Глава 15. Посланница нечисти.

Следующие дни выдались удивительно спокойными. Жизнь в университете текла своим чередом, я занималась, наконец, домашними делами и заповедником — правда, пока ходила только по первому, безопасному кольцу. Знакомилась с этим миром, травами, полезными и вредными цветами и плодами, немагической фауной.

Я стала как-то ловчее и тише двигаться. Замечала за собой некоторую порывистость, резкость и излишнюю быстроту движений. Улучшившуюся память. Я мало с кем разговаривала в эти дни, кроме Яна.

Сын действительно проснулся на следующий день как ни в чем не бывало. Он плохо помнил, что случилось после того, как на него напали несколько старшекурсников, как он тогда подумал, в масках, скрывающих лицо. И совсем не помнил своей вспышки дома — а я не стала его пугать. Хотя и за сыном замечала изменения. Пока крохотные, вроде бы незначительные, но память усиленно била тревогу.

Особенно когда приходилось отпускать Яна в школу. А пришлось, сколько я ни тряслась про себя, сколько ни придумывала аргументов против! Ирргонар появлялся всего только раз — принес запах лесной свежести, два амулета на плетеных шнурках для меня и Яна, и просьбу не беспокоиться — охрана установлена, наш дом под магическим щитом, за Яном в школе проследят, а о дуэли мне можно не думать. Сколько я ни билась — два этих наглых образчика начинающего шовинизма — мой собственный сын и новоявленный муж — спелись — и про дуэль и продолжение этой темы я так ничего и не узнала.

Зато знала, что тех мерзавцев, которые напали на Яна, нашли в конечном итоге в весьма непотребном и слегка погрызенном виде недалеко от ограды академии. Награда нашла своих героев, однако!

В общем, все шло своим чередом… и все вокруг менялось.

Сейчас же я старалась не думать ровным счетом ни о чем — и просто наслаждалась свежим воздухом, мягкой травой, теплыми лучами местных светил, шорохом синих листьев деревьев и просто невероятно родным лесным духом.

За мной также неслышно брел один безликий телохранитель — довольно субтильный на вид, но не мне судить. Не приходилось пока таскаться в местный змеючник — сиречь Академию — и то хорошо.

В первом круге из всех тварей в основном попадались бессловесные, живущие на чистых животных инстинктах — как то мелкие варвики — ящерки с золотой чешуей и способностью отыскивать источники воды и аквакристаллы — довольно полезные природные магические минералы, которые использовались местными мастерами в косметических средствах.

Кроме шустрых ящерок здесь водились и бреноги — неповоротливые тварюшки, похожие на броненосцев и славящиеся только своей феноменальной способностью к пожиранию травы. Несколько видов бабочек и насекомых, которых я пока не запомнила, семейство гаарсов — пушистый упитанных травоядных, напоминающих сусликов-переростков в пятнышко и…

— Ну и куда вы собрались, милая лесса? — раздалось над головой ворчливое. — У снойка период гнездования ему бы хорошо самочку ещё одну и побольше разлетень-травы для гнезда… А во втором круге семейство лесных котов принесло потомство — им нужно свежее молоко, несколько пыль-камней для норы и пугалки от хищников!

На соседнее дерево — громадную местную сосну с оранжевыми иголками, шумно и капельку неуклюже приземлилась огромная сова. Она ловко зажимала между перьями магическую ручку и пергамент — плотный кусок бумаге, светящийся ровным оранжевым цветом, висел перед носом моей новой и капельку нахальной помощницы.

К слову, помощницей Латиция, как называла себя эта тварь-птица, назначила себя самостоятельно. По ее мнению, хрупкое двуногое просто не могло в одиночку справиться с такой работой, как присмотр за заповедником!

— Лати, ты записала все, не так ли? — серьезно спросила у своего принудительно самоназначенного секретаря. — Добавь тогда ещё, пожалуйста, свежие цветы для дома, в больших кадках, я хотела бы расставить по этажам…

— Хищные, декоративные? — деловито уточнила пернатая, переминаясь с лапы на лапу.

— Конечно… хищные, — я радостно улыбнулась, представив, в какой восторг придет Ян.

— Должны кусаться, отравить, удушить, задержать преступников каким-либо другим образом? — Лати пошевелила вторым крылом, и кисточки на её ушах смешно качнулись в такт кивкам.

