ГЛАВА 14. Кара

Утром я просыпаюсь с ясной головой и кристально чистыми мыслями. Жаль, в этой ясной голове по-прежнему нет ни единого воспоминания о том, что вчера было между мной и Виктором.

Он меня изнасиловал? Сама добровольно я бы с ним спать точно не стала. Разве что под внушением… Брр! Ксан уверен, что Светлый на меня воздействует, но я ни разу не чувствовала, ни разу… об этом даже не задумывалась.

Что, честно говоря, странно. При всей моей нелюбви к Виктору, при всех опасениях мне в голову не приходило, что он что-то там химичит Удивительно! Но если все-таки воздействует, почему не внушил в него влюбиться?

Должно быть, настолько глобальное вмешательство даже ему не под силу. Ну или, что более вероятно, перебить мою неприязнь к да Коста никакая магия не способна.

Если выяснится, что Ксан переживает не напрасно, я Виктора в фундамент закатаю! Нового отеля Хоросов и закатаю. Того, который на луне будет строиться.

Мне вполне подходит, если между мной и останками этой сволочи будет космос.

От размышлений о том, где похороню да Коста, отвлекает короткий стук в дверь.

— Сонорина де Ларра, я могу войти? — спрашивает Ана, милая девушка из прислуги, которая вчера вместе с Эленией со мной нянчилась.

По-другому и не скажешь. Мне очень приятна забота соноры Хорос, но в то же время было немного неловко.

Вот зачем я им здесь? Только зря трачу их время.

— Да, заходи. Я уже не сплю.

Поприветствовав меня улыбкой, Ана спрашивает:

— Принести вам завтрак сюда или позавтракаете со всеми?

Завтракать со всеми опять же неловко, но и точить еду в спальне, наверное, тоже как-то не очень.

— Со всеми. И… — Бросаю по сторонам взгляд в поисках шорт и футболки.

— Ваши вещи в шкафу, — угадав, что ищу, говорит девушка. — Как и другая одежда.

Другая?

— Отлично, — киваю и поднимаюсь с кровати. — Передай, я скоро буду.

Служанка уходит, а я подхожу к шкафу. От легкого касания дверцы бесшумно разъезжаются, открывая моим глазам несколько строгих офисных костюмов, с десяток блузок и туфель на шпильках. Даже о нижнем белье не забыли. Все не мое, но явно покупалось для меня, потому что первый же костюм — насыщенного дымчатого цвета пиджак и юбка — садится как влитой.

Интересно, кого благодарить: Ксанора и Элению? Надеюсь, что все-таки Элению, потому что босс, покупающий мне бюстье с трусиками…

Мысль обрывается, когда сейт на прикроватной тумбочке начинает настойчиво вибрировать.

Надеюсь, это не тот, о ком я думала все утро вместо того, чтобы наконец забыть о его существовании. Взглянув на экран, мрачно добавляю: он, зараза.

Виктор продолжает звонить, а я не знаю, как быть: ответить или заблокировать к Йоргам собачьим его номер. Хочется второго, но лучше сделать первое. Не успокоюсь, пока не узнаю, что вчера случилось.

Тяжело вздохнув, отвечаю:

— Что тебе нужно?

— Доброе утро, Кара. Надеюсь, с тобой все в порядке?

Доброе утро, Кара. Такое ощущение, будто с синтом разговариваю. Хотя робот и то поживее звучать будет.

— Уж точно лучше, чем вчера.

— Скажи, где ты. Я прилечу за тобой.

Уже диктую адрес.

— Лучше ты скажи: что на мне было за внушение?

Пауза. Видимо, Светлый не ожидал столь прямого вопроса и теперь соображает, как бы выкрутиться и снова навешать мне на уши дерьма.

— Ты опять ничего не помнишь?

Хорошо, что мы разговариваем не по голосвязи, иначе бы уже чем-нибудь швырнула в его голограмму. А потом бы объяснялась с гостеприимной хозяйкой, чем мне не угодила ее статуэтка или какая-нибудь ваза.

