Глава 9. Последний совет Эмри Тэна

— Ну, и где он? — сурово, но едва слышно спросил Владыка, глядя на ослепительно улыбающуюся Маори, к которой сразу после ухода Ки подошли близнецы. Девушка была самую чуточку слишком счастлива, из чего можно было заключить: она в гневе.

— Лакей доложил, что Мэстре Ки сейчас в одиночестве проводит время в саду, — негромко сказал Эмри Тэн.

— И что он там делает? — Владыка приподнял бровь.

— Балуется, — развел руками советник. — Плавает в фонтане и рассеивает водную пыль, любуясь радугами.

— Он что, с ума сошел? — Владыка даже глаза расширил, нарушив свою привычную невозмутимость.

— Не исключено, — усмехнулся Эмри Тэн. — Но, честно говоря, вспоминая вашу молодость, я тоже мог бы назвать парочку подобных эпизодов. Или пару десятков. Мальчик просто пошел в отца.

— Я никогда не позволял себе подобного без причины, — едва заметно возмутился Владыка, еще понизив голос — уже до едва различимого шепота.

— Ну да, — тут же послушно закивал советник. — Причины для переживаний у вас всегда находились. В основном, любовного характера, если я правильно помню.

— Хочешь сказать, мой сын влюблен? — Владыка повернул голову.

— Я бы удивился, если б это было не так, — хмыкнул советник. — В его возрасте это совершенно нормально.

— Как некстати, — тяжело вздохнул Владыка. — Как бы он не испортил помолвку.

— Ки — умный мальчик, разберется, — успокоил его советник. — Он ведь не убежал, а всего лишь вышел погулять и подышать воздухом вдали от людей. Учитывая его склонность к затворничеству, это неудивительно. К обеду вернется. Давайте дадим ему время, а сами пока займемся Лу Тенга, пока он не поговорил с дочерью: девушка наверняка оскорбилась столь быстрым уходом жениха. Неплохо бы отвлечь его. До праздничного обеда уже недолго осталось.

Владыка кивнул, и они подошли к травоголовым, беседующим о чем-то с двумя другими членами Совета. Завязался сначала ни к чему не обязывающий разговор об урожае и ценах на пшеницу. Затем он плавно перетек в обсуждение вкусов современной молодежи и их разнузданности. Эмри Тэн заверил Лу Тенга, что его дочь держится образцово и никак не может служить примером дурного поведения. В ответ прозвучал комплимент достоинству сынов Ветра, и разговор ушел в обсуждение политических браков.

— Слышал, в народе Песков крайне вольно относятся к поведению молодежи, — Лу Тенга недовольно поджал губы и сморщил нос. — В нашем княжестве и речи не может идти о том, чтобы заключить брак только потому, что у кого-то взыграла кровь. Это все зависит от воспитания. Я даже представить не могу, чтобы моя дочь позволила какому-нибудь бродяге из захудалого рода за собой ухаживать. Да она скорее умрет, чем позволит себя так опозорить! Брак — это сложная и многоуровневая сделка, участие в которой принимают вовсе не два человека, а как минимум две семьи, а то и несколько княжеств разом. Подумайте только: как много бед может принести ошибка в таком вопросе! Распределение приданого и наследства, разделение должностей в семейном деле, разность во взглядах в воспитании детей, в конце концов! А, не дай боги, княжескому наследнику достанется в жены неспособная к деторождению девица? Это же никак не исправить, только травить несчастную. А ведь она могла бы пригодиться, чтобы скрасить старость какому-нибудь овдовевшему старику вроде меня. Я, правда, на покой пока уходить не намерен. Напротив, не прочь был бы родить еще пару наследников — благо, есть еще, что им завещать.

— Ну что вы, — поддержал разговор Владыка. — Какой же вы старик? Вы как раз в самом расцвете сил. Мой дед в вашем возрасте только-только начал покорять океаны и спустя десять лет присоединил-таки Морское княжество к нашей стране.