— Кхм, — я с трудом сдержала истеричный хохот, — конечно, бойцовские качества нам тоже пригодятся, но я немного не это имела в виду… скорее, экзотический вид и возможность попугать… но если уж они могут и оказать реальное сопротивление — почему нет? — задумалась. — Только как бы на нас самих не набросились…

— Не набросятся, — помотала головой совушка. Её большие желтые глаза смешно выпучились, а клюв защелкал, — все, что им нужно для привязки к хозяину — капельку крови и терпения, терпения… За пару дней привыкнут, станут как шелковые. У вас прекрасный вкус, тирлесса Рейна.

А нужен ли нам такой геморрой домой, а? Но я уже видела упрямый взгляд Лати — она загорелась идеей, а, значит, растения будут расставлены по полочкам, вернее, по коридорам, комнатам, закуткам, чердаку и везде, где только возможно.

Остается только надеяться от всей души, что эта авантюра таки не выйдет мне боком.

Следующие пару часов я медленно пробиралась по первому и самой безопасной части второго круга. Нужно было покормить стаю лесных котов, добавив им в пищу зелье от блох и прочих паразитов. Потом у вирульника — грациозного, похожего на оленя создания, нужно было забрать три из шести его роскошных рогов — начался период линьки. Эти рога потом отправятся к артефакторам. Крейдор должен быть доволен как никто другой… дядюшка. Это же надо, а!

— Лат, нужно ещё, по крайней мере, десяток-другой стеблей веретенки! И алого лотоса! — Сверилась я со списком, который мне передали от факультета травников и целителей.

— Не сегодня уже, — недовольно пробурчала сова, — там далеко идти надо, почти вплотную к третьему кругу, а туда вас пущать строго-настрого тирлесса не велено!

Да, Виарн и компания тварей ещё и по стражу поставили у каждого круга заповедника, которые следили теперь за целостностью периметра и отсутствием неположенных элементов. Так что даже если бы мне и хотелось унять любопытство…

— Краем глаза, а? — взмолилась, завороженно наблюдая за тем, как стелется фиалковая марь по очередной полянке в лесу.

— Только во втором круге, болезная! Тьху, что будешь делать с этими юнцами, — ворчала что-то птица, тяжело перелетая за мной с дерева на дерево, — сила уже есть, интерес чешется, а их как кутенков бросают вечно в воду…

— Вот и ладно!— обрадовалась возможности отдохнуть немного от дома, палящей сейчас днем жары и очередных неведомых проблем.

Травы мягко стелились под ноги, острый дух заставлял дышать чаще и глубже, наслаждаясь, жмурясь, едва не мурлыча от восторга. Как же прекрасен иногда этот мир! Когда не вспоминаешь о своих маленьких бедах, горестях и проблемах, и…

— Маленькая полукровка по лесу гуляла… Маленькая, глупая силу потеряла. Ай, гули, гули, по лесу гуляла, совсем бесхозная, память потеряла…

Внезапный противный голосок заставил вздрогнуть и заозираться. В кроне ветвей одного из деревьев мелькнула тень, и раздался противный дребезжащий голосок.

Что это такое?

— Обманщик-Пересмешник, — заухала Лати, даже не останавливаясь, — мерзавчик маленький, все бы ему тешиться. Не бойся, это просто мелкое, совершенно безобидное создание, которое только и умеет, что на нервы действовать, фух-цвирк.

Издав громкий пронзительный крик, моя пернатая подруга закружилась вокруг — и я услышала шорох листвы и треск ветвей — как будто кто-то быстро убегал.

Однако настроение было безвозвратно испорчено. Такое порой бывает, когда на трещащий хребет ложится последняя соломинка. Мелкая, незначительная, но… С грехом пополам я доделала то, что планировала на сегодня, но уже без всякого энтузиазма.

Поставила два больших контейнера с отборными фруктами для ми-крыланов, удобрила специальным волшебным грунтом от магов растений любимые мышиные цветки — чтобы росли большими, благоухали сильнее и позволяли собирать больше пыльцы.

Моя корзина с одной стороны почти опустела — все, что взяла из дома, потратила. С другой — я уже набрала в неё прилично трав, ягод, местных орехов и других даров зачарованного леса.

Последней остановкой стал ручеек водяниц — мелких водяных духов, благодаря которым вода всегда оставалась свежей, а источник не иссякал.

— Так, немножечко свежих заград-камней от артефакторов…

Я осторожно вытащила свою ношу — три больших неграненых камня, на мой взгляд похожих на алмазы — и медленно пошла вдоль берега, разглядывая окружающее. Мелкий ручей тек меж камней трех деревьев-гигантов, то и дело радостно плюясь брызгами — духи хулиганили. Заград-камни нужны были для того, чтобы источник не засорился, и ни одно крупное животное бы не смогло его завалить ветками, грязью или камнями.

Третий камень уже медленно входил в паз, когда жгут воды вдруг хлестнул меня по руке, словно привлекая внимание.

