Эпизод 2

— Синди, почему у Лезиля беспорядок в комнате? Синди, если ты немедленно не подойдешь, я тебя накажу!

Наказания… Мне уже даже не страшно. Наказывали меня обычно лишением еды. Порой дело доходило до розг. Про тычки и затрещины вообще молчу — их я получала регулярно. Почему я это терплю, спросите вы?

Потому что мне некуда деться. Пока мне не исполнилось восемнадцать, я нахожусь под опекой тетки и не имею права на… да ни на что я не имею права. Но в свете последних событий в голову уже не раз приходила крамольная мысль — а так ли уж безнадежна моя ситуация, что я мирюсь с происходящим?

Тетя Кларисса, на которую я, к слову, не похожа ни единой чертой ни лица, ни характером, давным — давно объяснила мне, что взяла она меня к себе исключительно из милости и по велению щедрого сердца. И эту милость вместе с щедростью я должна как следует отрабатывать. Поэтому сколько себя помню, в этом замке я была и поломойкой, и кухаркой, и горничной, и даже трубочистом, когда очередная прислуга, не выдержав количества тяжелой работы, которую тетушка не разрешала облегать использованием даже самых элементарных бытовых магических артефактов, дурного характера нанимательницы и регулярных задержек жалованья, уходила из замка. И даже когда штат был полностью укомплектован, для меня всегда находилась работа “по силам”. Подумаешь, вычистить за ночь столовое серебро к приему гостей — это же не так трудно, как обсудить новый фасон платья с модисткой, много ума не надо.

— Синди! Да где же ты?

Я там, где вы, надеюсь, не найдете меня, тетушка. Потому что вам и в голову не придет искать меня в столь странном месте.

Моим отдохновением и тайным убежищем стала огромная библиотека, в которую тетушка никогда не заходила сама — только если приезжали гости. Их она с удовольствием сопровождала и хвасталась редкими книгами, коих в библиотеке было несметное количество. Мне всегда было непонятно — зачем ей столько драгоценных фолиантов, если читает она лишь дамские журналы, изредка присылаемые ей приятельницей из столицы? Но, как бы там ни было, я была искренне благодарна Клариссе за то, что в библиотеке у меня всегда был шанс спрятаться от нее. И даже не в самой библиотеке, а в огромном камине, который топили только зимой, в холода. Когда, будучи еще маленьким ребенком, я залезла в него, чтобы меня не увидела служанка, пришедшая навести порядок в этом помещении, я страшно боялась, что меня обнаружат и отругают. Но внутри я увидела небольшие выемки — наподобие лестницы, позволившей подняться чуть выше. А одолев их, с восторгом обнаружила очень удобную просторную нишу — почти каморку, в которой могла не просто поместиться практически во весь рост, но и даже со временем обустроила некое подобие гнезда. Разумеется, перед началом отопительного сезона приходилось аккуратно вытаскивать оттуда старенькие одеяла и небольшой подсвечник, которым я оборудовала свое тайное убежище. Но пока эти вылазки сходили мне с рук. Каким — то совершенно чудесным образом в этой нише была еще и превосходная слышимость, благодаря чему я всегда знала, что меня ищут и имела возможность аккуратно выскользнуть из своего потайного местечка.

Вот и сейчас я прекрасно различала голоса тетушки и ее кавалера. На удивление, они не отдалялись, а приближались. Они шли прямо сюда. В библиотеку!