Глава 16
— Может быть, поужинаем в харчевне? — интересуется Ханиэль, после того как минуем ворота города.
— У вас есть харчевни?
— Конечно. Есть те, кому нравится угощать и собирать у себя эльфов. В долине одна харчевня, а в городе их две. Помимо того есть кафе с десертами, завтраками и кофе; булочная и лавка с очень вкусными закусками. Так что, посетим харчевню?
— Давай.
Мы приходим к вытянутому прямоугольному деревянному зданию. Внутри небольшая прихожая, где можно оставить верхнюю одежду; затем следуем в большой зал с длинными столами. Деревянные балки; сухие травы, развешанные пучками вдоль стен; большой очаг, на огне которого запекается мясо. Кухня отделяется от остального зала барной стойкой, поэтому можно наблюдать за тем, как две эльфийки нарезают овощи, а эльф что-то готовит у плиты.
В зале около десятка посетителей. Ханиэль со всеми здоровается, но ведёт меня дальше, в коридор с семью дверями. Две из них закрыты, а остальные распахнуты, и можно рассмотреть небольшие комнатки со столами в центре.
Ханиэль заходит в дверь в самом конце коридора. За нами следует одна из эльфиек:
— Здравствуйте, Ханиэль и Дариниэль. Я Жаниэль, хозяйка этого заведения. Рада, что вы к нам зашли. Сегодня я готовлю овощной суп, рагу с олениной, пироги с яблоками, утку в кисло-сладком соусе и тушу рыбу. Что вам принести?
Уже открываю рот, чтобы попросить утку, но Ханиэль меня опережает:
— Нам нужно время, чтобы подумать. Я потом сам приду за едой.
— Договорились, — кивает она и уходит, прикрывая за собой дверь.
— Тебе нужно подумать? — уточняю немного удивленно. — Я вообще-то уже определилась.
— Я хотел тебе кое-что предложить, — Ханиэль подходит вплотную и ласково касается моей щеки кончиками пальцев.
— Что, — сердечко начинает биться чаще.
— Как ты смотришь на то, чтобы здесь и сейчас заняться сексом? — он проводит указательным пальцем по моей нижней губе, и в его взгляде столько желания, что соски твердеют от возбуждения.
— Но ведь сюда может кто-нибудь зайти, — пытаюсь привести разумный довод я.
— Такая вероятность есть, — кивает Ханиэль. — Скорее всего, никто не зайдёт, но дверь не запирается, так что…
Он медленно облизывается, привлекая внимание к своим губам. Пытаюсь призвать на помощь остатки здравого смысла:
— Это слишком опасно.
— Я могу занять место напротив двери, а ты сядешь мне на колени. Мы не будем раздеваться больше необходимого. Если кто-то войдёт, между нами и дверью будет стол. Просто притворимся, что ничего не происходит… Хочу тебя… — он наклоняется и проводит языком вдоль моей шеи, затем прикусывает мочку уха, переключая мысли на ощущения тела и ломая остатки сопротивления. Прямо сейчас желание заняться сексом с этим удивительным мужчиной гораздо сильнее, чем страх, что нас застигнут врасплох.
— Хорошо, — выдыхаю я.
Он впивается жарким поцелуем в мои губы. Целует так, что слабеют колени, а внизу живота начинает ныть от желания. Затем отстраняется, берёт меня за руку и подводит к столу. Отодвигает стул, садится на него, а затем усаживает меня на свои колени спиной к себе.
Чувствую попой каменную твёрдость его члена. Жадные ладони забираются под тунику, обжигая кожу горячими прикосновениями. Он оглаживает мой живот и слегка сжимает грудь, вызывая стон.
— Тихо, Дариниэль, — шепчет он. — Будь тихой хорошей девочкой. Не шуми.
Это усиливает возбуждение. Ёрзаю, прогибаюсь в пояснице, чтобы прижаться плотнее. Ханиэль сдавленно шепчет:
— Приподнимись.