На той стороне ручейка плыл мираж… по-другому я назвать это просто не могла! Это был домик. Маленький, затерянный в лесах, увитый плющом и другими растениями так, что его и видно почти не было. Обвалившаяся крыша, просевшие стены, сорванная с петель дверь.

И предчувствие какой-то неизъяснимой беды, которая топчется у порога и никак не может войти. От видения тянуло чем-то гадким, тухлым, как будто с металлическим привкусом крови… Фу, будут мне ещё всякие гадости мерещиться! А ну брысь! Новый поток воды смыл странное видение, и я упрямо закусила губу.

Чтобы я не поиграла в Холмса и Ватсона? Ну да, я же именно так всегда и развлекаюсь на досуге — мисс Марпл на выезде, тоже мне. Думали меня на слабо взять? Или запугать? Не-ет, женщины с Земли, даже ставшие неведомой зверушкой, так просто не сдаются! Выкусите и хвост с досады оборвите, господа!

Я погрозила кулачком неведомому артисту, который разыграл передо мной эту занимательную сцену. Лата отвлеклась на опись мелких вредителей, который подгрызали корни деревьев — иногда педантичность совушки превосходила все возможные пределы! — и я тихонечко вставила последний камень в нужный паз на берегу. Погладила кончиками пальцев прохладную поверхность воды.

— Хорошего течения, свежих капель, — шепнула, ловя солнечный зайчик в лицо.

Сердце успокоилось. Что бы ни было здесь, что бы ни пряталось — я его найду и разберусь. Потому что что-то мне подсказывало — не просто так мне этот домик показали, ой, не просто! И не знает о его существовании ни Виарн, ни мои знакомые твари.

В раздумьях я медленно отправилась в обратном направлении, сопровождаемая мелькающими в кустах хвостами, чириканьем птиц и задумчивым настроением. Честно признаться, про свою охрану я забыла напрочь — а она ни разу и не подала признаков существования.

Когда я уже подходила к дому, то все чувства вдруг резко завопили об опасности и заставили остановиться. Я уже было начала лихорадочно оглядываться в поисках своей охраны, когда из-за дома вышла… вышло… если бы на свете водились феи — я бы представляла их именно так. Хрупкое неземное создание, тоненькое, с большими блестящими в полумраке ветвей мшисто-зелеными глазами, заостренными ушками, тонкими бледными пальцами с маленькими коготками и аккуратными бледными губками бантиком.

Оно посмотрело на меня, улыбнулось и прожурчало своим нежным, как ручеек, голоском, от которого почему-то было сложно отмахнуться, да и не вслушиваться — тоже. Голова стала тяжёлой в один миг, слова были непонятны, но… уже спустя секунду время вернуло свой бег, и я отчётливо разобрала:

— Я так рада встретиться с вами, прелестнейшая лесса-маг! Несказанная честь для меня, дочери леса, быть представленной наложнице нашего будущего Великого Господина!

Эт-то она о чем? Мне показалось, что за спиной послышался глухой стон, но, когда я обернулась — мой страж спокойно стоял, прислонившись спиной к одному из деревьев, как ни в чем не бывало. Значит, незнакомка неопасна?

— Простите, не имею чести знать ваше имя, — ответила вежливо.

Вежливость — это правильно. Не забывай об этом, Регина. Вежливость — это, так сказать, королевская привилегия, а дать в зубы можно и потом, когда разберемся, что к чему.

— Вайнарэль Сумеречные Слезы, — ласково пропело дивное создание, показывая ряд острых треугольных зубов. Ну, какая прелесть!

— Рада вас видеть, лесная дева, — только не говорите, что ко мне заглянула на огонек та самая нечисть, с которой враждуют маги и твари…

Что с охраной и где мои подопечные? Там где-то новенький должен быть, да и грифон Шелк в последнее время у нас околачивается! Но никого вокруг дома — как будто все вымерло…

— И я, прелестнейшая, и я… — пела красавица, а виски болели все сильнее. Корзинка с травами оттягивали руки, самое простое платье-сарафан казалось рубищем по сравнению с искусно сплетенным совершенством, облегающим незнакомку второй кожей.

— Вы пришли лишь поздороваться? — Я пыталась понять, насколько сильно сейчас нужно паниковать.

Вот интересно, если она немного фея, то и капельку… жучок? Паучок? С кем там нечисть скрещивается и на кого частенько походит? Так вот — можно ли её приманить, например, большой липкой лентой? Умилилась, представив большую прилипшую муху в нарядном платье.