— И благодарить за это явно должна тебя. Что ты со мной делал?!

Как же он меня бесит.

Бесит, бесит, бесит!

— Кара, скажи, где ты. Я прилечу за тобой, и мы все обсудим.

— Обсудим, как ты меня изнасиловал?

— Я тебя не насиловал.

— То есть, хочешь сказать, мы не спали? — Я даже дыхание задерживаю, боясь и одновременно надеясь услышать правду.

Молчание.

— Можем встретиться в городе, — наконец говорит Темный. Вернее, Светлый, но ведет себя хуже любого Темного. — Например, за обедом. Выбирай ресторан.

Это вместо ответа.

— Увидимся, и я все тебе расскажу, — продолжает он гнуть свое. — Поговорим как взрослые люди. Что скажешь, Кара?

Звучит, конечно, заманчиво… Хотя нет, хреново звучит и лучше пока обойдусь без правды.

— Скажу, что тебе пора пойти в задницу. Вместе со своей помолвкой! Между нами все кончено!

Отключившись, швыряю сейт на кровать.

Последняя фраза прозвучала немного пафосно, но, боги, как же мне понравилось! Я готова повторять ее снова и снова. Как молитву, как мантру.

Четыре волшебных слова.

Между. Нами. Все. Кончено.

Именно так звучит свобода.

Сообщение от Ксанора возвращает меня в реальность, в которой я больше не невеста Светлого.

Жду тебя в офисе. Забрать не успеваю, прилетай с Гаром.

С Гаром… При виде старшего Хороса у меня странным образом пропадает голос и немеют ноги. Не знаю, смогу ли когда- нибудь справиться с чувством неловкости, стеснительностью и смущением, что вызывает во мне будущий правитель Грассоры.

Спустившись, застаю семью в полном составе. Гаранор во главе стола сосредоточенно пролистывает голожурнал, время от времени поднося к губам чашку. Эления о чем-то весело разговаривает с Мариселой, а самый младший член светло-темного семейства тихо сопит в своей люльке.

— Доброе утро. — Я останавливаюсь на пороге, уговаривая себя быть храброй девочкой и приблизиться к столу.

— Доброе утро, Кара, — свернув голограмму, приветствует меня Темный.

А Эления участливо спрашивает:

— Хорошо спала?

— Очень. Спасибо. — Улыбнувшись, устраиваюсь за столом напротив Элении и малышки-феи, которая, как и в первую нашу встречу, с интересом меня разглядывает.

— Кара будет жить с нами? — Девочка делает большой глоток сока, после чего робко пододвигает ко мне тарелку с пирожными.

— Пока что да, — отвечает Эления, и этот ответ вгоняет меня в растерянность.

— Но как же… — начинаю я.

— Дядя Ксанор предпочел бы, чтобы сонорина де Парра жила с ним, но перебьется, — замечает Гаранор, возвращаясь к пролистыванию «Торнса».

Известный всему миру финансовый журнал, в котором я мечтала проходить практику. Практику не прошла, но, возможно, после выпуска мне повезет найти там работу?

Ну а что? Родители наверняка меня теперь знать не желают и больше не ждут моего возвращения в Делес. Да я и сама туда не рвусь.

— Перебьется, — эхом повторяет за отцом Марисела, после чего кивает с самым серьезным видом. — Я тоже хочу с ней поиграть!

Подавив нервный смешок, наполняю чашку брулом. Хорошо хоть Гаранор оставил при себе замечание о том, в какие игры с феями любит играть дядя Ксанор. Хотя по выражению лица Темного было очевидно, что за мысли посетили его светлую голову.

— Я думала сегодня вернуться в свою квартиру. — Вдохнув крепкий, яркий аромат брула, накладываю себе блинчиков.

— Лучше поживи пока у нас, — качает головой Эления. — Для твоей безопасности и нашего спокойствия.

