Глава 6. На дне Бездны

Оказавшись на дне Бездны убедись, что ниже падать некуда.

(Из дружеских советов Лорана Датура)

― Птичья гавань? ― скептически переспросил Морион, когда Лорейн коротко пересказала ему новости и показала полученное письмо. Их экипаж быстро катился по улице в сторону полисмагического участка, из которого злодей намеревался вытрясти немножко яда. ― Она достаточно далеко, на западных окраинах Талвеллы, и сейчас практически не используется. Только некоторыми транзитными сухогрузами до Серпа. Довольно странное место для дружеской встречи, не находишь?

Лорейн, конечно, находила. Тем более, Сильверина никогда другом и не была. Наставницей по тёмным чарам, объектом восхищения ― да, но не другом. После выпускного, где профессор Шейн поздравила её с чёрным дипломом и заверила, что будет скучать по её работам, они и не виделись. Даже когда Лорейн заходила к Карби.

― Не всё же женщинам встречаться в кофейнях и книжных клубах, ― из чистого противоречия пошутила она и развела руками. ― У некоторых есть и другие увлечения.

На Мориона не подействовало, он всё с тем же выражением посмотрел на неё и вернул Стекло. Скепсис на его лице потрясающе гармонировал со строгим костюмом и идеальной осанкой.

― Например, пароходство?

― Или моряки, ― кокетливо похлопала она глазами, заставив его позабавленно фыркнуть.

Но он только покачал головой.

― Лорейн, я бы меньше удивился, назначь она тебе встречу на кладбище в полночь. Но гавань... Если тебя там ждут, значит ехать однозначно не стоит.

Она пожала плечами и отвернулась к окну.

На кладбище, к слову, они собирались заглянуть как раз после участка и осмотреть семейный склеп Морионов, рассудив, что торопиться бессмысленно. Во-первых, раздобыть яд было актуальнее, а во-вторых, раз о вскрытии склепа Даррену не сообщили, значит, сделали всё достаточно тихо, чтобы не оставить явных следов и ловить там уже некого.

Лорейн задержалась взглядом на чугунном указателе улиц с эмалевой табличкой за окном. Карета как раз поворачивала на Ловчий проспект, широкий и тенистый от высоких каменных доходных домов. Солнце, лениво вылезавшее из туч, только едва-едва разгоралось на жестяных крышах башенок. Оград у домов не было, и улица, полностью закатанная в камень, выглядела пустынной, несмотря на прохожих, и холодной.

― Но, возможно, это наша ниточка к саркофагу, ― почти просительно начала она.

― Или ниточка к ловушке.

Она против воли представила, как ниточка рвётся, и крышка саркофага с грохотом захлопывается. Но упрямо продолжила:

― Мы могли бы подтвердить связь между ним и Парисом, узнать, зачем она вообще прислала гроб.

― Или подставить тебя под удар.

― Между прочим, про то, что я должна приехать одна, ничего сказано не было.

Да какой упырь её укусил? Зачем она вообще защищала Сильверину? Лорейн покрутила в руках Стекло, как игрушку, и призналась себе, что просто не хотела верить в худшее. А ещё, что неуёмная тяга к авантюрам отчаянно тянула её на приключения. Она прикусила губу и взглянула на Мориона. Спокойный и бесконечно ироничный, он расслабленно сидел на кожаном диванчике и смотрел на неё так понимающе, что щёки предательски порозовели.

― Но это подразумевается. А ты, конечно, не остановишься, ― он криво улыбнулся, почти сливаясь с уютными густыми тенями кареты. ― Если бы я хотел, чтобы ты приехала одна, то именно этого и не написал бы. Это я тебе как злодей говорю. Ну или она тоже приедет не одна и не считает меня серьёзной проблемой. Нет, ловушка всегда должна выглядеть безопасной. Живописная гавань, четыре часа... Звучит обыкновенно. Когда не знаешь, что это пустынное место, которое просматривается на несколько километров.

Лорейн задумчиво отвернулась обратно к окну.

Кто в своём уме будет считать Мориона таким безопасным лапушкой, чтобы на него напасть в какой-то гавани? «Тот же, кто счёл его настолько беспомощным, чтобы попытаться подставить с покушением на людном приёме», ― почему-то голосом злодея ответило подсознание.

― Допустим. Но зачем ей мы? Мы же никак не связаны... Ни с чем не связаны.

― Или мы просто не видим связи. Ты упускаешь тот факт, что, если бы этот дурацкий расчёт удался, и меня задержали, ты осталась бы у родителей. ― Лорейн открыла рот, чтобы возразить, но сразу закрыла и нехотя кивнула. Хоть на один день, но осталась бы. Морион продолжил с видом «что и требовалось доказать»: ― Ты не узнала бы, что саркофаг забрали, и к полудню получила бы письмо с просьбой о встрече.

― Думаю, Сильверина уже знает, что ты не в кандалах и не с петлёй на шее катаешься по городу. И, наверное, кто-то сказал ей, что я приходила в Академию.

