Глава 7

– Да, это именно та женщина, – уверенно заявила Шелис и перевела взгляд с экрана визиона на Ксана. – Не знаю, что вы там с моими мозгами сделали, но сейчас я её так ясно вижу, словно она рядом стои́т.

– Ментальное воздействие первой степени, – тихо протянул Грай. – Ещё и применённое к трёхлетнему ребёнку!

Ксан сердито зыркнул на него и повернулся к Шелис.

– Благодарю вас за помощь следствию. Я провожу вас до дома.

– Не надо меня провожать, – весело отказалась она. – Раз уж я в центре Винеи, прогуляюсь по магазинам, посижу в клифейне. Кому как, а для меня сегодня праздник. Ведь вы, я так понимаю, с моей помощью нашли убийцу элара Ардо.

Последнее предложение прозвучало с намёком на ответ. Ксан промолчал.

– Лара Шелис, тогда позвольте проводить вас до выхода, – Грай галантно подал ей шубу. – В этом здании легко заблудиться.

– Вы мне анекдот напоминаете, – хихикнула Шелис. – Зачем зять всегда провожает тещу? Убедиться, что она действительно ушла.

Она подхватила свою сумочку, звонко щёлкнула замком, лихо поклонилась и в сопровождении Грая направилась к выходу. Рина следила за тем, как свидетели подписывают протоколы. Мы с Ксаном вернулись в кабинет.

– Не молчи, – попросила я. – Иначе становится совсем невыносимо.

– Куда уж дальше, – грустно усмехнулся он. – Ты ведь тоже думаешь о той записи, что мы нашли утром? Сали и незаконное ментальное воздействие, Сали и разрыв помолвки. Теперь у нас нет спасительного оправдания со сроком давности.

В кабинете Ксан подсел к визиону старой модели, очевидно, оставленного как раз для таких случаев. Чёрный кубик прилип к экрану. Я снова смотрела на суровое лицо отца.

– Какими бы ни были твои цели, ментальная магия без разрешения – серьёзное нарушение. И ожидать от меня, что я прикрою твоё преступление – подло. Да, я никому не расскажу. Считай это признаком моей слабости и тех чувств, что нас связывали… Копию этой записи я сохраню. В назидание себе самому. Оригинал отправляю тебе. Радуйся. Я нарушил долг и теперь тоже преступник, а ты осталась безнаказанна.

– Не верю! – Ксан звучно впечатал кулак в стол. – Не верю, что она – убийца! Где логика? Ждать девяносто лет, чтобы избавиться от Ардо? После того, как он нарушил долг и промолчал о преступлении? Убить, но оставить запись?

– Запись находилась в банке, – напомнила я. – Получить её мог или сам Ардо, или я, как наследница.

Ксан мгновенно вспыхнул.

– Эля, ты всерьёз считаешь, что Сали виновна?

– Демон, сколько раз ты повторял, что следователь не имеет права что-то там «считать», «думать» или «полагать»? Он должен опираться только на факты. Факт первый: Ринд и мой отец были помолвлены, затем они расстались. Факт второй: Сали подбросила в особняк третий ключ и заставила меня и Шелис об этом забыть.

– Ментальную магию, о которой говорил Ардо, ты в расчёт не берёшь?

– Не беру, потому что опять-таки всего лишь слова моего отца. Он мог обманываться или быть обманутым. Ключ – доказательство, блоки в памяти – доказательство. Остальное пока домыслы.

– Тогда, – Ксан поднял голову и посмотрел мне в глаза, – прими к сведению и третий факт. В лаборатории Университета есть колба с эстролом. Хранится с тысяча двести тридцать седьмого года. Об этом известно только ректору и нескольким преподавателям.

Я упала на стул – ноги перестали держать. Хорошо, что вошла Рина, при ней стало легче сдерживаться. Но и разговор мы с общего молчаливого согласия прекратили.

– Кэсиан, дорогой, – брюнетка улыбнулась так, словно я не сидела рядом с мужем, – возьми меня с собой на задержание. Это же скандал века! Ректор Университета – неуловимый убийца Вестиара Ардо!

– Рина, – голосом Ксана можно было заморозить воздух в комнате безо всякой магии. – Для начала – элара Ринд уличена лишь в незаконном ментальном воздействии. Предъявлять ей обвинение в убийстве по крайней мере преждевременно.

– Но это не всё? – приподняла изящную бровь она.

– Нет, не всё. Какое из слов ларийского для тебя до сих пор непонятно: женат или равнодушен? Я могу повторно объяснить их смысл, прямо сейчас и при Эле. Чтобы в следующий раз, когда я закачу ей ревнивый скандал, она не попрекнула меня твоими улыбками.

