Глава 40

Не смотря на вчерашнюю усталость, проснулась я довольно рано. Папа еще мирно посапывал на своей перине, по-детски положив ладони под щеку. Умилившись столь прелестной картине, являющей таким милым спящего некроманта, такого могучего и грозного, наводящего страху на многих на Сардарии, а сейчас беззаботно посапывающего и улыбающегося чему-то во сне, вышла из пещеры на абсолютно пустую поляну.

Судя по положению самоса, было раннее утро, так как дневное светило только-только вышло на вахту, расправляя свои теплые лучи, готовясь отработать этот день в полную силу.

Хотя было довольно прохладно, решила прогулять до озерца, дабы умыться и смыть с себя вчерашний день полностью.

Но подойдя к водоему, я услышала тихую мужскую речь. Аккуратно подкравшись и спрятавшись в густых зарослях, сквозь листву которой смогла разглядеть Бриара и Максимуса, прислушалась к их разговору:

— Она такая красивая, — вздыхал оборотень. — Эта рыжая копна волос, я млею от нее. А с крыльями она стала еще восхитительней.

— Да! И ты попал под их обаяние, — послышался слабый печальный хмык старосты. — Вот и я жду, когда встречу свою суженую, чтобы освободиться от чар Лиззи.

— Все таки я был прав насчет вас с ней! — радостно воскликнул Максимус, а я напряглась, ожидая ответ Бриара: будет сплетня или скажет правду.

— Нет, не прав, — порадовал меня парень. — Ты вспомни, что мы творили на первом курсе с ней. Я, как староста, должен был заступиться за нее, но вместо этого, вместе с вами издевался над ней, хотя Лиззи мне нравилась с самого начала. Просто трусил признать это перед вами.

— Почему? — искренне недоумевал оборотень.

— Потому что трус, — невесело хмыкнул Бриар. — Как же так, староста и вдруг влюбился в ту, над которой все смеются!

— Так все смеялись, потому что она нравилась многим! — со свойственной ему наивностью ответил Максимус. — Ты вспомни эльфа! Он же самый задиристый был, пока она его не приложила, — рассмеялся парень, вспоминая мой апперкот, которым я сломала нос Хадараю на первом курсе.

— Точно! — поддержал парня некромант. — Такой четкий, правильный и сильный удар от хрупкой девушки — это было неожиданно. Многие же думали, что она неженка, как остальные, а тут раз — и сломанный нос наследника Мардиг.

— Вот и представь себе такую жену, что не по ее — на тебе в нос, — расхохотался еще сильнее Максимус. — Лекари тебя за умалишенного примут, мало кто из них поверит, что это делает твоя хрупкая, красивая и такая нежная суженая.

— Так Оливия также может, — по-дружески ткнув в плечо оборотня кулаком, ответил Бриар.

— Может, — согласно закивал тот.

— Когда ты успел воспылать к ней любовью? — вдруг поинтересовался староста. — Ты ж недавно с вампиром спорил из-за какой-то адепки, потом с Корром из-за сестры нага.

— Ну вот сразу после этой коварной Эрфис, — уныло усмехнулся Максимус.

— Так Оливия была уже с Фольдаром! — возмутился некромант.

— Да я как почувствовал на ней запах будущего альфы, у меня помутнение случилось, — пожал плечами оборотень.

— Может тебя не на Оливию потянуло? — рассмеялся Бриар.

— А на кого? — недоуменно воскликнул мой однокурсник.

Некромант в ответ лишь отмахнулся, хмыкнул и покачал головой. Я решила, что уже неприлично отсиживаться в кустах и подслушивать откровения парней, вышла из своего укрытия, специально наступила на ветку, громко хрустнувшую под моими ногами и обозначившую мое присутствие. Парни повскакивали с земли и, испуганно обернувшись, вытаращились на меня.

— Лиззи! — первым пришел в себя Бриар. — Ты нас напугала!

— Интересно, — хитро протянула я, — что вы тут такое обсуждали, уж не меня ли?

— Ты можешь читать мысли? — искренне удивился оборотень.

— Вот ты и выдал вашу беседу, — самодовольно усмехнулась я, и увидев его недоумение, изобразив на лице умиление, произнесла: — Максимус, я пошутила, а ты принял все за чистую монету.