― Ты приходила одна.

Она с сомнением пожала плечами.

― Всё равно не понимаю, зачем было отправлять саркофаг, а затем забирать обратно. Я же его даже открыть не успела!

― Пока не знаю. Может, хотели подставить меня и оставили след в почтовых пересылках? Или спрятать на одну ночь. А может, всё просто пошло не по плану? Нельзя исключать, что здесь есть обратная логика, и саркофаг забрали потому что не арестовали меня. Газетчики готовили утренние выпуски уже с полуночи. И если наши друзья опираются именно на них в поиске информации, то могли успеть подстраховаться.

Лорейн откинулась головой на край спинки и задумалась. Да, пожалуй, оставлять саркофаг Мориону, если это улика, действительно очень опасно: мог заинтересоваться и раскрыть весь их страшный заговор. А то и присвоить каменную безделушку.

― В таком случае, кем нужно меня считать, чтобы решить, будто после покушения на герцога я пойду на такую встречу? ― проворчала Лорейн. ― Самоубийцей?

Морион вздохнул:

― Очень авантюрной, бесстрашной и любопытной некроманткой, конечно же.

Было до обидного на неё похоже. И если уж Морион так хорошо узнал её за полгода, то Сильверина за несколько лет тоже сложила однозначное мнение. Нелестное, как видно.

― Самоубийцей, ― уже увереннее сказала она и смиренно кивнула.

― Так или иначе, я предлагаю перехватить инициативу и больше не идти на поводу у событий. То, что они плохо меня знают, сыграет нам на руку.

― Сам пойдёшь?

― Нет, конечно. Попрошу присмотреть за гаванью надёжных людей, ― на слове «люди» злодей едва заметно улыбнулся. ― И за её домом.

Он протянул ладонь, и Лорейн нехотя отдала ему записку с адресом. Морион бегло просмотрел строчки и убрал в карман, попутно мазнув взглядом по окошку кареты.

― Любопытно.

― Что? ― Лорейн обернулась. Возле полисмагического участка на другой стороне проспекта стоял лорд Датур и, если судить по взгляду, обращённому к экипажу, ждал их. Будто в подтверждение он махнул ладонью. ― Я думала, мы должны встретиться вечером в «Бездне».

― Я тоже. ― Он подал знак кучеру остановиться, не разворачивая экипаж, и приоткрыл дверь.

Датур глянул по сторонам и легко, едва не переходя на бег, пересёк мощёную дорогу.

― Экскурсия в участок отменяется, Даррен, поехали отсюда быстрее, ― вместо приветствия сказал он, забираясь в экипаж и садясь рядом с девушкой, и она чуть поёжилась от холода, который Лоран привычно притащил за собой. ― Жду вас уже полтора часа.

Как ответственный сообщник, Датур был уже в курсе их планов и пропажи саркофага: Морион успел ему всё рассказать, пока ждал Лорейн.

― Пришлось немного задержаться, ― злодей улыбнулся ей. ― Зато появилась пара новых зацепок.

Датур захлопнул дверь, вытащил из кармана пальто крошечную пробирку, на первый взгляд, пустую, и протянул другу. Морион перехватил вещицу, с прищуром посмотрел на просвет и одобрительно кивнул. На фоне окна Лорейн разглядела едва заметные тёмные крупинки, похожие на точки или цветочные семена, что лежали на покатом стеклянном дне.

― Решил взять это для тебя сам. Герцог снова без сознания, ему там консилиум собрали, ― не слишком довольно произнёс Лоран, ― а у Гареля нет ни одной идеи, что делать, кроме как запереть тебя в участке. На всякий случай и хотя бы на выходные, пока судья не проснётся. Поэтому в ближайшие дни строй маршруты в объезд Ловчего проспекта.

― Даже не знаю, подкинуть ему несколько свежих идей или пусть не мешает, ― задумчиво признался Морион.

Датур презрительно поморщился.

― Твои свежие идеи он слушать не станет. Гарель всё утро уговаривал Розали найти след твоей магии в поддельном браслете. Мог бы ― сам начаровал.

Лорейн хмыкнула:

― Так вот, что вы делали в участке, лорд Датур. Сопровождали профессора Кассен?

Почти тайный роман Лорана и известной в научных кругах леди Кассен неизменно будоражил её ноткой скандальности. Начиная с того, что Датур был на шесть лет младше этой прекрасной роковой женщины и заканчивая тем, что он являлся аристократом из Ядовитого букета Астона ― потомком первых тёмных семей соседнего государства, а значит, наверняка имел за спиной какую-нибудь такую же родовитую и ядовитую невесту. Лорейн готова была поставить на это… ну… новый магомобиль Мориона, например.

Датур чуть обернулся к ней.

― Розали Кассен ― одна из лучших специалистов по артефактам в Аркхенте, ― мягко и доверительно напомнил он, ― и нам очень повезло, что даже знакомство со мной не пятнает её профессиональную репутацию. Поэтому грешно не воспользоваться такими связями.

