Глава 24

– О чем? – Предложение для тебя есть, – отвечает, поворачивая ко мне голову. Настолько неожиданно, что, закусив губы изнутри, я просто пожимаю плечами. Если бы это был не Эйне, я бы ответила, что не планировала выходить замуж так рано, или что-то подобное. Но это Фил. Рядом с ним, прежде чем заговорить, я тщательно обдумываю каждое слово. – Какое, интересно?.. – Деловое, – отзывается серьезно, – я ресторан открываю, мне помощь твоя нужна. Чувствую, как брови мои ползут вверх. Неверие, шок и постыдная радость разом ударяют в голову. Мысли несутся далеко вперед, но я торможу их усилием воли. – Конкретнее?.. Помощь в организации барной зоны? – Не только, – включает фары и, глядя в зеркала, трогает машину с места, – мне нужен человек, который знает ресторанный бизнес изнутри. Он прикалывается? Где я и где ресторанный бизнес? – Я не разбираюсь, – мотаю головой. – Сможешь завтра подъехать? Я тебе адрес скину сообщением. – Я не специалист, Филипп! Услышав свое имя, он резко поворачивается ко мне, а я инстинктивно вжимаюсь спиной в сидение. Лицо опаляет жаром, по ногам растекается слабость. Господи… он тоже помнит?.. – Просто посмотришь, – проговаривает негромко, – интересно твое мнение. Ну и… барная зона там тоже планируется. – Хорошо, скинь адрес, – соглашаюсь после недолгих раздумий, – во сколько мне приехать? – Во сколько сможешь. – Ты все время там? – Завтра да, – кивает Эйне. – Мне набрать тебя, когда я поеду? – Набери. Снова закусив обе губы, отворачиваюсь к окну. Что происходит?.. Что ему от меня надо? Не поверю, что у человека, собравшегося открывать ресторан в столице, нет денег на грамотного управляющего. Зачем ему понадобилась именно я? Или… Стоп. Или Артем в этом замешан? Только каким образом?.. И зачем это Филиппу? – Ты рассказал обо мне Тёме? – Нет. – Точно?.. Ловлю на себе его хмурый взгляд и пытаюсь усмехнуться. Кажется, он искренне удивлен, что кто-то не верит ему на слово. – Точно. Меня ваши отношения не касаются. Посчитаешь нужным – сообщишь сама, – отвечает ровно, но мне слышится в голосе его чуть заметное раздражение. – Да… мы сами разберемся. На этом наш содержательный диалог прерывается. Фил, удерживая руль одной рукой, молча ведет машину, я же сижу как на углях. Неуютно так, что хочется выпрыгнуть из нее на ходу. – Не знала, что ты решил ресторанным бизнесом заняться, – набираюсь духу, чтобы прервать паузу, – думала, тебя больше бары интересуют. – Одно другому не мешает, – отзывается Эйне, – у отца в Мюнхене сеть ресторанов. – О… теперь понятно… У моих родителей тоже был ресторан. – Я знаю. Тёма, значит, разболтал? Он, когда выпьет, несет все подряд. – Ты, кстати, сообщи ему, что жива и здорова, – хмыкает он вдруг, – а то он собирается в розыск тебя подать. – Блин… – вырывается у меня, – серьезно? Я, кстати, все чаще сама об этом задумываюсь. Наверняка, он успел успокоиться и смириться с моим уходом за этот месяц. Возможно, у нас получится спокойно поговорить и даже обсудить вопрос с моей частью наследства. Однако как только я собираюсь набрать его, от страха потеют ладони, и сводит живот. – Вполне. – Ладно… напишу ему, – вздыхаю с улыбкой, убирая от лица пряди волос, – как у него дела, кстати?.. Бар еще не закрылся? – Нет еще… он новых сотрудников нанял. – Правда? – вырывается у меня, – давно пора! Нам и бухгалтер нужен был, и официантов не хватало, и сменной посудомойщицы… – Видишь, как много у вас общих тем для разговоров, – перебивает сухо, – позвони ему. Я осекаюсь на полуслове и замолкаю. Вынув телефон из кармана, открываю новостной канал и не произношу ни слова, пока машина не въезжает во двор моего дома. Неожиданно сильно душит обида, причины которой сидят у меня где-то глубоко в подсознании. – Спасибо, – буркаю тихо, открывая дверь, когда седан останавливает напротив моего подъезда. – Приедешь завтра?.. Или уже передумала? Двумя глубокими вдохами разгоняю стеснение в груди. Оборачиваюсь. – Приеду. Адрес скинь. – Скину. Выхожу и, закрыв дверь, быстро шагаю до подъезда и, только оказавшись внутри, позволяю себе минутку слабости. Висну на перилах и прикрываю глаза. После каждой с ним встречи чувствую себя обессиленной. Вампир, блин… После горячего душа и полстакана йогурта, неслышно пробираюсь в комнату и ныряю под одеяло. Меня еще потряхивает, и я чувствую, что усну нескоро. К стрессу, коим оборачивается каждый наш разговор, добавляются волнение и страх разочаровать Эйне. Боюсь, что у него слишком завышенные ожидания относительно моих навыков. Вспоминаю, что он обещал прислать адрес своего ресторана, и тяну руку к подоконнику, на котором обычно ночует мой телефон. Пусто. Наверное, отправит завтра. Не сдержав вздох разочарования, возвращаю гаджет на место. – Что ты там стонешь?.. – раздается в тишине заспанный голос Жанны, – давление?.. Радикулит?.. – Разбудила? Прости, – шепчу в ответ, – все спи, я больше не шелохнусь. – Что случилось-то? Опять твой Киркоров приезжал? Прижав руку ко рту, прыскаю со смеху. Только сейчас понимая, что впервые за долгое время появилось желание смеяться. Это моя женская сущность, вопреки комплексам и страхам, вдруг поднимает голову. – Почему Киркоров, Жан?.. – Ну, ты же сама говорила – высокий брюнет с дьявольскими глазами, зовут Филиппом, – проговаривает замедленно, – я сразу Киркорова и представила. Так, что, я угадала? От тебя за километр ванилью несет… – Да… приезжал, – шепчу, кутаясь в одеяло, – до дома довез. – Что говорит? В два часа ночи мимо проезжал? – Нет. Не поверишь, – перевожу дыхание, – хочет, чтобы я ему помогла с открытием ресторана. Он ресторан свой открывает, представляешь?.. – Ого! Богатый Буратино, да?.. Тоже мажор, как мой Максимка?.. – Нееет… Артем, да, его мажором можно назвать. Он любит произвести впечатление на людей. А Эйне – нет. Его поведение, привычки, манера одеваться – все говорит о том, что он абсолютно не зависит от мнения окружающих. Но в то же время, Фил настолько загадочен и притягателен, что, вероятно, поклонниц у него куда больше, чем у Бурковского. – Нет, – повторяю со скрытой темнотой улыбкой, – он вообще не такой… – Ну да… все они сначала не такие, а потом выясняется, что еще хуже. Я молчу, а Жанне моего ответа и не требуется. Она сильно разочарована, и иногда горечь ее обид прорывается наружу. Меня не напрягает, но я знаю, что с такими моментами она справляется сама. – Так что там с рестораном? На работу тебя зовет? – Я пока не знаю, сама не поняла ничего. Попросил завтра приехать, чтобы обсудить все на месте. – Поедешь? – спрашивает после секундной паузы. – Поеду.