— Я очень благодарна за гостеприимство, но не хочу больше стеснять вас и…

— Ты нас не стесняешь, — снова перебивает меня Хорос, и на его губах появляется улыбка. — Дом большой, места хватит на всех.

— И все равно мне неловко.

— Брось! — отмахивается Эления и тут же спрашивает, явно торопясь сменить тему: — Надеюсь, я угадала с размером? Все подошло?

— Все село, будто на меня шили. У тебя идеальный вкус, — делаю ей комплимент, причем совершенно искренний.

Остаток завтрака проходит за непринужденным (почти) разговором. Закончив просматривать последние новости из мира экономики, Гаранор поднимается из-за стола, и я спешу протолкнуть в себя последний кусочек блинчика.

— Не спеши, Кара. Ешь спокойно. Буду ждать тебя в машине.

Наверное, с моей стороны будет преступлением или как минимум кощунством заставлять ждать такого высшего, как Гаранор Хорос. Тем более из-за блинчиков.

Пусть и безумно вкусных, нежный, ароматных… Так, все, хватит наедаться!

— Я уже поела! — Поднимаюсь поспешно, одним махом вливая в себя остатки брула.

Гаранор целует жену, прощается с малышкой и, бросив взгляд на люльку, взгляд непривычно теплый, идет в холл.

— Пока, Марисела. Эления, спасибо за завтрак.

— Хорошего тебя дня, — прощается со мной Светлая и снова сосредотачивает внимание на дочке.

Я иду за Темным, морально настраиваясь на неловкое молчание в машине. Сколько там лететь до Скайора? Минут двадцать?

Это будут очень долгие двадцать минут моей жизни.

Поначалу действительно летим в тишине, и я чувствую себя гипернеловко. Ерзаю на сиденье, смотрю в окно, на сейт и снова в окно.

Так длится какое-то время, пока Гаранор не прерывает это кошмарное молчание:

— Уже привыкла работать на моего брата?

— Вполне. Можно даже сказать, мы сумели сработаться.

— Рад, что это так, — с задумчивой улыбкой кивает он. — Но если Ксан будет доставать, дай мне знать.

— Он не достает.

Вернее, иногда он, конечно, тиран и деспот, но почему-то после последних событий я готова простить ему все и даже больше. Тем более что я тоже не помощница мечты.

— Я не только про работу, — немного помедлив, добавляет Хорос.

Выражение лица невозмутимое, взгляд нечитаемый. Что думает (и обо мне в том числе) — непонятно. Не Темный, а головоломка. Загадка.

— Мне… эмм… приятна его забота, — снова встаю на сторону своего босса.

— Главное, будь с ним осторожна и не позволяй разбить себе сердце.

Может, выйти из аэрокара подышать свежим воздухом? И плевать, что мы мчимся над верхушками небоскребов.

— Другого варианта развития событий вы даже не рассматриваете?

Темный чуть слышно усмехается:

— Просто я знаю своего брата.

◊ ◊ ◊

После разговора с Гаранором внутри остается неприятный осадок. Пытаюсь выбросить из головы его слова, но они как будто там застряли.

Не позволяй разбить себе сердце…

Уже позволила. Два года назад. Помню, как ревела, когда после ночи бурного… эмм, бурной ночи любви он просто прошел мимо. Не узнал меня, не вспомнил девушку, с которой накануне провел время.

Рассеянный взгляд сквозь меня, жизнь довольного жизнью ублюдка и разукрашенная красотка с Йорг знает какого размера бюстом, нагло повисшая у него на руке.

Рука Хороса, к слову, лежала на ее выдающейся (в прямом смысле слова) заднице, и увидеть такое после своего первого раза…

Ну, в общем, было не очень приятно.

— О чем задумалась, Дерзкая?

Я настолько глубоко и прочно погрязла в воспоминаниях, что даже не заметила, как добралась до офиса, села за стол, включила сейфот. Не увидела и приблизившегося ко мне Ксанора.

Прогнав дурацкие мысли, навешиваю на лицо улыбку.

— О свободе. Звонил Виктор, и я его послала. Сказала, что расторгаю помолвку.

