Глава 32

С большой семьёй Ардена мы с подругами познакомились спустя пару часов после нашей трапезы. Когда на Сардарий опустились сумерки, из пещеры стали выходить аспиды. Первыми вышли только мужчины, следом женщины, и в самую последнюю очередь дети. Каждый выходивший с любопытством разглядывал нас, останавливаясь в шаге от застывших с открытыми ртами трех валькирий. Кто-то с непонимание рассматривал гостей, кто-то с подозрением и лишь те, кто догадался о том, кто мы такие, с неподдельной радостью.

— Мои собраться! — громко прошипев, обратился к своей семье Арден. — Я с превеликим удовольствием хочу представить вам этих трех прекрасных дев-валькирий.

По стае прошёл шёпот восхищения и удивления одновременно. Змеи переглядывались, перешептывались, кто-то явно в недоверии качал головой. Наконец из толпы отделился один змей, подошёл к Ардену и тихо спросил у него:

— Отец, ты уверен, что это валькирии?

Настало время удивляться нам с подругами. Как-то мы не ожидали, что у старейшего могут быть дети. А тут не просто сын, настоящий богатырь-аспид, не уступающий своему отцу ни в мощи, ни в красоте.

— Да сын, — кивнув головой, ответил Арден. — Сам посмотри на них внимательней и все поймешь.

— Их крылья, — задумчиво произнёс отпрыск старейшего аспида. — Где они?

— Крылья? — ахнула Оливия. — У нас должны быть крылья? Такие же как и у вас?

— Отец? — удивлённо посмотрел на Ардена сын, с недоверием поглядывая на Оливию.

— Саммий, они пришли из другого мира и мало что знают не то что о Сардарии, но и о себе. Я обещал им все рассказать чуть позже. А тебя, мой любимый сын, я прошу быть с ними терпеливее, тебе предстоит отправится с ними и этими милыми сестрами, сопровождающими дев, в нелегкое и опасное путешествие… — хитро прищурившись и посмотрев на сына, Арден еле слышно выдохнул продолжение своей мысли: — домой.

— Харс!? — радостно выдохнул Саммий.

— Да, — оскалившись, изображая улыбку, кивнул старейший.

— Ваш сын будет нас сопровождать? — воскликнула Ингиелла.

— Саммий лучший проводник из всех, — спокойно ответил Арден.

— А вы сами? — вопросительно посмотрела на старейшего аспида подруга.

— К сожалению, я слишком стар для этого, — улыбнулся в ответ крылатый змей.

— Ну я бы не сказала, что вы стары, — недоверчиво протянула Ингиелла.

— Внешность бывает обманчивой, милая валькирия. Я не смогу вас защитить там, мои силы на исходе. Время мое нещадно стремится к своему завершению, — слишком уж спокойно объяснил Арден.

— Отец, — уважительно склонив голову, произнес Саммий, — прошу тебя, не говори так. Ты должен еще погулять на моей свадьбе и понянчить моих детей.

— Ох, благодаря этой надежде я все еще и живу, — расхохотался старейший.

— Вы говорите так же, как мои земные родители, — хохотнула Оливия.

— Я же уже говорил вам, что миры по сути ничем не отличаются друг от друга, а уж родители тем более, — продолжил смеяться крылатый змей.

— Почему же вы никак не женитесь, Саммий? — шутливо полюбопытствовала Ингиелла.

— Не встретил свою нареченную, — равнодушно пошевелив своей грациозной могучей шеей, ответил сын Ардена.

— Как же все сложно в этом мире: суженные, вечные, истинные, вот теперь нареченные, — хмыкнув, пробормотала Оливия.

А я за своей спиной, пока подруга выказывала недовольство любовного устройства Сардария, услышала вздох облегчения. Обернувшись, уставилась на трех наших змеек, пытаясь понять, кто из них так обрадовался тому, что Саммий еще не обрел свою единственную и неповторимую. Все трое смотрели на меня непринужденно, даже с каким-то раздражением, будто я отвлекла их от чего-то важного. Переводя свой внимательный взгляд от Кулии к Рамии, а затем устремив его на Далию, первоначально не поняла, кто же так радостно вздыхает — все три были само спокойствие и непринужденность. Но вот только едва уловимые счастливые отблески в глазах одной из них помогли мне вычислить ту, кто так рад одиночеству Саммия.

Лукаво улыбнувшись Далии, а это была именно она, вздыхающая по сыну Ардена, подмигнула ей и вернулась обратно к беседе, нить которой успела упустить.

