***

Повседневные дела закрутили парня, оставляя личного времени только вечером и ночью. К Катерине парень продолжал ездить регулярно, но не так часто, как хотелось бы. Впрочем, каждый его приезд для женщины был сродни маленькому празднику. Ей было скучно сидеть в особняке почти безвылазно, но иного выхода у нее не было. Как ни крути, а главный ее враг все еще был жив и очень даже здоров.

В тот вечер Егор направлялся к ней, когда случайно заметил катившую следом бричку. Пересев вперед, он негромко сообщил о своем наблюдении Архипычу, и кучер Никита, по команде казака, принялся колесить по городу, чтобы проверить догадку парня. Спустя примерно час, когда уже почти стемнело, Егор приказал Никите двигаться туда, где потише и чтобы лишних глаз не было. Понятливо кивнув, кучер свернул в какой-то проезд, и Егор вместе с казаком выпрыгнули из коляски на ходу. А еще метров через сто остановился и Никита.

Бойцы затаились в кустах и, дождавшись, когда бричка неизвестных окажется рядом, ринулись в атаку. Заметив, что коляска остановилась, кучер брички тоже начал придерживать лошадь, пытаясь понять, что происходит. Так что запрыгнуть в этот нехитрый транспорт было не сложно. Кучер, с ходу получив по голове мешочком с песком, привязанным к нагайке, выпал на мостовую, а его седок замер, ощутив горлом холод клинка.

– Ну, поведай мне, болезный, зачем вы за мной ездили? – тихо прошипел парень, прижимая лезвие своего пычага к шее неизвестного.

– Не было такого, – захрипел в ответ неизвестный. – Так просто катался.

– Не понял ты меня, приятель, – качнул Егор головой. – Ты правду говори, дурашка, не то я только рукой дерну, и нет тебя.

– Да за что же это? Я ж вас, сударь, и не трогал вовсе. Просто ехал, – продолжал упираться неизвестный.

– Тащи его в кусты, дядька. Не нужно добрую повозку кровью марать, – с деланым огорчением приказал Егор.

– Погоди, сударь, постой, – зачастил мужик, сообразив, что запахло жареным. – Велели мне за тобой присматривать.

– Кто?

– Наняли. Сказали, знать надобно, где бываешь, с кем встречаешься, к кому в гости ходишь. Денег посулили.

– Я спросил, кто? – жестко повторил Егор, слегка усилив нажим ножа.

– Да ты полегче, черт, больно, – взвыл мужик.

– Не скажешь кто, еще больнее будет, – рыкнул парень, недолго думая, ткнув его пальцем в глаз.

Для зрения не опасно, но больно и крепко пугало неподготовленного человека. Взвыв, мужик, было, дернулся, но тут же снова замер.

– Кто? – повторил Егор вопрос, опять усиливая нажим клинка.

– Иноземец один, как звать, не ведаю, – сдался мужик.

– Где с ним встретиться должен? – тут же последовал вопрос.

– В трактире, что на Пятницкой. Завтра там меня ждать станет. Сказывал, вечером будет. И деньги там отдать обещал.

– Уговорились, что он тебе каждый день платить станет? – насторожился Егор.

– Так. Обещал за каждую новость платить. Уж очень ты ему интересен.

– Как его узнать? – чуть подумав, уточнил Егор.

– И не знаю, как сказать, – откровенно растерялся мужик. – Простой он. Вот глянешь, вроде как есть человек. А отвернешься, и сказать нечего. Вроде как никакой. Сам сразу узнаю, а как рассказать, не ведаю.

– Вяжи его, дядька, – подумав, приказал Егор. – Сейчас Никита меня в нужное место отвезет, а после свезет вас к нашему зиндану, – зло усмехнулся парень. – Завтра с собой кого-нибудь из казаков возьмешь, и съездите с этим в тот трактир. Сам на того иноземца посмотришь, а после посмотрим, что с ним делать.

– А этого после куда? – упаковав неизвестного, уточнил казак.

– Будет себя вести правильно, отпустим. А нет, ему ж хуже, – усмехнулся Егор так, что связанного мужика передернуло.

– Добре, барич. Сполню, – понимающе усмехнулся Архипыч.

