*** 12 ***

Дела в агентстве «Одинокий дракон» постепенно шли на лад. Минуло всего две недели, как дверь открылась для первого клиента, а в картотеке уже хранились заполненные анкеты еще пятерых. Пожилой гном. Тролль, который недавно перебрался в город из своей горной деревеньки. Юная фейри, у которой только-только прорезались постоянные крылышки. Нелюдимый орк. И ворчливая вдова-гоблинка с целой оравой крикливых зеленокожих мальчишек. В контору она заявилась со всем семейством. Мальчишки-сорвиголовы и минуты не могли усидеть спокойно, поэтому я запуталась, сколько их, пятеро или шестеро. А потом голова и вовсе пошла кругом, потому что к скачущим гоблинятам присоединилась моя дочь. В тот день мадам Пирип отпросилась проведать внучат, и Рози помогала мне в конторе. Ну как помогала — старалась не мешать.

С няней мы отлично сработались. Гнома оказалась незаменимой помощницей, строгой, но справедливой. Моей егозе немного строгих правил не помешает, но, боюсь, мадам Пирип и меня воспринимала как свою воспитанницу и наставляла нас обеих: «Розали, куда босиком на крыльцо! Валерия, надень шляпку, прежде чем выйти из дома, солнце сегодня припекает!» Она ворчала, но я понимала, что за брюзжанием скрывается доброе сердце. Мадам Пирип жила на соседней улице, приходила с утра и уходила, когда приемные часы агентства заканчивались. Гуляла с Рози в парке, учила ее читать. Вместе они готовили обед, хотя о таком одолжении я не смела и просить. Гномиха договорилась с прачечной, молочником и мясником. Полностью освободила меня от всех хозяйственных дел. Не гнома, а золото!

Впервые после переезда в город я вздохнула спокойно и позволила себе робкую надежду, что все будет хорошо.

Бран забегал в обед, приносил Розали ее любимые булочки. А вечером мы частенько садились за стол все вместе. На кухоньке было слишком тесно для нас троих, поэтому обычно мы отправлялись в закусочную родителей Рисы. Сама оборотица после свадьбы переехала к Рассеру, но ее родные всегда были рады нас видеть. Угощали Розали ее любимыми блинчиками и ягодным взваром.

Конечно, совместные ужины объяснялись лишь необходимостью. Мы с Браном теперь партнеры. Он пишет статьи о моем агентстве и просит рассказывать обо всех интересных случаях. Но клиенты сейчас шли самые обыкновенные. Что интересного в пожилом гноме? Или деревенском простаке? Тролль Кролл несколько лет работал лесорубом, а теперь решил податься в телохранители. Для этого он переехал в город, снял небольшую пещерку-нору, а после некоторых размышлений понял, что для полного счастья ему не хватает только жены.

— Он неплохой парень, — рассказывала я, перебирая вилкой салатные листья и гоняя по тарелке туда-сюда единственную редиску. — Но очень застенчивый. Как все тролли. Он уверен, что ни одна девушка на него и не взглянет. Зачем им неотесанный грубиян? Поэтому он попросил позаниматься с ним, прежде чем назначать свидания. С завтрашнего дня начнем.

Перед Браном лежал открытый блокнот, в котором он делал пометки.

— Может получиться интересный репортаж! Читатели любят истории, где на их глазах происходит превращение из лягушки в принца. Это не значит, что Кролл — лягушка, — поспешно добавил он. — Это метафора!

— Вряд ли мы превратим парнишку в принца, — признала я. — Но за городского жителя он вполне сойдет! Утром пойдем с ним к портному, чтобы заменить ужасный замызганный комбинезон на приличные брюки и рубашку. Если хочешь, пойдем с нами.

Последние слова вырвались неожиданно для меня самой. Я поскорее запихнула в рот редиску, чтобы не сболтнуть еще чего-нибудь лишнего. Но что плохого в том, что Бран отправится со мной и Кроллом к портному? Ведь не на свидание я его зову. И мужской взгляд не помешает. Бран держал слово и за рамки дружбы не выходил. А мне сейчас очень нужны друзья!

— Я и сам хотел предложить, — ответил Бран. — Завтра до обеда я свободен.

— А я? — встрепенулась Рози, которая до поры до времени молчала, увлеченная поглощением блинов. — Я тоже с вами!

— Птичка, мама и дядя Бран идут не отдыхать, а работать, — сказала я. — Няня обещала утром отвести тебя на городской пляж. Что выбираешь — скучную портняжную мастерскую, где с Кролла целый час будут снимать мерки, или пляж?

Розали повздыхала, но склонилась к пляжу.

— Дядя? — с улыбкой переспросил Бран. В его ярких серых глазах плясали смешинки и отразилось какое-то другое чувство, которое я не смогла угадать.

— Смирись, — фыркнула я. — Мне вот пришлось!

Рози упорно звала журналиста дядей, так что я сдалась.

— Я не против, наоборот, — сказал он и коварно уточнил: — Значит ли это, что вы приняли меня в семью?

— Нет! — вспыхнула я.

Ну что за человек, специально меня подначивает!

Хотя, признаю, его помощь с агентством, ни к чему не обязывающие, но милые знаки внимания, вроде булочек на обед, да и просто возможность поговорить по душам много значили для меня. Ему единственному я открыла неприглядную правду о моей жизни, и Бран не отвернулся и не осудил.

Я всегда боялась оглянуться и вглядеться в темные дни моего прошлого. Гнала от себя воспоминания. Которых, кстати, было и так немного.

Отец Розали, которого я спасла, впустив в дом, оказался настоящим мерзавцем. Он опоил меня зельем с ядом василиска. Таким же средством пользовались девицы легкого поведения: после ночи с коварной красоткой глупые мужчины недосчитывались кошелька и нескольких часов памяти. Они не могли вспомнить даже лица соблазнительницы: достаточно одной капли, разбавленной в бокале вина.

Ничем другим я не могла объяснить, почему от воспоминаний рокового дня остались смутные образы и неясные обрывки. Стук под окном. Мольба о помощи. Бокал вина в мужской руке. Смятые простыни со следами первой ночи и измятая шелковая сорочка на полу. Увядшие цветы в вазе. Перстень на моей руке. Негодяй сделал со мной все, что захотел, расплатился за мою невинность сапфиром и ушел, чтобы никогда больше не вернуться… Сломал и выкинул, как ненужную вещь.