Глава 13

Помимо подарков, без которых вполне можно было обойтись, субботнее приключение принесло мне еще один дополнительный бонус. Когда я пришла в «Ворон и молот» во вторник, меня встретили аплодисментами. Не успела я понять, что происходит, как меня уже окружила дюжина полузнакомых лиц – все поздравляли с победой в драке с магом и спрашивали, как я себя чувствую. Фиолетовый фонарь у меня под глазом стал желто-зеленым, но и в таком виде светил издалека. Наконец, ошарашенно хлопая ресницами, я прорвалась на кухню. Рэмси поднял глаза от стола, на котором резал помидоры.

– Как дела? – спросил он. – Слышал про твою эскападу.

– Как вышло, что все уже в курсе? – проворчала я, убирая на полку в кабинете сумочку и новый ярко-розовый зонтик. – Сплетничаете тут, как старухи.

Рэмси откинул с глаз темные волосы.

– Новости расходятся быстро. Син рассказала другим алхимикам, те – колдунам, а колдуны всем остальным.

– Син? – настороженно переспросила я. – А что именно она рассказала?

– Лично я слышал историю о том, как Аарон попал в засаду, один против шестерых, и ты, с одним зонтиком и краденым артефактом, спасла его задницу. – На его лице промелькнула тень сомнения. – Ты что, правда бросилась в драку против шестерых магов в одиночку?

Я поморщилась: меня смущало всеобщее внимание к моей персоне.

– Ну да, а что еще оставалось? Позволить им его утащить?

– Крепкий ты орешек, Тори. – Лицо Рэмси стало неожиданно серьезным. – А что за артефакт ты украла?

– Что?.. А, ты про карту. – Я повязала фартук и вытащила из кармана даму пик. – Отобрала ее у колдуна. Он этой картой повернул огонь Аарона против него самого.

Рэмси бросил недорезанные помидоры, стянул латексные перчатки, взял в руки карту и стал разглядывать.

– Отражающее заклинание? – присвистнул он. – Это редкость. А как звучит?

– Э-э-э… Ori repercutio.

– Ух ты! Обалдеть! – Глаза у него заблестели. – Я специализируюсь на таких арканах – оружии противодействия другой магии, и от этой штуки исходит такая скрытая аура, ты просто не поверишь. Непростая штучка.

Нахмурившись, я забрала у него карту.

– Скрытая аура? А по-моему, карта как карта.

– Это говорит только о том, что у тебя нет дара арканы. Но такой артефакт может использовать кто угодно, магические способности тут не нужны.

– Эта штука не очень-то надежная. У меня только один раз сработала.

– Разные заклинания действуют по-разному. – Рэмси оперся на стол. – Аркана извлекает энергии из природного мира и придает им форму и цель. На создание заклинаний могут уйти часы, недели, месяцы и даже годы, в зависимости от сложности результата.

Хм. Сколько же времени ушло на создание заклинания для дамы пик?

– Как-то непрактично.

– Да, поэтому боевые колдуны используют специальные инструменты, и самые распространенные из них – чары и артефакты. Чары – это такой кантрип… извини, тут нужно объяснять с самого начала. Кантрип – это короткое однорунное заклинание. Давай покажу.

Он шагнул в кабинет, взял со стола стикер и ручку и начертил на бумаге какой-то странный символ. Вернулся на кухню и поднял эту бумажку над раковиной.

– Igniaris.

Стикер вспыхнул, хищные языки пламени взметнулись неожиданно высоко. Рэмси отдернул руку, и горящая бумажка упала в раковину.

– Вот это и есть кантрип. А чары – это уже готовый кантрип, многоразовый, который не надо рисовать каждый раз заново. Он должен быть нарисован идеально, иначе не сработает, так что в спешке лучше даже не пробовать. – Рэмси достал из кармана большую монету с выгравированным в центре символом. – Вот эта штука гарантированно будет работать каждый раз. Чары – самая быстрая магия, доступная колдуну, но силы в них немного.