— Так нам объяснит кто-нибудь про крылья!? — раздраженно восклицала Оливия.

— Какая ты нетерпеливая, — фыркнул в ответ Арден.

— Время позднее, мы не ночные существа, в сон начинает клонить, — насупившись пробормотала она в ответ.

— Хорошо, — рассмеялся змей. — Пойдемте, не ночные существа, поведаю вам историю валькирий.

Но прежде чем начать свое повествование, Арден раздал приказания своим соплеменникам. Искренне удивив нас тем, что каждого из многочисленного семейства, он знал поименно, отдавая им распоряжения, кто и чем должен заниматься: несколько мужчин-аспидов старейший отправил на охоту, кого-то отправил сменить стражников, незаметно спустившихся прямо с неба на поляну, немного напугав нас с подругами, женщин, в основном тех, у кого не было маленьких детей, отправил заниматься хозяйством, выделив только двух, попросив их приготовить спальные места для нас с подругами и наших змеек.

Только убедившись, что все заняты делом, молча кивнув нам, повел нас к месту нашей недавней трапезы. Я шла рядом с Саммием, и конечно же не могла не воспользоваться такой возможностью, чтобы не поработать немного свахой.

— Саммий, — осторожно начала я. — как вы понимаете, что встретили ту, которая вам предначертана?

— Как ты поняла, что наследник для тебя тот самый? — хитро уклонился он от ответа.

— Ну вот, — я показала ему свой цветастый браслет на запястье.

— А до этого ничего к нему не чувствовала? — шутливо продолжил он.

— Ну он мне нравился, конечно. Но Валеус ректор академии, и мне казалось, что это запрещено, — попыталась пояснить я.

— Почему? — искренне удивился змей.

— Как тебе объяснить, — вздохнула я. — В том мире, в котором я выросла, это мягко говоря не поощряется — отношения между учителем и учеником.

— Почему? — продолжил недоумевать Саммий.

— Слушай! — возмутилась я. — Я вообще-то задала первой вопрос. А ты вместо ответа завалил меня своими! Я не знаю почему там это запрещено, понятия не имею. Но если отношения случаются, то никого не наказывают.

— Я думаю, милая валькирия, что своим вопросом ты хотела на самом деле разузнать, почувствовал ли я что-то к аспидам, на которых вы прилетели, — улыбнулся Саммий.

— И? — нетерпеливо воскликнула я.

— Да, почувствовал, — кивнул он в ответ.

— Далия? — с надеждой спросила я.

В ответ наследник Ардена лишь устремил свой взгляд в сторону упомянутой змейки, успевшей удобно расположится за столом и с испугом наблюдавшей за нашей беседой.

— Как я рада этому, — прошептала я. — Больше не лезу к вам, разбирайтесь сами.

Змей поднял голову вверх и расхохотался, напугав моих подруг. Вздрогнув Оливия и Ингиелла повернулись к нам и недовольно уставились на нашу пару, оказавшуюся последней, кто пришел на обеденную поляну. Улыбнувшись своим девочкам, я присоединилась к ним и на их вопросительные взгляды, только отмахнулась, пообещав рассказать все потом.

Но Саммий, подошедший к Кулии и что-то прошептавший ей еле слышно, после чего та, многозначительно улыбнувшись, отошла немного в сторону, уступая тому место рядом с Далией.

— Все понятно, — тихо рассмеялась Ингиелла. — Ты побыла свахой.

— Не совсем, — ответила ей. — Просто поинтересовалась у него, как у них все происходит. А он сделал правильный вывод, — и задумчиво посмотрев на образовавшуюся парочку, спросила у Ардена: — Почему мы не слышали, что Саммий сказал Кулии?

— Потому что он это тихо произнес, — удивленно ответил старейший.

— Так мыслям не все равно, как их произнести? — удивилась я.

— А кто тебе сказал, что мы общаемся мыслями? — вмешалась Рамия.

— А как тогда? — изумилась Ингиелла.

— Вы понимаете наш язык, — ответила змейка Оливии.

— Мы думали, что общаемся с вами телепатически, — хихикнула Ингиелла. — Вот честное слово!

— Нет, — рассмеялся Арден. — Мы говорим, так же как и вы. Только те, кто не знает наш язык, принимает его за шипение. А вот вас мы понимает так, как есть.

— Почему? — искренне удивилась Оливия.