— Так нечестно, Лиззи, — обиделся он.

— Ты меня разве не почувствовал? — засомневалась я в том, что осталась незамеченной в своем пункте прослушивания, но увидев как парень замялся, поняла, что есть какой-то секрет.

— Понимаете, — начал мямлить он. — Я довольно слабый оборотень. Об этом знают только мои родители. Мой нюх обостряется только тогда, когда я волк. Скорость, реакция тоже только в теле второй ипостаси. Хоть регенерации все равно, как я выгляжу.

— Тебя это угнетает? — сочувственно спросила я, он кивнул. — А что в этом такого? Ну вот такой ты родился, с этим ничего не поделаешь. Просто живи и радуйся жизни.

— Тебе легко говорить, Лиззи, — насупился парень. — Ты вон какая сильная, а я … эх, — удрученно махнул рукой и сел на землю.

— Максимус, — подключился Бриар, присаживаясь с ним рядом, — Лиззи права. Ты посмотри на это с другой стороны, ты легко оборачиваешься в довольно крупного и сильного черного волка, единственный из твоей стаи.

— Черного волка? — я присоединилась к ребятам на земле и восторженно посмотрела на Максимуса. — У вас в стае все серые, почему ты черный?

— Ха, Лиззи, — ответил за него Бриар. — Мало того, он еще и самый крупный из всех.

— Даже альфы? — продолжила удивляться я.

— Угу, — довольно подтвердил Максимус. — Моя бабушка была из стаи черных горных волков, вот я от нее в наследство получил такой окрас и размер, — и, тяжело вздохнув, добавил: — и силы.

— Покажи, — с восторгом попросила я. — Пожалуйста.

— Ты правда этого хочешь? — не поверил он мне.

— Очень! — прижав руки к груди, как будто в молитве, продолжила упрашивать его.

— Хорошо, — довольно произнес Максимус, поднялся с земли и пошел по направлению к заросшим кустарникам: — Я сейчас вернусь.

Его не было пару минут. Из-за кустов слышалось шелестение и приглушенное бормотание парня, но тут все стихло, и из укрытия вышел огромный черный волчище.

— Мамочки! — прижав ладонь к груди и округлив глаза, выдохнула я. — Какой ты красивый!

Я подошла к оборотню и провела по его жесткой шерсти рукой. Волк довольно ткнулся мокрым носом мне в ладошку, призывая гладить дальше.

— Максимус, ты великолепен! — продолжала восхищаться я. — Те волки, которые помогали нам вчера с девочками тоже были черными, но они были гораздо меньше, и их шерсть…она была мягче.

— Лиззи, ты вчера прихватила с собой одного из волков? — послышался чуть хрипловатый голос Ингиеллы.

Подруга вместе со своим эльфом вышли к озерцу, попеременно зевая. Хадарай прошел мимо волка, пристально посмотрев на него немного настороженно и встал рядом с Бриаром. А я, наглаживая Максимуса, довольно заурчавшего, предложила Ингиелле присоединиться ко мне.

— Он мне руку не откусит? — осторожно протянув свою ладошку к оборотню, поинтересовалась подруга.

— Максимус хороший, он не кусается, — равнодушно ответила я, сделав как можно более непринужденный вид.

— Кто? — удивился Хадарай. — Это Максимус?

— Да! — хмыкнул Бриар.

— Он же из стаи Фольдара, — засомневался эльф, — а там все серые и не такие большие.

— Он единственный экземпляр в нашей стае, благодаря своей бабушке, — пояснил Фольдар, появившийся вместе с Оливией на поляне. — Вы не видели насколько он могуч в драке в этом облике. Это особенность черных горных волков — им нет равных в бою, когда они в обличии зверя. Хотя и он, и его родные скрывают это. Но я общался с альфой черных. Они все такие. Так что, секрет Максимуса мне известен.

— Так вот в чем дело, Максимус! — воскликнула я. — Это ваша особенность, а ты нюни распустил.

Ох зря, я это сказала! Волк обиженно посмотрел на меня и уныло побрел обратно в кусты. Немного замешкавшись, я пошагала за ним, чтобы попросить прощения, и объяснить, что совсем не хотела его обидеть.

