Глава 14

Защитный купол сохранил первый город в полном порядке, только поднявшаяся от сотрясений красная пыль осела заметным слоем на стенах зданий, но бригады мойщиков уже принялись за работу. Люди обсуждали случившееся: ругали ксеноморфов, сожалели о потерях, говорили слова благодарности в адрес Земли и других планет, с тоской ждали похорон погибших. В душах и головах колонистов царил переполох, но на общей жизни города это не сильно сказывалось, за исключением усиленной работы медиков.

Столовая работала в обычном режиме. Николь курсировала от рабочего стола до раздачи, ожидая момента, когда можно будет отлучиться в медблок. Гошка уже договорился, чтобы ее пропустили, но высказал недовольство относительно тесного общения сестры с пренеприятнейшим Эвансом. Ники только улыбнулась в ответ.

После обеда девушка тоскливо поглядывала на Таонгу, то и дело специально попадаясь ей на глаза: то подходила с глупым вопросом, то случайно задевала рабочий стол начальницы.

Наконец Таонга отпустила помощницу, но только на один час. Николь и этого было достаточно, главное, встретиться с Крисом и убедиться, что с ним все в порядке.

Облачившись в положенное посетителям больничное одеяние, Ники, почти не дыша, подошла к двенадцатой палате. Она очень хотела увидеть Кристофера, но захочет ли он видеть ее? Почему-то раньше эта мысль в голову не пришла, а сейчас стало сильно не по себе.

Привстав на цыпочки, девушка заглянула в окошко-иллюминатор. В белоснежной палате Крис лежал на кровати с закрытой книгой в руках и потерянно смотрел в стену.

«Наверное, зря я пришла. — Николь опустилась и скривилась от неприятной мысли. — Подумала о своих чувствах, а о его забыла. Может, он вообще не захочет меня видеть».

Николь опять приподнялась на носочки и заглянула в круглое окошко. Кристофер, не изменив позы, прикрыл глаза.

«Ну вот, теперь он еще и уснул! — Девушка опять опустилась. — У меня всего лишь час, и если я не зайду, то буду ругать себя за нерешительность. Когда же это я стала не решительной?! — удивилась она сама себе. — Что вообще со мной происходит?! Я пришла поддержать друга, а почему-то топчусь у двери!»

Ники поторопилась зайти в палату, пока новая волна сомнений не накрыла ее сознание.

— Николь?! — Кристофер открыл глаза. Глухой голос сильно охрип, было заметно, что молодому человеку тяжело дышать, а тем более говорить.

— Привет! — она неуверенно помахала и подошла к постели. — Как ты? Я испугалась за тебя, и Ру тоже… вот решила навестить… Ты же не против?!

Девушка присела на жесткий металлический стул; тот издал заунывный скрип, чуть проехав ножкой по плиточному полу.

— Я рад тебе. — Кристофер еле заметно улыбнулся.

У Ники как камень с души свалился, и, повеселев, она взяла в ладонь крепкое мужское запястье, мельком глянув на бледно-розовую экзему.

— Что врачи говорят?

— Перелом грудины, — еле выдохнул Крис, — повезло, что без смещения, органы не задеты.

Николь поежилась. А ведь он мог остаться инвалидом или вообще умереть!

— Все будет хорошо, ты скоро поправишься. — В голову ничего не приходило, кроме стандартных банальностей. Ники очень хотела поддержать, но не знала как. Ее затопило чувство отчаянья, смешанное с жалостью и одновременно нежностью. Девушка всматривалась в бледное лицо с кровоподтеками и гладила свободной рукой прохладное предплечье.

Крис еле заметно улыбался. Ему были безумно приятны присутствие и внимание Ники, столько хотелось сказать, но не хватало сил. Да и к чему слова? Главное — она здесь, рядом, значит, ей не все равно, что с ним происходит. От этой мысли по венам разлилось приятное тепло, и он чуть сжал мягкую девичью ладонь.

— За две недели обещали вылечить, — проскрипел Крис.

— Я постараюсь приходить каждый день, хоть на полчасика. — Ники чувствовала потребность в общении с Кристофером, понимала, что эти встречи в первую очередь нужны ей самой.

Он улыбнулся, оголяя сломанный зуб. От этого вида Николь еще больше захотелось окружить Криса теплом и заботой. Сколько же ему пришлось пережить?! Но при этом он остался порядочным человеком и хорошим другом.

