Глава 29. Новые проблемы

Ужин получился совсем не таким, как я себе представляла. Если раньше мы с Ксаниром балансировали на грани открытого конфликта, а Иллая сглаживала острые углы, то теперь ситуация в корне переменилась. Я изо всех сил старалась не допустить взрыва, отчаянно ругая себя за отсутствие дипломатического таланта. Не умела я разряжать обстановку парой шуток. Напряжение в столовой можно было фасовать брикетами и продавать вместо кирпичей. Мелькнула мысль написать Гордею с деловым предложением, но с ним мы ещё по поводу семян камнедеревьев не договорились.

Пришлось терпеть и улыбаться. К десерту у меня уже сводило скулы.

— Девочка моя, ты спишь? — Иллая постучала в дверь спальни, но вошла не дожидаясь ответа. Злилась на меня за нелепые попытки избежать скандала? — Я заварила тебе травяной чай. Зелье дриад все же пьют в самых крайних случаях. Без явной угрозы помогает обычный травяной сбор.

Она поставила пузатую кружку с красивыми потеками синей глазури на глиняных боках. Потом замерла над прикроватным столиком, словно забыла, что хотела сказать.

— Кеннет просил передать через охрану, что планирует операцию по захвату Паучихи. Полклана участвует. Ночью он, наверное, не вернётся. Только к утру.

— Знаю, — мягко ответила я. — Мы говорили через зеркало.

А потом за ужином я рассказала об этом свекрови. Она забыла. Пришла ко мне пожелать спокойной ночи и рассказывала про Кеннета так, будто слышала новости от кого-то другого.

— Правда? — удивилась Иллая. — Тогда я рада, что он нашёл время. Мужчины слишком часто увлекаются войной.

"Как лин Ксанир?" — хотела спросить я, но не стала сыпать соль на рану.

Свекровь присела на краешек моей кровати и начала водить пальцем по узору покрывала.

— Плохо, что тебя заперли в четырёх стенах. Ребёнку нужны прогулки.

— Сейчас ему нужно выжить. Так же, как и мне.

Взгляд свекрови совсем потух. Она во второй или уже в третий раз потеряла мысль.

— Что-то случилось, лина Иллая? — предприняла я не слишком благоразумную попытку влезть с расспросами в чужую личную жизнь. Но сил не было смотреть на расстроенную женщину. Если Ксанир снова повёл себя, как мерзавец, то в бездну перемирие! — Вы гуляли в саду после ужина?

— Да, и встретила там супруга, — тихо ответила она. — Не знала, что Сандру должны казнить. Я думала, у меня получится вырастить её ребёнка.

— Совет ещë не принял решение, — попыталась я успокоить свекровь. — Лин Ксанир просил повлиять на Кеннета?

— Нет, — ещё тише ответила она. — Он просил меня вернуться. Вернуться к нему, Хельда. После всего, что было. "Смерть исправляет ошибки". Святые предки, как я его не ударила, не понимаю.

— Может, стоило ударить? — осторожно спросила я. — Выпустили бы злость и обиду. Без них дышать легче.

— Я послала его в бездну, — вспылила свекровь. — В таких выражениях, которых себе никогда не позволяла. Боюсь, нас слышал весь особняк. Я кричала, как безумная, чтобы даже тени его рядом со мной не было. О, боги, как я жила с этим монстром столько лет? Как я могла рожать ему детей?

Иллая никогда не плакала и сейчас сдержалась. Сидела передо мной с прямой спиной, словно боялась, что если отпустит плечи, то сломается.

— Терпели, потому что любили, — сказала я. — А он привык, что жена всегда рядом. Надеялся на брачный браслет и нерушимый брак. Но не бывает вечных клятв. Даже магических. Ксанир вспомнил, что может потерять. Вспомнил и корит себя за беспечность. За глупую гордыню. Я не говорю, что это повод его простить. Но мне показалось, что он искренне сожалеет.

— Он может делать, что хочет, — отрезала Иллая. — Без меня. Я жду ещё полтора месяца и отправляюсь во дворец Верховной, чтобы подписать бумаги о разводе. Я кричала ему: "Убью, если не придёшь. Всему клану расскажу, что ты больше не мужчина. Потому что мужчины так не поступают". А потом выгнала его.