Опустившись на край письменного стола, Темный… берет меня за руку и переплетает наши пальцы. И пока я прихожу в себя от этого собственнического жеста, он спокойно, но с явным удовлетворением отвечает:

— Давно было пора.

— Раньше… не получалось. Ну или… я не знаю.

И вот так всегда. Стоит мне заглянуть в себя и попытаться разобраться в своих отношениях со Светлым, как я теряюсь. Мысли путаются, и чувства становятся совершенно сумбурными. Раньше я особо не парилась. Не знаю почему, но разбираться в себе до недавнего времени совершенно не тянуло.

Все изменилось с появлением в моей жизни одного сероглазого монстра, который уже не кажется таким уж монстром.

А если быть совсем откровенной, никакой он не монстр.

Высший продолжает улыбаться. Продолжает смотреть на меня, не сводя взгляда, и не торопится разъединять наши пальцы.

— Что? — к щекам приливает кровь.

— Поужинаем сегодня? Или в кино сходим. Можно все вместе.

— Приглашаешь на свидание?

— Почему бы и нет? Раз уж ты теперь свободна.

— А как же нерушимое правило не заводить отношения на работе?

Приподнявшись, Темный подается ко мне и шепчет почти касаясь меня губами:

— Для тебя, Дерзкая, я готов сделать исключение.

От этого голоса дрожь бежит по телу и хочется податься ему навстречу, чтобы наше «почти» стало поцелуем. Одним из тех, от которых мы оба теряем рассудок.

— Ой, извините! Я… сонор Монтеро просил передать, что задерживается, и…

Высший резко отстраняется. Я откидываюсь на спинку кресла и поворачиваюсь к Рите, явно смущенной увиденным. Мне, честно говоря, тоже неловко. А еще тревожно. У Флорес язык без костей и патологическая тяга к сплетням, которыми ей просто жизненно необходимо делиться со всем белым светом.

Ну или как минимум со всем офисом.

— Хорошо, — кивает босс. — Как только появится, сразу проводи его ко мне.

Рита исчезает, причем так поспешно, что мне хочется тотчас затащить ее обратно и сделать внушение.

— Так как насчет свидания? — возвращается к злободневной теме Хорос, пока я тут продолжаю переживать и нервничать.

— Как думаешь, может, стоит стереть ей память?

— Оно тебе надо? Пусть рассказывает. Свидание? — напоминает упрямый.

— Если твой брат с невесткой отпустят, — шучу я и так же весело добавляю: — Но даже если отпустят, наверняка скажут, чтобы вернул меня к девяти.

Темный усмехается:

— Вполне в их духе.

— Мне нужно забрать кое-какие вещи из квартиры.

— Заберем вечером.

— Хоть я считаю, что переезжать было необязательно.

— Обязательно, Кара. Мне так будет спокойнее, — мгновенно посерьезнев, обрубает Темный. — А насчет идеи Ленни с днем рождения…

— Вечеринке быть! — Теперь уже я звучу категорично. — Правда, не уверена, что получится заманить на праздник Виктора, раз уж я его послала, но немного приятных эмоций нам не помешает. А мне подготовка к вечеру поможет отвлечься.

Если Темный и собирался возразить, то после последних моих слов возражений у него не остается.

— Ладно, сдаюсь. Главное, не перестарайся.

Я неопределенно пожимаю плечами и погружаюсь в работу. До дня рождения всего неделя, а значит, очень мало времени. Первым делом нужно определиться с местом, потом разослать приглашения. Выбрать тему вечеринки, составить меню, подумать о музыке…

К счастью, мне везет. Подходящее место находится почти мгновенно. Рассылать пригласительные я припрягу Риту и других девочек с ресепшн. Что же касается музыки… В последнее время стало модно приглашать на не очень пафосные, но очень светские тусовки певицу Элиану Ор. У Светлой божественный голос. Правда, характер, говорят, не очень. Она многим отказывает, даже высшим, но вот странность, желающих заполучить ее себе на праздник становится только больше.