— Нет, я пришла сообщить, что моя госпожа не возражает против вашей кандидатуры в лице любовницы Владыки Ирргонара до тех пор, пока вы помните свое место, — тон феи изменился, стал жестче, нетерпимее, презрительнее, пожалуй. Мне хотелось истерично расхохотаться и возопить «Шо, опять?!»

Дорогая, по тебе мухобойка плачет, не иначе! Ну кто же так ультиматумы ставит? Надо учиться у лучших! Как говорится «бог простит — а я организую вам встречу!».

— А вы не могли бы уточнить — кто такая ваша госпожа — и где именно находится мое место? — вежливо изогнула бровь. Ни-ни, я не издеваюсь! Мне правда интересно! Меня мое место пока что полностью устраивает. И интересно, причем тут некая госпожа-нечисть и тварь-лорд, который эту самую нечисть на дух не выносит.

— Моя госпожа — блистательная Таурин Кровавая Падь, — какое очаровательное, нежное имя! Мне нравится! Р — Романтика! Маленькое нежное лицо феечки вдруг показалось мне крысиной мордочкой, — посланница мира между нашими государствами, та, что войдет в замок лорда законной супругой по договорённости, подписанной нашими странами. И пока она позволит тебе жить, магичка…

Вот странно, человеком без дара меня не назвали! Зато… что-то внутри агрессивно рыкнуло. Ирргонар женат, тварь вашу! На мне! И я ему верю, будь что-то серьезное между нами, возникни какая-то реальная проблема — Иррг бы молчать не стал, не такое он существо. Да и не имеют всякие договоры уже, получается, силы, даже если и были. Так что тогда происходит, милочка? Запугивают? Берут на слабо? Так это с нами не пройдет! Муж и жена — одна сатана, знаете ли! А своего я не отдаю!

Ладно, сейчас явно не время раздумывать. Надо понять, как выпроводить сию посланницу, а то не земли Академии, а просто проходной двор, стыдно, уважаемый господин Даласский! Однако углубить, так сказать, и закончить свою чрезвычайно умную мысль я не успела.

«Феечка» вдруг разом оказалась слишком близко, буквально напротив меня, её рот некрасиво распахнулся, обнажая зубы — гордость мутантов, а острые когти впились в мою ладонь, раня.

«Не дать ей получить мою кровь!» — пронеслась в голове острая мысль.

А потом случилось то, отчего я и до сих пор иногда пребываю в шоке. Все же первый раз.

«Уничтожить её! Как она смеет нам угрожать? К нам приближаться? Ничтожная низшая тварь!»

Мир сузился до чужой руки. Тело наполнилось силой. Познавай я науку воина — было бы куда проще, а так в дело вступили лишь голые инстинкты.

Рывок — и я выкручиваю бледную, обманчиво слабую руку до хруста. Корзина летит на землю, а я — на врага. Сбить с ног, ударить когтями в висок, ощутить чужое удивление, шок, ярость — и впитать их как губка, чтобы словно в замедленной съемке наблюдать за тем, как летит противница спиной в дерево.

Конечно, она была куда опытнее. Скорее всего, слабее, но посланница была воином — а я лишь массажистом и твареведом-недоучкой. Она вывернулась, подскочила на ноги, кувыркнулась, шипя что-то и кидая в меня клубок зеленых нитей.

Я увернулась буквально на том же голом инстинкте, оскалилась, зашипела. Противница прищурилась.

— А ты не человек… и вовсе не так слаба, как мы думали, — прозвенел мелодично её голос, — пожалуй, мне стоит…

— Тебе стоит немедленно об этом забыть, — дохнуло холодом. Тени расступились, выпуская знакомое мне пятно, которое приняло очертание высокого привлекательного мужчины.

Он одним движением ухватил посланницу за шею, но… убивать не стал. Вместо этого нажал несколько точек на её теле, укутал голову феечки тем же черным туманом — и отправил в серую воронку портала.

— Смерть может привлечь внимание, — ровным тоном заметил Тень Владык, отряхивая ладони, — а так девка-фейка вернется к своей хозяйке в полной уверенности, что возомнившую о себе слишком много магичку удалось легко запугать. Ненадолго это поможет.

Я на него… зарычала.

Тень запрокинул голову и расхохотался. Его смех таял ледяными осколками.

— Кровь Владыки! — донеслось до меня восторженное.

Шелест крыльев. Когти грифона взрыхляют землю.

— На секунду отлучился выкинуть пару гадких мышей, — раздался огорченный клекот Шелка, — что случилось?

У Тени Владык были холодные руки, весьма материальные руки… и магия. Вкусная, чистая, омывающая мое тело.