― Да, ― серьёзно кивнула Лорейн и с улыбкой отвернулась. ― Связи в наше время решают всё.

Морион, читавший её мысли, как собственные, качнул головой, признавая, что некроманта и могила не исправит.

― Спасибо, Лоран. ― Он убрал пробирку с ядом в карман поближе к сердцу и откинулся обратно на спинку. ― Что-нибудь новое узнать удалось?

― Только то, что без магических следов полисмаги разучились работать. Я выловил твоего информатора, он сказал, в доме Фрей не нашли ни магических улик, ни обычных, потому что было слишком много наёмных незнакомых слуг для банкета. Все были в перчатках, в одинаковой форме. Никто и не помнит, как у герцога оказался этот бокал. С ядом тоже загвоздка, идентифицировать пока не смогли. У нас получилось выпросить немного образцов яда исключительно потому, что их лаборатория зашла в тупик.

― Зашла? Мне казалось, они её сразу в тупике и разместили, ― почти не пошутил злодей, знакомый с местным правосудием лучше, чем хотелось бы. ― Розали тоже взяла образец?

― Конечно. Она сказала, что поддельный браслет полнейшая безделушка, в нём не было ни намёка на магию. Зато крупицы яда будто бы излучают остаточную энергию.

Морион посмотрел на Лорейн, и она вспомнила их утренний разговор.

― Что-то на стыке яда и проклятия, ― повторил он её слова с чуть вопросительной интонацией.

― Да, ― кивнул Датур. ― Что-то подобное и заподозрила Розали. Одно могу сказать, магия, кажется, не принадлежит человеку.

― Не принадлежит? ― Лорейн подалась чуть вперёд. ― А не-человеку? Другим расам?

Датур уклончиво качнул головой:

― Нет. Мы подозреваем что-то архаичное, может, стихийное, может, демоническое, но яда слишком мало. Если порция была примерно равна камню в настоящем браслете, то герцогу досталось не меньше полутора грамм, мы же довольствуемся крошками. Розали предложила попробовать выделить вязь заклинания из крупинок. Мы поработаем над этим завтра. Присоединишься?

Морион на мгновение задумался.

― Да. Я приеду.

― Погодите, ― нахмурилась и вклинилась Лорейн, будто они куда-то торопились, ― если магия не человеческая, а наши злоумышленники не используют магию вообще… Ни в браслете, ни в следах… А что, если они не одарённые? Что, если они не прячутся, а просто не могут использовать обычную магию?

― И используют демоническую? ― с долей сомнения спросил Датур.

― Или божественную, ― упрямо и нисколько не боясь казаться смешной, продолжила Лорейн, глядя только на Мориона. Он, в отличие от Датура, не улыбался. ― Мы ведь все помним, что изначально магия вышла из ритуалистики, рун, молитв и проклятий.

― Ты намекаешь на Разрушителей Равновесия? ― озвучил, куда она клонит Даррен.

― Не намекаю. Я вполне прямо об этом говорю.

― Но если Сильверина с ними заодно, а пока всё говорит, что доверять ей не стоит, то как минимум один маг у них есть, ― напомнил Морион.

― Может, они как раз следов оставлять и не хотели. Про Сильверину и саркофаг сейчас знаем только мы.

― И почта, ― напомнил Морион.

― Разрушители? ― переспросил Датур, пропустивший их поездку к Карби и новые выводы. ― Это те, о которых говорил вчера Парис?

― Да, это…

Лорейн вдруг чуть на сиденье не подпрыгнула. По всему выходило, что, если Сильверина не боялась оставить имя в почтовой карточке, значит, планировала тихо исчезнуть из Талвеллы, пока её не бросились искать.

― Ты сказал, что через Птичью гавань проходят корабли в Серп? ― перебила она Мориона и материализовала на ладони часовую сферу, чтобы узнать, сколько времени осталось до встречи. ― Это ведь некромантский город на краю Мёртвых Пустошей в Астоне? Где ещё можно потеряться так, что никогда не найдут? Сильверина пытается сбежать!

― А при чём тут вообще Серп? ― безнадёжно, практически риторически спросил Датур.

Даррен коротко вздохнул и остаток пути до кладбища вводил его в курс свеженькой теории заговора, прервавшись только на остановку у банка. К большому неудовольствию Лорейн, Датур тоже не пришёл в восторг от идеи встретиться с Сильвериной в гавани. Даже с лопатой. Даже, чтобы поймать и допросить. Как и Даррен, он считал, что риски превышают потенциальную выгоду, ведь к покушению её привязать вряд ли получится, а саркофаг сейчас дело даже не десятое.