— Потому, что одним из даров валькирий является понимание любого языка, возможность говорить на любом наречии, — он остановил наши возгласы протеста, готовые сорваться с наших с подругами уст, возражая против этого, так как на Земле мы не понимали иностранцев. Хмыкнув, Арден объяснил и это: — В том мире вы прятались, ваша магия затаилась внутри, ожидая своего часа. И как только пришло время, она пробудилась и перенесла вас троих сюда, домой.

— Но вы говорили, что валькирии с Харса, — с сомнением напомнила я.

— Ваши предки да, но вы, хоть и появились на свет на Земле, все равно дети Сардария, — Арден вздохнул и пустился в обещанное повествование: — Когда-то Харс и Сардарий были дружны, мало того, жители двух миров соединялись в союзы, редко, но такое бывало. Король Интимелий — владыка магических земель, был мудр и справедлив. Он правил своими владениями долго и достойно, прожил продолжительную и насыщенную жизнь, произведя на свет двенадцать детей.

Старший сын по праву после смерти занял его место, средний сын стал его советником, остальные семеро сыновей были заняты разными государственными делами, не столь важно. Его прекрасные три дочери: Лиззи, Оливия и Ингиелла, — при упоминании наших имен, мы не сдержали свои удивленные возгласы, но Арден не обратив на это внимание, продолжал дальше: — нашли своих суженных на Сардарии. Все трое были валькириями — светлыми девами, которых сама магия одаривала щедро талантами. Каждая из них была сильнейшим магом: стихия, воздух, умение общаться с животными, огонь…Не буду перечислять все возможности, вы и сами их прекрасно знаете.

Как я уже упоминал, Сардарий и Харс находились тогда в дружбе, и три сестры часто отправлялись в этот мир на прогулку. На одной из них Лиззи повстречала своего суженного — огненного мага — повелителя магического мира. Сыграли пышную и красивую свадьбу и старшая сестра осталась на Сардарии вместе с мужем, в дальнейшем произведя на свет троих детей, одной из которой была дочка, такая же как и мама — валькирия. Оливия же полюбила… — он хитро посмотрел на нас и продолжил: — оборотня, встретив его на свадьбе своей сестры. Там же с темным эльфом повстречалась и Ингиелла…

— Ну ни х… чего ж себе, — вовремя остановившись, чтобы не выругаться, выдохнула Оливия. — Это что же получается, мы повторяем их судьбу?

— Получается так, — непринужденно кивнул Арден. — Все трое со своими мужьями остались на Сардарии, пока их братья довольно успешно правили на Харсе. Так продолжалось много веков, пока у потомка Интимелия Щарамая не родились близнецы. Два брата, одному из которых было суждено править, второму быть советником. И вот второй очень воспротивился своей участи. Будучи младше брата всего на несколько минут, он считал себя достойным быть владыкой.

Свое черное дело он совершил темной ночью, собрав вокруг себя преданных единомышленников, недовольных правлением старшего брата. Пробравшись в покои правителя, пока тот вместе со своей женой и новорожденным сыном мирно спал, не ожидая такого предательства, заговорщики убили всех, кто находился в спальне… почти всех. Преданная няня успела спасти младенца, унеся его потайными ходами в безопасное место.

На Харсе наступили темные времена, многие, кто был верен погибшему императору подверглись гонениям и казням. Те, кого не удалось поймать, скрылись на Сардарии. В основном это были маги, которых новый мир принял с радостью, помогая освоится в новой жизни. Но новый правитель боялся, что изгнанники могут вернуться и свергнуть его с трона. Он отправил войско на поиски непослушных. Но оно не дошло до входа в другой мир, сгинув в темных лесах, в которых обитали аспиды. Мой отец не дал пройти темным магам, изничтожив всех до единого.

Тогда император собрал еще большее войско, уже с походом на нас. В той битве полегло много моих соплеменников, в том числе и мой отец. Аспиды были разгромлены, почти уничтожены. Нам пришлось спасаться бегством. Я, моя жена, сын и дочь отправились на Землю, с нами пошла лишь маленькая толика уцелевших. Остальные отправились на Сардарий.

Но на Земле мы не нашли спасение. Люди оказались слишком жестоки к тому, чего они не понимают и бояться… — Арден тяжело вздохнул, устремив свой печальный взор куда-то вдаль, выуживая из памяти тягостные воспоминания, и продолжил: — В том мире мы прожили два века, стараясь не попадаться на глаза местным жителям. Они считали нас чудовищами, слагали о нас страшные легенды. Настал тот день, когда люди напали на нас, застав врасплох. В том кровавом бое погибли больше половины аспидов, включая и мою жену. Алхис умерла у меня на руках, заклиная меня отправится на Сардарий, спасти тех, кто еще остался.

