Глава 45.

Роберт.

Кровь ревет в висках, а воздух словно улетучивается из легких. Мне хочется ее убить… Глупую самонадеянную дрянь, посмевшую обидеть мою Зайку. А еще себя… Я должен был перетерпеть тошноту и недомогание и остаться!

– Зоя! Родная, что случилось? – ковыляю, опираясь на трость. Испытываю жгучую ненависть в своему увечью – поднять жену на руки я не в силах, как и сесть за руль.

– Роб, у меня кровотечение, нужен врач… Мне нужно в больницу… Ай!

Зойка цепляется побелевшими пальцами за край стула и едва стоит на ногах.

Обвожу зал беспомощным взглядом, замечая Киру, вальяжно расположившуюся за барной стойкой. Она как ни в чем не бывало попивает коктейль. Сжимаю челюсти, всеми силами пытаясь держать эмоции в руках, и громко произношу:

– Кто может отвезти мою жену в больницу?

– Роб, наверное, лучше скорую? – скулит Зайка, продолжая стоять в одной позе.

– Зой, тебе подойдет первая городская? Она недалеко, мы быстро управимся, надо только…

– Подойдет любая больница.

Гости заняты поглощением пищи и своими делами, конкурсанты уныло расхаживают возле жюри, музыканты настраивают инструменты перед выступлением. Так и умереть можно! И никто не обратит на тебя внимание, не протянет руку помощи…

– Внимание всем! – ору что есть мочи. – Кто еще не выпивал спиртного и может помочь моей жене?

Кира кривовато улыбается и качает головой, одаривая нас жалостливыми взглядами. Ну да, ей, наверное, можно – победителей не судят. Интересно, Зоя успела признаться ей в том, что мы знаем про ее шашни с толстым политиком?

– Я отвезу! – кричит Рихард и спешно вынимает ключи из кармана пиджака, висящего на спинке стула.

– Нет, Рихард. Вам надо остаться здесь, – произношу решительно. – Вы главный гость и организатор, вы…

– Роберт, знал бы ты, как я задыхаюсь от всех этих… мероприятий. И я всегда ищу повод, чтобы улизнуть, – понизив голос, произносит он. – Поедем, а? Я возьму Зою на руки. Надеюсь, фирма, у которой я арендовал машину, меня не осудит, если сиденья будут испачканы.

– Спасибо вам. Большое спасибо.

Рубашка липнет к телу от холодного, некстати проступившего пота. Я не хочу его терять… Моего малыша, новость о котором воспринял со страхом. А теперь испытываю чудовищный страх за него, народившегося дитя… Признаюсь, до этого момента я не ощущал себя отцом двоих детей. До этого момента… Да, я понимал, что скоро Зойкин живот превратится в шар, но не считал, что там настоящий человек…

– Зой, как ты? – шепчу, обнимая ее за плечи.

Бедный Рихард, сегодня ему выпала участь возиться с двумя не очень самостоятельными людьми.

– Вроде все, Роб… Не знаю, у меня мокро между ног, но крови больше не становится. Я так боюсь… Она меня вывела, эта змея… Она… Кира столько гадостей про тебя говорила, я не могла терпеть – выложила ей всю правду. Что мы знаем о ее благодетеле и о липовой честности конкурса. Видимо, эта информация задела ее гордость так, что…

– Думай о себе, Зайка. И о малыше.

Рихард спрашивает у меня, куда свернуть, и паркуется возле входа в приемное отделение. Как же я хочу взять свое сокровище на руки, но вместо этого плетусь, опираясь на трость, и наблюдаю, как мою жену несет на руках другой мужчина.

– Женщина беременная, срок небольшой, – деловито произносит он, толкая дверь ординаторской. – Кровотечение, сильная боль в животе, что еще…

– Спасибо вам, Рихард. Наверное, я смогу сама идти.

– Женщина, ложитесь на кушетку. Не надо нам тут «сама». Потом успокаивай вас, – отрезает толстая рыжая тетка в голубой медицинской шапочке. – Документы есть? На учете состоите? Прописка местная? Вы кто, мужчина – муж?

– Я муж! – отмираю я. – Сейчас я все покажу, но сначала окажите моей жене помощь. Мы очень хотим этого ребёнка!

Хотим… Я хочу… Так осознанно, как никогда раньше. Всматриваюсь в бледное лицо Зои, понимая, как сейчас для нее важно услышать эти слова…

– Роб, ты правда…

– Не болтай, а глубоко дыши, Зайка, – мягко произношу я.

– Женщина, сейчас на УЗИ поедем, кабинет этажом выше. Посмотрим состояние плода. Давно кровит?

– Чуть больше часа.

С замиранием сердца всматриваюсь в черно-белый экран монитора, пытаясь что-то там разглядеть. Врач обильно смазывает живот Зои гелем, наводит резкость и… Боже мой, я вижу, как пульсирует его сердце! Он живой, наш маленький. Она… Отчего-то, сомнений нет, что у нас родится дочь.

– Плод живой, незначительная отслойка плодного яйца, повышенный тонус матки. Зоя Филипповна, я настоятельно рекомендую вам остаться в больнице. Вам надо себя беречь, – она бросает снисходительный взгляд на мою трость.

– Она остается, – ультимативно произношу я.

– Роберт, а как же ты? Доктор, мой муж совсем недавно пережил серьезную аварию и он…

– Послушай, родная. Я очень хочу, чтобы она родилась. Я… Осознанно хочу, понимаешь? – сажусь возле нее, не обращая внимания на врача и медсестру. – У нее уже есть сердечко, она… Черт, она уже человек! Ты можешь смеяться, но сегодня я получил открытие! Когда она родится, я буду носить ее на руках, пока дочка не найдет себе какого-то ушлёпка вроде меня и не выйдет замуж.

– Ты правда ее хочешь? – всхлипывает Зойка. – И почему ее? Вдруг, там мальчик?

– Нет, там Марианна. Я почему-то чувствую это… Мама хотела назвать внучку Мариам, но я придумал другое имя.

– Так, товарищи счастливые родители, вы в больнице остаетесь? – прерывает нашу милую беседу врач.

– Да! – произносим в унисон с Зоей.