Спор прекратился только, когда карета подъехала к вычурным чугунным воротам некрополя Неупокоенных праведников. Морион вышел на мостовую первым и подал руку Лорейн, которая смотрела куда угодно, только не под ноги. Ей раньше не доводилось бывать здесь, даже по долгу профессии и учёбы, поэтому девушка не могла отказать себе в удовольствии покрутить головой и любовалась огромными шипастыми каменными вивернами на гранитных столбах. И роскошными кронами шарлаховых дубов за оградой, позолоченными солнцем. И вечными розами, бархатистыми, тёмно-красными, пятнами густой крови алеющими за узорной решёткой. Несмотря на холодный май, здесь царил август, здесь не было места времени, только вечному покою и тишине.

Живописное каменное кладбище, располагавшееся в западной части Талвеллы, на берегах Горькой реки, всегда было закрытым и очень охраняемым. Оно не было старейшим, ― разбуженный Лорейн в прошлом году, загородный погост постарше будет, ― но являлось одним из первых тёмных кладбищ. В общем-то, и назвать его изначально планировали «Тёмным», но из-за возмущения светлых магов в парламенте, которые привыкли делить поровну всю Талвеллу, его всё чаще стали называть «некрополем Неупокоенных праведников», и теперь, спустя три столетия, под сенью дубов и роз нашли покой многие тёмные и светлые маги, а об этой ироничной шутке помнили только некроманты.

― Пойдёмте, ― пригласил Морион, и его слова больше относились к Лорейн, уже пытавшейся из профессионального любопытства рассмотреть вязь чар на охранных вивернах.

Ближайшая тварь, недовольная нарушением личных границ, недоверчиво взъерошила шипы и ощерила каменные когти, уронив на мостовую несколько гранитных крошек. Лорейн хмыкнула, скрестила на груди руки и последовала за магами к воротам.

― Как посторонние вообще могли проникнуть сюда? ― спросила она, глядя, как Даррен подносит ладонь к чугунному сердцу, заменявшему замок. ― Вивернам здесь палец в рот не клади, откусят по самые ботинки.

Признав его магию, чёрное металлическое сердце будто треснуло и разбилось ― это створки ворот поддались и начали раскрываться с тихим шорохом смазанных петель. Перед неурочными гостями предстала широкая каменная аллея, пустынная и уходящая вдаль. От неё расходилось множество дорожек, и порыв ветра, набежавший со спины, подтолкнул их скорее войти.

― Думаю, так же, как и в дом Фрей, ― отозвался Морион, делая первый шаг внутрь. ― Прикинулись работниками.

― Или это были не посторонние, ― добавил Датур и без интереса огляделся на ходу. ― Пожалуй, стоит найти сторожа и узнать, что здесь происходило в последнюю неделю.

Морион обернулся к нему.

― Вы идите осмотрите склеп, ― вдруг продолжил Лоран, останавливаясь и разворачиваясь, ― а я поищу сторожа, чтобы не терять время.

Когда они разошлись на достаточное расстояние, Лорейн посмотрела вслед Датуру, исчезавшему уже на дорожке среди роз.

― Лоран не любит склепы?

― Их никто не любит, кроме некромантов, ― равнодушно заметил Морион. А потом с лёгкой улыбкой добавил: ― Впрочем, некроманты тоже вносят в это немалый вклад.

Лорейн возмущённо цокнула языком.

― Если вы демонолог, лорд Морион, это ещё не повод демонизировать и другие профессии.

Морион позабавленно хмыкнул и указал рукой на одну из дорожек, утопающих в зелени и розах. Вдоль высоких чёрных обелисков она бежала к каменной набережной с перекинутым через реку мраморным мостиком. А за мостом… Лорейн сразу поняла, что они почти пришли. На широкой площадке из глянцевого чёрного камня с вазами по углам возвышался большой склеп, отдалённо похожий по стилистике на дом Морион. В лучах уже клонившегося к кронам солнца блестела стрела на гербе.

― Готова познакомиться с моими родителями, Лорейн? ― иронично уточнил Даррен.

― Уверена, они куда тише моих, ― тихо рассмеялась она.

― И куда тактичнее. Слова против не скажут, ― улыбнулся он и вдруг остановился на краю мостика. ― Проклятье.

Лорейн смотрела вверх, на ажурные башенки склепа, поэтому не сразу поняла, что именно его так огорчило. Пока сама не шагнула к площадке и не провалилась в мягкую сырую почву почти по щиколотку. Даррен подхватил её за талию и дёрнул вверх, ставя обратно на каменную твердь мостика.

Лорейн огляделась. Вокруг всё было подтоплено и заболочено. Площадка у склепа Морион сверкала не только из-за полированного камня. Она сверкала от стоящей там воды.

― Какого беса здесь происходит? ― Лорейн потрясла ногой и высушила ботинок магией.

Даррен присел на корточки, оставаясь на мостике, и коснулся мокрой земли пальцами.

― Никакой магии, просто вода, ― сообщил он тоном, намекающим, что факт ожидаемый.

Он посмотрел по сторонам, на облицованные камнем берега. Выше по течению не хватало несколько плиток, там была низина и размытый берег. Река делала изгиб, течением била в берег, часть почвы обвалилась, а часть захоронений ушла под тонкий слой воды, переливающейся, как ледок.