Немного привстаю, и он стягивает мои шорты. Не полностью, ровно настолько, чтобы получить доступ. Оглаживает мою попу, сжимает её, мгновение медлит, затем я чувствую, как в меня упирается член. Медленно опускаюсь, ощущая желанную наполненность. Кусаю губы, чтобы сдержать стоны и быть «тихой хорошей девочкой», как он и просил. То, что в любой момент может кто-то зайти, добавляет остроты и пикантности. Усиливает возбуждение.
Впиваюсь пальцами в столешницу и задаю желанный темп. Когда уже не удается сдерживать стоны, Ханиэль прикрывает мне рот рукой. Впиваюсь в неё зубами. Движения становятся рваными, резкими. Вот-вот… Вот-вот… Тело скручивает судорогой удовольствия. Так бурно кончаю, что это почти больно. И то, что Ханиэль содрогается одновременно со мной, добавляет остроты.
Придя в себя, откидываюсь на грудь Ханиэля:
— Тебе больно? Прости!
— Я же лекарь и очень хороший. Смотри, — он демонстрирует ладонь без намёка на укус.
— Практично… А как мы теперь помоемся? — намекаю на сперму, которая начнёт вытекать, стоит мне встать. — Знала бы, взяла бы полотенце.
— Не переживай, я об этом позаботился сам.
Он достаёт полотенце, обтирает меня, затем поправляет на мне одежду и, только закончив, начинает заниматься собой.
Пересаживаюсь на соседний стул, откидываюсь на спинку и удовлетворённо вздыхаю:
— Теперь ты просто обязан меня накормить!
— Конечно! — он улыбается и поднимается с места. — Чего тебе принести?
— Уже забыла чего хотела, — вынуждена признаться я.
— Тогда принесу всего понемногу, чтобы ты могла попробовать и в следующий раз заказать то, что понравится больше всего.
— Хорошо.
Еда в этом заведении оказывается изумительной. Уже в процессе утоления голода вспоминаю, что хотела утку, но теперь идея попробовать всё по чуть-чуть кажется более удачной.
Перед уходом относим тарелки на барную стойку и искренне благодарим хозяйку. Она улыбается:
— Приходите ещё! Рада тем, кто ничего не оставляет на тарелках.
— Обязательно придём, — улыбаюсь я.
Неподалёку от нашего дома сталкиваемся с Рамиэль. Она восклицает:
— Вот вы где! Я пришла сказать, что мой сын согласился тебя учить. Приходи к нему завтра после обеда в магические залы. Ханиэль, ты ведь покажешь Дариниэль, где это?
— Конечно!
— Вот и славно. Хорошего вам вечера!
— Хорошего вечера, — желаем мы, и она уходит.
Уже после того как переступаем порог, Ханиэль вдруг останавливается и вздыхает:
— Я совсем забыл о подарке! Мы же сами не съедим столько овощей, а значит, нужно отнести их на склад. Пойдёшь со мной?
— Мне очень любопытно посмотреть, что же это за склад такой, но куда-то идти совсем не хочется, — признаюсь я.
— Ладно, тогда я сам, — улыбается он. — Если хочешь, можем сходить на склад утром.
— Договорились! Склад — это место, где у вас хранятся продукты?
— И продукты тоже. Завтра всё тебе покажу и расскажу.
— Хорошо.
Чувствую усталость после путешествия, удовлетворение от хорошего секса и сытость. Всё, чего мне хочется — помыться и баиньки. И именно с мытья я и начинаю.
Вода должна бы меня взбодрить, но вместо этого как будто усиливает сонливость. До постели добредаю с трудом. В спальне едва не врезаюсь в Ханиэля. Не делаю этого только потому, что он придерживает меня за плечи.
— Прости, — вяло извиняюсь я.
Он подхватывает меня руки:
— Хочешь спать?
— Да.
— Устала?
— Да.
Ханиэль укладывает меня в кровать, забирает полотенце, укрывает пледом и шепчет:
— Сладких снов, любимая.
Засыпаю с ощущением счастья. Уже успела соскучиться по Тираэлю; беспокоюсь о том, всё ли у него в порядке. Но внутри стойкое ощущение, что всё будет хорошо.