Мне пришлось спрятать смешок. Ксан был ревнив, словно все демоны Хаоса сразу. Я же, напротив, рассказам о том, что на службе за ним бегают особо упорные девицы, до сих пор не придавала значения. Хотя поведение Рины раздражало, не спорю. После отповеди она обиженно фыркнула и отвернулась.

Грай возник посреди кабинета и довольно потёр руки.

– Ксан, я связался с Ирленом. Он в восторге, уже мчится сюда. Сейчас подпишет распоряжение и можешь идти за эларой Ринд. Будет честно, если ты доведёшь дело до конца.

– До какого конца?! – вспылил Ксан. – Сали не может быть убийцей! Грай, я с ней близко знаком шесть лет! У неё не было повода убивать Ардо, в особняке не нашли никаких следов присутствия посторонних!

– Магам вашего уровня затереть ауру – всё равно что пылинку сдуть, – Грай покачал головой. – А мотив… Что было на той записи, которую ты показывал утром специалистам? Кстати, где она? Её необходимо приобщить к делу.

Ненависть, с которой Ксан глянул на чёрный кубик, до сих пор прилепленный к экрану визиона, вполне могла расплавить пластик.

– Может, мы хотя бы подождём до утра? – бросил он зло.

– Подождём с задержанием подозреваемой в отравлении эстролом? – сурово сдвинул брови Грай. – С доказанным применением ментальной магии? Кэсиан Грэн, ты этого не произносил, а я не слышал. Иначе я сам отправлюсь к эларе Ринд, а ты пойдёшь перечитывать законы Винеи.

Он подошёл к Ксану, приобнял его за плечо. Муж сердито стряхнул руку.

– Не глупи, – понизил голос Грай. – Никто не осудит человека без убедительных доказательств. Тем более элару Ринд. Сколько лет она управляет Университетом – тридцать, сорок?

– Тридцать восемь.

Я поднялась и подошла к мужу. Он ткнулся мне носом в макушку.

– Прости, я ужасно веду себя. Ты подверглась ментальному насилию, а я переживаю за Сали.

– У меня такое чувство, что это не было насилием, – сказала я то, что не давало покоя. – Ринд стёрла воспоминания о том, как сильно отец меня любил. И не только отец. Если бы я это помнила, наверное, моя жизнь в Мейриге стала бы намного ужаснее.

Перед глазами опять поплыли картинки. Парк за домом, детская площадка, качели, мамино воркование… Пришлось встряхнуться и напомнить себе о том, что мы не одни. Рина для видимости перебирала какие-то бумаги за дальним столом, Грай с кем-то разговаривал по визиону.

– «Какими бы ни были твои цели, ментальная магия без разрешения Совета – серьёзное нарушение», – Ксан повторил фразу из послания отца. – Эля, это не просто слова. В наших руках огромная сила. Представь, что получилось бы, если бы маги начали стирать воспоминания направо и налево. Сначала во благо, затем потому, что кому-то так захотелось…

Я закрыла его рот ладонью.

– Демон, ты не на лекции в Университете, перед тобой не восторженные первокурсники. Уймись. Подумай лучше, насколько проще Ринд объясняться с тобой, нежели, например, с эларой Нокс.

– А каково будет мне? – хмыкнул Ксан.

– Ты сильный, Кэсси, – я погладила светлую щёку. – И я не о магии.

– Всё, Ксан, – Грай шагнул к нам. – Иди, Ирлен ждёт. Забирай распоряжение и отправляйся за эларой Ринд. Восемь вечера, не следует тянуть.

– Эля со мной.

– Твой стажёр, делай, что считаешь нужным, – начальник не спорил. – Элара Грэн за один вечер наберётся больше опыта, чем иные за месяц.

– Грай, ты отпустишь сотрудника без подстраховки? – вмешалась Рина. – А вдруг Ринд станет сопротивляться?

Грай посмотрел на неё с осуждением.

– Рина, ты как это себе представляешь? Даже оставив в стороне то обстоятельство, что Ксан легко обезвредит любого мага, само сопротивление Службе контроля немыслимо!

– Отравление эстролом тоже немыслимо! – возразила брюнетка. – К тому же Ринд может попытаться сбежать.

– Не выдумывай, – строго бросил Грай. – Бегство – это уже запечатывание. Никто не будет так рисковать.

Ксан с сожалением оторвался от меня и пошёл за разрешением. Рина надулась.

– Почему стажёру больше привилегий, чем штатному сотруднику? – проворчала она.