Гонимые преследователями, мы оказались в заснеженных горах, тем самым практически обрекли себя на гибель. Не помня себя, я взмолился, прося помощи почему-то у валькирий. И они меня услышали. Девы помогли нам перебраться в этот мир, спасли нас от уничтожения. Валькирии при помощи порталов, одним за другим перетаскивали полуживых замерзших аспидов на Сардарий.

Что тогда произошло до сих пор загадка, но теперь мы не можем перемещаться с помощью порталов. И дело не в размерах, не выдерживаем этой магии, она для нас губительна. И теперь эта странность передается из поколение в поколение.

После нашего спасения наша семья, вернее то что от нее осталось, поселились в этих горах, укрытых от посторонних глаз густым непроходимым лесом. Немного позже к нам присоединились те, кто сразу же ушел на Сардарий, не все, но многие остались с нами, принимая мое руководство, как наследника погибшего отца.

Пока мы были на Земле, многое успели повидать, в том числе и слонов, — рассмеялся Арден. — Долгое время, восстанавливаясь и оплакивая погибших, я не вникал в то, что происходит в этом мире. И каково было мое удивление, когда услышал про каких-то Теней, которые проникают в этот мир с Харса и поглощают жизнь других. Долго не мог понять, как это происходит, пока однажды не наткнулся на одного из них тут в лесу. Я выпытал из него все. То что этот негодяй поведал мне, привело меня в ужас.

Харс оказался в полной власти братоубийцы. Но тому было все мало и он вознамерился поработить и Сардарий. Его способность в этом мире была отвратительна, благо, что отбирать магию он мог только у слабых, но все равно это прибавляло ему сил, что и способствовало его возвышению на Харсе.

Но и это было не все. Меня привело в бешенство, что местные правители вступили с ним в сговор. Видя его мощь, они вознамерились использовать это в своих интересах. Темные эльфы никогда не отличались благородством, но то, что в этом замешаны и маги, для меня стало неожиданностью. Прежний властитель был дружен с погибшим императором Харса, был таким же мудрым и справедливым. Его сын был подстать нынешнему правителю. Хаамар, его считают первым, но на самом деле, он лишь присоединил захваченные у других народов земли, расширив империю. И сделал это благодаря магам Харса. Тоже самое сделал и правитель темных эльфов. Заручившись поддержкой и неуязвимостью его войска, они отправились покорять морское государство, потерпев там полный крах. Водная магия была недосягаема для них, в том числе и для Орсимаса.

— Орсимас — это владыка Харса? — уточнила Ингиелла.

— Да, это его имя, — кивнул Арден. — Мне неприятно даже произносить его, — оскалившись произнес он. — Столько бед он натворил, столько невинных погубил, надеюсь он расплатился за это сполна.

— Подождите, — потрясенно прошептала я. — Он умер?

— Конечно, — воскликнул аспид. — Сейчас его дело продолжает прапраправнук.

— Ничего себе! — ошеломленно произнесла Ингиелла. — Все считают, что это один и тот же.

— Нет, — грустно хмыкнул змей. — Не так уж они и долговечны, к радости. Но его отпрыски не менее кровожадны, чем их прародитель. Также жаждали власти.

— Так вот почему они до сих пор не поработили Сардарий, — закивала головой Оливия. — Небось грызлись у себя, пытаясь поделить власть между собой.

— Ты права, валькирия, — вздохнул Арден. — Брат шел на брата, сметая всех на своем пути, поглощая их силу. Сейчас тот, кто именует себя Валхом правит Харсом. И он по своей кровожадности и властолюбию превзошел всех. Вам троим не справится с ним. Поэтому вы и отправитесь на Харс, чтобы найти союзника.

— Как мы его найдем? — поинтересовалась я.

— Это потомок спасенного няней младенца. Он давно ждет вас и сам встретит, как только вы появитесь, — ответил старейший.

— Саммий его знает? — больше утверждая, чем спрашивая, произнесла Ингиелла.

— Да, — улыбнулся Арден. — Но вам придется использовать проход, располагающийся в темных пещерах. Аспиды не пройдут портал.