Огненное заклинание мне слабым не показалось, но, может, просто потому, что для меня любая магия была чем-то невероятным.

– А артефакт – это магический предмет, в котором заключено сложное заклинание. На его создание уходит несколько дней, а то и недель работы, зато он действует гораздо сильнее чар. Многоразовые артефакты – самые ценные, но их нельзя использовать несколько раз подряд, это тебе не пистолет. Они накапливают энергию, а когда ее израсходуешь, приходится ждать перезарядки.

– А, так вот почему не каждый раз срабатывает. А сколько времени нужно на перезарядку?

– Зависит от заклинания. Одним артефактам хватит пары минут, а другим требуется несколько дней или недель.

Даму пик до меня использовал колдун – не помню, правда, сколько времени после этого прошло. Больше двух минут, но, пожалуй, меньше семи… как-то так.

Рэмси постучал по карте пальцем.

– Все заклинания для артефактов начинаются с ori – это пробуждает магическую силу. А затем идет командное слово или фраза. Repercutio – значит отражение или ответный удар.

– Хм… То есть нужно просто повернуть карту в ту сторону, откуда тебе грозит магическая атака, произнести заклинание, и она отразит ее?

– До известной степени. У этого заклинания есть свои ограничения, хотя заранее трудно предсказать, на что у него хватит силы. И все-таки… – Рэмси выпрямился. – Это ценная вещь. Если решишь продать, дай мне знать.

– Хочешь купить?

– У меня таких денег нет, но я мог бы найти тебе покупателя. Как я уже сказал, я коллекционирую подобные вещи, так что кое-какие связи у меня имеются.

– А сколько она стоит?

– Двадцать пять или тридцать точно дадут, готов спорить.

Я скривилась. Что у него, тридцать баксов не найдется?

– Кажется, мы по-разному понимаем слово «ценный».

– Хочешь сказать, тридцать тысяч долларов для тебя не ценность?

– Что?.. Я-то подумала… Да, это большие деньги. Если решу продать, дам тебе знать.

Стараясь не показывать своего потрясения, я сунула даму пик обратно в карман. Отметила для себя: не терять.

– Да, и знаешь что, Тори? Держи язык за зубами. – Рэмси отвернулся к раковине и принялся мыть руки. – Людям не разрешается владеть артефактами. Многие маги будут рады тебя от него избавить, хочешь ты того или нет.

М-да, весело, ничего не скажешь. Интересно, а своих товарищей по гильдии он тоже имел в виду, когда предупреждал меня, чтобы остерегалась магов?

Я вернулась в бар и увидела, что Аарон и Кай уже тут как тут – они сидели на барных стульях, склонив головы над ноутбуком. Я коротко поздоровалась с ними, расставила все необходимое на стойке и стала принимать заказы у дюжины посетителей, ожидающих напитков, а заодно подробностей о субботней схватке с бандой головорезов.

Когда у меня выдалась свободная минутка, к Аарону и Каю уже подсела Син, ее синие волосы блестели в тусклом свете ламп. Я подошла, она сдержанно улыбнулась мне, и я ответила такой же сдержанной улыбкой.

– Как твои ушибы? – спросила она.

– Быстро заживают. Крем, который ты мне дала, действует потрясающе. – Подавая ром с колой Аарону и Каю, я спросила ее: – Будешь что-нибудь?

– Пока нет, спасибо.

Я вытянула шею, чтобы заглянуть в ноутбук:

– Над чем это вы работаете?

Аарон откинулся назад.

– Я звонил родителям, но они по своим каналам не могут выяснить, что за маги решили попользоваться деньгами нашей семьи.

– Я вот думаю, не связано ли это с тем отступником-колдуном, которого мы накрыли в субботу, – сказал Кай, барабаня по клавиатуре. – Хотя это реакция слишком быстрая.

– А сами нападавшие? – спросила я. – Разве нельзя их допросить?