— Это тогда он сказал вам, что смерть исправляет ошибки?

— Да, — свекровь переставила чашку с отваром на другой конец столика. — У меня слов нет. Зачал ребёнка и теперь хочет убить его вместе с матерью. Циничный подонок. Да он вообще не человек! Он демон из бездны!

Я бы не сказала, что Ксанир хотел смерти Сандре. Вернее, на любовницу ему было наплевать, это правда. "Сама дура!" — считал бывший глава клана. И я склонна согласиться. Не будь экономка беременна, никто бы и не задумался, стоит ли её казнить. Ксанир мог убить предательницу лично, но сына он точно собирался отстаивать на совете. Мы не говорили о предстоящем суде, но я по взгляду могла понять — за каждого Делири мой свëкор намерен бороться до конца.

Иллая, вероятно, неправильно поняла шутку мужа. Крикнула: "Убью, если не придёшь на развод!" Вот он и ответил: "Зато ты простишь!" Нелепо, не смешно и с ужасными последствиями.

— Тише, лина Иллая, успокойтесь, пожалуйста, — я погладила свекровь по руке. — Выпейте травяной чай. Ни один суд не приговорит к смерти невинного ребëнка. Я уверена, что Кеннет найдет способ обойти жёсткие законы клана. Вот увидите, все будет хорошо. А потом Верховная даст вам с Ксаниром развод, и вы станете свободной линой, — я улыбнулась. — Правда, ненадолго. Мне показалось, лин Марис настроен весьма решительно. Его бы воля, надел бы на вас браслет немедленно. Ох уж эти порядки клана! Ни разводов, ни деловых женщин. Каменный век!

Свекровь слушала меня вполуха. Грела ладони о горячую кружку и смотрела в пустоту перед собой. Тяжело ей было переключаться от жгучей ненависти к робкой надежде.

— Я уже говорила с Марисом на счёт ребёнка. Он согласен взять вместе со мной сына Сандры и воспитывать, как своего. Да, в нём течёт кровь Делири. Но если сохранить это в тайне, то никто не испортит мальчику жизнь.

— Давайте дождëмся решения суда совета, — предложила я, не зная, как ещё уйти от тяжëлой темы. — Тогда будем строить планы. Пейте чай. Попросить девочек заварить ещё?

— Да, — рассеянно кивнула свекровь. — А то тебе совсем ничего не осталось.

Я взяла колокольчик и позвонила.

***

Воины клана окружили логово Паучихи и постепенно сжимали кольцо. Силки на оборотней расставляли всю ночь. Боевые маги достали пыльные книги и вспомнили свои самые заковыристые заклинания. Одним из результатов допроса Рикона стало откровение, что колдовать он может только в человеческой форме. Зато в зверином облике теряет способность чувствовать боль. Ему всегда приходится выбирать, что сейчас важнее: нападать или защищаться. “Да, неудобно, — ворчал он, — но иначе мы бы не выжили. Насмотревшись на первых смельчаков, скончавшихся во время трансформации, Плиний добавил в оборотное зелье кровь дракона. Проклятая ящерица расправляет крылья и не мучается, а мы чем хуже? Но третья магия в общий котёл, бурлящий внутри каждого из нас, уже оказалась лишней. Она заблокировала дар богини. Мы всё равно живём на два мира, как бы не старались объединить их. Если хотим чувствовать силу вашей природы, то должны оставаться медведями. Иначе земля отвергает нас. А подружившись с ней, получаем право колдовать в истинном облике”.

Кеннет даже с пояснениями от Станы не мог разобраться, откуда у захватчиков из другого мира взялись такие сложности. “Магия несовместима, — твердила ведьма. — Настолько, что их маги на нашей территории становятся обычными людьми. А они не для этого сюда вторглись”.

Истинную причину тоже удалось выяснить. Орден Невидящих просто-напросто не поделил власть с действующим королём-драконом. Был заговор, но попытка переворота провалилась. И чешуйчатый монарх в своём гневе зашёл намного дальше, чем Дартмунд Бессалийский. Верхушку ордена сжёг прямо в зале суда.