― Проклятье, ― повторил Морион и поднялся, стряхивая с пальцев воду. ― Кто-то обвалил набережную и затопил кладбище. Я уверен, что именно так и заставили смотрителя снять охранные чары с этой части захоронений.

Лорейн смотрела на красивое чёрное строение, вода подступала к самой ступеньке. Наверняка, внутрь вода не попала, там-то точно магии достаточно. Но… Она огляделась. Охранки сняли, чтобы не реагировали на движение земли и камней. И если с могилами всё более-менее понятно по состоянию, то склепы сторож должен был осмотреть… Так они и попали внутрь?

Она нахмурилась и прижалась спиной к каменным перилам.

― Не слишком ли много телодвижений, чтобы поставить печать твоего отца на какой-то записке? ― спросила она, чувствуя, как по спине уже начинает царапать льдинками холодок. И вовсе не от перил. Безотчётно она взяла Мориона под локоть и потянула назад.

― Но не слишком, чтобы спрятать пару концов в воду.

― Кажется, у твоих родителей могут оказаться гости.

Умиротворяющая тишина некрополя вдруг стала зловещей и выжидающей. И Лорейн поняла, что ни за что, ни за какие молитвы, не позволит ему прямо сейчас открыть склеп. Будто там, за порогом их ждала самая жуткая Бездна, вглядываться в которую не хотелось.

Лорейн снова потянула его за рукав, заставляя повернуться.

― Не думала, что это скажу когда-нибудь, но, кажется, нам нужно вызвать полисмагов. Иногда из двух зол лучше выбрать Гареля.

― Всё бывает впервые, ― невесело отшутился слишком уж спокойный Морион и вытащил из кармана Стекло. ― Но давай ограничимся Датуром. Я не отошёл ещё от наших предыдущих отношений с полисмагами.

― Но там может быть… ― Она мельком глянула на склеп. ― Не знаю… Сторож. Или Сильверина!

― Раньше тебя это бы не остановило.

― Раньше ― это когда ты обманом отправил меня гулять по подвалам герцога, и я наткнулась на труп?

― Ты некромант, Лорейн, ― напомнил Морион, ― и прекрасный. Тебе ли бояться найти труп? Ты можешь его поднять, упокоить и развеять по ветру.

Он протянул ладонь и очень осторожно коснулся её прохладной щеки.

― Демоны бы тебя побрали, бесов демонолог, ― нервно перехватила она его ладонь и сжала. ― Я не боюсь найти труп. Я боюсь… потерять тебя.

Морион вздохнул и привлёк её к себе, согревая, успокаивая, безмолвно обещая не теряться. Лорейн сжала пальцами шероховатую ткань его пальто и прикрыла глаза.

― Гарель не знает о саркофаге, не знает и о печати, ― напомнил он, мягко пропустив сквозь пальцы её белые локоны в растрепавшейся высокой причёске. ― Значит, не выйдет и к склепу. Поэтому не сможет меня привязать к покушению. Не бойся, Лорейн. В крайнем случае, тоже будем играть грязно.

― Грязно? ― Она заинтересованно подняла нос из его кашне, и Морион не сдержал улыбки. ― Подкинем труп в дом Гареля?

Он рассмеялся.

― Вот теперь я узнаю тебя, Лорейн Фрей.

Второго бесова демонолога долго ждать не пришлось. Видимо, он был совсем неподалёку, а может, сам их уже искал. Неясная тень мелькнула по кустам роз, и из-за высокого обелиска вышел Датур. Тень преданной ласковой кошкой мазнула по его ногам и испарилась, слившись с его собственной тенью.

― Сторожа я не нашёл, ― сразу сообщил Лоран, быстрым шагом поднимаясь на мостик. ― Вижу, что вы тоже не слишком преуспели в делах.

Морион нехотя отпустил Лорейн, которую по-прежнему приобнимал.

― Кажется, у нас есть некоторый шанс убить двух упырей одним колом, ― он качнул головой в сторону склепа.

Объяснять ничего не пришлось, Лоран сразу оценил болото, в которое превратился аккуратный некрополь, и поморщился. Его мысли блуждали теми же дорожками, что и у друзей, поэтому он без лишних вопросов понял, о каких упырях речь.

Уже смирившись, что сухим и чистым из этой истории никто не выйдет, Лоран ободряюще хлопнул Даррена по плечу, протискиваясь между ними с Лорейн, и шагнул в мокрую траву, сразу окатив весёленькими брызгами серые брюки почти по колено. Даррен нехотя последовал его примеру, походя набросив на ноги водоотталкивающее заклинание. А Лорейн, открывшая сегодня купальный сезон дважды, подобрала юбку и просто пошлёпала по воде следом.