– Все успели удрать до того, как появились полицейские. Мы так и не знаем, кто они и откуда. – Кай поднял глаза, и в его взгляде сверкнуло мрачное веселье. – Значит, теперь Аарон будет присматривать за тобой, а я за Аароном, пока мы не выясним, кто на него охотится.

Аарон страдальчески вздохнул.

– Здесь-то мне нянька не нужна. В штаб гильдии никакой дурак не сунется.

– Это верно. – Кай придвинул ноутбук поближе. – Но мне все равно нужно поработать.

Вечер пролетел быстро. Забегала Клара, поохала над моим глазом и поблагодарила за помощь Аарону. Я получала все новые поздравления (похоже, у магов синяк под глазом считается поводом для празднования?), но больше всего меня удивило, что Аарон нисколько не преуменьшал опасность ситуации. Наоборот, если я слишком скромничала, отвечая на расспросы, он меня поправлял: подчеркивал, что, если бы я не пришла на помощь, его бы здесь не было. Я-то думала, парень с таким раздутым эго, как у него, ни за что на свете в таком не признается.

Когда Син (она сегодня работала в алхимической лаборатории в подвале) поднялась в паб за содовой, Аарон как раз пересказывал эту историю колдуну Линдону.

– Неужели его это не задевает? – вполголоса спросила я у Син, передавая ей колу. – Охота ему всем рассказывать, что не справился без чужой помощи?

Син уселась на барный стул и пожала плечами.

– Маги – крутые ребята, а Аарон у нас один из лучших. Если уж он признает, что ему понадобилась помощь, это говорит только о том, как сильны были его противники. Мы все и так знаем, что он не дурак и не хлюпик.

– Хм… – Я налила себе колы. – А Кай с Эзрой?

– У Кая нет такой силы, как у Аарона, но он пришел в нашу гильдию уже отлично натренированным и вышколенным. Я бы точно не хотела иметь его своим врагом. – Она помешала в стакане соломинкой. – А что касается Эзры… он неплохо владеет магией, но до Аарона с Каем ему далеко. Тут многое решает генетика. У кого-то в роду исключительный дар, а у кого-то нет.

Аарон и Кай никогда не давали понять, что Эзра слабее их, но когда они ловили того отступника-колдуна, Эзра оказался единственным, кто пострадал в схватке.

Я глотнула колы. Мне вспомнилась невидимая ярость Эзры, от которой в комнате стало холодно и свет померк. Неужели слабый маг способен на такое в минуты гнева? Впрочем, что я в этом понимала?

– Они, кажется, хорошие друзья, – пробормотала я.

– Лучшие, – согласилась Син и подперла подбородок рукой. – Аарон с Каем еще подростками были неразлучны, как братья, и в гильдию вместе пришли. А через год или два появился Эзра, подал заявку, и Аарон с Каем взяли его под крыло – по крайней мере, так мне рассказывали. Когда я с ними познакомилась, их уже водой было не разлить.

Последние слова прозвучали как будто с досадой, и я вопросительно подняла бровь. Син оглянулась, не подслушивает ли кто, и наклонилась поближе.

– Я никогда еще не встречала трех таких безумно сексуальных парней, которых невозможно заманить на свидание, – возмущенно прошипела она. – Кай вечно встречается с пятью девушками одновременно, Аарон только с теми, кого, по его представлениям, могли бы возненавидеть его родители, а Эзра вообще убегает и прячется, если пытаешься с ним флиртовать. Нет в жизни справедливости.

Выплеснув негодование, она снова стала чопорно потягивать свою колу.

Я удивленно уставилась на нее:

– Аарон встречается только с теми девушками, которых возненавидели бы его родители?

– Может быть, не специально, но закономерность прослеживается. – Она махнула рукой. – Впрочем, извини, я отвлеклась. О чем мы говорили?

– Хм… – Я и сама уже не помнила. Аарон ведь хотел пригласить меня на свидание, перед тем как засада сорвала его планы. Значит, он видел во мне девушку, которая может не понравиться его родителям? Я внутренне улыбнулась. Злить родителей – это я и правда неплохо умела.