“Говорят, вонь неделю стояла, — жаловался Рикон. — Я совсем маленький был, в колыбели лежал. Мать как узнала о судьбе отца, закутала меня в одеяло и бросилась прочь из дома. Но куда бежать-то, если дракон даже до неизведанных земель добрался? Вот оставшиеся в живых маги и начали искать место, где можно исчезнуть навсегда”.

А здесь, значит, они собрались строить своё королевство? Уже захватили Проклятый остров, чуть было не посадили марионетку на бессалийский трон. Что дальше?

“Не знаю, — ворчал Рикон. — Спросите у Плиния. Он не очень-то посвящал нас в свои планы. Мы за ним пошли от безысходности. Никто в здравом уме и при счастливой жизни не согласился бы стать наполовину медведем”.

И всё же загадка открылась не до конца. Как удалось совместить несовместимое? И что теперь ждать от чужаков?

Стана пила бокал за бокалом, глядя прямо перед собой. Пыталась справиться с мыслью, что иномирные маги сильнее и подготовленнее. Ведьмы не имели оружия против новой угрозы. Не знали заклинаний и ритуалов, способных ослабить вторженцев.

— Может, сдадим их тёмным? — бормотала Верховная. — Скажем, что их женщины могут вынашивать детей тёмным лордам. Знать Сарвальда перебьëт медведей и заберёт их женщин... Пекло! Какой бред!

Стана всплеснула руками и опрокинула вино. Красное пятно расползлось по столу, будто лужа крови.

Сотни идей, не подходящих для решения проблемы с иномирными оборотнями, опустошили запас сил. Время таяло, солнце готовилось подняться над линией горизонта. Но почему-то именно сейчас было совсем темно. Спокойно и тихо.

— Кеннет, — позвала ведьма, пытаясь вернуть главу Клана Смерти из сонного забытья. — Кеннет Делири ты меня слышишь?

Он вздрогнул, просыпаясь. Шея затекла, тело казалось деревянным.

— Прости. Сколько я спал?

— Около часа. Давай сворачиваться. Не готовы мы к атаке.

— Подожди, — он упрямо мотнул головой и потёр глаза. — Мне нужно освежиться. Я дойду до умывальника и что-нибудь придумаю.

Взгляд ведьмы упёрся в спину. Сочувствующий или разочарованный уже было неважно. Кеннет слишком устал, чтобы различать оттенки. Вышел из кабинета, закрыл за собой дверь и нырнул в темноту коридора. Клановый дом опустел. Даже неугомонная Галия ушла отдыхать, а правительница Фитоллии со своим генералом так и сидели над планом операции.

— Сейчас я что-нибудь придумаю, — шептал Кеннет, едва переставляя ноги, и уже не верил в успех.

Передавят всех фитоллийцев, как маленьких котят. Дриады наводили ужас на несколько королевств, а оборотни справились с ними щелчком пальцев. Играючи. Ещё и эксперименты умудрялись проводить. Сколько гибридов создали: вороны-ящерицы, собаки-крокодилы, люди-медведи, и не собирались останавливаться. А что будет, если Плиний получит источник Хельды? Поставит стационарный портал и в Бессалию хлынет его армия? Да, именно так он и хотел сделать. Его дочь Дайна-Паучиха руководила заговором против короля. А кружевное жабо, выходит, дань иномирной моде? И как всё-таки убили отца Хельды? Понял ли в итоге лин Беринский с кем имел дело?

Кеннет открыл кран над умывальником и зачерпнул пригоршню воды. Во рту от жажды собралась гадость, глотать её было нельзя. Глава клана полоскал зубы и продолжал думать. Месть Паучихе за две попытки убить Хельду — его личное дело. Но хватит ли ресурсов клана? Не придётся ли идти за помощью к тем же тёмным? Сарвальд санаторий собрался строить возле источника. Ему чужаки на той земле вроде как тоже не нужны.

— Откажет, — Кеннет зло сплюнул воду. — Потом претензию выставит и деньги назад потребует за то, что ему сдали в аренду землю, где разгорается военный конфликт. “Извините, лин Делири, но мы так не договаривались”. Некромант проклятый. Тот ещё торгаш.

Полотенце в ванной комнате висело специально для главы клана. Кеннет вытер лицо, руки и тут почувствовал магический вызов.

— Слушаю, Пруст, — ответил, доставая зеркало.