— А у тебя остались земные продукты? Хочешь, приготовлю что-нибудь вкусненькое? — Ее глаза блеснули от удачной идеи.

Но Крис нахмурился, вспомнив, как печально закончился день, проведенный на Земле.

— Ты пришла пожалеть меня? — Он прищурился, вглядываясь в голубые глаза. Внезапная догадка развеяла эйфорию. Да на что он, собственно, понадеялся?!

— Почему пожалеть? — Ники недоумевающе пожала плечами. — Поддержать! Ты замечательный друг, и я хочу быть рядом в трудную минуту.

— Друг? — Крис освободил ладонь от ее руки и болезненно скривил рот.

Идиот! Зачем он бьется головой о стену и только сам себе делает хуже? На неделе нужно связаться с продавцом и дать согласие на покупку дома, а как только позволит здоровье, попасть к Губернатору и обговорить рабочие моменты, в которых он обещал помочь. Ни к чему и дальше тянуть.

— За…замечательный человек и надежный друг. — Николь запнулась, уловив в глазах собеседника перемену. Она прекрасно поняла, что совсем не этого ждал от нее Крис, но другого она дать ему не могла. Только дружба. Ее сердце слишком устало страдать.

— Уходи. — Он глазами показал на дверь.

— Но… — пролепетала Ники, нерешительно поднимаясь со стула.

— Просто уходи. — Крис поджал бледные губы и отвернулся.

Хватит! Он не носовой платок и в жалости не нуждается. Быть другом для девушки, которая занимает все мысли, не для него! Пусть Николь страдает по этому подонку Кареллу без его участия. Пусть с восторгом заглядывает в рот своему скользкому братцу и верит каждому слову. Пусть делает, что хочет. Он пытался помочь и ей, и себе, больше не намерен наблюдать за всем этим в качестве друга. Либо женщина его, либо ничего не надо!

Николь испугала решимость Криса, уловив, как рвется связь между ними. Он принял решение, которое явно далось нелегко, да и ей не сулило ничего хорошего.

— Я боюсь тебя потерять, — робко проговорила она, а под коленками затряслись поджилки.

— Пожалуйста, уходи! — Сердце болезненно сжалось, усложняя и без того затрудненное дыхание. Но лучше все решить сейчас. Чем дальше, тем больнее. Видеть Николь каждый день и понимать, что она приходит ради дружбы, это верх мазохизма.

Николь медленно подошла к блестящей двери и оглянулась. Может, он передумает?

— Крис? — она дотронулась ладонью до гладкой поверхности.

Он лежал с закрытыми глазами, повернув голову к стене. Разговаривать больше не о чем.

Ники неуверенно толкнула дверь и, все еще надеясь, что он ее окликнет, медленно вышла в пахнущий лекарствами коридор. Но Крис не позвал.

В полном смятении Николь вернулась на работу. К ней тут же подскочила Ру с расспросами о самочувствии друга, но девушка, хмурясь, отвечала невпопад.

— Да что у вас там произошло? — Руалан пришлось дернуть подругу за плечо, чтобы та хоть чуть-чуть вернулась в реальность.

— Он меня прогнал, — бесцветным голосом проговорила Николь, заламывая указательный палец, — мы вовсе не друзья.

— Ешки-кошки, кажется, я тебе уже говорила, но повторю еще раз: дура ты! — Ру, поджав губы, покрутила пальцем у виска. — Долго он, однако, ждал, но, видимо, совсем потерял надежду.

— Я не могу ему дать то, чего он хочет. Это слишком эгоистично — хотеть дружбы от мужчины, который рассчитывает на большее? — Ники внимательно вглядывалась в карие глаза подруги, понимая абсурдность своего вопроса.

— Я думала, ты умнее. — Руалан хмыкнула и осуждающе покачала головой.

На душе у Николь стало серо и скверно. Она и сама думала, что умнее, но разум никак не хотел мириться с чувствами. Ники боялась потерять Кристофера и при этом точно знала, что не готова к новым отношениям. Она просто хотела рядом мужчину, но без обязательств. Конечно, так не бывает, но предательство Эдварда и плевок от Митьки наложили свой отпечаток. Николь боялась быть снова обманутой. Хоть Крис и не давал повода плохо о нем думать, но Гошка постоянно твердил, что не стоит ему доверять, а к кому ей прислушиваться, если не к брату. На Вернее вообще опасно кому-то открываться, кроме самых близких.

