Глава 6

Илидан

Лишь услышав слова камеристки, Вера побледнела ровно до того же состояния, что и она, хотя, казалось бы, ничего страшного ещё не случилось. Сначала она отшатнулась от служанки, а затем повернулась ко мне, словно хотела на моём лице увидеть немедленный ответ или подтверждение тому, что ей просто послышалось.

И первое, что мне захотелось сделать, когда ко мне метнулся этот её взгляд, — просто сгрести её в охапку, прижать к себе, чтобы сдержать нарастающую внутри неё панику. Но я не мог себе этого позволить.

— Ты… Ты хорошо искала? — переспросила она у камеристки.

— Да! Я обошла весь сад! Заглянула под каждый куст!

— В старой беседке смотрела? — Вера подхватила её под локоть и куда-то повела, кажется, не совсем осознавая, куда именно. Они просто пошли вперёд, чтобы двигаться. Я же пошёл за ними, не вмешиваясь, но внимательно слушая.

— Смотрела, — затараторила Тея. — И у фонтана смотрела. Я даже проверила его старый шалаш — там его тоже нет. Другие слуги проверили чердак. И подвал, и…

— Может, он как-то пробрался в западное крыло, которое мы проверяли? — вставил я посреди её трескотни.

— Кей тогда сразу полетел бы к нему. Он всегда хорошо его слышит, — возразила Вера. Утверждение не показалось мне надёжным, но возражать я не стал.

И словно бы в подтверждение её слов, ворон, который постоянно летел за нами, пересаживаясь с одного места на другое, сел наконец на её предплечье. Кажется, взаимная обида прошла, и теперь все объединились перед стремлением найти мальчика.

— Как давно он пропал? — снова спросил я.

— Часа два назад, — всхлипнув, рассказала камеристка. — Мы уже с ног сбились. Заглянули во все комнаты.

— Нужно проверить ещё раз открытые сегодня западное и восточное крыло, — посоветовал я. — Я отправлю парней. Они всё быстро обшарят. У него были ещё какие-то тайные места, где он прятался хоть раз?

Вера посмотрела на меня блестящими глазами, и я понял, что она уже почти не слушает. Все её мысли сосредоточились вокруг сына. Мне же он показался весьма толковым, любознательным и непоседливым мальчишкой. Так что забраться мог куда угодно, особенно если сегодня открыли новое пространство для исследований.

— Он не так уж часто шалил, — покачала она головой. Мы дошли до комнаты Рикарда и остановились у приоткрытой двери.

Вера заглянула внутрь, и на миг озарившая её лицо надежда на то, что сын внезапно окажется там, сразу погасла.

— Мы обыщем весь дом и двор ещё раз, леди Лакленд! — заверила её камеристка. — Может, он и правда заигрался, спрятался и молчит!

— Я пойду искать с вами, — решительно встряхнула волосами Вера.

А я вдруг поймал себя на том, что просто смотрю на то, как она двигается — знакомо и в то же время иначе — и не могу оторвать взгляд. Так, нужно собраться! И заняться срочными поисками мальчишки. Уверен, он просто разбаловался и решил припугнуть мать в отместку за то, что она сегодня потратила много времени на почти незнакомого ему мужчину. Да ещё и с собой не взяла.

Если это так, его стоило бы хорошенько отчитать после. И я бы сделал это лично, будь он моим сыном, но… Моя собственная жизнь утекла из рук десять лет назад. Не по моей вине, но сейчас я не имел возможности вернуть её себе. Вынужден был лишь наблюдать, как чужая женщина, которая раньше принадлежала мне полностью, которую я почти боготворил, мечется в поисках не моего ребёнка. И я должен был помочь.

— Так, леди Лакленд, — снова вмешался я в суетливый разговор женщин, взял Веру за плечи и, слегка встряхнув, развернул к себе лицом. — Успокойтесь. Займитесь осмотром комнат в жилом корпусе. Слуг мы отправим во двор, а всадников — в оба крыла. Я осмотрю окрестности.

Вера слегка дёрнулась, словно я её ударил. И всё внутри меня от её невольного движения дрогнуло тоже. Проклятье, я должен был забыть её, но смотрел и понимал, что осколки наших былых отношений ещё сидят глубоко во мне и режут при каждом вздохе.

— Думаете, он смог сбежать за ворота? — в свете вчерашнего нападения падших эта мысль и правда могла показаться ей особенно страшной.