— Ясного неба, лин Делири, вопрос срочный, — глава разведки сидел где-то в темноте и держал свечу возле лица. — Однако предыстория долгая, наберитесь терпения, пожалуйста.

“А у меня есть выбор: слушать её или нет? — подумал Кеннет и со вздохом сел на табурет возле окна. — Святые предки, лишь бы не уснуть второй раз”.

— Говори, я готов.

— Вечером меня вызвал Дамиан Аринский, — размеренно начал Пруст. — С порога приказал готовиться к командировке в Бессалию.

— Неужели открыл тайну, зачем встречался с королём сразу после провала государственного переворота? — спросил глава, чувствуя, что сон рукой снимает.

Такие новости бодрили эффективнее вылитого на голову ведра воды.

— Да, именно так. Я почти докопался до сути, вышел на инквизиторов, сопровождавших герцога в той поездке, а он сам рассказал. Дартмунд просил сделать для его детей магическую клятву, подобную клятве меча. Навёл справки в Кессании, на каких условиях ещё двадцать лет назад там существовал Клан Смерти, и ему понравилась идея.

— Почему к нам не обратился? — нахмурился Кеннет. — Этан, конечно, аналогов клятвы никогда не делал, но мог бы разобраться.

— Ему посоветовали ведьм, — покачал головой разведчик. — А вы помните, как местная инквизиция к ним относится?

— Да уж, забыть сложно.

Глава прислонился к стене и вытянул ноги. Хельду приговорили к казни за общение с Веданой, а настырного инквизитора Кантариуса пришлось убить. Не понимал старикашка, что невеста Кеннета Делири — персона неприкосновенная. Сам Пруст ему и объяснил.

— Так вот, — продолжил разведчик. — Встречи проводились тайно. Ведьмы разрабатывали клятву, согласовывая каждый чих с бессалийскими законниками и, наконец, сообщили, что финальный вариант готов. Но тут у Дартмунда пышным цветом расцвела паранойя. Он пожелал, чтобы дети прочитали клятву только перед ним. Потом будет официальная церемония, объявление на всё королевство, но сейчас он боится второго переворота.

— Не могу сказать, что он не прав, — хмыкнул глава. — А ты для чего в этом процессе нужен?

— Для обеспечения безопасности, лин Делири. Старшая дочь короля была связана с инквизицией. Дартмунд уверен, что если не поставить охрану со стороны, то инквизиторы снова попытаются его свергнуть. Поэтому всем блюстителям веры, в том числе людям Аринского, вход на территорию дворца временно запрещён. А совсем уж посторонних воинов муж Верховной на зачитывании клятвы видеть не хочет.

— Понятно, — ответил Кеннет. — Поезжай, проконтролируй. Что-нибудь ещё?

— Да, — Пруст едва заметно оглянулся через плечо и пощёлкал пальцами, вешая дополнительный защитный купол. — После обсуждения бессалийского вопроса, герцог Аринский спросил, куда делась его жена. “Уехала в клановый дом, — не моргнув глазом, ответил я. — Обсуждает с лином Делири военную операцию”. Дамиан расстроился. Он так расстроился, что переоделся в простую одежду, снял перстни с амулетами и пошёл пить самогон в ближайший кабак.

— Лихо, — глава клана аж присвистнул. — Хотел бы я посмотреть на пьяного Аринского поближе. Занятное должно быть зрелище.

— Весьма. Он горланит кабацкие песни, улыбается подавальщицам и уже дважды послал в Пекло моих ребят. Своих переодетых инквизиторов, кстати, тоже. Никому не позволяет увести себя домой. Чувствую, дело кончится скандалом.

Да уж, проблема нарисовалась, откуда не ждали. Не нужно обладать особой проницательностью, чтобы понять — Дамиан ревнует жену. Вместо того, чтобы спать с ним на одной кровати, Стана пропадает в рабочем кабинете другого мужчины. И ведь не докажешь, что оборотня допрашивали. Ночь на дворе. Вот инквизитор и запил с горя.

— Хорошо, — сказал Кеннет. — Попробую сам его вытащить из объятий подавальщиц и отправить домой. Какой кабак?

— “У толстого Бо”, лин Делири.

— Жди тогда, — отозвался он, смахивая отражение с зеркала. — Скоро приеду.