— Прекрасный пример для подражания! — оживился князь Лесов, явно польщенный этим сравнением. — У меня столько планов и достойных целей. Жаль, придется все-таки отдать Маори замуж: она была чудесным помощником в моих делах. Надеюсь, она и здесь будет также полезна. Позаботьтесь о ней как следует: девушка талантлива и принесет пользу не только как мать будущих наследников.

Владыка едва заметно поморщился: ему-то Маори как раз-таки нужна была именно в княжестве своего отца, куда она поехала бы вместе с Ки, а не в Башне Ветров. Ну да с этим можно было разобраться постепенно. В конце концов, Лу Тенга действительно был стар и вряд ли должен был надолго задержаться на этом свете.

— Мы будем любить ее, как родную дочь, — вместо отвлекшегося брата пообещал Мэстре Чу, тоже подключившийся к разговору.

— Кстати о дочерях, — оживился князь Лесов. — Вон та очаровательная девушка, если я не ошибаюсь, ваша младшая дочь, многоуважаемый Владыка?

Мужчины повернулись к дверям, в которые вошла со стороны сада Лерайя, таща следом за собой странного хмурого парня. Судя по ее сверкающим глазам и улыбке, девушке очень нравилось такое скопление людей и хотелось показать себя, как и любой другой девице в ее возрасте.

— Лерайя, — представил ее Владыка. — Родная сестра Мэстре Ки. Кстати, Эмри, позовите-ка ее к нам: пора уже познакомить общество с моей дочерью.

— Слушаюсь, — советник склонился в поклоне и неспешно пошел в дальнюю часть зала.

— Очаровательна, — восхитился Лу Тенга, поглядев на то, как девица расцвела, повернувшись к советнику и выслушав его слова. — И как похожа на брата. Почему мы ее раньше не видели?

— Она очень молода, — покачал головой Владыка. — Мать не выпускала ее до недавнего времени из родного пруда.

— Но девушка явно созрела, — князь Лесов оценивающе прищурился, оглядывая ладную фигурку, затянутую в шелка, что устремилась к ним едва ли не вперед неторопливого советника. — За кого вы ее просватали?

— Мы еще не думали над этим вопросом, — пояснил Владыка. — Не до того было.

— Понимаю, — покивал Лу, не сводя с приближающейся девицы глаз. — Выбор наследника — сложная задача. При решении таких вопросов можно и забыть ненароком о спрятанной где-то в пруду подрастающей девчушке. Но до чего же превосходно слажена. Похожа на мать. Кстати, что-то давно не видно вашей морской княгини. Поди, ждет еще одного ребеночка?

— Нет, — Владыка покачал головой. — Хватит с нее и двоих, я ее больше не посещаю. Прошло то время, когда мне срочно нужен был наследник. Теперь их сразу трое. Честно говоря, подумываю отпустить мать Ки на родину: свой долг перед государством она уже выполнила.

— Не сочтите за грубость, но мне кажется, это крайне нерационально, — возразил Лу Тенга. — Сильная и здоровая женщина, что произвела на свет двоих прекрасных детей, просто обязана родить еще нескольких! В этом суть существования женщины. Да, разумеется, женщина также может быть умна и полезна в других делах, но главное — она должна рожать детей.

— Женщина никому и ничего не должна, — вдруг раздался молодой голос. Все повернулись к необычно яркому юноше в чужеземных одеждах, что счел нужным проследовать вместе со своей спутницей. Юноша вскинул голубые глаза и уставился на князя Лесов, недовольно нахохлившись. Дочь Владыки испуганно на него покосилась, потом повернула голову к мужчинам и ослепительно им улыбнулась.

— Здравствуйте, — слегка смягчила она невоспитанность своего спутника и сделала вежливый книксен.

— Мое почтение, — спохватился молодой человек и зачем-то поклонился. — Меня зовут Онри Йорсон, я друг Мэстре Ки. Простите, что вмешался, но мне кажется, если не занимать все время женщины воспитанием детей, она тоже может заниматься каким-нибудь серьезным делом.

— Постойте, молодой человек, но кто же тогда будет рожать детей? — насмешливо уставился на него Мэстре Чу.

