59. Диана

Всё же Адамов был прав, невозможно рассказать всё и сразу, — думала я, лёжа с утра в кровати и прислушиваясь к звукам из собственной кухни.

Теперь вопросов стало куда больше, чем до этого.

Например, что сейчас с отцом Славы? Где он? До сих пор в тюрьме? И почему Слава сказал, что лучше бы его не искал? Какой он? Слава никогда о нём не рассказывал.

Остальное меня интересовало не особо, но чисто из любопытства… За кого вышла замуж Филатова? Закончила свой театральный? И где она сейчас?

Что не так с Торном? Почему Адамов сказал: у него сын, а не у них? Ощущение, что Стас растит сына один.

И кто, чтоб её, эта баба? Что приходит к Адамову, как к себе домой?

Что соседка, я уже поняла. Услышав «соседка», я нарисовала себе в уме пожилую корпулентную женщину с одышкой и кошками и теперь никак не могла вписать в эту картину мира стройную длинноногую девицу лет тридцати в обтягивающем спортивном костюме.

— Привет, — смерила она меня взглядом с ног до головы, не оставив без внимания ни мокрые волосы, ни перекрученный топ, что я кое-как натянула, ни всё ещё сморщенную от воды кожу на руках, ни тетрадь, которую засунула в сумку. — Я Катя.

— Диана, — одёрнула я топ, откинула за спину сосульки волос.

— Я его соседка, сверху, — засунув руки в карманы, показала она головой.

— А я его жена, — ответила я. И нехотя добавила: — Бывшая.

— М-м-м… И давно вы расстались? — удивилась она. Хотя скорее съязвила, чем удивилась.

— Три года назад. А что?

— Да так, ничего, — хмыкнула она с осуждением. — До того, как он… — сделала эта Катя странный жест, который я не знала, как расценить, но явно намекающий на потенцию, вернее, на её отсутствие. — Или уже после?

— Если ты про аварию, то я не знала, — сочла нужным пояснить я.

Странно было оказаться на месте Филатовой, которую совсем недавно я точно так же осудила за то, что она бросила Адамова без денег и без ног. А та Филатова, может, как и я, понятия не имела, что с ним случилось.

— Ну, назовём это аварией. Почему нет, — ответила Катя всё так же с иронией, даже вызовом.

Я искренне не понимала её намёков. С потенцией у Адамова всё было в порядке, он был всё так же хорош, как и до аварии. Но понимала её презрение.

— Расстались мы раньше. И потом не общались, — не знаю, зачем я оправдывалась, но она обвиняла, я защищалась. — Мне позвонили из больницы, попросили его забрать.

— Странно. А почему мне не позвонили? Я же оставляла свой номер.

— Не знаю, — я пожала плечами, решив, что обязательно должна поговорить с врачом, который, оказывается, имея на руках контакты не только социальной службы, велел позвонить мне.

— Ладно, неважно, — ответила Катя. — Ну, если что, мы справляемся. Нам ничего не нужно, — сочла она уместным добавить.

И наверное, сказала бы что-нибудь ещё, но появился Слава.