– Потому что этот стажёр – элара Грэн, – резко ответил Грай. – А до этого – элара Ардо. И у неё гораздо больше прав быть в курсе расследования, чем у тебя, меня или даже Ирлена. Хочешь жёсткую субординацию, Рина, – переводись в Службу контроля Ларии. Люди считают, что родственные связи затрудняют работу, там элару Грэн близко бы не подпустили к подобному делу.

– И правильно! – запальчиво выдала Рина.

– В таком случае, элара Нокс, твой рабочий день закончен, – начальник отдела разом переменился. – Ты свободна. Завтра утром я жду заявление о переводе.

– Грай, за что?! – опешила она.

– Ты мигом забыла, что дело сдвинулось с мёртвой точки только благодаря Ксану, его жене и тем самым родственным связям. С подобным подходом тебе место в Службе Ларии. Они примут мага с распростёртыми объятиями.

Рина шмыгнула носом. Я не знала, серьёзен Грай или просто пугает сотрудницу. Нахально клеящаяся к моему мужу девица не вызывала симпатии, но и особой злости я к ней не испытывала. Скорее бы я приревновала Ксана к работе, чем к Рине.

– Грай, – заныла она. – Пожалуйста… Не нужно заявления!

– Ты ещё добавь, как маленькая – я больше не буду, – буркнул Грай. – Тебе двадцать, а не двенадцать, Рина!

– Двадцать один!

– Замечательно, – Грай вздохнул. – Элара Грэн, приношу свои извинения за неприятную ситуацию. Надеюсь, подобное не повторится.

Появившийся Ксан застал в кабинете идиллию. Грай показывал мне моё будущее рабочее место, Рина заполняла бумаги. Хотя, судя по суровому выражению лица, Ксан ни на что не обратил внимания. Он протянул мне руку:

– Идём, Эля.

Время на арки Ксан не тратил, сразу перенёс нас к дому Ринд. Я ожидала опять оказаться в роскошном центре Винеи, но вместо этого с удивлением узнала решётку парка Университета и шпиль над храмом. Это была противоположная парадному входу сторона, отсюда столица напоминала центр Мейрига – опрятные небольшие домики, окружённые старыми деревьями. Ксан уверенно направился к неброскому каменному особняку, на крыльце оглянулся на меня, ища поддержки.

– Ментальная магия – это ещё не запечатывание, – тихо сказала я. – Возможно, существуют смягчающие обстоятельства. Мы же не знаем причин, почему она так поступила.

Ксан приложил руку к двери, она бесшумно распахнулась. В прихожей вспыхнул свет, раздались шаги. Ринд вышла к нам, сопровождаемая рыжим котом, – таких огромных я никогда не видела. Круглые кошачьи глаза цвета мёда скользнули по мне и остановились на Ксане.

– Какие у меня гости! Проходите.

Преувеличенно бодрый голос не обманул. Ректор избегала встречаться с нами взглядом. Она развернулась и пошла вперёд, кот за ней. Я думала, нас ведут в гостиную, но это оказался кабинет, более подходящий мужчине, нежели женщине. Полки с книгами, новейшая модель визиона, массивный письменный стол и два кресла. Никаких безделушек и признаков беспорядка. На столе нагло развалился второй рыжий кот, при нашем появлении он не соизволил шевельнуться. Ринд отошла к окну, поправила плотные однотонные шторы. Даже дома она была одета в элегантные широкие брюки, стекающие мягкими складками, и модную блузку – хоть сейчас в ресторан или театр. Кот потёрся о её ноги и басисто заурчал. Я села в кресло, Ксан остался стоять.

– Сали… – начал он, запнулся и продолжил после паузы. – Сали, я снял установленные тобой ментальные блоки с Эли и лары из Службы Опеки.

– Умница, – откликнулась она, словно речь шла о хорошо выполненной курсовой или лабораторной. – Только твой резерв на две трети пуст, сегодня больше не напрягайся.

– Это всё, что ты можешь мне сказать?! – Ксан достал из кармана документ и протянул ей. – У меня приказ о твоём задержании, а тебя беспокоит мой резерв?!

Бумага повисла в воздухе. Ринд медленно опустилась в кресло, второй кот тут же запрыгнул к ней на колени.

– Ардо хранил в сейфе запись, где сто четыре года назад обвинил тебя в незаконной ментальной магии, – продолжил Ксан. – Ты понимаешь, что сейчас тебя будут судить за повторное злоупотребление?

– На той записи нет имён, но это уже не важно, – она пожала плечами и повернулась ко мне. – Эля, у меня к вам просьба. Пожалуйста, позаботьтесь о Фáнни и Фрéнки.