— Лиззи! Ты куда? — удивленно воскликнул Фольдар, пытаясь меня остановить, но я уже успела зайти в кусты следом за Максимусом.

И чего он так переживал? Зайдя вслед за оборотнем, застала его в момент оборота. Не сказать, что приятное зрелище, но смотреть можно: шерсть довольно проворно втянулась вместе с хвостом и ушами, вернее уши уменьшились в размере и сползли на положенное для человека место, на голове показалась темная шевелюра. Он обреченно вздохнул и наклонился за небрежно брошенной одеждой. А я, откинув всякий стыд, уставилась на его упругие голые бедра.

— Максимус, — вместо того, чтобы неслышно уйти, позвала его.

Парень вздрогнул и повернулся ко мне, удивленно уставившись на меня, совсем видимо позабыв о своей наготе.

— Я не хотела тебя обидеть, — виновато проговорила я, стараясь смотреть только в глаза.

— Лиззи, — возмутился он, — дай мне одеться!

— Ой, извини! — рассмеялась в ответ и вышла из укрытия.

Сама не зная почему, но я покраснела. Так вся пунцовая и вышла к остальным, лукаво улыбающимися, поглядывающим на меня.

— Фольдар, — насупилась я, — мог бы и предупредить, что во время оборота вы в чем мать родила.

— Я пытался, — рассмеялся он, — но ты не стала слушать.

В ответ кинула на него недовольный взгляд и пошла к озеру, присела возле воды и попробовала ее рукой.

— Теплая, — оповестила всех. — Девочки, может поплаваем?

— Я за! — взвизгнула Оливия. — Мальчики, а ну вон отсюда. Девочки изволят искупаться!

Она состроила надменную гримасу и царственным жестом выпроводила их с полянки.

Уже гораздо позже, после завтрака, подруги, я, папа и Бриар отправились на гномье кладбище для тренировки.

Пока Сидилла объяснял Бриару, как надо пустить свою магию, чтобы разом поднять несколько зомби, мы с девочками сидели, прислонившись к стволам деревьев, подставив свои личики жарким лучам самоса.

— Готовы? — вырвал нас из неги отец.

— Мы да, а вы? — приоткрыв глаз, спросила я.

— Мы давно, — довольно сообщил он и позвал за собой.

Мы подошли на место их с Бриаром тренировки и увидели около десятка восставших гномов. Зрелище было, конечно, так себе: полускелетированные тела, пустые глазницы, одежда, свисающая клочьями — персонажи фильма ужасов про зомби-карликов.

— Гадость какая! — поморщилась Ингиелла.

— Угу, — поддержала я ее.

— Как вам? — с восторгом поинтересовался Бриар. — Это я всех призвал!

— Ничего себе! — воскликнула Оливия. — Это же здорово!

— Да, он молодец, — похвалил молодого некроманта отец. — Способный парень! Быстро учится, — и обратившись к нам троим, поинтересовался. — Что теперь делать?

— Если бы мы еще знали, — пробурчала Ингиелла.

Подруга немного развела руки в стороны и попытала впустить свою магию в тело двух стоящих зомби. Но вместо того, чтобы войти в пустое тела, магия разнесла их на мелкие кусочки.

— Ингиелла, ты их убила! — закричала Оливия.

— Я не могла их убить, — фыркнула она в ответ. — Они и так были уже мертвы. Так попробуем еще раз.

Она еще раз развела руки и пустила потоки, уже немного слабее, чем прежние. Но и это не помогло, тела разлетелись в пух и прах.

— И как нам засунуть в них наши силы? — недовольно заныла она.

— Может надо, чтобы некроманты с ними поработали сначала? — предположила Оливия.

— Что вы делаете, когда поднимаете мертвых? — спросила у отца.

— Отдаем приказы, — пожал плечами он в ответ.

— А отдайте им приказ, — Ингиелла указала на двух из оставшихся восставших гномов, — впустить мою магию.

— Бриар, — папа кивнул парню, предлагая тому это сделать.