— Пришла в себя, личинка? — поинтересовались в меру любезно.

Почти ласково и заботливо.

Тьма раздвинулась, обнажая передо мной знакомые черты лица. Незнакомца. Не-Владыки из Проклятого города. Значит, я была права. Тело принадлежало не моему «предку».

— Д-да, — кивнула, неуверенно мотая головой.

Рядом склонилась морда грифона, косит взглядом виноватым, шельмец!

— Кто это был — и где все-таки, твари их раздери, моя охрана?

— Нечисть была сильна, а кое-кто — очень невнимателен, — пробормотал мужчина, — а в тебе пыталась проснуться наша кровь, но дело это небыстрое. Особенно, в твоем случае. С женщинами сложно, — в голосе несчастного «попавшего» нелюдя звучала искренняя тоска.

А потом он погладил меня по голове как ребенка:

— Иди в дом, Реджина, — твердо заметил Тень Владык, — Айра пойдёт с тобой, сейчас нет времени её отсылать.

Айра?

Тень моего охранника отделилась от дерева и, пошатываясь, приблизилась к нам, тут же упав на одно колено.

— Я виновата, госпожа! Прошу наказать меня по вашему усмотрению! — прозвенел в тишине очень знакомый голос.

Постойте, это что же?

— Айра? Служанка из замка Ирргонара? Горничная? — ошалевший разум признал старую знакомую.

Вот тебе и горничная! Вопрос — не будет ли Айра болтать — снялся после того, как от кончиков когтей Тени Владык отделилась тонкая нить и легонько пощекотала висок моей служанки.

Страшно и… завораживает эта магия.

В любом случае — пришлось свою старую знакомую и успокаивать, и прощать, и послушаться мудрого совета — нагулялась! Сама уже на нелюдей бросаюсь! Действительно стоит успокоиться и попытаться разобрать остальные комнаты дома. Почему-то здесь довольно плохо действовала магия и артефакты. Все ручками, ручками, магической силой упорства и крепкого слова!

Процессия, ползущая по дому, была следующей: я, переодетая в тунику и простые широкие штаны, со шваброй в руках и тряпками на вооружении. Рядом не менее грозная и несчастная, правда, Айра с большим ведром понамешенного мной из подручного материала средства чистоты. Гордый Алтти с очередным фруктом в зубах — просто для поднятия нам боевого духа. И, наконец, Тир, который все равно решил остаться пока у меня, ссылаясь на то, что на природе жить куда приятнее, чем торчать безвылазно в особняке мага.

Таким боевым отрядом мы выдвинулись на позиции — то бишь заползли на третий этаж, решив двигаться сверху вниз.

Чуть рассохшаяся крепкая дверь распахнулась беззвучно. Я прикусила губу, быстро-быстро заморгав. Просто… эта комната, кажется, задумывалась как детская. Сложно сказать — поскольку она была в ужасном состоянии. Много хлама, сломанных вещей, разодранных словно в припадке ярости тканей на стенах, но… маленькая кроватка, полог над ней, усыпанный игрушечными звездами и то и дело попадающиеся нам обломки искусно сделанных игрушек говорили сами за себя.

Что же тут произошло, Сэйлир Кастелл Иллдрэггона? Это показалось вдруг слишком личным. Но не оставлять же все вот так? Чую, много открытий прекрасных нам дом готовит. Не зря, ох не зря Тень так настаивает, чтобы мы сами, своими руками привели этот дом в порядок!

— Ну что, господа и дамы? — Я обернулась на свое воинство, которое слегка приуныло при виде окружающего бардака. — Взялись за дело? Раньше начнем — раньше закончим! — заметила оптимистично. — За нами две комнаты как минимум на сегодня!

И работа закипела — хотелось бы мне сказать. Но в основном старались мы с Айрой. Алтти размазывал грязь хвостом и радостно верещал, обнаруживая жуть-какой-интересный и таинственный огрызок. А Тир вообще остался за порогом, предатель несчастный, заявив, что его шерсть потом не ототрешь. И вообще, тут слишком много отрицательной энергии, а он, видите ли, натура тонкая! Тьху, одним словом, и снова тьху!

Ничего, справимся. По сути ведь и не нужна мне работа в Академии уже. И понимаю, что захоти Ирргонар — давно мог бы утащить нас в свое царство. Первоначальная цель, казалось бы, утратила смысл, но… я не хотела отсюда уходить. Мне нравился и этот дом, и Академия, и волшебный заповедник, и доверившиеся мне тварьки.

Гожусь ли я на роль правительницы? Смешно и думать! Что ждет впереди? Между нами слишком много тайн. Но… есть ведь и не только тайны.

