Глава 12. Макс Стоун

– А куда мы идем? – спросила Ангелочек, заглядывая в мои глаза.

– Есть мороженное за храбрость, – почему–то, когда она рядом, мне хочется улыбаться. А еще быть лучше, чем я есть. Странно, правда? – Но сначала к машине.

– За храбрость в нашем случае положены транквилизаторы, – буркнула она. – Мистер Стоун, если вы хотите убиться быстро и качественно, то так и скажите. Я найду самую лучшую киллерскую организацию, и мы решим вашу проблему. Только не надо… так. Я же поседела. Я не знала, что работа секретарши в вашей компании окажется настолько… сложной.

Сдержать хохот после ее тирады не получилось, за что я мгновенно получил тычок в бок.

– Эй, Леона, с таким выражением лица идут потрошить жертву, а не читают нотации, – потирая пострадавшее место, заметил я.

– Не смешно, – насупилась моя секретарша. – Я реально, между прочим, испугалась.

– Все–все, больше не буду прыгать, – я широко усмехнулся и добавил: – Без тебя.

Еще один тычок был мне ответом.

До ближайшего кафе мы доехали быстро – к счастью, пробок почти не было, а свободное место для парковки я нашел сразу. Сегодняшний день вообще поражал меня… сказочностью происходящего. Вроде бы ничего необычного, все так же, но очень много положительных эмоций, и я, словно путник, блуждавший целую вечность в пустыне, глотаю их так жадно, будто боясь, что все окажется миражом, и оазис растает, как сон.

– Я никогда не была в здесь, – созналась Ангелочек, вертя головой и разглядывая обстановку, едва мы вошли в небольшое кафе, выполненное в стиле арт–деко. – У меня ощущение, что я попала на страницы “Великого Гэтсби”…

– У Фицджеральда мне больше нравится “Ночь нежна”, – я тоже огляделся и, увидев свободный столик, повел Леону к нему.

– Ты читал? – тут же загорелась она.

– Ну, есть такое, – кивнул, отодвигая ей стул, а потом устраиваясь на соседний.

– А почему не нравится “Великий Гэтсби”? – она выглядела как ребенок, которому сказали, что Санта Клаус – миф, а подарки покупаются родителями.

– Потому что в ней мне не хватило реалистичности, – пожал плечами. – Джей Гэтсби слишком… книжный. Идеальный герой, как Морис из “Всадника без головы”. Но там–то ладно – история детская. Мне по душе более сложные герои. Например, муж той же Дэйзи или она сама.

– Том Бьюкенен? – переспросила удивленно Леона. – Он – редкостная сволочь, уверенная в своей безнаказанности, если быть откровенной.

– А Дэйзи?

– А Дэйзи… Она, думаю, стоит своего мужа. Как Джей мог любить ее?

– А любил ли он? – насмешливо спросил я.

– Любил, – твердо ответила Ангелок. – Дэйзи не любила, она его использовала, чтобы отомстить мужу за его измену.

– Мне кажется, каждый в книге преследует свою выгоду, кроме наивного Джея, который свято верит в простодушность, – покачал головой я, взяв в руки папку с меню.

– Он верил в любовь, – не согласилась Леона и горячо принялась доказывать: – Он доверял Дэйзи, ведь любил и был уверен в во взаимности, поэтому Гэтсби даже не мог допустить мысли о том, что Дэйзи может обманывать его и играть с его чувствами.

– Но в итоге это и погубило парня. Нельзя быть наивной и стопроцентно верить людям, – вот зря я сказал. Не отрывая взгляда от замершей мисс Дейвисон, начал ждать что–то типа “Значит, мне вам не верить?”.

– Я… я подумаю над вашими словами, – после паузы сказала она.

Кажется, я схожу с ума, но когда на меня смотрит своими огромными глазами Леона, мне хочется двух вещей: потискать ее за щечки и зацеловать ее пухлые губки. Черт… Вот о чем я думаю?

– Окей. А сейчас открывай меню. Говорят, здесь подают шикарный кофе, – и демонстративно взялся за кожаную папку. Но следующая же фраза девушки заставила ее отложить в сторону:

– Я никогда не пила кофе.

– Серьезно? Даже чтобы просто попробовать? – нет, не верю. Дожить до ее возраста и не попробовать обычный кофе?