Услышав свои имена, коты насторожили уши.

– По завещанию всё моё имущество вместе с этим домом переходит Университету. Но я заранее перевела часть средств в кошачий приют, чтобы они забрали моих котов, если со мной что-либо случится. В суматохе про Фанни и Френки могут забыть, – тонкая изящная рука приласкала безмятежно мурлычущего кота. – Непереносимо думать, что они умрут в опечатанном доме от голода или обезвоживания.

– Конечно, элара Ринд.

Разговор принимал абсурдный характер. Ректор не выглядела виноватой, испуганной или разбитой. Она действительно волновалась лишь о своих котах.

– Неужели ты ничего не хочешь возразить? – гневно спросил Ксан. – Попытаться оправдать своё появление в особняке Ардо, объяснить, откуда у тебя ключ от дома?

Ринд продолжала размеренно гладить кота.

– Не хочу, – без раздумий ответила она. – Шесть лет я тщетно уговаривала тебя не ворошить прошлое, а теперь подросла и дочь Веста. Копия своего целеустремлённого отца. И только ты подходил ей в кураторы. Словно знак свыше – от судьбы не уйдёшь. В мире нет случайностей, всё происходит так, как и должно быть.

– Добавь ещё, что ты специально свела нас вместе, – криво усмехнулся Ксан. – Чтобы мы вдвоём раскрыли дело и заставили тебя признаться.

Ректор хмыкнула и впервые взглянула на него.

– Ты угадал. Я виновна в убийстве Вестиара Ардо, и все эти годы меня мучила совесть. Забирай меня в Службу, я дам показания. Сознаюсь в краже эстрола, в ментальном воздействии – в чём угодно.

– Я тебе не верю, – резанул Ксан. – За что ты убила Ардо?

– Когда-то он был моим женихом и бросил меня. Я отомстила.

– Спустя столько лет?

– Ненависть живёт веками, – мечтательно протянула Ринд. – Ты не представляешь, какие страсти кипят в сердце оскорблённой женщины.

– Где ты взяла эстрол?

– Не разочаровывай меня, Ксан, – она иронично улыбнулась. – Тебе прекрасно известно, что в Университете хранятся образцы всех ядов, известных человечеству. Ректору ничего не стоит набрать каплю в пипетку.

– Откуда у тебя ключ от дома Ардо?

– И это мой лучший ученик! – притворно вздохнула Ринд. – Повторяю: мы с Вестиаром были близки. Очень близки. Я несколько месяцев жила в особняке на бульваре Кариш. Естественно, жених сделал мне ключ.

– Чушь! – не сдержался Ксан. – Намного проще включить ауру в заклинание защиты – как моя комната пропускает Элю, а твой дом – меня.

Она пожала плечами. Кот на коленях широко зевнул.

– Ладно, – Ксан прошёлся по комнате. – Допустим, ты девяносто лет копила злобу и отравила коварного жениха. Но, драный Хаос, объясни мне, зачем ты спустя три недели после убийства вернула этот злосчастный ключ в особняк?

– Женщины такие загадочные, – Ринд решительно поднялась и переложила кота в кресло. – Довольно. Ты пришёл меня арестовывать – арестовывай, нечего сотрясать воздух.

– Сали, ты котов своих жалеешь, а меня тебе совсем не жаль? – выдохнул Ксан. – Неужели это клятое убийство так и будет забирать у меня самых близких людей?

Взгляд ректора потеплел.

– Это клятое убийство подарило тебе жену. А я и так сопротивлялась слишком долго. Если бы не Университет, всё закончилось бы в сорок седьмом. Очень трудно жить с нечистой совестью, Ксан.

– Тебя казнят, – тихо сказал он.

– Я это заслужила.

Уверенность в её голосе настораживала. Я готова была поклясться, что эти слова Ринд произнесла искренне.

– Элара Ринд, – нарушила я тишину. – Вы ведь стёрли мне память не только затем, чтобы я забыла о вашем визите. Иначе я, как и лара Шелис, забыла бы минут пять от силы.

Ринд похлопала меня по плечу.

– Трёхлетнему ребёнку сложно понять, почему истовая любовь перерождается в ненависть. Я пыталась уберечь тебя, Эля. Это самое малое, что я задолжала Весту. Блок Ренка не должен был тебе повредить, только благодаря ему ты не получила психической травмы. Не билась в истериках, не требовала папу, спокойно отнеслась к переезду.

– Вы за мной наблюдали? – спросила я, уже заранее не сомневаясь в ответе.