В последнее время между нами есть и много чего другого. И путь Иррг не может быть рядом постоянно — я осознаю, сколько на самом деле дел у Владыки — но он старается! Он приходит так часто, как только может. Каждый раз с маленькими подарками. И сердце странно дрожит, когда я вижу, как жадно он каждый раз отслеживает мою реакцию. Как впитывает губкой все, что делаю, все, что мне нравится, чем интересуюсь, отчего печалюсь…

Кажется, нам обоим так страшно делать эти «па» друг вокруг друга, страшно оступиться на пути к своему счастью!

«Не бойся», — слышался мне тихий голос предка. Да и предка ли, а? — «Все образуется, огонечек…»

И я встряхивалась и встряхивала пыльные паласы, собирала в кучу обломки, выгребала тонны грязи. Справимся! Выживем! И всем хвосты открутим! И не зря, совсем не зря тварьки мне доверились. Я их не брошу. Мы в ответе за тех, кого вовремя не послали.

Медальон на груди медленно нагрелся, даря мне защиту и тепло. Вязь странных символов, оставшихся на запястье после заключения брака, тихо пульсировала, словно говоря беззвучно то же самое.

«Все образуется»…

Ирргонар даш Сэет

В небольшом зале совещаний их снова осталось только трое… не считая, конечно, вездесущего Эс-Вара, который сейчас важно уместил свою пушистую ало-бежевую попу в одном из кресел и что-то судорожно чиркал в одной из папок.

Като неодобрительно хмурил тонкие брови, растеряв свою извечную улыбку, а Варраэн и вовсе пребывал в тихом бешенстве. То и дело до них доносилось разъяренное шипение Стального:

— На корм хищным мракушам! Подвесить, расчленить, откусить голову, аррр!

— Лучше превентивно передушить как щенков, только тихо, — мрачно проронил Като, щуря свои раскосые и холодные, как воды Снежного моря, глаза, — ох и задал ты нам задачку своей поспешной женитьбой, Ирг…

Перья колыхнулись, чуть встопорщились. Когти ласково погладили столешницу. Он сам был зол. Зол неимоверно, зол так, что хотелось дыхнуть огнем и спалить к нежити собственных зазнавшихся подданных. Но если бы он так сделал, немедленно бы поползли слухи о его неадекватности, чего никак нельзя было допустить…

— Напомни мне, Ирг, который раз они пытаются тебя женить? — пробормотал, выдохнув, Стальной.

Стояла удушающая жара, и дракону было по-настоящему дурно. Несмотря на весь свой опыт обращения с металлами, в кузне Стальной не стоял и тепло терпеть не мог. Потому только и спасался в прохладе залов, увешанных амулетами, или в тени озера собственного поместья.

Ирргонар сел на край овального стола совещаний, медленно покачивая ногой.

— Они хоте-ели меня женить… в пятый раз, — оскалился, показывая клыки.

Это раздражало. Как и невозможность прямо сейчас расправить крылья и рвануть к этой сумасшедшей женщине. Раньше ему всегда казалось, что предопределённость — это чушь. Искусственная любовь, не имеющая никакого отношения к настоящей. Всего лишь суррогат магический.

Проблема была в другом. В том, чтобы признать, что эта женщина понравилась ему изначально. До того как он осознал, что она может стать его парой, до того, как привел миллион разумных доводов за и против женитьбы, до того, как ухватился за шанс снять проклятье.

Понравилась настолько, что сейчас он теряется сам в себе, как сопливый мальчишка. Он хочет видеть её — и одновременно боится увидеть и получить холодный отказ. Увидеть — и понять, что сам он ей совсем не нужен, не нравится, не вписывается в её представление о семье! Это раздавит его. Теперь Иррг был уверен. Любовь зла — или напротив — она только и есть высший смысл в его долгой, бесконечной, пасмурной жизни?

Пара? Нет, больше чем пара. Его женщина. Та, ради которой он теперь втихую воровал с кухни Владычной самые вкусные пирожные. Упаковывал их самолично, неловко раня пальцы о магические картонки.

С утра, пока было немного времени до очередных совещаний, бродил по огромному саду, пугая садовников и выбирая, что подойдет для неувядающего букета. Может быть сверкающие шаловливые колокольчики-дзонг? Или яркие драконьи глазки? Или хризантемы — нежные, манящие?

А потом сбегал от подданных и лихорадочно урывал немногие свободные минуты для того, чтобы передать посылку. И положить в неё какие-нибудь недорогие, симпатичные безделушки или артефакты. Регина радовалась им гораздо больше, чем дорогим колье, кольцам, браслетам… те она бы и вовсе не приняла — уже был случай.

