Глава 27

Пока воодушевлённый Юки вооружился холщовыми мешочками и отправился в лес, наполнять их хвоей, я, взяв денег, направилась по дорожке к Ханиграду.

День обещал быть солнечным. Припекал снежные шапочки и барабанил весенней капелью. Я вдыхала приятный аромат нежности, нашёптывающий, что уже скоро от снега не останется и следа, и жмурилась от ярких бликов.

До Ханиграда я добралась легко и относительно быстро.

Оживлённые улицы переполнились различными звуками: гомоном толпы, криками торговцев, щебетом вернувшихся с югов птиц. Запахи разнообразных специй, свежих фруктов и пекущегося хлеба смешивались в воздухе, создавая неповторимую атмосферу. Я ощущала невероятную веру в себя. Всё получится. Всё будет хорошо.

Несмотря на то что весна уже на пороге, снег ещё не полностью стаял даже здесь, на улицах города. Земля под ногами скользила и чавкала, но я не испытывала дискомфорта из-за этого, ведь солнечные лучи согревали лицо, а голубое небо радовало взор.

Прогуливаясь по торговой площади Ханиграда, я заглядывалась на разные товары и радовалась, не замечая ни эфирных свеч, ни масел на прилавках. На Свечную улицу я сворачивала, наполнившись решимости найти нужный воск для своих свечей.

Моя первая попытка закупить воск оказалась неудачной — цена оказалась непосильной для нынешнего моего состояния. Во второй лавке торговец сообщил, что у него закончился запас, а новый завоз ожидается нескоро. Иными словами, я быстро осознала, что новые свечи создам нескоро. Для начала придётся сосредоточиться на маслах и мазях. Да, раз не удалось купить немного воска, я решила вернуться на площадь перед ратушей и приобрести зелейного жира.

Проходя мимо различных лавок, я вдруг заметила знакомый высокий силуэт среди множества прохожих. Мужчина, напоминавший размерами дикого медведя, с кудрявой бородой и широкими плечами торговался с продавцом за металлические кольца для цепочек. Мастер Крауз. Обрадовавшись, я подошла к нему.

— Мастер Крауз! — воскликнула я улыбаясь. — Как приятно встретить вас.

Мастер Крауз тоже радостно улыбнулся. Он дружески обнял меня.

Мы обменялись приветствиями и пожеланиями хорошего дня. Порадовались начавшейся весне и поговорили о маленькой Хедвиг. Слишком рано говорить, помог ли ей чай, но я всё равно порадовалась, узнав, что её матушка, Валери, уже заваривает его и даёт малышке по моему наставлению.

Мастер Крауз пригласил меня к себе, отдохнуть перед возвращением на край леса. По пути он рассказал интересный эффект от подаренных ему свечей. Первую конструктор зажёг в тот же день, просто так, проверить, что они из себя представляют. Аромат улавливался, но был тонок и едва заметен. Следующую свечу мастер Крауз зажёг спустя неделю. И на этот раз аромат оказался ярче, насыщеннее. По словам конструктора, свеча будто привнесла толику леса в его дом.

Слушая мастера Крауза, я переживала, что не взяла с собой ни листа, ни карандаша. Очень хотелось записать новые сведения. Похоже, после застывания, стоило держать свечу в закрытом виде не менее недели, прежде чем отправлять её на продажу. Я также хотела проверить, каким будет результат, если замешать побольше или же, наоборот, поменьше масла в воск.

Пообщавшись с мастером Краузом и перекусив, я на всякий случай попросила его рассказать, как пользоваться дистилляционным аппаратом. Я заверила, что планирую создавать все масла с помощью его изобретения, а конструктор дал мне свои записи, в которых подробно описывался процесс создания эфирных масел.

.Поблагодарив, я пошла домой. Когда же добралась, то чувствовала, что готова к новым вызовам судьбы.

Первый ждал меня возле входа. Со взлохмаченными волосами и иголками в белой шубке на пороге сидел донельзя счастливый Юки. Перед ним источали чарующим аромат два холщовых мешочка.

— В левом пихта, а в правом сосна, — отчитался юноша.

А мне вдруг захотелось обхватить его за шею и так повиснуть, соприкоснувшись в поцелуе. Поэтому едва Юки поднялся во весь рост, я так и поступила.

— Это такое «спасибо»? — заулыбался он.

И я рассмеялась, подхваченная под мышки и отнятая от земли. Юки быстро и ловко, так что я и взвизгнуть не успела, усадил меня себе на локоть, а второй рукой поддержал под спину. Я прижалась к нему, боясь упасть. Сила Юки никак не вязалась с его комплекцией. Но он, похоже, не замечал странностей. С виду ему ничуть не тяжело носить вот так, на одной руке, не худенькую девушку.

Пусть он заинтересовался в ином, нежели создание эфирных масел, я сумела вернуть Юки к изначальной задумке.

Следуя указаниям, записанным красивым почерком мастера Крауза, мы открутили с дистилляционного аппарата объёмную медную колонну и засыпали в неё иголочки с пихты. Вернее, хвою ссыпал воодушевлённый Юки. Я же кое-как сдерживала смех, чтобы не смущать юношу. Он хотел сделать всё сам, ведь бабушка его никогда к изготовлению масел не подпускала. Поэтому я вооружилась руководством и села на кухне за стол, громко зачитывая каждый шаг. Юки надевал на низ колонны сито, заливал в нижнюю колбу воду, собирал аппарат обратно и ставил на огонь.

Аппарат, нагреваясь, зашипел и засвистел. Юки проследил, чтобы огонь в очаге горел слабо, едва-едва. Что-то булькало, и спустя некоторое время из краника, сначала в разделитель, а после, в подставленную нами ёмкость, закапали гидрат и само эфирное масло. Первый перетекал в объёмную ёмкость, второй скапливался в верхней части разделителя. Осчастливленная удачным исходом, я дрожащей рукой взялась за пипетку, чтобы набрать пихтовое масло в заранее подготовленную для него колбу с плотной пробкой.

Она наполнилась доверху. Я чуть не прыгала от счастья, понимая, что всё у меня получится. Нужно просто не торопиться. Я всё смогу. Всё успею.

На радостях я обернулась к Юки. Его золотистые глаза оказались очень близко.

— Мы сделали это, — сказала ему.

— Конечно, — не менее довольно произнёс он и отложил колбу из моих рук на стол.

Юки коснулся лбом моего. Погладил большим пальцем по щеке. Притянул к себе и едва слышно, севшим, хрипловатым голосом сказал:

— Хочу тебя.