Пленника сунули в коляску, на пол, и бойцы отправились по нужному адресу, оставив бричку и кучера на месте. Спустя еще примерно час Егор с улыбкой здоровался с хозяйкой дома, а казак отправился выполнять поручение. Рассказывать Катерине о случившемся парень не стал. Непонятно было, кого именно хотел найти тот неизвестный. Это вполне мог быть враг Егора или самой женщины. В любом случае, пугать ее раньше времени парень не собирался.

Весь оставшийся вечер и ночь Егор старался вести себя, как обычно. Но недаром говорят, что обмануть женскую интуицию сложнее, чем полиграф. Что именно Катерина почувствовала, парень так и не понял, но в очередной раз отдышавшись и глотнув квасу, он вдруг услышал совершенно неожиданный вопрос:

– Что у тебя стряслось, Егорушка, – спросила Катерина, прижимаясь к нему всем телом.

– По правде сказать, и сам пока толком не понял, – напустил парень туману, сообразив, что врать тут бессмысленно. – Вроде, на первый взгляд, все не особо странно, а как присмотришься, ерунда какая-то получается. Да ты не беспокойся. Разберусь, – с улыбкой закончил он.

– Потому Архипыч сразу уехал незнамо куда?

– Угу. Кое-что проверить надо.

Разговор увял, и любовники задремали. Утром, не спеша позавтракав, Егор попрощался с хозяйкой дома и, усевшись в коляску, отправился домой. Приехавший за ним Никита по дороге успел доложить, что все его указания выполнены, и Архипыч уже подобрал пару казаков для вечернего дела. Кивнув в ответ, Егор уточнил, где находится захваченный соглядатай, и, услышав, что в зиндан его запихнули с мешком на голове, только одобрительно хмыкнул.

Судя по всему, его рассказы о том, что неизвестность крепко пугает, если у человека совесть не чиста, упали на благодатную почву. Во всяком случае, Архипыч начал пользоваться этим приемом постоянно. Да и Никита от него не отставал. Даже начал возить в коляске пару запасных чистых мешков и связку кожаных ремешков подходящей длины. Вообще, багажное отделение коляски стало чем-то вроде походного рюкзака, в котором можно было найти все необходимое на все случаи жизни.

Ездить им приходилось много, а при их образе жизни и том количестве врагов, которых Егор умудрился себе нажить за столь короткий срок, такая запасливость могла спасти жизнь. Так что аптечка, запас патронов ко всему оружию и даже импровизированный сухой паек в багажнике коляски имелись постоянно. Дома парень первым делом навестил деда и, убедившись, что у Ивана Сергеевича все в порядке, занялся повседневными делами.

Появление жандармского ротмистра несколько насторожило парня, но, убедившись, что тот привез очередную бумагу на перевод, он успокоился. Кое-как дождавшись вечера, Егор отправил казаков на дело, а сам вернулся к привычным занятиям. Но как оказалось, казаки решили поступить по-своему. Стоя перед связанным неизвестным мужчиной, парень только растерянно в затылке чесал, пытаясь решить, ругать своих порученцев за проявленную инициативу или благодарить.

Когда доглядчик показал им заказчика, бойцы просто выкрали его, дав выйти из трактира на улицу. Недолго думая, они велели Никите изобразить из себя лихача, и, когда тот свистнул, подзывая извозчика, кучер оказался первым. Ну, а дальше дело техники. Удар по затылку, и вся команда, запихнув мужика в коляску, не спеша покатила по улице. Доглядчика решено было тоже пока придержать. Что называется, на всякий случай. И вот теперь Егор старательно чесал репу, прикидывая, что из всего этого может вылезти.

А тем временем казаки, приковав пленного к кольцу в стене, принялись обрабатывать его сапогами. Для профилактики. Дождавшись, когда они закончат, Егор уселся на старый табурет, специально принесенный для этой цели, и, вздохнув, устало поинтересовался:

– Ну, расскажи мне, убогий, зачем человека за мной следить посылал?

– Не было такого, – попытался проявить пленник гонор.

– Тебе чего больше не жалко? Руки или ноги? – помолчав, поинтересовался парень.

– Это как? – растерялся пленник.

– А что скажешь, то и отстрелю, – усмехнулся парень, вынимая револьвер из кобуры.