Син покрутила в пальцах соломинку.

– Честно говоря, Тори, я удивлена, что ты пришла сегодня.

– Удивлена?

– Я ожидала, что ты сбежишь. Мы ведь не очень-то тепло тебя встретили. – На ее лице промелькнуло виноватое выражение. – А потом за тобой кто-то увязался по дороге домой, на Аарона напали ни с того ни с сего, тебя втянули в драку и избили. Работать с магами – дело рискованное, особенно если не владеешь защитной магией, а «Ворон и молот» – не самая безопасная гильдия. Я думала, ты уйдешь и дорогу сюда забудешь.

Она выжидающе смотрела на меня, но я молчала. Мысли путались. Теперь, когда Син высказала это вслух, мне тоже казалось очевидным, что после смертельно опасного приключения бросить работу в гильдии было бы самым разумным решением, однако до сих пор я даже не задумывалась об этом всерьез. Может, со мной что-то не так? Может, меня опасность как раз и привлекает?

Я почувствовала в животе какой-то странный холодок. Пожалуй, я не столько к опасности тянусь, сколько ненавижу скуку. А здесь, с этой публикой, уж точно не соскучишься.

После смены Аарон отвез меня домой на своей старой красной машине. Кай втиснулся на заднее сиденье, уступив мне место рядом с водителем. Никаких следов слежки, никаких потенциальных похитителей мы по дороге не заметили.

Вся неделя прошла спокойно и обыденно. Утром в колледж, после занятий – пешком в «Ворон и молот», поболтать с Аароном (в компании Кая или Эзры), а иногда и с Син – когда она поднималась из подвальной лаборатории чего-нибудь выпить или перекусить. Теперь, когда она больше не устраивала диверсий, с ней было приятно общаться. Она принесла мне искренние извинения, и я решила ее простить… К тому же у меня было подозрение, что в роли змея-искусителя в этой истории выступила Тавифа.

Однако главное различие между первой неделей и второй было в самой атмосфере. После того как я, рискуя жизнью, выручила из беды члена гильдии, в отношении магов произошел колоссальный сдвиг. Не то чтобы я очутилась вдруг в волшебной сказке и купалась во всеобщем обожании, но все же реакция на мое присутствие стала гораздо теплее.

Многие посетители теперь улыбались мне и были не прочь перекинуться парой слов. Приветствия стали дружелюбнее. Чаевые щедрее. Веселость больше не исчезала с лиц посетителей, когда они подходили к моей стойке. Вначале я думала, что в будние вечера тут пустовато, но теперь стала подозревать, что многие не хотели приходить из-за меня. Теперь же в баре стало многолюднее, оживленнее и куда веселее. Смех, шутки, бесконечные подколы и розыгрыши. Развлечения и дурачества подвыпивших магов.

Были и те, кто по-прежнему меня презирал, но таких становилось все меньше. В те вечера, когда дежурила Тавифа, можно было с уверенностью ждать неприятностей. Она всегда появлялась в самый неподходящий момент, и, хотя ее холодные замечания никогда не были откровенно враждебными, к тому времени, как она исчезала наверху, у меня внутри все кипело от обиды и злости. Ее виртуозное умение дать понять, что мне здесь не рады, и впечатляло, и обескураживало.

С ведьмой Сильвией мы заключили холодное перемирие. Телекинетик Лиам извинился передо мной и больше не повторял своих отвратительных выходок. Яснослышащий книжный червь Том заходил каждый вечер – выпить пару коктейлей и почитать в своем любимом дальнем углу. Алиса, девушка с волосами бананового цвета, держалась отчужденно и так задирала нос, что просто удивительно, как она еще не споткнулась и не разбила его – впрочем, меня это мало волновало.

У троицы придурковатых охотников на вампиров – Сьерры, Даррена и Кэмерона – открылся настоящий талант: когда их никто не слышал, они изощрялись во всевозможных оскорблениях в мой адрес. Но я тоже не терялась. В последний раз, когда Даррен нарочно разлил по всей стойке свежеприготовленный «Лонг-Айленд Айс Ти», я, наливая содовую, пустила ему в лицо струю из пистолета с газировкой. Получи, гаденыш.