— Почему нет? — я старался говорить ровно, хотя, признаться, и сам уже был взбудоражен больше необходимого. — Мальчишки способны отыскать лазейки наружу даже в сплошных каменных стенах.

И внезапно она как будто слегка успокоилась, нашла внутри себя какое-то равновесие, выдохнула и кивнула. Вот и хорошо. Оставив женщин руководить слугами, я собрал несколько всадников и, кратко изложив им, что случилось, отправил искать мальчика в забытых укрытиях западного и восточного крыла. Почти уверен, что он там. Лишь бы не попал в передрягу.

Сегодня я сам оказался в глупейшей ловушке, выставленной всего лишь ветхой кроватью. А уж представить, куда мог залезть Рикард, — фантазии не хватит.

Дав подчинённым задание, я вышел во двор и там, обратившись драконом, отправился осматривать окрестности. Какое-то время у меня ушло просто на то, чтобы привыкнуть к огромному телу Грохота — моего дракона, с которым нас соединила вспышка Раскола. Каждый оборот даже после стольких лет оставался для меня испытанием на прочность. Меня словно бы выворачивало наизнанку — и с этим я учился жить до сих пор.

Но во всём этом был один неоспоримый плюс — способности, которые я обрёл вместе с этим противоестественным слиянием. Когда боль в мышцах прошла, я наконец смог видеть всё, что находилось внизу, чётким взглядом дракона, так хорошо, будто ходил по земле ногами.

Вокруг тут и там ещё лежали тела падших, но со вчерашнего дня они заметно «подтаяли» — и скоро пропадут окончательно. В остальном же всё выглядело обычным и тихим — типичная местность вокруг уединённого в горах поместья. Я сделал небольшой круг над замком, затем ещё один, постепенно расширяя спираль, пока не достиг границы медленно подступающего к стенам леса.

Показалось, что и там ничего нет, хотя каждый участок я облетал по несколько раз. Но вдруг среди деревьев мне померещилось что-то совсем неподходящее окружению — крошечное белое пятно среди тёмной листвы. Я вернулся, слегка снизился и сумел различить очертания белой рубашки — ровно той, в которой сегодня был Рикард, а вслед за этим — светлые волосы мальчика. Он никуда не шёл — то ли сидел, то ли лежал на земле.

Но как он вообще забрался так далеко от дома? А главное — зачем?

В груди тревожно ёкнуло, и я начал снижаться.

Обернулся человеком перед самой землёй — облегчение. Несколько мгновений просто не чувствовал тела и стоял, приходя в себя. Столько лет прошло, а ощущения не становились легче, может, разве что я просто немного к ним привык и больше не злился.

Когда снова смог двигаться, пошёл к мальчику — он лежал, свернувшись клубком, подтянув колени к груди, словно хотел от чего-то защититься. В какой-то миг я испугался — жив хоть? Присел на корточки и коснулся плеча — дышит, будто спит. Словно он гулял в лесу и заблудился, устал и решил отдохнуть. Странно, но возможно, если раньше мать и отец не отпускали его далеко от поместья, он может и не знать местность.

— Рикард, — я осторожно потряс его, но он не среагировал.

Я потянул его за плечо, чтобы перевернуть на спину и осмотреть лучше — неужели он ранен? Но с виду мальчик был цел, на рубашке и брюках не было пятен или прорех, но, как оказалось, тут меня поджидал совсем другой сюрприз.

Мальчик не защищался сам, он защищал маленького, почти крошечного дракона, который был накрыт его телом, а теперь, увидев меня, всполошился и заметался, не зная, куда скрыться. Я выбросил руку вперёд и успел поймать его, пока он не сбежал. Что это вообще за вид такой?

В своё время я подробно изучал все известные разновидности драконов, которые обитали в окрестностях всех Расколов — но таких на иллюстрациях или в демонстрационных питомниках не видел. Весь дракончик был покрыт графитовой чешуёй, что, в общем-то, типично для каменных, но некоторые его чешуйки по бокам и вдоль хребта больше были похожи на мелкие кристаллы лазурного цвета. Половину затупленной округлой мордочки занимали огромные чистые глаза.

Дракончик замолотил лапками, пытаясь вырваться, и я, может, отпустил бы его, но тут Рикард зашевелился, потёр глаза и недоуменно на меня уставился.

— Лорд Стоунхард⁈ — огляделся, будто не сразу понял, как вообще тут оказался.

А когда он сел, продолжая крутить головой с выражением полного недоумения на лице, стало очевидно, что он действительно не понимает!