Идти было, к счастью, недалеко, поэтому всерьёз слиться с болотом им не грозило. Но выйдя на площадку, Лорейн и Датур вздохнули с таким тихим облегчением, что неловко переглянулись. Даррен, самый чистый и невозмутимый, подошёл к каменной двери, запечатанной магическим замком и надавил ладонью на узорный лепесток замочной скважины. По его чуть смуглой коже скользнули чёрные змейки магии, и двери с каменным шорохом мгновенно ухнула вниз, в нишу, скрытую в порожке, и встала с ним вровень. Лорейн оторопело смотрела на это чудо, не заглядывая даже в испещрённый цветным светом витражей полумрак погребальной комнаты.

― Закрывается она…

― Да, так же быстро, ― равнодушно подтвердил злодей и заглянул внутрь

― Ну и сколько у нас там упырей? ― поинтересовался Датур, магией отчищая с брюк грязь.

Морион помедлил с ответом, уклончиво поводя головой и глядя вниз.

― Больше, чем хотелось бы, ― сказал он наконец, и Лорейн потеснила его плечом, не вынеся любопытства.

Склеп Морионов был похож на подземную часовню, витражная крыша служила окнами, хорошо освещая крутую каменную лестницу, уходящую вниз. На ступеньках стояли каменные вазы с белыми лилиями в стазисе, и они будто бы светились в спокойном прохладном полумраке. Чёрные блестящие стены испещряли фигурные ниши с погребальными урнами, а в самом низу, в центре, стояли два простых каменных саркофага, тоже чёрных.

Между ними, на полу, лежал человек, неловко раскинув руки и запрокинув голову под немыслимым углом. На ступеньках и вокруг него медными лепестками поблёскивали монеты в красном свете витража. А у лестницы, возле стены, были аккуратно положены ещё два тела. Одно из которых выделялось белым фраком.

― Мы нашли сторожа и официанта, да? ― кисло спросила Лорейн. ― А кто третий?

― И кажется, они даже приплатили семье Морион за постой. ― Даррен ступил на лестницу и носком ботинка столкнул монету вниз, она с гулким звоном поскакала по ступенькам и упала рядом с телом.

― Но как-то негусто за троих, ― прикинула некромантка количество монет и начала спускаться следом. Прохладный воздух, будто густой и замерший, обхватил её фигурку. Подобное же чувство возникало каждый раз, когда они с однокурсниками спускались в учебный морг. ― Здесь стазис? Он не только на цветах?

― Да, ― Даррен обернулся и подал ей руку. ― Пока длилось следствие надо мной, было важно сохранить тела.

― Так они и смогли воспользоваться печатью? ― спросил Датур, идущий следом.

― Да. Нужна всего лишь кровь. А её было предостаточно.

― Если она всплывёт в поле зрения полисмагов, это приведёт их сюда, ― резонно заметил Лоран. ― Нам стоит поторопиться и прибраться.

Лорейн бросила на Мориона короткий взгляд. А ведь, если бы его задержали, не обошлось бы без обысков, и печать уже привела бы Ищеек сюда.

― Подумаем об этом потом, ― верно расценил её взгляд Даррен. ― Сначала давай осмотрим наших гостей, пока время на нашей стороне.

С таким заманчивым предложением сложно было не согласиться. Сделав над собой усилие и откинув жуткие фантазии, как к ним на помощь и немножко арестовывать сбегаются все столичные Ищейки, Лорейн начаровала на ладони защитные перчатки и склонилась над сторожем. Очень аккуратно проверив карманы, она убедилась, что ключей у сторожа нет. Никаких. Из-за стазиса, в котором он и умер, свалившись с лестницы, время смерти рассчитать было сложно, даже некроманту, но они и так знали, что это произошло прошлой ночью. И уже после покушения на герцога, иначе как бы злоумышленники вошли на территорию?

― Сможешь поднять кого-нибудь из них? ― спросил Морион, отвлекаясь от изучения черного саркофага отца.

― Сторожа точно нет, сломанная шея ― это слишком для воскрешения. ― С сомнением протянула она. ― Хотя… Он ведь буквально замер в моменте смерти! Можно попробовать восстановить шею и воскресить.

― Срастить сломанную шею? ― скептически переспросил Датур. ― На моей памяти так только один некромант умеет. Причём, только себе. Дар естественной смерти. Или проклятие для окружающих, это как посмотреть.

Морион иронично хмыкнул, будто точно понимая, кому сейчас звонко икнулось.

― Шея, нога… Какая разница? Тем более в стазисе, ― пожала Лорейн плечами и, чуть влив магических сил, осторожно перевернула сторожа на спину, а затем попыталась поднять в правильное положение и голову. ― Да чтоб тебя лопатой…

Её душевный возглас заставил магов прерваться и обернуться к сторожу. И даже в мягком полумраке было видно, что на губах мертвеца и в уголке рта блестит кровь, а капилляры в глазах и около век стали чёрными. Лорейн торопливо приоткрыла его рот и застонала, замечая на языке знакомый алый след.

― Его угостили тем же ядом, что и Париса. Второй раз я точно из Пустоты душу не вытяну, ― разочарованно и натянуто сказала она. А потом вдруг наклонилась и принюхалась. ― Хм… Пахнет клубникой. Конфета?

