Глава 23

Оказалось, что торопился мастер Крауз ко мне потому, что в первую очередь беспокоился за меня. Сходил он на Свечную улицу, зашёл к своей знакомой, а та сообщила, что я до неё так и не дошла. Он попросил знакомую дать ему знать, как появлюсь, и направить меня в его мастерскую. А я всё не появлялась и не появлялась. Как тут не забеспокоиться?

Затем уже мастер Крауз рассказал, что в Ханиграде нынче неспокойно. Я предположила, что на кого-то напали, умолчав, что со мной такое произошло. Конструктор протестующе замахал своими огромными ручищами.

— Ханиград тихий городок! Не на какой-нибудь границе, и не столица, чтоб ворьё процветало, — заверил он и сообщил, что всё дело в некой корпорации, по сути принадлежавшей Леманну, а по документу ещё троим не внушающим доверия толстосумам.

Услыхав знакомое имя, я принялась внимательно слушать, лишь изредка кивая и охая, что распаляло мастера Крауза на более подробные описания.

Так я услышала про фабрику, которую он очень хочет построить. Градоправитель дал добро, но есть одна маленькая загвоздка.

— Это я, — с пониманием закивала я головой.

— Да-а, — не стал отрицать очевидного мастер Крауз.

Он рассказал, что сумел подслушать истории о том, как уже попросили переехать других мешающих строительствам людей, в соседних городах, где Леманн также построил свои фабрики. Он подходит умно, выбирая самый малонаселённый район города. И если кто-то и был недоволен своим переездом, то помалкивает о том, как же вышло, что согласился. Однако ходят слухи, что заставили их, что никакого выбора им не оставили. Лишь один: переехать или исчезнуть.

И, после таких вот толок, мастер Крауз набрал еды да средств для первой помощи для меня. Он испугался, что меня уже заставили исчезнуть. Однако я видела, что не только моё здоровье беспокоило мастера Крауза. Вот только пока он сам не дозреет рассказать, у меня было мало шансов его разговорить. Потому я показала мастеру Краузу, что жива и здорова. Заверила, что никто на меня не наседал. Конструктор пообещал, что если попробуют, то ничего у них не выйдет. Ещё я спрашивала о лекарях в Ханиграде. Не появлялся ли новый? Ведь если кто на меня и наседал, о чём я не поведала, то это был скорее какой-то новый лекарь.

— Лекарь новый, — мастер Крауз задумчиво погладил кудрявую бороду. — Нет, вроде не появлялось. Хочешь в зелейную лавку товары продать? Мысль хорошая, одобряю! Лекари любят, когда им не приходится самим травы варить. Так сказать, сразу получать готовенькое. Сами-то они мало с чем справляются, если об этом не расписано в их учёных книжках, да во всех подробностях.

— И с чем же они не справляются? — не удержалась я.

— Да ни с чем! Магических источников в Ханиграде нет, и волшебников-лекарей у нас поэтому тоже нет. Лишь иногда появляются, проездом. но не задерживаются.

Мастер Крауз опустил взгляд. Висенна долго тёрлась о его ноги, прежде чем конструктор поднял пузатую к себе на колени и принялся массировать её спинку.

— Ая, — наконец, он подступился к главному, — мне нужна твоя помощь. У соседки моей дочурка есть, Хедвиг. Ты видела её старших братьев, когда мы тут подлатали немного. Так вот, Хедвиг заболела какой-то тяжёлой хворью, а у бедняжки Валери, её матушки, нет денег к ним обращаться. Мы тебе заплатим, не волнуйся. Просто, лекарей у нас не много, а деньги они просят баснословные! Я знаю, что ты не мастер в травничестве, зато твоя бабка с похожим справлялась. Она всегда тебя отмечала, думаю, и ты справишься.

Когда мастер Крауз обратился ко мне, наконец, со своей просьбой, то моё сердце забилось сильнее. Я ощутила, словно неведомая тень окутала мои внутренности и постепенно начала сжимать их. Меня будто поставили на край высокой пропасти без дна и повелели прыгнуть. Мысли хаотично заплясали в голове. Я перебирала возможные варианты, понимая, что запросто могу не справиться. Да что там, я вряд ли смогу справиться!

Что, если я ошибусь? Если сделаю что-то не так и лишь усилю страдания несчастной маленькой Хедвиг? Что, если я не найду подходящее лечение?

Но среди этого страха и сомнений я ощутила кое-что ещё. Нечто более сильное и настойчивое — это желание помочь. Я не могла остаться равнодушной, зная, что кто-то нуждается в помощи.

Сжав кулаки, я посмотрела мастеру Краузу прямо в глаза. Взгляд его отражал смесь надежды, мерцающей слабым светом, и страха, который словно тёмная тень окутывал его душу. Надежда боролась с тревогой. Там таились сомнения беспокойства за будущее юной Хедвиг. И в то же время я уловила в его взгляде надежду — тонкий луч света, за которым меркло всё остальное. Похожи, его вера в мои способности куда сильнее моей собственной.

Мастер Крауз отчаялся настолько, что был готов отдать судьбу близкого человека в руки новичка.

В горле моём встал ком. Я ощутила, как сжалось что-то в груди. Разве могла я подвести мастера Крауза? Могла ли я отказать ему?

— Я помогу. Найду способ помочь малышке Хедвиг. Идёмте же прямо сейчас.