Дела шли все лучше. Веселее, интереснее. Я уже знала, кто всегда готов к добродушным подначиваниям, а кто постоянно не в духе. Кто любит поболтать, а кто терпеть не может пустых разговоров, кто умеет веселиться и веселить других, а от кого одни неприятности.

И все это время Аарон вместе с Каем или Эзрой составляли мне компанию и приходили на помощь, если кто-то вел себя по-свински. Впервые за долгое время я шла на работу с удовольствием.

Неделя прошла отлично, и, когда снова наступила суббота, я встретила ее в приподнятом настроении. Аарон и Эзра обосновались в дальнем конце бара: Аарон играл в какую-то видеоигру, а Эзра за него болел. Паб оживленно гудел, я без устали носилась на кухню и обратно, принимала заказы и разливала напитки.

Когда предвечернее оживление немного схлынуло, я подошла с подносом к одному из столиков. Обычно я не подавала еду, посетители сами подходили за ней к бару, но девушка, сделавшая заказ, сидела за столиком одна и раскладывала карты в каком-то странном порядке.

Я пристроила поднос на единственный свободный угол.

– Еще что-нибудь?

– Нет, это все. Большое спасибо. – Девушка рассеянно улыбнулась мне и протянула руку. – Кстати, я Сабрина.

– Тори. Очень приятно.

Сабрина поерзала на стуле. Ее большие карие глаза выделялись на лице благодаря ярким теням и накладным ресницам.

– Ты ведь много времени проводишь с Аароном и Каем, да?

– На работе, – уточнила я. – Да.

– А у тебя нет их телефонов? Я потеряла номера, а попросить снова никак не соберусь.

Ее невинный тон меня почему-то насторожил.

– Извини, тут я не могу помочь.

– Эх… – удрученно вздохнула Сабрина, поправляя стриженные под боб светлые волосы, уложенные идеально, как в салоне.

– А почему ты сама не спросишь? Аарон же здесь.

Я повернулась, чтобы окликнуть его, но Сабрина замахала рукой:

– Нет-нет, не надо. Я лучше потом.

– Угу.

Она собрала карты и лучезарно улыбнулась, словно хотела отвлечь мое внимание.

– Хочешь погадаю?

На обратной стороне карт, которые она только что сложила в аккуратную стопку, красовались золотое солнце и луна, образующие символическую пару ян-инь, а на лицевой – рисунки тушью. Таро. Обычно я только посмеивалась над подобными вещами, но сейчас-то я в гильдии магов, а значит…

– Ты только что гадала на этих картах, Сабрина. – Какая-то старушка подошла к столу и взглянула на него сквозь очки в бирюзовой оправе. – Перед новым гаданием нужно очистить колоду.

– Я умею обращаться с картами. – Сабрина излишне резким движением подровняла колоду. – Отвяжись, Роза.

Недовольный взгляд Розы смягчился, и она приветливо мне улыбнулась. Из-под ее вязаной шапочки выбивались легкие белые пряди.

– Я бы с удовольствием сама погадала тебе, дорогая. Сабрина – слишком юная прорицательница, она еще только учится своему ремеслу. А у меня многолетний опыт, и…

– Роза, отвяжись! – рявкнула Сабрина. – Садись, Тори.

– Э-э… – Я взглянула на самоуверенное лицо Розы, потом в умоляющие глаза Сабрины и неохотно присела. – Мне никогда… м-м-м… еще не гадали.

– Да это все равно бессмысленно, если только не имеешь дело с настоящим прорицателем, – весело сказала Сабрина, с фантастической скоростью тасуя свою колоду. – Гадание не предсказывает будущее, как уверяют шарлатаны, оно лишь проливает свет на то, какие силы действуют в твоем окружении и какой путь – может быть, один из многих – лежит перед тобой.

Роза хихикнула.