— Трех детей вполне достаточно для того, чтобы население не уменьшалось, — возразил юноша. — Для рождения троих нужно максимум пять-шесть лет. Если дать женщине достойное образование, остальное время она сможет трудиться наравне с мужчинами. Я не имею в виду физический труд, разумеется. Но считать, к примеру, или вести переговоры женщина может не хуже мужчины.

— Но кто же тогда будет заботиться о детях, хозяйстве и уюте в доме? — все с той же снисходительной усмешкой поинтересовался Мэстре Чу.

— Подобные обязанности всегда можно разделить поровну между мужем и женой, если у них нет денег на прислугу, — пояснил дерзкий юноша. — А для малышей и вовсе можно открыть что-то вроде простеньких школ, где их будут и учить, и развлекать.

— Ну вот, я же говорю: воспитание современной молодежи оставляет желать лучшего, — презрительно усмехнулся Лу Тэнга, демонстративно не вступая в перепалку, а обращаясь к Владыке. — Ни вежливости, ни обходительности, ни уважения к старшим. А идеи, царящие в их головах и вовсе возмутительны. Поставить мужчину к плите или заставить стирать грязные пеленки — нонсенс! И как можно отдать своих детей на воспитание неизвестно кому? В каждой семье есть свои ценности, и их нужно передавать ребенку напрямую.

— Но ведь жена, что сидит с детьми круглыми сутками, в любом случае не может передать ценности семьи мужа хотя бы потому, что саму ее взяли совсем из другой семьи, — возразил юноша, совершенно не стесняясь спорить даже при Владыке. — Вот если б после свадьбы молодая семья переселилась в дом рода жены…

— О, боги! — перебил его Мэстре Чу и закатил глаза. — Молодой человек, кто натолкал в вашу голову таких возмутительных идей?

— Действительно, — чуть более мягким голосом поддержал его Эмри Тэн. — Не пугайте юную даму перспективой трудиться наравне с мужчинами. Женщинам хватает переживаний и по поводу рождения детей — функции, как верно отметил Лу Тэнге, совершенно от женского рода неотъемлемой.

Лерайя смущенно потупила очи.

— Труд женщин ничем не легче, чем мужской, — стоял на своем юноша. — Мужчины просто неспособны полноценно погрузиться в их жизнь, поставить себя на место своих жен. Уверен: поменяйся любой из вас местами со своей супругой хоть на неделю, сразу же переменил бы свое мнение. Женщинам следует дать больше свободы в их жизненном выборе, освободить от навязанной устаревшими традициями семейной рутины.

— Когда женщина перестанет рожать детей и начнет пробивать себе путь в обществе, наступит конец нашего мира, — непререкаемо заявил травоголовый старик, развернувшись, наконец, к наглецу и уставившись на него в упор.

— Если относиться к женщинам с достоинством, они не откажутся рожать и никакого «конца мира» не будет, — с уверенностью возразил молодой человек. — Не нужно возводить все в абсолют: дети рождались и будут рождаться независимо от того, насколько свободны их матери.

— Ну, разумеется, — Лу Тенга презрительно поджал губы. — Потому что гулящие девки продолжат рожать, как и прежде. Вот только их отпрыски больше не будут подыхать с голоду в подворотнях: за ними начнется настоящая охота, ведь всем нужны будут хоть какие-то наследники. Древние, действительно мудрые семьи исчезнут, а их место займут беспутые смерды.

— Может быть, не стоит обсуждать такие темы в присутствии юной дамы? — осторожно вмешался советник, обратив внимание спорящих на совершенно смущенную Лерайю.

— А вот мы ее и спросим, — сказал Лу Тенга и улыбнулся девушке. — Прелестница, скажите нам свое мнение: вы предпочитаете заниматься детьми или, скажем, разводить свиней?

— Э-э, — Лерайя растерялась и ухватилась покрепче за своего спутника, как будто пытаясь спрятаться за его спину. — Детьми, пожалуй.

