Глава 11: Ксанор

Кто бы мне ответил, какого йорга я вцепился в эту Светлую. Строптивые девчонки не в моём вкусе. Меня даже Ленни иногда напрягала, и не послал я её лишь потому, что вовремя понял, какую брат затеял игру. Но Ленни и Кара — это два полюса. Два, мать его, разных полушария. Думал, с Лэй было сложно, но нет, оказывается, с женой Гара всё было легко и просто.

А эта маленькая зараза сегодня довела меня почти до невменяемого состояния.

И ведь понимала же, что нарывается, но всё равно продолжала нарываться.

Ненормальная.

Выругавшись сквозь зубы, увеличиваю скорость, бросаю взгляд на заднее сиденье машины и интересуюсь:

— Ты как? Держишься?

Шумно выдохнув, Урсула принимает сидячее положение и дарит мне слабое подобие улыбки:

— Да, думаю, выживу.

— Что это было? Почему тебе вдруг стало больно?

— Начались схватки, вот меня и скрутило.

Голос помощницы звучит подозрительно бодро. И выглядит она тоже подозрительно. Спокойная, собранная и ни йорга не напуганная.

И куда подевалась та стонущая, умоляющая о помощи Урсула?

— Ты симулировала?

— Как вы такое могли подумать? — в притворном удивлении округляет глаза артистка. Возвращается к своим дыхательным упражнениям, а отдышавшись, продолжает: — Я действительно в ближайшие часы стану мамой, и мне действительно надо как можно скорее в родильную палату.

— Но тебе не больно? — уточняю на всякий случай, чувствуя себя полным лохом.

— Мне… эмм… терпимо.

Купился на уловку, как наивная школьница. Стыд и позор тебе, Хорос. Впрочем, наверное, хорошо, что купился. Не останови меня Урсула, и де Ларру вполне можно было бы отправлять в регенерационную капсулу. Хотя вид у девчонки был такой, будто сама собиралась напасть.

Странная фея.

Неправильная Светлая.

А я говнюк Тёмный, потому что после того, что сделал с её рукой, мне следовало бы хорошенько врезать. Хоть за тот концерт, что она устроила при совете директоров, её просто сами боги велели наказать. Но не так. Можно было, например, хорошенько отшлёпать.

При мысли о Светлой, покорно перекинутой через мои колени, я ненадолго выпадаю из реальности и даже почти успеваю забыть, куда мы вообще летим. Зато никак не получается выбросить из воспоминаний запах крылатой. Такое ощущение, что он мне под кожу пробрался, отравил кровь, а мозги превратил в какой-то хренов кисель.

В общем, дрянь ситуация. А я, вместо того чтобы оставить девчонку в покое, решил взять её в помощницы. Зачем? А вот йорг меня знает. Согласен, она красиво разрулила ситуацию с моделью, но это ещё не делает её для меня полезной. Но видеть де Ларру в подчинённых… о, я уже не смогу отказать себе в этом удовольствии. Я вообще не привык отказывать себе в удовольствиях. И в этот раз тоже не стану. Особенно после того, что она сегодня устроила.

Йоргова девчонка.

И пусть не надеется, что теперь забуду о ней и отпущу. Разбудила во мне охотника и зверя, почувствовавшего запах лакомой добычи (а ведь она действительно лакомая, я, блин, скоро начну захлёбываться слюнями), пусть теперь расплачивается.

Добавим это к тому, что она мне уже должна за фотографии.

— Сонор Хорос, мне кажется, пора снижаться, — напоминает о своём существовании почти рожающая помощница.

И я, в который раз ругнувшись сквозь губы (совсем голова не работает из-за этой маленькой мерзавки), планирую на парковку.

— Мужу написала?

— Уже летит, — отвечает Урсула и, зажмурившись, кривится, явно пытаясь сдержать рвущийся наружу стон.

Всё-таки не симулирует. Это хорошо.

В холле частной клиники у меня забирают Урсулу, с улыбкой заверяя, что сонора Наро в надёжных руках и мне не о чем переживать. Но спокойнее я от этого себя не чувствую. Всё-таки Урсула не последний в моей жизни человек и ближайшие часы будут не самыми приятными в её жизни, а значит, и в моей тоже.