К ней вдруг быстро подошёл и присел рядом Лоран. Не потрудившись защитить руки перчатками и не беспокоясь о следах, демонолог перехватил ладонью затылок сторожа, запрокидывая его голову, и чуть оттеснил Лорейн.

― Дай-ка я попробую кое-что.

Она только и успела заметить, как вторая его рука коснулась губ сторожа, и длинные пальцы мага сразу почернели. Тени, чернее густых чернил, потекли прямо по губам и языку отравленного, вливаясь в его горло, и Лорейн отвернулась, вставая на ноги. Её внимание привлекли оставшиеся два тела, которые сюда явно принесли. Она уже не питала иллюзий, что кого-то из них удастся воскресить, убийцы действовали наверняка, подчищая следы и сводя все ниточки к Мориону. Но осмотреть убитых всё-таки стоило.

Склонившись над телами, она заметила странную схожесть между ними. Одежда была очень разной: у одного ― знакомый по банкету в доме Фрей белый костюм под широким серым плащом с капюшоном, а вот на втором ― грязная и засаленная синяя рабочая форма, совершенно неузнаваемая. Но очень короткие стрижки, будто волосы только-только стали отрастать после бритья и крепко сжатые челюсти делали мужчин почти близнецами. На их лицах тоже виднелись следы красного яда, но выражение застыло какое-то отчаянное и упрямое. Как у религиозных фанатиков. От этой ассоциации Лорейн передёрнуло. Но вот, кого они напоминали ей.

― Есть, ― произнёс резко Датур, вставая, и по холодному голосу было ясно, что в успехе он и не сомневался. ― Действительно конфета. Со стазисом нам чертовски повезло. Поразительно. Пробирка или пакет есть?

― Только это, ― ответил Морион, но Лорейн даже не стала оборачиваться.

Слыша тонкий звон и щелчок крышки за спиной, она присела на корточки и нехотя начала осмотр, стараясь отключиться от реальности и представить, что всё это просто учебный практикум.

В последнее время слишком много стало некромантской практики, слишком. Работа на злодея оказалась ничем не отличима от работы в городской магпрефектуре: нанимают на одну должность, а в итоге пашешь на трёх. И ещё кофе делаешь.

Мысли о превратностях работы неожиданно хорошо отвлекали, магия спокойно и ровно текла через её пальцы, осторожно ощупывая тела, и девушка отстранённо проговаривала для себя, что замечает. И чем больше смотрела, тем больше понимала, что их не принесли, они сами сюда пришли, будто пожертвовали собой. Проверяя догадку, Лорейн приоткрыла рот официанта, ожидая увидеть след яда на языке, и удивлённо ахнула.

― Только посмотрите на это! ― позвала она магов, отпрянув и открывая обзор на находку.

На языке неизвестной жертвы лежал аккуратно свернутый клочок бумаги, равномерно окрашенный ядом. Поторопившись, она проверила и второго убитого. Такой же алый квадратик нашёлся и на его языке.

― Это уже не похоже на конфеты.

― Возможно, их не нужно было обманывать? ― предположила Лорейн и очень, очень пожалев, что не таскает с собой хотя бы пинцет, вытащила одну бумажку и развернула. Вместе с крупинками яда на бумаге ярко выделялись чуть поплывшие слова. Она расправила залом и прочитала: ― «Смерть ― врата жизни».

― Интересная философия, ― прокомментировал Морион, прищурившись. ― Очень жизнеутверждающая.

― Леди Лорейн, вы уверены, что стоило это трогать руками? ― проявил очень своевременную заботу Датур.

Она пожала плечами, бросила бумажку на пол и развеяла с рук магические перчатки.

― Ну не зря же они это ели, а не натирались.

― Ладно, ― резковато подытожил Морион и огляделся, цепляясь глазами за ниши, букеты, урны… ― Кажется, мы узнали всё, что могли, и добыли столько яда, что хватит отравить ещё пару неугодных герцогов. Пора собираться в «Бездну».

Лоран невесело хмыкнул и скрестил на груди руки.

― У меня стойкое ощущение, что мы уже там. ― Он взглянул на витражный купол над головой. ― Причём, на самом дне.

Датур источал такой стылый и неуютный холод, какой мог бы посоперничать со стазисом в каменном склепе. Лорейн встала и поправила на плечах пальто, жалея, что не может сейчас же закутаться в объятия Даррена, укрыться его горячей магией. Могла лишь встать рядом и взять его за руку.

― А с этим всем что делать? ― спросил Лоран. ― Как хороший друг и не очень хороший человек, видимо, я бы тебе советовал не оставлять их здесь.

― Не могу тебя винить, думаю о том же самом.

― О чём же?

― Идея подкинуть их Гарелю ещё никогда не была такой заманчивой.

― Ну нет, ― качнула головой Лорейн, хотя сама же это и предложила. ― Они заслужили покой. Кем бы они ни были. Если есть хоть один шанс, что стазис замедлил действие яда, их нужно отпустить.