— Вопрос сформулирован заведомо неверно, — возмутился юноша. — Мало кто любит разведение свиней. К тому же, Лерайя слишком юна и младшая в семье: она попросту не понимает, как это сложно — быть матерью и заботиться о детях.

— Послушайте, молодой человек, — повысил голос Мэстре Чу, снова вмешиваясь в разговор. — Вы уже не первый раз суете нос не в свое дело. Мэстре Ки слишком многое вам позволяет. Подите прочь, вас сюда не звали.

— Я сопровождаю леди Лерайю, — холодно заметил юноша. — А она составляет мне компанию по просьбе Мэстре Ки. С радостью пойду прочь, как только леди Лерайя освободится.

— Подите оба, — разрешил Владыка, не желая разводить конфликт на пустом месте, да еще и у всех на виду, хотя молодой человек был действительно на редкость невоспитанным.

Юноша поклонился, потянул назад свою спутницу, и они ретировались, сразу же затерявшись в толпе. Владыка проводил их задумчивым взглядом. И где только его сын откопал таких друзей?

Мэстре Чу повернулся к брату и заметил:

— Брат, мне кажется, тебе стоит заняться окружением сына. Эти трое чужеземцев — крайне наглые молодые люди с дурными привычками. Хоть они и талантливы, но не лучшим образом влияют на юного княжича. А теперь, похоже, и на его сестру.

— Это, разумеется, не мое дело, но позвольте выразить свое согласие с вашим братом, Владыка: подобное иномыслие следует пресекать на корню, особенно, когда речь идет о воспитании молодежи, — присоединился Лу Тенга. — В шею надо гнать подобных «друзей» княжичей. Я вообще не понимаю, как такой хам мог попасть на княжеский двор.

— Правило древа, — напомнил Владыка. — Мои ветви — это Совет и мои дети, их ветви — это их личные слуги и прочие приближенные, и так далее. Я сам разрешил Мэстре Ки оставить при себе троих друзей из Аттарии.

— Ветви ветвями, но дети должны слушаться старших, — стоял на своем Лу Тенга. — Это основы основ. Уважение к старшим — залог преемственности поколений и нерушимости нашего общественного склада. Если отец велит, сын должен слушаться. Тем более, это не послушные слуги, а всего-навсего разгильдяи-друзья. Они наверняка пришли вслед за Мэстре Ки только затем, чтобы обосноваться при дворе.

— Когда я встретил двоих его друзей в академии, они пытались напроситься ко мне в свиту, — закивал Мэстре Чу. — Я им отказал, и, видно, они решили пойти другим путем.

— Хм, — нахмурился Эмри Тэн. — Действительно нехороший знак. Честолюбие — не лучшая черта для окружения юного князя.

— Считаете, стоит от них избавиться вопреки желанию сына? — нахмурился Владыка.

— Когда годовалый малыш хватает острый нож, вы же не раздумываете над тем, обидно ли ему будет, если отобрать «игрушку»? — вопросом на вопрос ответил Лу Тенга.

Владыка вздохнул: в последнее время с его сыном произошло так много изменений, что лишний раз его волновать не хотелось. Тем более, что все изменения покамест были в лучшую сторону. Но и князь Лесов был прав: ничто так не портит человека, как дурное влияние лучшего друга.

— Вы правы, господа, — сказал он, немного подумав. — В нашей Башне стало немного тесно, пора выселить пару лишних голов. Чу, займись этим вопросом, пожалуйста.

— Да, брат, конечно, — кивнул Мэстре Чу. — Этим же вечером.

— Кстати о тесноте, — задумчиво протянул Лу Тенга, глядя в ту сторону, куда ушли молодые люди. — Что вы думаете о том, чтобы ваша дочь переехала в княжество Лесов? На правах княгини, разумеется.

— Хотите взять Лерайю в жены? — уточнил Владыка.

— Да, — кивнул Лу Тенга. — Я овдовел еще пять лет назад и давно уже присматриваю себе новую жену, но достойная партия все никак не находится. А ваша дочь прекрасна лицом и телом, здорова и в самом что ни на есть подходящем возрасте. Если Лерайя еще ни за кого не просватана, позвольте предложить свою кандидатуру. Скрепить наши семьи не одним браком, а сразу двумя — что может быть лучше?

