67

— Девушка, что приезжала до вас и привезла игрушку, тоже жила в Париже, — сказала Ожгибесиха.

— Ева? Да. Не один год, — кивнула я.

— Я же правильно поняла: её муж — француз? — выказала она большую осведомлённость.

— Именно так, — не знаю почему Ева ей не сказала, но и я не стала уточнять, что «бывший», улыбнулась своей малышке и вытерла с щёчки оставшуюся слезинку.

— Очень приятная девушка. А ваш муж? — всё не унималась Антонина Яковлевна.

— Мой не француз. Мы, к сожалению, в разводе.

— Вот как, — она кивнула. — А как вы оказались в Париже?

— Мой отец дипломат. С родителями я жила какое-то время и в Германии, и в Англии, и во Франции, когда папа ещё был атташе, — чудесным образом удалось мне уйти от темы Гавра.

Спасибо, папа! Я даже почти не соврала.

— А сейчас ваш отец где? — спросила мадам.

— Сейчас его назначили послом в Алжире. Они с мамой уже два года живут там.

— М-м-м… — кивнула она ещё более удовлетворённо и вдруг засобиралась. — Ну, что же, не буду вас больше отвлекать. Если что, Маргарита вам всё объяснит. Всего доброго!

— Аревуар, мадам! — ответила я.

Сквозь стеклянные витражи я видела, как она важно протопала к машине.

Важно смерила взглядом водителя, что открыл ей дверь.

Важно села.

— Ну вот твоя бабушка и уехала, — сказала я Арише.

— Баба — кака, — сказала она, разглядывая мою серёжку.

Маргарита закрыла входную дверь и засмеялась:

— Какая умная девочка.

— А много слов она знает? — спросила я.

— Достаточно. Но говорит редко.

Мне так и хотелось добавить: это у неё от отца. И этот взгляд тяжёлый исподлобья. И серые глаза. И тёмные кудряшки. Папина дочка, она была сейчас так похожа на Адамова, что никакой тест ДНК не сказал бы об этом точнее.

— Я Диана, — представилась я. — Можно Ди.

— Марго, — доброжелательно кивнула женщина. — Чай, кофе?

— Нет, спасибо, ничего не надо.

— Вы ей понравились. Аришке, — уточнила она. — И мадам тоже. А это бывает крайне редко.

— Не знаю, радует ли это меня, — улыбнулась я.

Марго тоже улыбнулась.

— Аришка, кушать будешь? — пожала она детские пальчики.

Моя девочка кивнула, тряхнув смоляными кудрями. Подняла на меня глаза.

Моё сердце остановилось… и с трудом пошло.

Что я наделала, Слав! Что я наделала!

Она ведь наша дочь.

У неё всё есть. Дорогие игрушки, лучшая еда, своя комната.

И всё это, конечно, важно, но в этом доме ей не хватает главного — родных людей.

Не знаю, как Руслан, его мать девочку точно не любила.

Пока Марго собирала на стол, с Ариной на руках я прошлась по гостиной.

И поняла, что должна была понять о первой жене Ожгибесова.

Не уверена, его ли это инициатива, или он просто не перечил матери. Я склонялась ко второму, но как бы то ни было, по дому повсюду были расставлены фотографии блондинки с крупными, даже слегка мужскими чертами лица, и детей Руслана Аркадьевича от первого брака — двух забавных мальчишек, сначала маленьких, потом постарше и на последних снимках уже лет восьми и десяти.

Фотографий Александры и Арины я нигде не увидела.

Но думаю, их в этом доме и не было.