– Колода не очищена, а значит, энергия предыдущего гадания все запутает. И к тому же гадать здесь, в таком шуме и суете?

– Ничего подобного, – огрызнулась Сабрина. – Я знаю свои карты, Роза.

Пожилая дама усмехнулась.

Сабрина протянула мне колоду.

– Сначала перетасуй карты, чтобы передать им свою энергию.

Я посмотрела на карты с некоторой опаской.

– Гм… а это долго? Мне нельзя бросать бар…

– Всего пара минут, не волнуйся. Давай, перетасуй. А пока тасуешь, мысленно задавай вопрос, на который больше всего хочешь получить ответ.

Я взяла потрепанные карты, еще теплые от рук Сабрины. Неумело тасуя их, задумалась, о чем бы спросить. И сразу же в голове возник вопрос: что меня ждет?

Мне казалось, я понемногу обживаюсь здесь… становлюсь своей. Мне это нравилось. Можно было расслабиться, не плясать каждую смену на тонком льду, не ждать, когда упадет топор гильотины и я опять останусь без работы. Но ведь это ненадолго. Как только Дариус вернется с конференции, он подпишет мои документы, и Магипол вышвырнет меня обратно в мир людей.

Да и не только в этом дело. На этой работе я уже столкнулась со столькими опасностями, как ни на какой другой. Те, кто напал на Аарона, так и разгуливают на свободе, их личности не установлены. И вдобавок ко всему Тавифа ненавидит меня всеми фибрами души. И не она одна.

Что же мне делать? Что меня ждет?

– Пожалуй, хватит, – сказала Сабрина. – Теперь сними карты.

Я сняла и отдала колоду ей. Она погладила верхнюю карту, ее взгляд стал рассеянным.

– Отлично. Твоя энергия передалась картам.

Замедленными, словно во сне, движениями она сняла верхнюю карту, положила на стол лицевой стороной вниз, потом проделала то же самое со второй. Одну за другой она выложила на стол семь карт в форме буквы «V».

Роза фыркнула.

– Я бы на твоем месте сделала расклад «Кельтский крест», если хочешь по-настоящему глубокого…

– Роза, умолкни! Это тот расклад, которого хотят карты. – Сабрина уселась поудобнее и коснулась пальцами первой карты. – Это твое прошлое.

Она перевернула карту: на лицевой стороне были нарисованы украшенные драгоценными камнями кубки. Карта легла нижней стороной ко мне, то есть Сабрина видела ее вверх ногами.

– Шестерка Чаш, перевернутая. Это говорит о том, что твое прошлое влияет на будущее. – Она открыла следующую карту, с изображением накренившегося здания. – Твое настоящее – Башня. Внезапная крутая перемена только что разрушила привычный ход твоей жизни.

Внезапная крутая перемена? Ну да, конечно. С этой работой все пошло кувырком. Но это не так уж и плохо.

Сабрина перевернула третью карту, с изображением клинков.

– Семерка Мечей. Хм…

– Что это значит? – спросила я.

– Третья карта в раскладе показывает скрытые силы, влияющие на твою жизнь, а Семерка Мечей означает… обман. Кто-то старается ввести тебя в заблуждение.

Роза усмехнулась, Сабрина бросила на нее свирепый взгляд и протянула руку к следующей карте.

– Эта карта – ты сама. – Сабрина перевернула ее. – Отшельник.

Я сморщила нос при виде изображения бородатого старика.

– Очень лестно.

– Отшельник – карта мудрости и гордой независимости. Но она перевернута. – Сабрина ткнула в карту пальцем, и я вспомнила, что на расклад нужно смотреть с ее стороны, а не с моей. – Перевернутая карта означает, что сила Отшельника может обернуться слабостью.

По моей спине пробежал холодок. Если честно, становилось жутко.

– А дальше?

– Пятая карта – твое окружение. – Сабрина перевернула карту, и я увидела человека в доспехах с мечом. – Рыцарь Мечей. Преданность, решительность, храбрость. Это то, что тебя окружает. Но… – Она перевернула следующую карту. – Восьмерка Мечей. Ты боишься привязанности. Держишь себя в узде.

Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце.

– А последняя?

– Последняя карта – итог, конец пути. Думай о своем вопросе. – Сабрина, глядя отсутствующими глазами куда-то вдаль, протянула руку к карте и перевернула ее. – Ой!

Роза ахнула.

Я молча смотрела на карту, чувствуя, как все холодеет внутри. На ней была тщательно прорисована мрачная фигура с окровавленной косой.

– Э-э-э… я правильно поняла?

Сабрина деликатно кашлянула.

– Это карта Смерти, но это не значит, что ты умрешь. Это карта перерождения – конца и нового начала.

М-да, слабое утешение.

Сабрина простерла руки над раскладом Таро и какое-то время сидела молча, рассеянно переводя взгляд с одной карты на другую.

– Вокруг тебя назревает конфликт. Ты попала в водоворот резких перемен, а в тени кроется обман, которые еще сильнее притягивает конфликт. Твое прошлое преграждает дорогу будущему, но, хотя до сих пор ты шла по своему пути одна, теперь к тебе хотят присоединиться другие. Тебя ждут еще более крутые перемены, а вот какие… – она легонько дотронулась до Восьмерки Мечей, – зависит от страха, который владеет твоим сердцем.

Зловещая тишина повисла над столом. Я перевела взгляд с рушащейся башни на зловещий призрак смерти, потом на рыцаря в доспехах с поднятым мечом и, наконец, на Аарона с Эзрой, которые плечом к плечу сражались на ноутбуке с инопланетянами.

– Конфликт – да, но Мечи несут совсем другое послание, – заявила Роза. Она ткнула пальцем в Шестерку Мечей, в Рыцаря, а затем в Восьмерку Мечей. – Тайны. Правда. Риск. Опасные тайны станут испытанием на верность для самых сильных твоих союзников, и, если ты будешь искать правды… – ее взгляд упал на карту Смерти, – коса жнеца нависнет не только над тобой.

Сабрина оттолкнула руку Розы и свирепо фыркнула:

– По чужим картам нельзя сделать точное прорицание. Это даже новички знают. – Она собрала семь карт и сложила их обратно в колоду. – Тори, о чем ты спрашивала карты?

Я проглотила комок.

– Что со мной будет дальше.

Сабрина с Розой обменялись долгими загадочными взглядами, заставившими меня занервничать еще сильнее.

– Ага, – пробормотала Сабрина. – Ну-у… ты должна понимать, что карты не определяют будущее. Они показывают путь, по которому ты идешь сейчас, но в твоей власти переломить судьбу. Измени свое сердце, и изменишь путь.

– Ясно. – Я принужденно улыбнулась. – В любом случае мой вопрос был довольно расплывчатым. В ближайшем будущем меня ожидает поход по магазинам на Робсон-стрит. Может быть, кто-нибудь попытается стащить у меня кошелек.

Сабрина засмеялась.

– Вряд ли карты могут предсказать такое, но ты права. Беспокоиться не о чем. Просто помни об этом прорицании.

– Ей стоит серьезно отнестись к тому, о чем я ее предупредила, – возразила Роза. – В раскладе ясно читаются конфликт и опасность. Жизнь и смерть зависят от какой-то тайны, которую она должна раскрыть, прежде чем…

– Куда ты собираешься за покупками? – громко перебила Сабрина. – Я больше всего люблю магазин на Беррард-стрит.

Я улыбнулась и стала перечислять свои любимые магазины. Роза отошла, бросая через плечо сердитые взгляды на юную конкурентку. Я еще немного поболтала с Сабриной и вернулась к работе, стараясь не думать о предсказании, однако зловещие слова так и крутились в голове.

Я была бы рада отмахнуться от них как от дикого бреда, но за последние пару недель я уже столько раз имела дело с магией, что теперь не могла просто забыть об этом гадании, как бы ни хотелось.