Молодой некромант кивнул и, прикрыв глаза, пустил свою магию, от которой веяло холодом, дотянувшимся и до нас с девочками. Те два зомби, на которых указала подруга, повернули свои костлявые черепа в нашу сторону и застыли в ожидании. Ингиелла, повторила свои действия: развела руки, пристально глядя в пустые глазницы, запустила свою магию в их тела. Гномы вздрогнули, но уцелели.

— Ура! — прошептала Оливия. — Получилось!

— Получится-то получилось, а дальше что? — вздохнула я.

— Им надо отдать приказ атаковать, применяя вашу магию, — задумчиво произнес папа. — Но на кого они тут буду нападать?

— Да на дерево, — невозмутимо ответила Оливия. — Вот хоть на это, — она постучала по стволу рядом стоящей харамы.

— Жалко, — вздохнул отец, — но делать нечего, придется атаковать его.

Бриар послушно кивнул, внимательно слушая нас, и отдал приказ двум зомби атаковать магией Ингиеллы указанную хараму. Восставшие гномы, подняв руки, в которых засверкали два ярких пульсара света, и запустили их одновременно в ствол дерева, разнеся его в щепки.

— Ну нифига ж себе! — потрясенно прошептала Ингиелла. — Хорошо бы и Тени так разнеслись.

— Куда они денутся! — довольно хмыкнула Оливия.

— Это все хорошо, — тяжело вздохнула я. — Сейчас все тихо и спокойно. А вы представьте себе поле боя: как мы там будем это делать? Это долго слишком: пока некроманты поднимут мертвых, пока отдадут им приказ, пока мы в них запустим свою силу, опять приказ атаковать — нас всех перебьют, как тараканов!

— Кто такие тараканы? — нахмурившись, поинтересовался отец.

— Домашние паразиты, насекомые, — угрюмо ответила ему.

— И что ты предлагаешь? — недовольно поинтересовалась Ингиелла.

— Не знаю, — вздохнув, обреченно покачала головой и, посмотрев на отца, решила уточнить у него: — Да и откуда вы возьмете зомби? Мы же не на могильнике биться будем!

Сидилла пристально посмотрел на меня, задумался и ответил:

— Умеешь ты задавать вопросы.

— А ведь и правда, — протянула Оливия. — Где взять достаточное количество восставших? Да и Лиззи права, долгая процедура получилась. Надо ее упростить. Но вот как?

— А что если сплести магию некромантов и валькирий? — задумчиво скривив губы, проговорила Ингиелла.

— Получится? — я с надеждой посмотрела на отца.

— Я не знаю, Лиззи, — ответил он. — Надо попробовать. Пойдем со мной, — протянув мне руку, позвал за собой.

Папа привел меня к небольшим холмикам, некоторые из которых были отрыты. Это были старые могилы гномов, живших тут много столетий назад.

Некромант остановился и посмотрел на меня, немного посверлив задумчивым взглядом, попросил:

— Лиззи пусти свою магию.

Я послушно выпустила потоки своей силы, заискрившиеся тонкой змейкой, поползших по земле прямо к одной из могил. Папа следом пустил свою магию, пытаясь устремить ее прямиком в мой поток, но моя сила отвергла некроманта.

— Давай наоборот, — предложила я, отец согласно кивнул и пустил струиться по земле холодные темные струи.

Немного подождав, когда его сила подберется ближе к холмику, я запустила свою, вошедшую в нее словно нож в растопленное масло. Папина магия даже не сопротивлялась, мне казалось, что она была даже рада вторжению светлых серебристых потоков, с радостью перемешиваясь с ними в единое целое.

— Какая она у вас, — хмыкнул папа.

— Привереда, — кивнула я. — Значит чужого в себя не пускает, а самой влезть — так с радостью.

— Давай еще раз, и попробуем поднять гнома сразу же с приказом атаковать, — предложил папа.

Я согласно кивнула в ответ, и в ожидании, когда его сила подберется к выбранной могиле, запустила свою. Смешавшись магия с силой ворвалась в могильник, в один миг подняв его усопшего давным давно обитателя.

Проворно выбравшись наружу, гном практически выпрыгнул из своего вечного пристанища и довольно прытко атаковал рядом стоящее дерево.

— Отлично! — воскликнул папа, но тут же став серьезным, добавил: — Но у меня один вопрос: я могу поднять мертвеца, находящегося на довольно большом расстоянии, не знаю, как Бриар, но думаю ему не хватит опыта, да и сил все же маловато у парня. Ваша магия дотянется на большое расстояние?