Ладно, попробую. Если пошлет, поищу другие варианты. Отправив запрос ее секретарю, собираюсь уже отчалить на обед с Ритой, чтобы провести ей внушение (если еще не поздно, конечно), и тут от Светлой приходит ответ.

— Согласна? Хм, это было быстро.

И очень просто.

Надеюсь, и дальнейшая подготовка пройдет гладко.

Зацепив на ресепшн Риту, тащу ее в ресторан двумя этажами ниже и первое, что слышу, едва успев устроиться за столом, это ее возбужденный шепот:

— Только не говори, что ты теперь с Хоросом!

Боги, Рита, ну хотя бы немного сдержанности. Она даже подается ко мне, изнывая от нетерпения услышать горячие новости из первых уст.

А потом вздыхает (не то разочарованно, не то… облегченно?), когда я невозмутимо отвечаю:

— Мы с Хоросом не вместе.

Ведь не вместе же? То, что между нами происходит, пока еще ни на что не похоже. И не факт, что когда-нибудь будет.

Не позволяй разбить себе сердце…

Проклятье, Гаранор, прочь из моих мыслей!

Хватит и того, что их любил путать мой, Йорг его подери, жених.

Бывший, Кара. Не забывай о волшебном слове.

— Ну, ладно, — неожиданно легко сдается Рита. — Просто я вас видела… И это было так…

— Тебе показалось, — резко перебиваю.

Флорес скептически усмехается.

Желая сменить тему, рассказываю ей о планируемой вечеринке.

— Нужна твоя помощь. Я составила список приглашенных. Надо разослать приглашения и сделать это сегодня. Успеешь?

— Не вопрос! — кивает Рита, ковыряясь вилкой в листьях салата. Рядом с ее тарелкой поблескивает острыми гранями стакан, до краев наполненный смузи из морской капусты.

Может, свести ее с Виктором? В еде у них явно одинаковые вкусы.

— А где пройдет знаменательное событие?

— В одном загородном клубе. Там очень красиво. И достаточно места для больших вечеринок.

— Подумала о музыке?

— Пригласила Элиану Ор. Договор еще не подписали, но она согласна.

— Что, правда, что ли?! — От удивления Рита едва не выплевывает свой смузи обратно в стакан.

Я бы его и без всякого удивления выплюнула. Просто не смогла бы протолкнуть в себя эту жижу.

— Я сама не ожидала, что она так быстро согласится.

— Я не про это, — отмахивается Флорес. — Просто у них же все было.

— Что и у кого? — спрашиваю, а сама понимаю, что ответ мне прекрасно известен.

Она и Ксанор…

Йорг!

— Эта Ор и твой начальник. Но певица она классная, публика от нее в экстазе. А раз вы не вместе, то тебе должно быть фиолетово, что они встречались несколько месяцев.

Несколько месяцев?

Настроение неожиданно портится. Так обрадовалась, что сумела урвать для его вечеринки эту певичку, а получается, что не надо было. Наоборот, следовало держать ее от Хороса как можно дальше.

— Что-то ты скисла, — вглядываясь в мое лицо, замечает Рита.

— Просто еще много работы. Я скину тебе список приглашенных.

Оставив еду почти нетронутой, быстро поднимаюсь. Наверное, даже слишком быстро, но сейчас мне хочется как можно скорее сбежать от пронизывающего взгляда Риты.

До конца дня, вместо того чтобы сосредоточиться на делах, я просматриваю в сети их фотки. Обалденно красивая блондинка с точеной фигуркой и высокий широкоплечий Хорос. Нежность и сила. Свет и тьма. Такие разные и… так отвратительно хорошо друг другу подходят.

На многих фото они улыбаются, и от этих улыбок изнутри поднимается чуть ли не ярость. Ревность так точно. Неприятная, жгучая.

Темная.

Нечто подобное я испытывала на корабле к Анне Мойя, хотя между ними даже ничего не было. Вроде бы. И к тем двум триям. И ко многим другим девицам, о которых слышала хотя бы вскользь.