— Нам одним нельзя туда? — с сомнением спросила я.

— Это опасно, — ответил он. — Вы не настолько сильны, как кажется. Ваши аспиды и мой сын будут надежной защитой. В отличии от вас, Харс им до сих пор родной.

— Вы думаете мир может не принять нас? — с тревогой поинтересовалась Оливия.

— Я не знаю, что сейчас там творится, — печально вздохнул аспид. — Но уверен, что вас, валькирий, любой мир примет с радостью.

— Как на самом деле зовут этого Валха? — с ненавистью спросила Ингиелла.

— Валеус, — пристально глядя на меня, ответил змей.

Я чуть не лишилась рассудка, услышав любимое имя. Уставившись на аспида, хватая воздух ртом, с ужасом смотрела на него.

— Нет, милая валькирия, это не твой суженный. Его имя звучит похоже, правильно — Валеоз, — успокоил меня Арден.

— Господи боже мой! — в сердцах воскликнула я. — Так можно лишится рассудка! Валеоз! Тьфу ты! Оно даже звучит противно. И как это гаденыш стал Валхом?

— Благодаря Хаарацею с Зориду, — ответил за отца Саммий. — Они устроили целое представление в главном храме, когда жрец возносил молитвы верховному, тот якобы к нему и явился.

— Тогда понятно, каким образом храмы Валха стали пристанищем для Теней, — сквозь зубы процедила я. — Почему вы не рассказали об этом никому?

— Кому по-твоему я должен был это рассказать? — наклонив голову набок, серьезно спросил меня Арден.

— Валеусу, отцу, Цидиясу, — начала перечислять я в ответ.

— И чтобы они сделали? Пошли на них с войной, напрасно сложив свои головы. Вы же знаете, что их магия бессильна против Теней, — пояснил он.

— Почему так? Почему никто из жителей Сардария, кроме валькирий, не может одолеть их? — с жаром воскликнула Ингиелла.

— Защита, — усмехнулся Арден. — Пусть миры и похожи между собой, но есть и отличия. Защитная магия чужда Сардарию, поэтому местные не могут ее сразить.

— Несправедливо как-то, — покачала головой подруга. — У Теней есть нерушимая защита, а у местных нет ничего.

— Отчего же, — возразил аспид, вызвав у нас неподдельное удивление. — Защита Сардария также не подвластна жителям Харса, — увидев наши ошеломленные взгляды, он принялся в объяснения. — Как вы думаете, почему выжили сильнейшие маги в сражении?

— Из-за щитов? — осторожно ответила Оливия.

— Да, — кивнул змей.

— Все интереснее и интереснее, — выдохнула я. — Неужели никто из сардарцев этого не понял?

— Те кто это понял, к сожалению, мертвы, — кивнул Арден. — Не забывайте, что то сражение было лишь инсценировкой убийства императора. Домара убили не Тени…

— Вот же, сволочь, — сквозь зубы процедила я. — Значит моя теория о том, что тогда устроили госпереворот, оказалась правдой!? Ну, козлина, сама его размажу, как таракана.

— Нет, милая, — рассмеялся Арден. — Это должен сделать твой суженный.

— Но почему!? — в сердцах воскликнула я.

— Обычаи тут такие, понимаешь. Он наследник, должен отстоять свое право в честном бою, — пояснил змей.

— Будет ли этот бой честным!? — с негодованием выдохнула я.

— Недостойному ничего не останется, как выиграть сражение честно, иначе его не примет народ. Также, как и твоему вечному, — произнес змей, пристально глядя на Ингиеллу.

— Хадараю придется сражаться с отцом? — тихо уточнила она.

— Твоему эльфу очень многое, что придется менять в их королевстве, — с сожалением ответил Арден. — Темные прогнили насквозь, ему придется рубить без жалости, чтобы очистить свои земли от гнили.

Я с тревогой посмотрела на подругу, в ответ она посмотрев на меня, грустно улыбнулась. Мне искренне было жаль Хадарая, по мне нет ничего страшнее, чем схлестнутся со своим отцом, затем разбираться со всей своей родней, друзьями и близкими. Это и врагу не пожелаешь.

— Как вы думаете, когда это все произойдет? — посмотрев на аспида, тихо спросила Ингиелла.

— Совсем скоро, осталось лишь пару недель, — вздохнул тот. — Я чувствую, как сгущаются тучи, да и у вас должно быть предчувствие.