Спустя минут десять прилетает взмыленный муж, которому мне от души хочется врезать за то, что хватило ума сделать моей помощнице ребёнка, и теперь я вынужден брать на работу монстра.

Красивого длинноного монстра, которого, если быть совсем честным, мне хочется взять… В помощницы. Ну и в других смыслах тоже.

Может, тогда наконец попустит. Главное, чтобы не отправиться по стопам Гара и не одуреть в расцвете лет. Но я мальчик умный и такой глупости совершать не стану. Мне просто нужно пои… я хотел сказать, заиметь секретаршу. Толковую девчонку, а Дерзкая как раз такое впечатление и производит. Точно не дура, хоть и безбашенная. Надо будет как-нибудь найти на неё управу.

Не успеваю об этом подумать, как на сейт прилетает звонок от Круса.

— Сонор Хорос, я продолжил наводить справки о сонорине де Ларра, как вы и просили, и узнал кое-что интересное.

— Весь внимание.

Сунув руку в карман брюк, отхожу к окну и, пока скольжу рассеянным взглядом по плавящимся под солнцем аэрокарам, детектив методично отчитывается. По мере того как он говорит, мои губы всё шире растягиваются в улыбке. Йорг побери! Да это не просто интересные сведения. Это охренеть какая сенсация! И думаю, Светлая не захочет, чтобы о её маленькой тёмной тайне узнал кто-нибудь ещё.

— Спасибо, Лино. Эта информация как нельзя кстати. Пришлите счёт — моя помощница его оплатит.

Это которая де Ларра. Теперь уже точно без вариантов.

Отсоединившись, возвращаю сейт в карман и даже глаза от удовольствия прикрываю.

Попалась, крошка.

Следующие несколько часов я занимаюсь тем, что тренирую в себе силу воли и пытаюсь не сдохнуть от скуки в этой стерильной клетке. Здесь всё белое, даже мягкая мебель. Разве что голографические фото на стенах яркие вырви глаз. Они то застывают, то снова начинают раздражающе двигаться, раскрываясь объёмными картинами. Счастливые мамаши, укладывающие спать свою мелочь. Фальшиво улыбающиеся папаши, играющие с детьми в парке. Семейные посиделки и прочая хрень, на которую я уже задолбался смотреть.

Хочется скорее отправиться за добычей, но, во-первых, мне нельзя просто взять и сорваться. Как порядочный шеф я обязан дождаться результата — появления на свет причины моих бед. Надеюсь, Урсула больше не будет совершать подобную глупость и удовлетворится одним ребёнком.

Во-вторых, как бы ни было велико желание вот прямо сейчас «обрадовать» де Ларру, сказав, что на ближайшее лето она в полной моей власти, надо держать себя в руках. Что я, в самом деле, несдержанный юнец, неспособный усмирять свои желания и порывы? Впрочем, последние несколько дней я только тем и занимаюсь, что сдерживаю себя и усмиряю. Хотя пора то же самое начать делать с крылатой.

При мыслях о том, что ещё я мог бы с ней сделать, я на какое-то время забываю о йорговых голограммах. Потом ещё несколько минут убиваю на больничный брул — полная хрень, которая долго горчит на языке. Ближе к вечеру курьер-синт доставляет заказанный букет, а ещё спустя минут двадцать ко мне выходит медсестра и с вышколенной улыбкой сообщает, что я могу пройти к сонорине Наро.

Наконец-то!

Урсула выглядит уставшей, муж бледным, а крошечный свёрток в руках у моей помощницы… просто крошечным свёртком. Только и видна игрушечная ручка и маленькое розовое личико.

— Он потерял сознание, — улыбаясь, заявляет новоиспечённая мамаша.

— Младенец? — удивляюсь я, задаваясь вопросом, а это вообще нормально.

— Алекс, — смеётся Урсула и бросает взгляд на бледного мужа. — Вы, мужчины, такие впечатлительные.

— Мой вам совет, сонор Хорос, не присутствуйте на родах жены, — с самым серьёзным видом говорит мне Алехандро.

— Даже не собирался, — успокаиваю его я, а в мыслях добавляю:

«Ни обзаводиться женой, ни тем более пищащим свёртком».

— По крайней мере, не в этом столетии, — шучу, получая неодобрительный взгляд от Урсулы.