Сколько их было? Моделей, актрис, певичек. Светлых и низших. Он, наверное, уже и сам не помнит. А сколько еще будет? Много ли потребуется времени, чтобы он пресытился нашими отношениями?

Несколько месяцев, как было с Элианой, или я надоем ему раньше?

Не позволяй разбить себе сердце…

Поздно, сонор Хорос, давать такие советы.

◊ ◊ ◊

Весь день я мучаюсь дилеммой: что делать? Написать этой Ор, что выступление отменяется, или не идти на поводу у эмоций? А точнее одной конкретной эмоции — ревности. Такой жгучей и ядовитой, что внутри даже становится горько.

Стоит закрыть глаза, как я вижу их вместе. Фотографии, статьи… Грр! С другой стороны, они встречались больше года назад. Скорее всего, он и замутил с ней сразу после меня. А может, они уже были вместе, когда мы с ним…

Нет, Кара, девочка, накручивая себя, точно не успокоишься.

Мне все-таки удается взять себя в руки и ничего не писать Элиане. Не буду же я всю жизнь девиц от него отгонять. Всю жизнь… Вот это я хватила.

— Ну что, полетели? — Ксанор появляется из кабинета около восьми. — Быстро заскочим к тебе, а потом где-нибудь поедим. Есть предпочтения?

— Ты знаешь, я жутко устала. Давай ко мне, а потом ты подкинешь меня к брату. Ну или просто оставишь в квартире, больше никуда не подкидывая.

Улыбка на губах высшего исчезает так же быстро, как у меня сегодня исчезло хорошее настроение.

— Что-то случилось?

— Устала немного.

— Не думаю, что ужин в ресторане сильно тебя утомит, — не сдается упрямец.

А другого я от него и не ждала.

— Кса-а-ан…

— То есть вечеру со мной ты предпочитаешь вечер с Ленни и мелочью?

Когда прилечу, мелочь наверняка уже будет спать, а вечер с Эленией… Если честно, я бы не отказалась от задушевного разговора с сонорой Хорос. Интересно, она разделяет мнение мужа насчет Ксанора и тоже будет просить быть осторожнее? Или, может, поможет советом?

Нет, мне точно нужно поговорить с Эленией.

— Давай поужинаем завтра, хорошо?

— Тебе никто не говорил, Дерзкая, что ты мастер портить настроение? — произнося это, Хорос улыбается, и я облегченно выдыхаю.

Не обиделся и отлично.

— Ты с этим тоже неплохо справляешься.

— И когда я уже успел испортить тебе настроение?

Когда я узнала о твоих шашнях с очередной красоткой-Светлой.

Вслух я этого не говорю, просто заставляю себя улыбнуться и пожимаю плечами.

Спускаясь в лифте, поначалу молчим. Хорос смотрит на меня, я — сквозь толстое стекло на вечерний город. Почему-то, когда он рядом, высота не ощущается таким уж кошмаром. Да и все остальные проблемы становятся меньше, несущественнее. Кроме одной единственной.

Ксанор Хорос слишком ветреный.

— Эй, — в два шага стерев расстояние между нами, он оказывается рядом, и вот уже скользит по моим щекам пальцами, опускает на губы взгляд. — Что случилось? Я же вижу, с тобой что-то происходит. Опять доставал слизняк?

Опускаю голову, стараясь спрятать невольную улыбку, а потом, решившись, признаюсь:

— На твоем дне рождения будет выступать Элиана Ор.

Секундное молчание и тихие слова, в которых сквозит искреннее недоумение:

— И что?

— Как что? Вы с ней встречались! — Легонько ударяю его кулаком в грудь.

За что мне тут же заводят руки за спину, прижимают к стенке и шепчут, задевая губами мои губы:

— Значит, теперь мы ругаем меня за прошлое?

— М?

Сложно сконцентрироваться на смысле слов, когда тебя уже чуть ли не целуют, а единственное, что нас разделяет, это одежда и осознание, что лифт вот-вот остановится.