Князь Лесов широко улыбнулся, показав редкие зубы.

— Я подумаю над вашим предложением, — серьезно ответил Владыка.

Отдавать девочку за такого старика, разумеется, было не самым лучшим вариантом с точки зрения простых обывателей. И кроме того, при таком раскладе Лерайя стала бы мачехой для жены своего брата, что несколько спутывало семейное древо. Но так у Владыки появилась бы прекрасная возможность еще глубже внедриться в это осиное гнездо под названием княжество Лесов. Кроме того, Лу действительно был стар и не сегодня-завтра должен был отбыть на тот свет. Останься после него в хозяйках юная княжна — дочь Владыки, можно было бы попытаться сохранить власть в ее руках. Еще проще было бы, успей она зачать и родить от этого старика мальчугана. И не нужно было бы отправлять туда Ки. Нет, определенно, идея с еще одной свадьбой была не так плоха. Хотя, разумеется, над ней стоило как следует подумать.

К обеду княжич действительно вернулся. Он выглядел решительным и переполненным какими-то идеями, но вел себя сдержанно. Маори встретила его, поджав губы, но юноша, не дожидаясь ее первых слов, достал из рукава недлинную розу и вручил ей, сопроводив подарок небольшой речью, которую, впрочем, никто не расслышал. Люди, что в этот момент наблюдали за ними, расплылись в улыбках и зашушукались о том, какая это чудесная пара.

— Я же говорил, — тихо сказал Эмри Тэн Владыке. — Мальчик очень даже не глуп. И в сад он ходил не просто так.

Впрочем, вопреки ожиданиям, Мэстре Ки не продолжил свои ухаживания, а, вежливо притопнув ногой, неспешно отошел от невесты и занял свое место подле отца.

— Где ты был? — тихо спросил Владыка, подавая всем знак сесть за стол.

— Мне стало дурно в душном помещении, отец, — невозмутимо ответил юноша, хотя сразу видно было, что он говорит неправду. — И я вышел подышать в сад.

— Хм, — Владыка сдвинул брови и покосился на сына. Тихий и вежливый мальчик, что всегда безропотно исполнял приказы и отвечал на любые вопросы, изменился за несколько месяцев. А если верить отчету его куратора — то и вовсе за пару недель. Более того, он продолжал меняться. Вот теперь, например, Ки явно что-то недоговаривал. Это было неприятно, но в то же время осуждать его за желание иметь собственную жизнь не было никаких причин.

Они сели на свои места. По залу вереницами потянулись услужливые лакеи с подносами.

— Ты слишком мало времени провел со своей невестой, — негромко отчитал его Владыка. — Разве она так неприятна тебе?

— Ослепительная внешность Маори, бесспорно, станет украшением нашего двора, — кивнул княжич, омывая руки в поданной ему посудине, отчего они ненадолго стали прозрачными. — Но зачем же торопить события? Как известно, истинная любовь не рождается от первого же взгляда. Требуется время. Если я начну демонстрировать девушке некие пылкие чувства, разве она не поймет, что они надуманны, что ее пытаются охмурить? Не лучше ли разыграть постепенно растущую приязнь?

Владыка замер, слегка подняв брови: вот уж чего он точно не ожидал от своего сына-затворника, так это развернутой лекции об отношениях. Эмри Тэн негромко рассмеялся.

— Да вы знаток искусства соблазнения, молодой человек, — сказал он. — Но все ж таки будьте осторожны: подобная тактика — это всегда риск. Старые добрые комплименты и подарки куда как надежнее.

— Я это понимаю, советник, — вежливо кивнул княжич. — Но позвольте мне самому решать.

— Хорошо, если самому, — Владыка сдержал желание высказать сыну свое мнение о его выборе друзей. — Плохо, если это чей-то дурной пример. Семья, точнее супруга — это не тот объект, с которым можно играть. С супругой следует быть строгим и порой властным, но уважать ее. Пренебрежение, ложь и снисходительность разрушат твою помолвку быстрее, чем любая искренняя ссора. А нам нужен этот брак.