Ректор промолчала. Подошла к небольшому зеркалу на стене между книжных полок, оглядела себя, затянула потуже хвост.

– Кошачья еда на кухне, в шкафу, – заговорила она, будто не слышала вопроса. – Там же записка с адресом и номером приюта. Забавно – об Университете я так не переживаю, как о Фанни и Френки. Наверное, потому что Университет и без меня прекрасно обойдётся, а своих питомцев я всё равно что предаю. Ксан, магию блокировать будешь? Я же опасная преступница, вдруг нападу на тебя и сбегу.

– Прекратите! – попросила я, глядя на выражение лица Ксана. – Вы же делаете ему больно!

Ринд словно очнулась. Подошла к нему, обняла.

– Прости. Похоже, я безжалостна не только к себе. Веди.

Ксан оглянулся на меня.

– Иди, я свяжусь с приютом, – ответила я на невысказанный вопрос. – Элара Ринд, защита меня выпустит?

– Ловите! – она кинула мне брелок с ключами. – Оставьте себе. Вдруг моих котиков заберут не сразу.

Я машинально кивнула. Коты на исчезновение хозяйки не отреагировали, видимо, это им было не в новинку. Погладила того, что в кресле, подошла к лежащему на столе.

– Фанни и Френки. И кто из вас кто?

Довольные рыжие морды сделались ехидными. Мол, догадайся. Я гадать не стала, пошла искать кухню. Дом Ринд удивил меня строгостью и пустотой. Кошачьих лежанок и игрушек мне попалось больше, чем мебели. Из какого-то необъяснимого любопытства я поднялась на второй этаж. Две полупустые гостевые комнаты, запертая кладовая, гардеробная и скромная спальня, везде кошачьи лазилки, когтеточки, раскиданные мышки и мячики. Такое впечатление, что собственный комфорт Ринд интересовал гораздо меньше, чем удобства хвостатых питомцев. То же самое и на первом этаже: самым обжитым был тот кабинет, куда нас пригласила Ринд. Столовой явно не пользовались, скатерть на полированном столе отсутствовала, за дверцей шкафчика сиротливо приютились вазы без цветов. Кухне повезло чуть больше, хотя плита, накрытая крышкой, свидетельствовала о том, что дома Ринд не готовила.

Зато здесь нашлись две нарядные миски с мордочками котов и их именами, а в шкафу – открытый пакет с кормом. Записка с названием и адресом приюта лежала под пакетом. Коты моментально примчались на звук, чему я нисколько не удивилась – Кот точно так же нёсся на шуршание упаковки, даже если до этого наелся до отвала. В отличие от меня, коты прекрасно знали, где чья миска: каждый уселся перед своей. Так я определила, что более крупный и пушистый – Фанни, а с едва заметными полосками на мордочке – Френки. Проверила воду и поискала лоток, убедилась, что и то и другое в порядке, и вернулась в кабинет к визиону.

На вызов ответила милая девушка моих лет, которая сразу поняла, о чём речь. Конечно, они заберут котиков. Очень жаль, что их хозяйка так надолго уезжает, – оказывается, Ринд давно придумала благовидную причину для отсутствия. Да, всё оплачено, и с запасом.

– Это очень грустно, – девушка не притворялась, она действительно расстроилась. – В таком почтенном возрасте котики плохо переносят смену обстановки. Они ведь не молоденькие, Фанни шестнадцать лет, а Френки пятнадцать. Настоящие кошачьи долгожители.

Я сглотнула.

– Скажите, а если я оставлю их в доме и буду приходить за ними ухаживать? Это будет лучше?

– Конечно! – просияла девушка. – Коты шеспи́йской породы не так нуждаются в общении, как, например, бэрлайские. И для таких старичков, привыкших к месту, даже одиночество предпочтительнее смены обстановки. Притом, вы же понимаете – хоть у нас и прекрасные условия, но это клетки и вольеры.

– Спасибо за информацию, – я покосилась на рыжих долгожителей, мирно уплетающих корм. – Пусть живут, как привыкли.

– Свяжитесь с нами, если передумаете. В противном случае мы вернём деньги. И передайте наилучшие пожелания эларе Ринд.

После разрыва связи я долго смотрела в тёмный экран визиона.

Ринд не убивала моего отца – ещё час назад я в этом сомневалась, теперь была уверена. Ректор солгала, прикрывая настоящего убийцу. Кого-то, кто был для неё дороже Вестиара Ардо, ближе Ксана. И, возможно, стоило искать в очень далёком прошлом, начиная с две тысячи двести пятьдесят девятого года – времени записи на внешнем носителе памяти.