— Если скажу, что мне плевать на всех фей этого мира, кроме той, у которой самый охренительный запах, паршивый характер и губы настолько сладкие, что невозможно оторваться, это поможет тебе взбодриться?

— Ну-у… Возможно, я почувствую себя чуть менее уставшей. Хотя паршивый характер тебе припомню!

— Нисколько в этом не сомневаюсь.

На какое-то мгновение я забываю, что стенки лифта прозрачные, и с улицы отлично видно, как мы целуемся. Как его руки опускаются мне на бедра, а язык, дразня, разжигая внутри какое-то темное пламя, раскрывает мои губы. Проникает в меня, выбивая мысли, унося из реальности в сладкую эйфорию.

Будь мы не в лифте, и одним поцелуем все бы точно не закончилось. Но вот йоргова кабина останавливается, двери разъезжаются, и Темному приходится отстраниться.

Машинально поправив узел галстука, все еще хрипло говорит:

— В общем, это я к чему, Дерзкая… Не страдай хренью и не думай о том, чего в моей жизни уже давно нет и не будет.

Наплевав на то, что парочка сотрудников Скайора в нерешительности топчутся у лифта, не зная, то ли им входить, то ли не стоит, Хорос притягивает меня к себе, собственнически обнимает за талию и увлекает за собой в холл, явно не собираясь отпускать до самого аэрокара.

— А ведь я сказала Рите, что между нами ничего нет, — тяжело вздыхаю, понимая, что завтра «о лифте» будут знать все.

— Нехорошо врать подруге, — чуть слышно усмехается мое чудовище. — И себе тоже.

Заявление вполне в духе Ксанора Хороса.

В квартиру мы залетаем буквально на несколько минут Внутрь я захожу не без опаски. Умом понимаю, что Виктора уже давно и след простыл, но почему-то находиться в этих стенах неприятно. А уж войти в спальню…

— Налей мне чего-нибудь выпить, — прошу Хороса, чтобы не отправился за мной следом, и Темный, чуть слышно хмыкнув, идет к бару.

Дверь поддается, бесшумно отъезжая в сторону. Я вхожу в комнату, с трудом подавив желание зажмуриться.

— Включить свет.

Спальня наполняется мягким теплым светом, и первое, что бросается в глаза, — это кровать со сбитыми простынями.

Ну вот что за гадство?!

Если честно, мне на нее смотреть тошно, как и тошно от того, что я ни Йорга не могу вспомнить. Убила бы сволочь…

От души выругавшись в мыслях, быстро бросаю в чемодан все необходимое, и самое главное — крем, маскирующий запах. Интересно, когда запасы закончатся, папа пришлет мне новые? Просить не хочется, но, похоже, придется.

На все про все у меня уходит минут пять. Я уже собираюсь выходить из комнаты, втайне надеясь, что мне никогда не придется в нее возвращаться, и тут в дверях появляется Темный. Разумеется, он тоже первым делом смотрит на кровать. Потом на меня, потом снова на йоргову кровать.

После чего мрачно интересуется:

— Можно я убью его?

— Ты даже не представляешь, с какой радостью я бы ответила тебе «да», но потом придется навещать тебя в тюрьме, так что…

Ксанор берет меня за руку, притягивая к себе. Невесомый поцелуй в губы, волнующий от легкой хрипотцы шепот:

— А на какой еще вопрос ты бы с радостью сказала мне «да»?

Опять эти его шуточки?

Оглянувшись на зависший в воздухе чемодан, активированный, чтобы следовать за мной до самой машины, мягко отстраняю от себя высшего.

— На ужин в каком-нибудь месте попроще. Где готовят быстро и большие порции. Я проголодалась. — Заметив, как он расплывается в довольной улыбке, улыбке победителя, добавляю: — Но на кино меня уже точно не хватит.

— Значит, буду довольствоваться малым.