— Я услышал тебя, отец, — Ки на мгновение склонил голову, но почти сразу же выпрямился. Владыка покачал головой: его сын становился все более самостоятельным и все менее управляемым.

— Мой государь, вы совершенно точно не ошиблись с выбором, — улыбнулся Эмри Тэн, как будто прочитав его мысли. — Мальчик — просто копия вас в молодости.

Владыка повернул голову и возмущенно глянул на друга, но тот уже шарил по столу глазами, делая вид, что выбирает что-нибудь повкуснее из предложенных закусок.

— Мэстре Ки? — раздался у них над головами молодой и нагловатый голос какого-то пузатого поваренка с неестественно рыжей шевелюрой и россыпью таких же ярких пятен на лице. — Специально для вас — королевский лобстер. Добыт и приготовлен лично мною по старинному рецепту королевской кухни из другого мира.

— Онри снова может открывать порталы? — вдруг взволновался княжич, стремительно развернувшись к разговорчивому слуге, что замер над ним с большим подносом в руках.

— Нет, к сожалению, — разочаровал его поваренок. — Это мы с Куном постарались в честь праздника и открыли портал при помощи тех камней, что остались с прошлого раза. Если ваш отец пожелает, я хотел бы и ему предложить блюдо по королевскому рецепту иномирья.

Поваренок склонился в подхалимском поклоне, смутив княжича, и вытянул перед собой потрясающе красочное блюдо, источающее дивный аромат моря и пряностей.

— Отец, это мой друг, — пояснил княжич Владыке. — Джебб — очень талантливый повар и работал при княжеском дворе в другом мире, пока не попал в Аттарию. Сейчас он готовит для меня. Хочешь… разделить со мной эту трапезу?

Владыка посмотрел на сына. Что же все-таки случилось в академии, что он так изменился? Откуда все эти странные друзья и отчего их поведение не раздражает всегда такого вежливого и воспитанного княжича? Напротив: похоже было, что Ки готов их выгораживать и поддерживать во всем.

— Прежде всегда лишь ты делился со мною мудростью и опытом, — с уважением продолжил сын. — Но теперь и мне есть, что тебе предложить. Попробуй.

Поваренок склонился еще ниже.

— Мой повар оскорбится, если приготовленное им для меня блюдо вернут на кухню, — с сомнением сказал Владыка, оглядывая уже стоящую перед ним порцию из княжеской кухни.

— Позвольте я съем, — добродушно предложил Эмри Тэн, потянув к себе тарелку Владыки. — Всегда мечтал попробовать, чем же еда от личного повара князя Ветров отличается от прочей.

— Ну, хорошо, — смирился Владыка, покачав головой по поводу самоуправства старого друга. — Несите своего лобстера, молодой человек.

— Сию минуту! — тут же отмер толстяк, поставил блюдо перед княжичем и умчался в кухню за другим.

— Надеюсь, он меня не отравит, — мрачно сказал Владыка, омывая руки и тщательно вытирая их салфеткой.

— Что вы, отец! — даже немного испугался княжич. — Джебб потому и ушел с прошлой работы, что не захотел больше никого травить.

Владыка медленно повернул к сыну голову.

— То есть… — спохватился княжич, здорово смутившись. — Я за него ручаюсь. Ему нет никаких резонов заниматься подобным здесь.

Владыка вздохнул и вновь подумал о том, что «чистка» Башни от лишних обитателей все-таки необходима: вот так вот, тихо и незаметно пробираются во двор всякие лоботрясы, дураки, честолюбцы и отравители.

Впрочем, вопреки его опасению тайком от сына вколотая в лобстера булавка для выявления яда, которой Владыка не пользовался уже пару десятков лет, не почернела и даже не позеленела, а сам лобстер оказался выше всяких похвал. Но и ничего особенного, кроме поразительно яркого цвета, в нем тоже не было — просто отменно хорошее блюдо. Поваренок был удостоен похвалы, но больше всего этой похвале обрадовался отчего-то не сам иномирец, а княжич: похоже он гордился своими друзьями и их талантами.