И ничего не было слаще того момента, когда ему удавалось урвать время и унестись в маленький домик на окраине леса. Чтобы выпить чая, посмеяться, повозиться с ребенком. Его ребенком. И увидеть, как разглаживается дорогое лицо, как сверкают глаза и она смущается как девчонка от очередного подброшенного сюрприза.

Оказывается, даже Владыки от любви глупеют. Мда.

Но как же хорошо, что решился жениться, сам!

Собственные же подданные пытались женить своего Владыку за прошедшие столетия с завидной периодичностью, но до того, чтобы это дело выносилось на Совет глав кланов… до этого дошло всего в пятый раз. Значит, на этот раз созрела довольно совместимая кандидатура… ой, даже две!

Смешно. За идиота они его держат, за слепого щенка, воющего от ужаса после гибели семьи и родного города, после гибели родного мира?

«Владыка, ваши подданные волнуются, — щурится проклятый старик из Огненных. Огненного клана. Лавовый поток, пафос-то, грифона им в печенку! — в вашем возрасте было бы неплохо озаботиться наследником…»

А то он сам об этом не знает! Вот только проклятье…

«Думаю, что у нас есть две весьма неплохие кандидатуры…»

«Кстати говоря, из Шахарда прислали послов, — вкрадчиво шепчет Туманник, — и говорят, что они принесли весьма интересное предложение от одной из их принцесс… в связи с накаляющейся обстановкой это было бы…»

«Шахарду нельзя верить!» — Холодно отрезает юноша со взором горящим и поэтичным именем клана «Крылья бабочки». И мало кто знает, что милый юноша с кукольным лицом — глаза и уши своего Владыки Ирргонара, а клан этот занимается чисткой рядов Совета от заговорщиков и просто неблагонадежных личностей.

«В клане Золотого Рассвета растет прекрасная юная невеста для нашего Владыки», — раздается шипение с дальнего конца — там, где сидят золотые драконы, гордецы, обожающие чистую кровь и ненавидящие смесков.

В этот раз, одним словом, эти старые ублюдки… заговорщики вознамерились женить его всерьез…

Ирг посмотрел с ухмылкой в зеркальную поверхность соседней стены, которая отражала высокого мужчину в темно-зеленом камзоле, с кинжалом за поясом и серьгой-клевером в ухе. Искажатель работал исправно, его внешность ни у кого не вызывала вопросов.

Глупейший древний закон, что у правителя не может быть внешних изъянов. Ха. А внутренние — могут? Лощеный красавец, устраивающий бои без правил между придворными, как у некоторых кошачьих кланов, их бы устроил больше? Твари. Люди. Слишком похожи на самом деле… Их волнует внешнее. Их успокаивает привычное. Они впадают в панику при виде малейшей угрозы, которую не могут контролировать.

И вот когда эта масса… баранов, по-другому и не скажешь, начинает паниковать и рваться из стойла — тогда они и дракона сметут. У него хватает врагов и не так уж надежны союзники, приходится быть осторожнее.

— Пятый раз — достойно, — зевнул Шидари Като во все клыки, — так скоро и до юбилейного докатимся. Десятого, — пояснил, лениво приоткрывая глаз и дергая ухом.

Советник сегодня почти не бесил, редчайший случай, видимо, тоже устал от не спадающей жары. Аномальная. А погодных магов, как назло, среди волшебных существ нет.

— Мы не о том говорим, — глухо заметил Варраэн, раздраженно отбрасываю серебряную змею-косу на спину, — что будем делать, Владыка? Сколько ты ещё будешь ставить нашу авантюру под угрозу? Твоему двойнику крайне сложно становится подтирать память, благо та сумма, которую ему платят, вопросов не вызывает. Зато маги скоро заволнуются. Ещё и охотники на их землях… Забирай свою жену в Воздушный предел, хватит! — глаза Стального сверкнули, запахло отчего-то грозой.

Ну-ну, пусть пошипит, выплеснет злость. Потом сам извиняться будет.

— Не знаю, что ты там себе вообразил, Вар, но все идет именно так, как и должно быть, — процедил Ирргонар, чувствуя болезненную потребность вернуться и обвиться всем телом вокруг невысокой брюнетки со смеющимися серо-голубыми глазами.

— Она не человек, Ирг. Ты сам это заметил, мы это заметили, как скоро этот заметят маги? Как скоро в Академию примчится глава Делейских, Эстард-змееныш? — Като был категоричен. — Ты подвергаешь избранницу и её ребенка опасности, это неразумно…

Хвосты нервно задергались. Нервничают, бедные, чувствуют, что хозяин дошел до последней точки кипения и скоро опушистится на весь зал.