Бокалы с алкоголем так и остаются нетронутыми. Нам обоим не терпится сбежать отсюда и дело вовсе не в голоде, а в неприятной атмосфере, царящей в этом месте.

— Не удивлюсь, если да Коста оставил в квартире сюрпризы в виде жучков, — говорит Темный по дороге в бар-ресторан, в котором готовят обалденно вкусные бургеры.

От его предложения мороз пробегает по коже, и перспектива какое-то время пожить в доме Хоросов уже не кажется такой уж кошмарной.

Лучше чувствовать себя неловко в присутствии Гаранора, чем быть под постоянным наблюдением да Коста.

Наверное, это был один из самых лучших наших вечеров. Простая, но вкусная еда, расслабляющая атмосфера ресторана, легкие разговоры о приятном — именно этого мне сейчас не хватало. Отринув мысли о Светлом, тревогу о неясном будущем, мы просто наслаждались обществом друг друга, и это было нереально круто.

Такой Ксанор Хорос, веселый, общительный, милый, мне нравился еще больше. Сердце, глупое, замирало от каждой его улыбки, а потом начинало стучать быстрее, когда он склонялся ко мне, чтобы что-то шепнуть на ушко или убрать с моих губ след от соуса.

Я даже пожалела, что отказалась от фильма, но усталость взяла свое: к концу вечера я чувствовала себя разбитой и мечтала только об одном — о мягкой подушке.

— Что, если я снова сорвусь? Нападу на детей. — В аэрокаре ко мне возвращается тревога, от которой я снова начинаю ежиться. — Мне кажется, Зления и Гаранор должны узнать правду. Всю. И про мои срывы тоже.

— Твои срывы провоцировал Виктор — в этом я уверен. Не будет его, не будет потери контроля.

— Но они начались еще до нашей помолвки.

— В детстве? — не отрывая взгляда от дороги, спрашивает Темный.

— Нет, уже в старшей школе. Незадолго до выпускного. К счастью, тогда никто не пострадал. Ренард вовремя вмешался.

— Вы с Виктором в то время еще не были знакомы?

Я хмурюсь, погружаясь далеко не в самые приятные воспоминания.

— Он уже был напарником брата — молодым агентом, как и Рен, только начинавшим делать карьеру в управлении. Ужинал у нас пару раз: бывало, мы пересекались на светских мероприятиях, но никогда особо не общались. Я и подумать не могла, что когда-нибудь мы с ним… Он старше меня на десять лет, да и вообще… После выпускного я год не училась. Пыталась отвоевать для себя немного свободы и вырваться в Грассору (уже тогда я мечтала о поступлении в Амадо де Калво), но родители все не соглашались. Только когда Виктор попросил у папы моей руки, они сказали, что до свадьбы я смогу поучиться в Грассоре. Если соглашусь стать его женой. Это была одна из причин, почему я ответила ему «да». Ну еще и потому что…

— Он тебя прозомбировал, — с мрачной усмешкой заканчивает за меня Хорос.

— Получается, что так. Но я об этом никогда даже не задумывалась.

— К счастью, в твоей жизни появился я. — Темный не теряет возможности похвалить себя, замечательного, и вдруг неожиданно меняет тему. Наверное, чтобы последние минуты вместе не были омрачены разговором о мерзком Светлом. — Уже выбрала тему для вечеринки?

— Есть одна идея… Что-нибудь в духе света и тьмы. Как считаешь, стоит ее развивать?

— Развивай, — дает добро высший и не отпускает меня без жадного, сумасшедшего поцелуя.

Одного, второго… десятого. В итоге выхожу я из аэрокара слегка пьяная, хоть за ужином пила только воду. Внутри продолжает искриться от желания, и хмель чувств приятно кружит голову.

Не удержавшись, оборачиваюсь и с улыбкой прощаюсь:

— Спокойной ночи, сонор Хорос.

— Сладких снов, Дерзкая. Надеюсь, они будут про меня.

Ну, тут, как говорится, без вариантов.

В этом уже ни у него, ни у меня сомнений не осталось.