Владыка не стал затевать серьезный разговор о друзьях на виду у такого количества народа, и сразу после окончания трапезы сын от него отошел. Пока гостям предлагали удобные места для послеобеденных поэтических чтений, княжич как-то незаметно пробрался поближе к невесте и встал подле кресла, в которое ее усадили.

— Наверняка кто-то из его друзей — дамский угодник, — недовольно прищурился Владыка, глядя, как резко изменилось поведение Ки: он как будто надел маску.

— Разве это плохо? — без особого интереса отозвался Эмри Тэн, потирая большой живот и тяжело дыша: похоже, со стряпней личного повара Владыки он ознакомился слишком основательно. — Поглядите: Маори вроде как и злится, но разговаривает с Мэстре Ки со все нарастающей эмоциональностью.

Владыка пригляделся: действительно, княжна Лесов все чаще вместо холодных, надменных ответов и безразличных взглядов принималась с жаром возражать княжичу. Тот же каждый ее ответ встречал с довольной улыбкой: будто именно такой реакции и ожидал и теперь радовался, что все идет по некоему задуманному им плану. И чем больше он говорил, тем сильнее захлестывали девушку эмоции. В какой-то момент она даже встала и принялась что-то ему выговаривать — да так близко, что они вот-вот должны были коснуться друг друга носами.

— Да что он там делает? — нахмурился Владыка и качнулся вперед, но Эмри Тэн удержал его.

— Погодите, — сказал он, все так же морщась и потирая живот. — Я, кажется, понял. И если я прав, сейчас он… ну точно. Нет, вы только поглядите!

Владыка глядел. Совершенно непостижимым образом Ки ловко превратил демонстративный разворот княжны с целью уйти в танцевальное па. Беснующаяся княжна вдруг замерла, притянутая узкой ладонью, и попыталась вырваться из цепкого захвата, испуганно косясь на отца и окружающих. При всей своей худобе княжич не был слаб, и движения девушки были больше похожи на трепыхания мотылька, намертво влипшего в паутину. Все присутствующие деликатно сделали вид, что ничего не замечают: в конце концов, именно ради помолвки этих двоих они тут и собрались! Что же дурного может быть в их столь пикантном общении?

— Ох, не нравится мне такой подход, — Владыка недовольно поиграл желваками, глядя, как его сын что-то нашептывает на ухо постепенно сдающейся княжне.

— Зато… ох… эффективно, — Эмри Тэн слегка согнулся, прижав обе руки где-то в области желудка. — Грубовато немного, но… Лу точно не разорвет помолвку, если… хочу сказать, они ведь практически муж и жена. Вон, и люди ничего не имеют против, даже… ох… довольно хихикают. Будь я на месте княжича, наверное, подумывал бы сейчас… ох, да что ж это такое?

Он вдруг покачнулся и на пару секунд как будто закатил глаза.

— Эмри? Что с тобой? — с беспокойством окликнул его Владыка, подхватывая под руку.

— Мне бы отойти, — слабо отозвался советник, косясь в сторону ближайшей двери. — Люди смотрят…

— Да-да, — Владыка торопливо и по возможности незаметно увлек его в соседнюю комнату, где на них уставились испуганные лакеи. Усадил друга на ближайший стул. Тот тут же согнулся в три погибели.

— А-а… — простонал советник. — Кто вам… готовил сегодня?

— Да как всегда, — Владыка нахмурился, припоминая. — Главный повар. Эй, кто-нибудь позовите лекаря!

— Н-н… н-н… — замычал Эмри, скрючившись от очередного спазма.

— Что? — Владыка опустился рядом с ним на колени и попытался заглянуть в лицо.

— Н-не л-лекаря, — кое-как ответил друг под стук собственных зубов. — Д-дознавателя…

И, высказав свой последний совет, Эмри Тэн замертво свалился к ногам Владыки.