– Погоди, барич, – вдруг остановил его Архипыч. – Стрелять шумно получится. Не приведи, господи, деда разбудим. А он уж старенький. Погоди малость, я из сарая колун принесу да полено какое. Что скажешь, враз отрубим. Ему оно все одно теперь без надобности.

– Не посмеете, – не верящим голосом прохрипел неизвестный.

– От дурак-то, прости, господи, – презрительно фыркнул казак. – Да ты вокруг оглядись. Неужто ты решил, что такое узилище мы за-ради одного тебя устроили? Да таких дураков тут уж не мене десятка побывало. И все по первости гонор показывали. А как до дела дошло, так сразу каяться начинали. Еще и просили, чтобы до конца дослушал. Говорить начинай, покуда он тебя и вправду мытарить не велел.

– Что рассказывать? – помолчав, угрюмо уточнил неизвестный.

– Все. С самого начала. Кто ты, откуда, зачем следить за мной стал? Все подряд рассказывай, – жестко приказал Егор, поигрывая револьвером.

– Родом из Княжества польского. Зовут Стефан Полански. А следить за вами я не сам решил. Попросили меня узнать адрес одной женщины. Она очень одному человеку за границей нужна.

– А почему решил, что я знаю ту женщину? – моментально подобрался Егор.

– Не знаю, но в письме тот человек именно на вас указал, – пожал мужик плечами.

– Интересно девки пляшут, – мрачно проворчал Егор, задумчиво качая головой. – А сам где живешь?

– Комнаты снимаю в доходном доме.

– Его обыскали? – повернулся парень к казаку.

– Обижаешь, барич, – хищно усмехнулся тот. – Все, с него взятое, к себе в комнату прибрал. После принесу.

– Ключи от квартиры там были? – быстро уточнил парень.

– Есть.

– Тогда завтра с утра поедете туда и все осмотрите. Все бумаги, какие найдете, мне привезите.

– Ага, понял. Сполним, – кивнул Архипыч, и стоявшие у стены казаки только коротко кивнули, понимая, что дело совсем не простое.

Оставив пленника размышлять о своей судьбе, они вышли из камеры и, поднявшись в кабинет парня, уселись держать совет. Но первым делом Егор принялся объяснять казаку, как правильно искать тайники и что делать со всякими ящиками, которые там найдутся. Не забыл он и истории с сейфом, в котором были встроены иглы с ядом. Сообразив, что говорится это не просто так, Архипыч внимательно слушал, кивая головой. Убедившись, что его услышали, Егор отпустил дядьку отдыхать, а сам принялся прикидывать, где именно его могли увидеть рядом с Катериной.

Но после долгих размышлений парень понял, что сам с этим вопросом не разберется. Переодевшись, он велел запрягать и, усевшись в коляску, снова отправился к Катерине. Разговор у них получился долгий и серьезный. Женщина, едва услышав, что по ее душу снова явились непонятные люди, сначала испугалась, а после принялась старательно вспоминать, кто именно мог знать об их связи. И как вскоре выяснилось, в этой беде она оказалась виновата сама. Решила поделиться своим маленьким секретом с одной подругой, у которой нашлись общие знакомые с тем подонком, что так усиленно ее искал.

– Да уж, тесен мир, – покачал Егор головой, не зная, плакать или смеяться от услышанного.

– Егорушка, прости бога ради. Ведь не со зла, – заплакав, принялась виниться Катерина.

– Да бог с тобой, – отмахнулся Егор, тяжело вздохнув. – Ищут-то тебя, а не меня. Ладно. Управимся. Не бери в голову. Только богом тебя прошу, не делай так больше. Не надо никому знать, что я у тебя бываю. Тебе самой это не нужно.

– Прости, Егор, – снова всхлипнула Катерина. – Больше никому и словечка не скажу.

Утром вернувшись в имение, Егор с удовлетворением узнал, что казаки уже успели побывать на нужном адресе и буквально перевернуть там все вверх дном. Все добытые бумаги, документы, деньги, оружие привезли парню. В квартире оставили только личные вещи пленника. Тряпки его никому были не нужны. К огромному удивлению Егора, денег у поляка оказалось много. Наличные, которые привезли казаки, парень сразу разделил на равные части, велев Архипычу наградить помощников, а вот в шкатулках, которые нашлись в большом саквояже под двойным дном, обнаружилось еще порядка двухсот тысяч рублей на ассигнации.