Цветы отправляются в вазу, а на столик возле кровати приземляется мой подарок.

— Мелочь для поднятия настроения. От послеродовой депрессии. Кажется, так это называется.

Понятия не имею, что обычно дарят рожающим. Я всегда считал и продолжаю считать, что лучшие друзья девушек — это бриллианты.

— Спасибо, но правда не стоило, — опустив на бархатную коробочку взгляд, смущается Урсула.

— Для любимой помощницы ничего не жалко, — улыбаюсь в ответ и отмечаю: — Надеюсь, надолго в декрете ты не застрянешь.

Пусть в воспитание спиногрыза впрягается Алекс.

— Постараюсь, — помощница негромко смеётся, и свёрток у неё в руках начинает пищать и морщиться.

Плохой знак.

Бросаю взгляд в окно — уже смеркается. А это значит… А это значит, что сейчас самое время выходить на охоту за крылатой.

— Ты что-то задумал, — вопросительно косится на меня Урсула.

Она редко позволяет себе «тыкать» шефу, в основном когда моё поведение вызывает в ней не самые приятные эмоции. Короче, она опять мной недовольна.

— О чём ты?

— О той девушке. Твоей новой помощнице.

— Калечить её больше не стану. Обещаю.

Муж напряжённо сглатывает и становится бледнее ещё на несколько оттенков. Боги, неужели решил, что я то же самое проделывал с Урсулой? Совсем нервы у парня ни к йоргу.

— Ксанор, пожалуйста. Не настаивай. Если она не согласна…

— Она согласна.

Ну или в скором времени станет согласной. А ещё, хочется верить, полностью мне послушной и ко всему готовой. Образ ручной Кары, этакой ласковой покорной ошарры, снова выбивает меня из реальности в сладкие фантазии.

— Она так просто не сдастся.

Опять весь кайф поломала.

— Уже сдалась. Можно сказать, капитулировала по всем статьям, — предвкушая весёлый вечер, прощаюсь с Алексом и укоризненно поглядывающей на меня Урсулой и отправляюсь воплощать в жизнь одну из своих фантазий — приручать крылатую.

За последние пару дней я узнал о ней больше, чем о любой девице, когда-либо отмечавшейся на моём жизненном горизонте. Я знаю, где она живёт, где учится, с кем дружит. Кстати, о дружбе. Надо что-то делать с тем хлюпиком, чтобы не думал, что это нормально — опаивать девчонок в клубах и потом пользовать их в своё удовольствие.

Может, сломать ему позвоночник?

Время от времени возвращаясь мыслями к ближайшему и совсем не радужному будущему блондина, которому хватило ума пускать слюни по моей фее, я лечу через весь Кадрис в городские трущобы. По понедельникам Светлая работает в баре в том же гадюшнике, ну то есть районе, где и живёт. Уверен, она сейчас там. А если нет, загляну в гости.

В общем, ты, Кара де Ларра, от меня в любом случае не спрячешься.

Забегаловка, гордо именуемая баром, больше напоминает сарай, переживший апокалипсис. Обшарпанное снаружи здание кое-как маскируют граффити (некоторые, к слову, вполне приличные), внутри же запах дешёвого алкоголя, пота и сигарет не сумеет уничтожить даже генеральная уборка. Разве что атомная бомба, из жалости сброшенная на этот клоповник.

Куда вообще смотрит её семья? Чтобы сонорина из высшего света (мать вашу, фея!) проводила здесь вечера? Будь я на месте её отца, не выпускал бы из дома. Не говоря уже о переезде в Грассору. Пусть даже ради учёбы.

С другой стороны, сиди она в своём Делесе, я бы так и не повстречал такую занятную феечку.

Феечка обнаруживается на рабочем месте — трясёт шейкером за барной стойкой. Бесполезная трата ресурсов. В том смысле, что я бы нашёл тысячу других вариантов (ладно, один — самый приятный), чем де Ларра могла бы занять свои руки, не меняя движений, темпа и ритма.

Наполнив коктейлем бокал и подтолкнув его к вульгарно одетой девице, она подливает дешёвого бухла её другу и начинает старательно полировать барную стойку.

Тоже хочу себе такую исполнительную сотрудницу.