– Ну… Нет, – Леона смущенно улыбнулась. – Как–то не до этого было…

Еле подавил в себе желание ущипнуть ее, дабы удостоверится в том, что она существует. И то потому, что вряд ли я страдаю целомудрием и поэтому щипок будет далеко не за руку.

– А что ты еще не делала? – спросил, уже понимая, что список будет отнюдь не в пару пунктов.

Да, так и оказалось. Леона не пила никаких крепких напитков, не курила, не ходила в клубы, не гуляла по ночам, не летала на самолете и еще кучу “не”. Я не считаю, что пить, курить и ходить по клубам хорошо и правильно, но чтобы ни разу не попытаться. Просто так, чтобы узнать – какого это? Моя новая секретарша меня удивляла и поражала. Но мне чертовски нравилась ее невинность и неискушенность.

– Что ж, Ангелочек, буду учить тебя плохому, – ухмыльнулся я, уже строя в голове план. Начнем, конечно, с мелочи в виде кофе и похода в развлекательные заведения, но опробуем и все остальное. – Доставай блокнот и записывай…

Уговорить Леону оказалось проще простого: ей самой стало интересно, и она поддалась. Доверилась. Улыбнулась после моих доводов своей ослепительной смущенной улыбкой, превратив тем самым мои мысли в липкую ванильную кашу, и сообщила, что будет интересный опыт.

Как можно быть такой… Живой и искренней? Однако с каждой минутой я убеждался: можно. Она может.

– Ну, с чего начнем? – поинтересовался у Леоны, едва с мороженным и кофе было покончено, и я расплатился, несмотря на ее возражения.

– Первым пунктом идет клуб, – немного нахмурившись, прочитала Леона. – Но мне кажется, что эта идея не самая лучшая, и стоит…

– Вот именно, что тебе кажется, – перебил ее я, понимая, что трусишка успела передумать. – Давай, поднимайся.

– А вы уверены, что у вас нет важных дел на сегодня?

– Дела подождут, – ну вот кто даст ей шагнуть назад? Впрочем, даже если шагнет – я пойду следом.

– Вы забыли выключить утюг? – жалобно произнесла Леона.

– Нет, маленькая трусишка, – хмыкнул я.

– Плиту выключить?

– Тоже нет.

– Мне мама не разрешает, – соврала она, вцепившись в свою сумочку.

– А мы ей не скажем, – пожал плечами я и сам помог ей подняться.

– Я не одета по случаю, – нашлась Ангелочек. – Вряд ли в клубы ходят в деловой одежде.

– Не проблема, – отмахнулся. – Довезу тебя сначала до дома, чтобы переоделась.

Туше. Один–ноль в мою пользу.

Всю дорогу до ее квартиры она смотрела на пункты, с азартом записанные в блокноте, и пыталась уговорить меня сжечь адскую бумагу. Из зоны комфорта выбираться очень трудно, но как же потом кайфово. И я ей это покажу.

А едва Леона переоделась и спустилась, то… Я пропал. Какой, блин, активный отдых? Тут кое–чего другого и не менее активного хочется. Кажется, теперь девушки в светлых платьях с ромашками и в кедах, да, тех самых, в которых она была в день нашего знакомства, – мой личный фетиш.

И я явно завис, не имея возможности отвести взгляд от Ангелочка, потому что она спросила немного настороженным голосом:

– Что–то не так?

Ага. Крыша едет у кого–то едет, словно у мартовского кота.

– Все так, – покачал головой, прогоняя не совсем приличные образы. – Едем?

– Едем, – мисс Дэйвисон кивнула. – Раз сходить с ума, то по полной программе. А я, если что, зажмурюсь, сделаю вид, что нахожусь в библиотеке, и вообще спрячусь за вами. У вас спина широкая – вмещусь.

В ответ я лишь усмехнулся.

Как можно быть такой… Живой и искренней?

Идеальной для меня.

С ней я наконец–то чувствовал себя спокойным, нашедшим в жизни все необходимое. Словно бы Леона для меня – тихая гавань, к которой я внезапно прибился и понял: вот он, мой дом. С ней нет неловкостей, с ней даже тишина обретает смысл. Может быть, я несу ванильную чушь, но я действительно нашел то, что не надеялся найти. Искренность. Нежность. Открытость.

Оказалось, в жизни все очень просто. Нужно искать не место, где будет хорошо, а человека, с кем хорошо, причем везде и всегда: в жару и холод, в замке и в халупе.