Безотчетно Николь постоянно думала о Кристофере. Она хотела найти выход из сложившейся ситуации, но пока не знала как, потому что попросту не понимала конечной цели. Ники запуталась, запуталась окончательно в своих желаниях, чувствах и действиях.

— Может, мне попробовать еще раз к нему сходить? — Сидя после очередного рабочего дня на кровати, девушка посмотрела на подругу.

— Оставь уже Криса в покое. — Недовольно отмахнулась Ру, сбрасывая покрывало на пол. — Не хочет он тебя видеть, что ты навязываешься?

— Я чувствую себя виноватой, что ли… — Николь поправила подушку и растерянно посмотрела в затемненное окно. Луны почти ушли за горизонт, и им на смену медленно поднималось палящее солнце.

— А ему-то зачем душу переворачиваешь? Нет чувств — нет отношений. — Руалан улеглась и натянула одеяло.

— Но ведь вы же друзья, почему со мной так нельзя?! — Ники непонимающе развела руки.

— Ох, ешки-кошки! — Ру тяжело вздохнула. — Его, кстати, завтра выписывают, и, по-моему, на Вернэе он задерживаться не собирается.

Азиатка приподняла голову, посмотрев на вскочившую подругу и упавшее к ногам одеяло.

— Да, я была у него. Не хотела говорить, чтобы не расстраивать. — Руалан сделала паузу. — Чувствует Крис себя намного лучше, но о тебе ничего не хочет знать. Ты сильно его задела, решив, что предел ваших отношений — дружба. И да, он уже купил дом на Земле, так что если передумаешь, есть все шансы вернуться со штурм-теньентом на родную планету.

— У меня контракт. — К горлу Николь подкатил тошнотворный комок, и она без сил опустилась на кровать.

Конечно, Ники понимала, что Крис скоро покинет колонию, но надеялась, что произойдет это не так быстро. Она с силой заломила указательный палец, чтобы хоть немного снять боль пронзившую сердце.

— Твой контракт можно разорвать одним походом к Захару Аркадьевичу, было бы желание. Губернатор тогда ясно дал понять, что для тебя готов сделать любые исключения. Может, даже снизит сумму неустойки за неотработанное время. — Ру встала с кровати, подошла к подруге и обняла за плечи. — Выше нос, ешки-кошки! Только ты решаешь, как дальше жить, и у тебя есть выбор.

***

Руалан с надеждой смотрела в карие глаза под черными бровями. В шумной суете космопорта два человека казались всего лишь незначительными песчинками бескрайней пустыни.

— Ты уверен, что даже попрощаться с ней не хочешь? — Она взяла Криса за руку, останавливая почесывание экземы. — Поверь, ей тоже нелегко.

— Я бы хотел увезти ее с собой, — угрюмо усмехнулся молодой человек, — но Ники сделала свой выбор.

Он с тоской посмотрел сквозь стеклянную крышу на взлетевший звездолет. Все время в больнице Кристофер думал только о Николь. От этих мыслей постоянно кругом шла голова. Он знал, что девушка приходила еще раз, но специально просил не пускать ее. После визита Ники его состояние резко ухудшилось, и он боялся, что еще пара таких заходов — и его сердце просто не выдержит.

Крис рисовал в воображении самые невероятные картинки их отношений и мысленно был счастлив, все надеялся, что Ники воспримет его, как мужчину, но когда она в очередной раз четко сказала о дружбе, все надежды испарились, как утренняя роса в полдень.

Он безмерно благодарен ей за ту поездку на Землю, за личное знакомство с Губернатором и за те реальные и вымышленные минуты счастья, но посыпать рану солью перед отъездом смысла не было.

Кристофер был готов перевернуть для Николь вселенную, но она предпочла жить своими обидами. Грустно и больно, и, наверное, на этом стоило бы все закончить, если бы не его далеко идущие планы, благодаря которым он уже давно приготовил Ники сюрприз и все ждал подходящего момента. Но момент так и не наступил…

— Ты можешь кое-что передать Николь? — Крис вопросительно посмотрел на нахмуренную Руалан и достал из кармана джинсов маленький серый мешочек из бархата. — Это ее ни к чему не обязывает. Честно признаюсь, планировал сделать подарок совсем при других обстоятельствах.

— Ты не меняешься, всегда все планируешь заранее. — Ру улыбнулась и взяла мешочек. — Ведь ты еще не сдался окончательно?