Если бы ещё не была извращенкой… Потому что ничем как извращением работу в этом, с позволения сказать, баре назвать нельзя. Ей предложили приличное место с более чем приличной зарплатой, а она показывает характер. Нет бы поблагодарить, что не стал её убивать, да ещё и взял в помощницы, но вместо этого Светлая продолжает трепать мне нервы и закатывать концерты.

Ну ничего, сегодня было её последнее выступление.

— Привет, Дерзкая. — Облокачиваюсь на барную стойку и с удовольствием наблюдаю, как вытягивается лицо крылатой.

Правда, она быстро берёт себя в руки и, продолжая надраивать столешницу тряпкой, цедит сквозь зубы:

— А, это ты. Никак не успокоишься.

— Даже не собирался. Как ты уже, наверное, поняла, мне нужна помощница, потому что моя только что родила.

На ней всё та же футболка и короткие шорты. Некоторые могут часами смотреть на огонь, а я бы мог столько же любоваться её задницей в шортах, представляя, как избавляю её от этого сексуального, но совершенно лишнего на ней огрызка ткани.

— От тебя?

— Что от меня? — снова уплывая в свои фантазии, не сразу понимаю, о чём она спрашивает.

— Родила? — усмехается ехидна.

— Упасите боги и йорги.

Ещё одна ядовитая усмешка. Наполнив бокал архесом — не самым лучшим, но сгодится, — ставит его передо мной.

— За счёт заведения. Пей и убирайся.

— Отравить меня решила?

— Лучше не искушай, Хорос.

— Ничего не могу обещать, — улыбаюсь я, предвкушая самое интересное. — Но сейчас поговорим о моём предложении.

— Нет.

— Ты ведь даже не услышала, что же такого интересного я собрался тебе предложить.

— Мне плевать. — Теперь она начинает составлять чистые бокалы, демонстративно повернувшись ко мне задом. Впрочем, ничего не имею против этой демонстрации её аппетитной задницы.

Кажется, я повторяюсь.

— Я не буду на тебя работать. Сколько бы ты ни предложил, мне плевать на деньги. Плевать на тебя и твои угрозы!

— И всё же я бы посоветовал тебе дослушать. Только представь заголовки: «Пропавшая дочь безумного учёного!», «Фея-полукровка», «Светлая с даром Тёмного». Сенсация века. О тебе будет мечтать каждая вторая, если не первая лаборатория планеты, и даже твой приёмный отец не сможет защитить тебя от всего мира. Тем более что власти Делеса, насколько мне известно, с феями не церемонятся.

С хорошенького личика моей помощницы сходит краска. Де Ларра вздрагивает и разжимает пальцы, забыв о бокале. Тот крошевом рассыпается по полу, но ни ей, ни мне сейчас нет дела до осколков.

Всё, что волнует меня, — это фея по другую сторону барной стойки. Светлую же беспокоит её будущее, да и вся жизнь в целом, которая теперь находится в моих загребущих руках.

— Как ты узнал? — наконец тихо спрашивает она.

К счастью, сегодня понедельник и, наверное, поэтому в баре почти нет клиентов. Пьяная парочка уже убралась за столик и теперь лижется в своё удовольствие, не забывая угощаться алкоголем.

А я продолжаю наслаждаться моментом. Теперь я понимаю Гара: всё-таки в том, чтобы иметь над феей власть, есть своё очарование.

И свой кайф.

— Не узнал, а догадался. Просто сложил два и два. Некоторые факты, которые удалось выяснить моему детективу, плюс твои нетипичные для феи крылья, плюс мои собственные воспоминания о той давней истории. Помню, в своё время мы с Гаром изучили её под микроскопом, потому что один ублюдок вроде твоего папаши Аддерли собирался то же самое проделать с дочерью Элении: скрестить в ребёнке Тёмное начало со Светлым. К счастью, от того урода ничего не осталось, а девочке вовремя сделали операцию. Мне вот интересно, почему тебя с тьмой оставили?

Не знаю, зачем ей это надо, но Светлая продолжает натирать бокалы. Хоть пальцы дрожат, и в зоне риска сейчас всё стеклянное. Ну то есть весь бар.

— Потому что когда меня нашли, было слишком поздно. Операция могла стоить мне жизни, и родители не стали рисковать. К тому времени тьма уже глубоко пустила во мне свои корни. Мы с ней, можно сказать, стали неотделимы.