— Как ты сюда попал? — спросил я, продолжая удерживать мелкого дракона в кулаке.

— Я… я не помню, — едва не заревел мальчишка.

Но всё-таки сдержался, ведь отец наверняка не раз говорил ему, что мужчины не плачут даже в самых тяжёлых ситуациях. Но если бы сейчас он расплакался, я не стал бы его осуждать.

— Если ты сейчас шутишь, чтобы оправдать свой поступок, то это плохая шутка, — на всякий случай предупредил я. — Сбежал, чтобы напугать мать, так и скажи!

— Я не сбегал, я правда не помню! — кажется, он говорил искренне, по крайней мере, мне хотелось ему верить.

Но мальчишка с провалами в памяти — это проблема. Если в следующий раз он заберётся куда подальше, Веру и вовсе хватит удар. Впрочем, возможно, она в курсе проблем своего сына, просто мне не сказала.

— Ладно, может, вспомнишь по дороге обратно, — не стал я спорить и давить на него. — Нам нужно возвращаться, твоя матушка уже сбилась с ног тебя искать!

— Сильно испугалась? — расстроился мальчик.

— Очень, — кивнул я. — Она даже плакала!

Пусть осознаёт ответственность за свои действия, если это всё-таки шутка, то в следующий раз задумается, повторять ли её.

— Тогда скорее идём! — Рикард вскочил на ноги и вдруг начал озираться, ища что-то на земле.

— Что потерял? — уточнил я, уже догадываясь. — Его?

Продемонстрировал ему дракончика, который покорно повис в моей руке, отчаявшись вырваться.

— Да! — обрадовался парень. — Я нашёл его сегодня в саду, когда мы с Теей играли в прятки!

— Так значит, ты что-то помнишь.

— Ну, это я помню. Я не помню, как оказался тут! — он задумался. — Разве что… Мне показалось, что меня кто-то зовёт. Подумал, что кто-то из всадников или слуг. А потом — не помню.

— Думаю, мы оставим этого приятеля здесь, — решил я. И собрался было уже отпустить дракона, но Рикард вдруг повис у меня на локте.

— Не надо! Я же его нашёл, он мой!

Я с сомнением посмотрел на малявку — выглядел он всё так же странно. Зыркал на меня своими огромными, словно две монеты, глазищами и время от времени приоткрывал рот, чтобы проглотить воздух.

— Нет, — решил я окончательно. — Посмотри! Он какой-то странный. Может, мутант. Мы не знаем, ядовит ли он, а может, обладает какой-то опасной магией.

— Ну, вы же держите его и до сих пор живы! — справедливо заметил Рикард.

— Но я взрослый человек, а он маленький. Может, у него не хватает сил воздействовать на меня. А ты нашёл его и забыл, как ушёл в лес. Тебе не кажется это подозрительным?

Рикард задумался, но затем помотал головой.

— Нет! Он хороший! Я же вижу.

Я закатил глаза — как же трудно бывает с детьми! Их аргументы абсолютно абсурдны, но почему-то спорить с ними очень тяжело. Может, именно поэтому.

— Мы оставим его здесь. Вдруг его тоже ищут родители! А ты сейчас возвращаешься вместе со мной в замок и идёшь успокаивать мать, — ладно хоть дракон точно не походил на мелкого падшего, иначе мне вообще пришлось бы его уничтожить.

— Вы мне не отец, чтобы приказывать! — вдруг поднял загривок Рикард. — Понятно?

Я, признаться, опешил. К такому жизнь меня как-то не готовила! И возразить-то тут нечего, я ему действительно не отец, но и дать затрещину очень захотелось, потому что его нахальство перешло все границы.

— Зато я лорд-Хранитель гарнизона, и все, кто там находится, должны выполнять мои приказы! — я свёл брови, и мальчишка как будто слегка притих. — Так что шагом марш! А он — остаётся здесь!

С этими словами я развернулся и усадил драконыша на первый попавшийся покрытый мхом камень. Рикард лишь тихо фыркнул и потопал вперёд, вряд ли понимая, в каком направлении находится замок. Что ж, нести его на спине в облике дракона я не могу — слишком опасно — придётся добираться пешком. Но и подстраиваться под мелкие шаги ребёнка я не собирался, иначе мы доберёмся до гарнизона только к ночи. Поэтому просто подхватил Рикарда и, словно небольшой тюк с зерном, закинул себе на плечи.