— Есть такое, — кивнула в ответ Оливия. — Непонятная тревога, беспокойство. Не понимаешь, что происходит, места себе не находишь.

— Когда случится так называемый прорыв, — произнес Арден, — это чувство только усилится. Поэтому на Харс вы отправитесь послезавтра.

— Как? — хором воскликнули мы.

— Мы не вернемся в академию? — с ужасом почти закричала я.

— Нет, валькирия, время не терпит, — покачал головой Арден. — Завтра сборы и в путь. Темные пещеры уже не охраняются, значит Тени готовятся к наступлению.

— Зачем Зорид отправился с визитом к Валеусу? — с тревогой спросила я.

— Думаю его интересует сбежавший пленник, — ответил змей.

— Папа? — воскликнула Ингиелла.

— Да, — кивнул Арден.

— Только бы с Валеусом все было в порядке, — почти взмолилась я.

— Ты же знаешь планы недостойного на наследника. До вторжения он ничего не сделает твоему суженному, — успокоил меня змей. — Только после, при всех обвинит его в сговоре и казнит. Маг и эльф, побывав на Харсе, нашли слабое место властителя. Про защиту они знали сразу, но как догадались, что ее можно снять, я не знаю.

— Снять? — а это уже был удивленный возглас Саммия.

— Да, сын, — тихо произнес Арден. — Щарамай предчувствовал или догадывался о враждебном настрое своего отпрыска. Он поручил придворному зельеварцу создать зелье, способное разрушить щит. Оно было вынесено вместе с младенцем и спрятано. Но придворный зельевар, по какой-то причине, не все передал императору, спрятав несколько сосудов с жидкостью. Их и нашли маг и эльф.

— Откуда вы все это знаете? — воскликнула Оливия.

— Гоблин, у которого хранилось припрятанное зелье, продал его двум странникам за очень дорого, но оказался обманут ими, получив в плату лишь искусно созданную иллюзию, развеявшуюся, как только два путника отбыли. Я поддерживаю связь с тем миром через фей, — ответил аспид. — Только они способны незаметно проникать через проход в темных пещерах. Феи общаются с тем, кто ждет вас там. У него также сохранилось это зелье.

— Так может это были какие-то другие два путника? — не унималась подруга.

— Нет, — покачал головой Арден. — Гоблин слишком хорошо их запомнил, хоть они и пытались скрыть свои личности, он почувствовал в них магию другого мира. Но жажда наживы взяла верх над разумом. За что и поплатился.

— М-да уж, дела! — выдохнула Ингиелла. — Значит нам действительно надо торопится. Жаль, что не смогу попрощаться с Хадараем.

— На это, к сожалению, нет времени, — с грустью ответил Саммий. — Уже поздно, девы. Вы устали, и вам пора спать.

— Да, ты прав, — кивнула Оливия, встала со своего воздушного кресла, намереваясь последовать за появившейся аспидкой, готовой проводить нас на ночлег, как вдруг вспомнив, вопросительно воскликнула: — А с крыльями-то что?

— С крыльями? — недоуменно переспросил Арден.

— Ну Саммий же спросил, где их крылья. Значит у валькирий должны быть крылья, а у нас их нет! — нетерпеливо пояснила подруга.

— Ах, ты об этом! — рассмеялся аспид. — Тут все просто. Когда начались гонения на валькирий, им пришлось спрятать свои крылья, дабы не быть обнаруженными. Сейчас у вас их нет, потому, что магия очень умна, и понимает, что это попросту опасно для вас, вот и не проявляется в полную силу.

— Ничего себе просто, — усмехнулась Оливия. — Мне так полетать захотелось.

— Налетаешься еще, — хмыкнул змей. — А теперь отправляйтесь на ночлег. Нам пора обедать.

Мы не стали возражать, вспомнив о том, как днем Кулия шутливо пояснила нам, что они едят что-то особенное, в задумчивости отправились вслед за сопровождающей нас аспидкой. Она привела нас в пещеру, в отведенный отсек, где было на удивление тепло и уютно и даже светло от небольшого отверстия в стене, пожелав нам спокойной ночи, тихо удалилась.

Мы с подругами упали на мягкие пуховые перины, укутавшись легкими шерстяными, на удивление теплыми одеялами и долго не могли уснуть, каждая пребывая в своем раздумье, ворочаясь с боку на бок. Первой засопела Ингиелла, тихо постанывая во сне, следом в объятия Морфея с тревогой и нехорошим предчувствием провалилась и я.