Она подняла ладонь, призывая магию Смерти, которая окружала их и подпитывала её. Нестерпимо яркое и красивое свечение, словно пламя, вспыхнуло вокруг, и вверх, к сияющим витражам взмыл целый вихрь тающих голубых бабочек. Они были легче стазиса, легче воздуха, легче последнего дыхания…

Не оставив ни единого следа присутствия посторонних трупов в склепе и забрав монеты, Морион запечатал дверь заново. Лорейн вздрогнула, когда каменная плита так же быстро встала на место, как и упала вниз в начале. Зазевавшись, можно было остаться одной ногой в могиле весьма нефигурально.

Не дожидаясь их, Датур вернулся к мостику, и в лёгких сумерках, едва-едва дрожащих на кронах деревьев, Лорейн заметила, как по листве и по воде скользнули тени, будто потревоженные ветром. Почти незаметно они заструились по траве и под шагами мага, стирая следы. Почему-то Лорейн захотелось поставить ещё что-нибудь из имущества Мориона, что ни одна Ищейка не найдёт за что зацепиться носом, чтобы доказать, что они здесь были. Даже магических.

― И что теперь? ― спросила она, толком даже не обдумав, что её интересует больше: планы или последствия.

Но Морион научился понимать её с полумысли, поэтому отступив от каменной арки, скрытой теперь гладким чёрным камнем, он приобнял девушку за талию, потянул вслед за Датуром и ответил:

― Мы оставили всё так, как было. Подозреваю, что как-нибудь Гарель выйдет на склеп, уж очень наши друзья стараются меня подставить. Было бы глупо оставлять здесь столько трупов, чтобы не привести к ним полисмагов. Надеюсь, нам удалось выиграть немного времени, и теперь мы выйдем на их след раньше, чем они расставят новую ловушку.

Лорейн кивнула, позволяя себя увести и замечая всё те же скользящие под каблуками тени. Странно, но они даже не ощущались, как магия, будто были живыми. А может, их просто маскировала холодная осенняя аура Датура, так похожая и на сырую прохладную весну. Впрочем, сейчас, после выплеска Сил, она чувствовала лёгкую усталость и никакого желания колдовать в ближайшие пару дней, поэтому присматриваться к ручным теням Лорана не стала.

― Ты нашёл что-нибудь ещё? ― Лорейн широко шагнула на мостик, подбирая край подола.

Он придержал её под локоть и уклончиво качнул головой, рассеянно скользя взглядом по притихшему кладбищу. Несмотря на снятую защиту, покойные вели себя очень благопристойно, и в поле зрения не было ни души, кроме Датура, медленно идущего в сторону главной аллеи.

― Только то, что с печаткой прихватили ещё несколько украшений. Не артефактов, конечно, но узнаваемых.

Лорейн обернулась:

― Мне кажется, что взяли их не от жадности. Иначе не оставили бы деньги.

― Судя по широким жестам, деньги для них не проблема, ― согласился он. ― А судя по конфете, здесь была женщина. Джентльмены не имеют привычки носить с собой клубничные карамельки. Даже отравленные.

Морион, конечно же, намекал на Сильверину, ещё разок тонко подчёркивая, что в Гавань соваться не стоило.

― Кроме того, отравление ― это очень дамский способ убийства, ― заметил Лоран, дождавшийся их на дорожке.

Лорейн, как некромант знавшая куда больше методов убийства, чем просто отравление, хмыкнула.

― Скажите это подставному официанту. Тем более, сторож всё-таки упал с лестницы. Пусть и с карамелькой во рту.

Солнце уже закатилось за крыши и деревья, небо снова затянула серая вуаль облаков, и темнеть стало быстрее. От земли и зелени тянуло холодной сыростью. Звук шагов скрадывал гравий, и тишина, разбавляемая только далёким шёпотом фонтана, подчёркивала их уединение, пока они шли к карете.

― Интересно, как часто здесь сменяются сторожа? ― Лорейн обернулась на темнеющую аллею за воротами.

Морион иронично улыбнулся.

― По обстоятельствам или по графику?

― Пока меня больше беспокоит график. ― Лорейн ещё раз посмотрела на вычурную ограду. По ней, путаясь в металлических листьях, текли чернильные тени. Кажется, Лоран Датур тоже научился читать её мысли и стирал все следы их пребывания. ― Пропажу сторожа заметят, а там и до Гареля недалеко.

― Поэтому давайте убираться отсюда в «Бездну», нас там как раз заждались, ― поторопил Датур, садясь в экипаж.

― Отрадно слышать, что ты не посылаешь нас туда одних, ― заметил Даррен, подавая руку Лорейн.

Ощутив тепло его прикосновения, она осознала, что успела замёрзнуть, и поскорее поднялась в нагретый салон кареты.

― Одних я бы вас послал куда как дальше, ― честно признался демонолог, снимая перчатки. ― Но боюсь, что без карты потеряетесь и будете веселиться без меня.