— Жаль, что мои планы иногда проваливаются, но я действительно привык биться до конца. Сдаться — это не про меня. — Он шумно выдохнул и подмигнул подруге. Пора прощаться, скоро его звездолет отправится на Землю. — Я безумно рад, что встретил тебя на Вернэе, и если когда-нибудь надумаешь залететь на Землю, обязательно заглядывай. — Крис от души обнял Руалан, изо всех сил прижимая к широкой груди. — Пожалуйста, будь осторожна с Ратским. Береги себя, — шепнул он ей на ухо.

— Ешки-кошки, Крис, это такая глупость, что Николь не с тобой. — В глазах Ру застыли слезы. — А про Джорджа ты зря, он очень хороший.

Крис чуть сморщил нос, но спорить не стал — влюбленную женщину не переубедить. Лишь бы этот мерзкий тип не сильно обидел, но Ру не впервой попадать в передряги.

Женский электронный голос объявил посадку на рейс до Земли. Кристоферу было странно лететь на пассажирском звездолете, но на Вернэе он больше не пилот, и личного транспорта ему не полагается. Но это совсем не расстраивало штурм-теньента. На новом месте жительства его уже ждали новый дом и новая работа, которую он получил благодаря протекции Захара Аркадьевича.

Губернатор и заместитель по безопасности предлагали Кристоферу продлить контракт, обещали повысить до флайт-капитана, но Крис уже все решил. Только Земля! Так далеко и так близко от Николь.

Кристофер мечтательно улыбнулся. Нет, еще не все потерянно, он забросил последний бумеранг, теперь осталось дождаться возвращения. Но если оно не случится, что ж, значит, не судьба.

***

Николь последние дни раздражалась по малейшему поводу, у нее все валилось из рук: на работе напутала компоненты, за что получила выговор от Таонги, нахамила возмутившемуся пересоленной суспензией посетителю, за что опять получила от начальницы, забыла включить в расчетные таблицы на следующую неделю новое блюдо, и опять выговор.

Николь злилась. Злилась на себя и на него. Она хотела проводить Кристофера, но он пресек все попытки на корню. С момента выписки из больницы даже ни разу не заглянул в столовую, отказывался разговаривать по свитчхабу, а завидя Ники вдалеке, менял маршрут, при этом продолжал общаться с Руалан. Она осталась единственным связующим звеном между ними.

«Что он мне хочет этим доказать? — Николь металась по комнате в ожидании Ру. — Просто вышвырнул из своей жизни, как ненужного щенка, только потому, что я не могу ответить на его чувства так, как этого хочется ему!»

Сжав зубы, Николь с силой пнула мягкий сиреневый диван и зашла на очередной круг.

Звук открывающейся двери заставил девушку изменить маршрут, и она бегом бросилась ко входу.

— Ну что? Улетел? — сглотнув, спросила она у вошедшей подруги. Вопрос был скорее риторическим, но Николь не могла его не задать.

— Угу, — кивнула Руалан и протянула серый мешочек, — просил тебе передать на прощание.

Ники осторожно взяла мягкий бархат и, прищурив левый глаз, недоверчиво посмотрела на соседку по комнате. Ру, уперев руки в бока, ждала, пока подруга откроет подарок. По дороге домой девушка не решилась заглянуть в мешочек, все-таки предназначался презент не ей, но прощупать содержимое было не так уж сложно, и округлая форма дала четко понять, что там находится. Когда же Ники достало кольцо, у Руалан пропал дар речи.

— Божечки! Откуда?! — прошептала Николь, вынув из мешочка перстень с бриллиантом и сапфирами.

На глазах выступили слезы, мешающие внимательно разглядеть подарок.

— Это же оно! — Девушка крутила кольцо, рассматривая со всех сторон. — Но откуда?! — Она перевела взгляд на ошарашенную Руалан, стоящую с открытым ртом.

Та в ответ лишь непонимающе покачала головой. М-да, вот это Кристофер постарался.

— Ну зачем он улетел! — Николь обняла подругу и уткнулась хлюпающим носом ей в плечо.

— Поговори с Захаром Аркадьевичем. — Ру тоже прослезилась, гладя Николь по черным волосам. — Ну разве это не тот мужчина, ради которого можно решиться на все? Ты нужна ему, Ники, а он нужен тебе!

— Нет, Ру, нет. Ему нужна женщина, которая сможет его любить. Я очень благодарна Крису за все, что он для меня сделал, но это не любовь. Если я сейчас помчусь за ним, то дам надежду. Но однажды благодарность угаснет, а чувств не возникнет, и нам обоим будет очень больно.