами гостиничный фасад. — Красиво тут, да?

Она впервые прилетела на подобное мероприятие, поэтому ее голос звенит восторгом. Видно, что собиралась очень тщательно: прическа уложена волосок к волоску, одета в модный приталенный костюм, на ногах — шпильки. Я выгляжу куда проще: просторные брюки-палаццо и хлопковый свитер с горлом, чтобы не продуло салонным кондиционером. Даже под прицелом пистолета меня не заставить надеть каблуки в самолет. Привилегию ноющих ступней предпочитаю оставлять стюардессам.

— Без приключений, — коротко резюмирует сопляк.

А вот он к конференции не сильно готовился. На нем серая толстовка и джинсы, через плечо переброшена спортивная сумка. Я не могу не задаваться вопросом, лежат ли в ней брюки с рубашкой, а есть лежат, то как, черт возьми, они будут выглядеть, когда он их оттуда вытащит? Конференция «ТрансТеха» — это не слет фрилансеров с Бали. Там по-крайней мере нужно выглядеть прилично.

Наши взгляды пересекаются, и мне стоит труда сразу не отвести свой. Словно он меня застукал. Я с достоинством перевожу глаза на Кудосова и после разворачиваюсь ко входу. Конференция начинается через полтора часа. Нечего терять время.

Зарегистрировавшись на стойке ресепшена, мы в сопровождении портье идем к лифту. С учетом багажа в кабине комфортно стоять можно лишь троим, но Матвей, не раздумывая, заходит вслед за мной и Аленой. Кудосов проталкивается за ним.

Я вздыхаю. Сопляк стоит прямо передо мной. Из-за отсутствия каблуков взгляд упирается ему в шею, цепляясь за выступ кадыка и захватывая ямочку на подбородке. Даже глаза отвести некуда.

— Отель пять звезд, а какие тесные лифты, — звучит насмешливо-доверительно.

Теплое дыхание с запахом жевательной резинки касается моего лба, и делать вид, что я увлечена чем угодно становится невозможно. Приходится поднять глаза.

— Предполагалось, что мы с Аленой уедем первыми, а вы с Артемом следом.

— Прости, — губы сопляка разъезжаются в улыбке. — Я бываю жутко импульсивен.

— С возрастом это пройдет, — парирую я, опуская взгляд на воротник его толстовки. От нее пахнет то ли кондиционером, то ли стиральным порошком. Господи, этот черепаха-лифт когда-нибудь доберется до нужного этажа?

— Надеюсь, что нет.

Мягко дернувшись, кабина останавливается, и двери с издевательской неспешностью начинают разъезжаться. Я облегченно выдыхаю. Ну наконец-то.

* * *

К месту проведения конференции мы с Аленой также приезжаем отдельно от мужской половины. Я выхожу из машины и моментально натыкаюсь на первое знакомое лицо: Андрей Багрянцев, директор БиДи Групп. Наши отношения с ним можно назвать приятельским: раньше мы часто пересекались на подобных мероприятиях и могли запросто расспросить друг друга о семьях, отпусках и общих знакомых. Он мне нравится: толковый руководитель и приятный человек.

— Вот сюрприз так сюрприз, — Багрянцев широко мне улыбается, оглядывая с ног до головы. — А я думал ты в бессрочном отпуске. Зимнее «Экспо» пропустила. Рад, очень рад видеть.

— Как видишь, уже в строю, — я одариваю его ответной улыбкой и указываю на застывшую Марьину: — Это моя коллега, Алена. Алена, это Андрей Леонидович Багрянцев.

— Очень приятно, — пищит она, немного покраснев. — Я несколько раз читала ваши интервью в «Коммерческом перекрестке».

Я не могу не усмехнуться тому, как восторженно расширены ее глаза, когда она смотрит на него. Помимо внушительного капитала, Багрянцев обладает незаурядной внешностью. Он не в моем вкусе, но я готова признать, что большинству женщин такие как он нравятся. Андрей — круглогодично загорелый шатен с голубыми глазами, накачанным торсом и ослепительно белозубой улыбкой. Последняя, пожалуй, главный его минус, как по мне. У меня стойкая аллергия на мужские виниры.

Андрей сдержанно кивает и вновь смотрит на меня.

— Ну что, пойдем? — его взгляд пропитывается озорством. — Пока Усачев будет вступительную речь говорить, поболтаем немного.

В этот момент висок начинает зудеть, да так, что хочется приложить к нему ладонь. Машинально осмотревшись, я вижу приближающихся к нам Матвея и Кудосова. Рубашка и брюки, к счастью, в сумке сопляка все-таки были, и даже не успели смяться. Ну либо он хорошо владеет утюгом.

— Наши коллеги подошли, так что можем идти, — обьявляю я и разворачиваюсь вместе с Андреем. — Как дома дела? Как Света?

— Света нормально. Что ей сделается? Недавно с матерью из Франции вернулась, третий салон на Покровке открывать собирается. Светило пластической хирургии из Марселя переманила. Приходи на открытие в сентябре.

Мне приходится заставлять себя вслушиваться в то, что Андрей говорит, из-за стойкого чувства дискомфорта. Судя по голосам, остальные идут позади от нас, и я отчетливо ощущаю, что сопляк меня разглядывает.

…. Выступления спикеров длятся два с половиной часа, после чего объявляют перерыв на фуршет. Я оставляю Алену с мужской частью нашей делегации, а сама с Багрянцевым и еще парой знакомых ухожу в ВИП-зал. ВИП-зал — это мало народу и премиальное шампанское. В остальном разницы между ним и залом для простых смертных нет. Здесь не говорят о делах — больше обсуждают и критикуют общих знакомых. Часто вспоминают Романа, и конечно только добрыми словами. Творческий человек, талантливый бизнесмен, меценат. Я начинаю с тоской поглядывать на дверь с приклеенной к ней фигурой секьюрити. И чего мне в общем зале не оставалось?

— Он твой близкий друг? — сопляк вырастает передо мной по пути к туалетным комнатам.

Я усмехаюсь. Выпитое шампанское не позволяет растеряться перед его неизменным напором.

— Скорее, приятель. К чему такой интерес?

— С ним ты ведешь себя по-другому, — он щурится, будто хочет поточнее считать мою реакцию: — Он тебя хочет.

Я презрительно фыркаю, высмеивая эту мысль.

— Глупости какие. Он женат, и к тому же неплохо общается с Романом.

— Далеко не всех мужчин кольцо становится препятствием.

— Это все? — переспрашиваю я со вздохом.

— Нет. Мы втроем договорились после конференции прогуляться по центру и посидеть в местном культовом заведении. Присоединишься?

Я невольно смотрю на его шею, запечатанную белым воротом рубашки, и лишь потом в глаза. Сейчас в них нет ни иронии, ни озорства. Есть ожидание.

Прогулки по Минску. Дуновение свежего речного ветра, вечерние огни и воскресшие пейзажи Минской ратуши и Троицкого предместья. Помимо него там ведь будут Марьина и Артем. И да, я хочу посидеть в каком-нибудь непафосном заведении. Заказать сочный бургер, который обязательно буду есть руками, выпить еще вина, смеяться и разговаривать ни о чем.

— Присоединюсь, — говорю я, переводя взгляд на раскрытую дверь, куда одним за другим втекают люди. Конференция возобновится через с минуты на минут. — А теперь дай мне пройти.