Пару раз мне не повезло стать свидетелем приступов Литы. Долго потом не мог это развидеть. Но то был двухлетний ребёнок, в котором сила только начинала пробуждаться. Могу себе представить, что творилось де Ларрой в первые годы её жизни. Да и потом тоже. Даже нам, Тёмным, бывало паршиво. А хрупкой фее… Светлой…

В общем, её папаша тот ещё выродок.

И я, получается, тоже. Но даже осознание этого не заставит меня отступиться от планов на эту девочку.

— Приступы? — интересуюсь, стараясь казаться максимально безразличным.

— Случаются, но очень редко. Только когда теряю над собой контроль и даю волю тёмному дару, то есть почти никогда. Но с тобой, Хорос, клянусь, я потеряю его прямо сейчас, если ты не уберёшься из моего бара и из моей жизни! Катись отсюда, монстр!

Она в сердцах ударяет бокалом по столешнице, и теперь уже барная стойка в осколках, тускло поблёскивающих в приглушённом свете.

— Только после того, как пообещаешь завтра явиться в Скайор.

Уперевшись ладонями в стойку, Светлая подаётся ко мне и шипит с ненавистью:

— Нет!

— Что ж, тогда мне придётся позвонить знакомой журналистке.

Поняв, что порезалась, она кривится и суёт в рот палец, снова толкая меня в пропасть запретных фантазий.

— Мне нужно подумать, — почти сдаётся.

— На подумать у тебя был целый день. Я жду ответ.

Некоторое время она молчит, продолжая сосать палец (ну точно издевается), и буравит меня злым взглядом. Странно, но это даже возбуждает. Её злость, беспомощность, ненависть. Наверное, я тоже немного извращенец.

Нахватался у Дерзкой.

— Хорошо, — наконец отвечает неохотно и спешно добавляет: — Но у меня есть одно условие.

— Условия — это теперь по моей части.

Крылатая делает вид, что не слышит, продолжает нагло качать права:

— Я подпишу договор с тобой, а ты подпишешь со мной. Другой договор.

И какой же зловещий план успел созреть в этой маленькой кудрявой головке за пару минут?

— Слушаю.

— На время действия рабочего договора между мной и тобой будут исключительно деловые отношения. Никаких намёков сексуального характера, никаких пошлых предложений и уж тем более никакого секса.

Без ножа режет.

— Я сама его составлю и подпишу твой контракт только после того, как ты подпишешь мой, Хорос.

— А если я не соглашусь на твои условия, Дерзкая? Более чем дерзкие.

И трудновыполнимые.

— Если не согласишься, меня не будет в Скайоре. И твой подленький шантаж ничего не изменит — можешь катиться к своей журналистке со своими бредовыми идеями! — Сказав всё, что хотела сказать, она отворачивается, перед этим явно грязно меня послав.

И идиоту ясно, сильнее прогнуть её не получится. Хотя я бы ещё попытался. И прогнуть, и нагнуть, но… Но вот это её — подленький шантаж — мне не понравилось.

— Уговорила, — тоже сдаюсь, хоть и без особого кайфа. — И какая же будет неустойка в случае нарушения твоего контракта?

Светлая оборачивается, и её карие глаза вспыхивают азартом.

— В случае нарушения договора ты заплатишь мне, скажем… миллион дрейхов и отпустишь на все четыре стороны. С наилучшими рекомендациями, разумеется, — расплывается она в улыбке, откровенно тёмной и ядовитой.

А ещё называется фея. Настоящее зло в чистом концентрированном виде.

— Миллион? Не много ли для студентки?

— Два миллиона.

Ну и кто после этого из нас двоих монстр и чудовище?

— Хорошо, — соглашаюсь, потому что… Да потому что с каждой минутой мне становится всё интереснее. — И, кстати, я не сплю с помощницами.

— Уж прости, но верить тебе на слово я не собираюсь. Завтра утром вы получите свой договор, сонор Хорос.

— Завтра утром я хочу получить тебя в своём офисе.

— Что я говорила о неприличных предложениях? — тут же кусается Светлая, и я понимаю, что не только этот вечер, но и всё лето будет интересным.