— Как не прискорбно это говорить, но попробовать сейчас у нас не получится, да и все же большое расстояние нам не поможет, — скривилась я. — Пап, неужели около дворца нет ни одного кладбища?

— Есть, — вздохнул он. — В прошлую битву, погибших, а их было достаточно, хоронили неподалеку от дворца. Там целое кладбище.

— Это если битва будет там, где мы предполагаем, — хмуро проговорила я. — А если в другом месте?

— За много тысячелетий, довольно тяжело найти место, где под землей кто-нибудь не лежал, — заверил меня папа. — Нам же все равно кто это будет, хоть листра.

— Точно! — рассмеялась я.

— Зовем остальных и будем тренироваться дальше, — улыбаясь, скомандовал отец.

На старом кладбище мы тренировались до самых сумерек, пока за нами не пришла Сашила и возмутилась тем, что мы пропустили обед, выгнала нас с могильника ужинать и отдыхать.

— Это что же это такое!? — недовольно шипела она. — Совсем загоняли валькирий! Нельзя же так, им отдыхать надо! Столько пережили бедняжки! А они их тут муштруют! Одним словом — некроманты!

— О чем она шипит? — еле сдерживая смех, поинтересовался Бриар.

— Тебе лучше не знать, — хмыкнула Ингиелла.

Добравшись до обеденной поляны, мы обнаружили остальных уже сидящими за столом и с удовольствием поглощающим аппетитный ужин. Присоединившись к ним, Оливия радостно рассказала всем о результатах наших тренировок, похваставшись успехом.

— Я рад, — поцеловал свою пару Фольдар. — Но вот как быть, если в округе не окажется ни одного мертвого.

— Придется умертвить кого-то, — пошутил Хадарай.

— Не выйдет, — уминая ужин за обе щеки, пробубнил с набитым ртом Бриар. — Надо, чтобы он пустой был полностью, а это происходит спустя примерно месяц после смерти. Так ведь, мистер Нейрус?

— Да, ты прав, — подтвердил слова моего старосты отец. — Но нам же подойдет любой: маг, гном, орк, сир, волк, рабша — главное, чтобы был пуст.

— Хотела бы я посмотреть, — рассмеялась миссис Оливерс, повергнув своим смехом меня в недоумение, так как я думала, что она не умеет этого. Эльфийка же, не заметив моего удивленного взгляда, продолжила: — как, допустим, листры будут кидать пульсары в Теней.

— Вот-вот, — поддержала ее и мисс Эсфи.

— Ну листр мы вряд ли обнаружим, думаю они так долго не сохраняются, — улыбаясь ответил папа. — А вот более-менее крупного животного вполне может.

За столом царило веселье: наперебой почти каждый предлагал какого-то зверька, который будет метать громы и молнии в ненавистного врага. При каждом живописном примере мы взрывались смехом, весело хохоча, явственно представляя себе картину, как, допустим, мелкий милкус, предложенный на удивление Орши, нападает на грозных Теней, разнося их в клочья.

Наше веселье закончилось, когда даами уже вовсю властвовало на звездном безоблачном небе. Позевывая, мы все направились в пещеру на ночлег, поприветствовав проснувшихся аспидов, разбрелись по своим комнатам.

Немного пообсуждав с папой сегодняшнюю тренировку, сладко зевнув, обняла подушку, укутавшись в одеяло, сладко уснула.

Мне снился странный сон: меня окружила стая волков, клацая зубами, они протяжно выли, призывая идти с ними. Я же стояла посреди какого-то луга, утопающего в странных, темно-фиолетовых цветах, дрожа от страха, не понимая, что от меня хотят эти грозные хищники.

А они все выли и выли, пока один из них не закричал прямо мне в ухо:

— Лиззи, просыпайся!

Широко раскрыв глаза, я поняла, что это был всего лишь сон, из которого меня вытянул папа, а вой, слышавшийся во сне, оказался на самом деле и доносился он с поляны возле входа в нашу пещеру.

Испуганно посмотрев на отца и увидев его напряженный взгляд, я поняла, что это произошло…