— Мне не нравится то, что происходит вокруг Реджины, — пришлось неохотно согласиться. Конечно, не нравилось ему!

Разумеется, ему нужно было утащить женщину и ребенка домой, в замок… Но он хотел, чтобы здесь было для неё безопасно. Хотел сам разобраться в собственных сумбурных желаниях и перепадах настроения. А ещё ощущал природным чутьем — нельзя вырывать его недоверчивую, такую колючую внешне и настолько любящую и преданную внутри женщину из обстановки, к которой она только-только привыкла.

Владычицами чаще всего не рождаются, ими становятся. Там, при Академии, она сможет быстрее постичь и дар, и себя. А он должен позаботиться о том, чтобы этот острый на язычок цветочек никто не сорвал. Все нервы вытрепала, роз-за души! Красивая, умная, пытливая, не по-женски порой жесткая и тихо сводящая его с ума зар-раза!

И то, что нечисть зашевелилась… это ему очень не понравилось. И посланница одной из проклятых кровожадных принцесс, что посмела тянуть когти к его сокровищам, должна была без этих самых когтей остаться.

А что же Проклятый город, брошенная ими столица, их символ мира, символ старых времен? Кто-то и рад ведь, что Единого города больше нет, как и его Владыки. Самоуверенные наги. Наглые оборотни. А уж нечисть…

Что было в городе, что случилось там, когда он чуть не потерял эту самоуверенную девчонку? Она молчала. И явно многое недоговаривала. А он, лорд тварей, не знал, как сможет смотреть в глаза её сыну, случись что из-за его нерасторопности.

С Академией, очередными охотниками на тварей и магами они справятся — не первый раз. Дома, в замке, порядок наведут. Пусть это будет и не очень просто. Но что делать со всеми знаками, которые ясно дают понять — бывшая столица зря была сброшена со счетов, как и её якобы погибший Владыка?

— Я могу помочь, — раздался шепот.

В зале сгустились тени, исчезла палящая жара, камни овеяло прохладой.

Едва заметный поначалу, мужской силуэт проступал все четче и четче. Хотелось обернуться драконом и отгрызть вторженцу голову, но… на самом деле он не мог. Он не мог многое из того, чего бы ему очень хотелось.

— Тень! — он видел, как подскочил Като, как заплясали пальцы Стража по воздуху, выплетая что-то убойное.

Видел, как напряженно застыл Стальной, готовый сорваться по первому же приказу.

— Ты не знаешь, что делать. Ты не чуешь их крови, — произнёс негромко голос столь же нежный, сколь и опасный, как меч у горла. — Ты ещё юн, Владыка, хоть и не мальчик по нашим меркам. Им нужен учитель — и матери, и ребенку. Но не стоит, — в мягком голосе ощущалась железная угроза, — забирать их сейчас сюда.

— Хочешь сказать, предатель, что ты им чем-то поможешь? — Ирргонар с трудом заставил себя не хлестать потоком силы наотмашь.

Он должен оставить детские порывы в прошлом. Давно уже. Потому что так нужно, так будет правильно, потому что он лорд и правитель.

— Ты и сам должен был давно впитать истину — все не то, чем кажется, — Тень усмехалась ему, — наивно все ещё верить в то, что я мог преступить клятвы и кого-то погубить по своей воле. Твои родители были предателями, Ирргонар даш Сэет, — ледяной голос волной разошелся по залу, заставляя зло шипеть, — они открыли людям дорогу к нашему городу, и поплатились за это.

— Но, — он сделал шаг, пытаясь удержать растерянную маску, а потом просто расхохотался, — я знаю, Тень, — ответил Владыка Ирргонар сквозь невесёлый смех, — поверь мне, я все это прекрасно знаю. Неужто ты думаешь, что за эти годы я ещё досконально не выяснил, что произошло тогда, сотни лет назад? Я не желаю повторения, Тень, — скривил мужчина губы, — я никогда не смогу простить их за то, что они сотворили с нашим народом. Со всеми нами из страха ли или из жажды власти…

— Любопытно, — шелестнула Тьма, — тогда что ты скажешь на мое предложение? Я хочу стать учителем для будущей Владычицы.

— В обмен на информацию, — по тонким бледным губам пробежала змеиная ухмылка, — непременно. Но не раньше, чем я выясню все, что меня интересует, потому как я желаю, чтобы моя… — он прикрыл глаза, словно борясь с собой, но все же продолжил, — чтобы моя женщина была в безопасности.

На миг в зале воцарилась тишина, а потом эхом пришло одобрение.

— Согласен…