— Эй, пустите! — возмутился он.

— Не дёргайся, а то уроню, — просто предупредил я и пошёл вперёд.

Мальчишка повис на мне, недовольно пыхтя, а я, выйдя на холм, оценил расстояние до замка — идти немало, но под гору. Воздух был чистым, кристальным, и дышалось здесь гораздо лучше, чем в столице, где меня держали в замке императора, словно лабораторную мышь, несколько лет, не выпуская на свет. И даже лучше, чем в храме Титанов, где после я восстанавливался ещё почти два года.

Раскол умеет выбирать места, где пробудиться — этого у него не отнять. Каменный — самый молодой и нестабильный. Ещё до того, как стать лордом-Хранителем при гарнизоне, расположенном у «старого» Раскола, я понимал, что он может преподнести сюрпризы. Но что в первый же год моей службы он решит выдать сильнейшую вспышку — такого не ожидал, кажется, никто. Причём к этому не было никаких предпосылок.

Если бы не надёжное Ядро, которое создали мы с Верой, всё могло бы закончиться плохо не только для попавших во вспышку всадников, но и для жителей многих и многих городов, лежащих вокруг. А то и для самой столицы.

Но защита выдержала. Наверное, поэтому император возился со мной так долго, не оставляя без присмотра и заботы, а теперь отправил на защиту гарнизона снова — как только Раскол пробудился в другом месте. Всё это он сделал лишь из благодарности за прошлые заслуги. Иначе оставил бы в том состоянии, в котором меня нашли в горах после вспышки…

— Долго ещё вы будете меня тащить? — наконец возмутился Рикард. — Я могу идти и сам!

— Можешь, но так быстрее.

— А ещё быстрее было бы полететь на драконе! Мы уже были бы дома! — заладил вредный парнишка.

Я, конечно, подозревал, что он упрямый, но чтобы настолько… Весь в мать, можно было бы заметить. Она тоже пыталась поссориться со мной при всяком удобном случае ещё долго после того, как я её призвал. Сколько нервов она мне вытрепала! Но тем слаще была победа, когда она наконец сдалась и признала моё сильнейшее влечение к ней взаимным.

Я тихо хмыкнул, вспомнив. Это был счастливейший период моей жизни.

— Мне не нужно, чтобы ты свалился с моей шеи на огромной высоте. Тогда твоя матушка не сказала бы мне спасибо! — я поднял взгляд на Рикарда. — Ты хоть раз летал на драконе?

Он замялся и посмотрел вдаль. Видимо, задумался, соврать ли. Но не стал.

— Нет! — буркнул.

Я так и думал.

— Ну, вот видишь. Тогда какого полёта ты ждал? — мы помолчали. — Ты что-нибудь вспомнил?

— Нет, ничего! — ответил он, кажется, из вредности.

Я вздохнул, и мы замолчали снова.

До замка добрались почти через час. Вообще не представляю, как Рикард забрался так далеко самостоятельно, хотя времени ему хватило бы. Но его не заметили дозорные при том, что они наблюдают за окрестностями во все стороны, иначе сообщили бы сразу.

Странно всё это. Надо бы прояснить.

— Рикард! — увидев нас на одной из дорожек сада, Вера сразу бросилась навстречу. — Он ранен?

Я спустил мальчика на землю — и тот сразу оказался в объятиях матери. Она подняла на меня полный слёз взгляд. Неизвестно, что придумала себе, пока вместе со слугами и всадниками они осматривали сад и дом, а я отсутствовал. Наверняка навоображала себе каких-то ужасов.

— Он был в лесу, — сразу пояснил я. — И пока непонятно, как туда забрался.

— Я найду себе дракона, мам! — рассказал о главном по его мнению событии Рикард. И Вера снова испуганно на меня посмотрела. Похоже, её фантазия разыгралась уже настолько, что она сразу представила огромного ящера, который едва не съел её сына.

— Он был мелкий. Детёныш, — пояснил я сразу.

Она облегчённо выдохнула и покивала.

— Но лорд Стоунхард не разрешил мне забрать его! — продолжил жаловаться мальчик и обвинительно махнул в мою сторону рукой.

— Он мог быть опасен. Иногда в районе Расколов появляются мутанты. Они могут быть опаснее падших, — снова разбавил я его версию событий своей.

— Тогда лорд Стоунхард был прав, — внезапно поддержала меня Вера. — Не стоит нести внутрь замка нечто непонятное и опасное.

— Да не опасен он был! — воскликнул Рикард и, оттолкнув её, быстро пошёл прочь, в сторону дома. Она не стала его останавливать, а повернулась ко мне.

— Он никогда не вёл себя… так, — прищурилась. — Что вы ему наговорили? Может, стоило взять дракончика?

— Не стоило! — отрезал я, глядя в её решительное лицо. — А вашему сыну следует привыкать к тому, что теперь это охранный гарнизон и порядки тут будут соответствующие. Любое неподчинение может повлечь за собой неприятные последствия.

— Думаю, моему сыну следует держаться от вас подальше, — сделала свой вывод Вера. — Спасибо, что помогли его найти.

— У него часто бывают провалы в памяти? — спросил я.

И она замялась! Всего на миг её лицо омрачилось, будто она что-то вспомнила, но решила об этом не говорить.

— Нет. Такого не случалось. А он… что-то забыл? — она сомкнула руки перед собой, но так сильно, что побелели костяшки.

— Он не помнит, как оказался в лесу. Ровно после того момента, как нашёл дракончика в саду. Думаю, это может быть связано. Поэтому я и не взял дракона в крепость. Мне не нужно, чтобы потом все всадники начали забывать, куда идут.

— Хорошо, — кивнула она снова. — И ещё раз спасибо. Я… не знаю, как вас отблагодарить.

— Я придумаю, какую награду хочу от вас получить, — пошутил я, но, видно, неудачно. Лицо Веры сразу изменилось.

Не стоит так шутить с замужними женщинами. Это неподобающе. Но фраза вырвалась почти сама. Разумеется, Вера уколола меня укоризненным взглядом и, вспыхнув румянцем, пошла за сыном, который только-только скрылся в глубине сада.

Какой я дурак! Зачем? Прошлое нужно оставить в прошлом.

Лучше уж вернуться к делам, чем флиртовать с бывшими.

Так в последних хлопотах прошёл остаток дня. Дворецкий Каэл Шоу принёс свой отчёт об осмотре Восточного крыла замка — и там ситуация была не лучше, чем в Западном. Разве что они не нашли странный бассейн и не доломали мебель. Да и выглядел он, признаться, почище, чем мы с Верой.

Кстати, я же так и не переоделся!

Закончив с работой, поднялся в свои покои и первым делом принял ванну. На этот раз заперся — чтобы Вера вновь не вздумала ворваться ко мне по какой-нибудь очень важной причине. Не то чтобы я был против видеть её, но не в таком состоянии, как вчера.

Это моя слабость, а лорд-Хранитель не должен иметь слабостей.

Когда я вернулся в комнату, обнаружил, что окно открыто, хотя не помню, чтобы так было перед уходом. Я выглянул наружу, но ничего необычного не увидел, закрыл створки и лёг в постель, потушив свет.

Но всё это время меня не покидало ощущение чужого присутствия. Я поворочался с боку на бок и замер, в комнате воцарилась тишина — и вот в ней отчётливо стали слышны тихие шлёпающие шажки. А затем нечто не очень тяжёлое взяло и запрыгнуло ко мне на кровать!

Открыв глаза, я сел — рядом со мной в воздухе висела россыпь лазурных огоньков и… глаза! Те самые, огромные, на половину небольшой головы.

— Как ты тут оказался⁈ — я зажёг свечу, и теперь дракончика стало видно полностью. И он, конечно, мне не ответил. Его маленькие крылья точно не могли бы поднять его в воздух, а лапки не были настолько цепкими, чтобы перебраться через стену. Но он снова здесь! Проскочил в ворота?

— Не заставляй меня выбрасывать тебя с высоты! — предупредил я малыша. Встал и открыл окно снова. — Давай, улетай или как ты там передвигаешься? Топай!

Я разговариваю с драконьим детёнышем-мутантом. Дожил! Тот, разумеется, даже не сдвинулся с места, а затем, повертевшись вокруг себя, улёгся на краю постели и закрыл глаза!

Что? Он жить здесь собрался? Тогда он ошибся комнатой, ему следовало пробраться к Рикарду. Но он как будто хотел доказать что-то именно мне. Может, что не опасен? Я задумался, глядя на него. А затем вдруг вздохнул и закрыл створки.

Что ж, может, и правда стоит понаблюдать. Пусть останется здесь до утра, а там будет видно.

Решив так, я переложил мелкого дракона на кресло — чему тот совсем не воспротивился, и снова лёг спать.