Глава 8

Дверь тут же открывается, и в комнату решительно вплывает свекровь. Быстро отодвигаюсь от Саши, но Нина Алексеевна уже засекла наше милое воркование и то, как близко мы сидели. Она возмущённо смотрит на сына, доходит до нас и с воинственным выражением лица усаживается в кресло, которое стоит справа от дивана. – Мама, Маша мне всё объяснила, – тут же говорит муж, наклоняясь вперёд. Уж не знаю, какую версию он собирался выдвинуть, но озвучить её Саша не успевает. – Я буду не против, если Мария и мне всё объяснит, – я чуть в сосульку не превращаюсь от её холодного тона и острого ледяного взгляда, впившегося в меня. – Нина Алексеевна, я просто обсуждала с подругой по телефону один фильм, – самыми честным взором смотрю ей прямо в глаза. – Триллер с погонями, убийствами. Вот мы и рассуждали, в чём ошибся герой. Каким способом он мог убить своего врага, чтобы его не поймали. Боже, Маша, что ты несёшь?! Отмазка не выдерживает никой критики, конечно. Но другой, мать вашу, у меня просто нет! – Хорошо, предположим, я тебе верю, – всё с той же прохладой говорит свекровь. И видно же, что нихрена она мне не верит. – А зачем нужно было наедине с сыном всё это объяснять? Ты прекрасно могла сказать это ив моём присутствии на кухне пять минут назад. Вот тут да, сложнее будет придумать себе оправдание. Стараясь сделать это незаметно, тычу пальцами в бедро Саши, тем самым намекая, что мне срочно требуется «помощь зала». – Мам, ты сама прекрасно знаешь, что Маша тебя… хм-м… немного стесняется, – мой рыцарь тут же приходит на помощь. Вот только по иронично вздёрнутой брови Нины Алексеевны всем понятно, что его слова звучат бредом. – Мам, допустим, ты не веришь Маше. Но МНЕ ты веришь? – Само собой, сынок. Ты единственный человек, которому я верю безгранично и беспрекословно, – звучит с пафосом. Взглядом даёт понять, что в отношении меня у неё прямо противоположное мнение. – Тогда просто проверь мне на слово, что Маша не собирается тебя убивать. – Не собираюсь, Нина Алексеевна, – тут же повторяю за мужем. – Клянусь вам! – торжественно, прижимая руку к тому месту, где находится сердце. – И даже мысли такой не возникало! Господи, если бы нас сейчас кто-то услышал, точно бы всех троих в дурку сдал. Она хмуро смотрит то на меня, то на Сашу. Само собой, не верит. И я её понимаю. Я бы тоже не поверила, если бы саму себя услышала. Вот только сделать она ничего не может. Давить на сына – не вариант. Он настроен решительно на то, чтобы выгородить меня и закрыть эту тему. И она это прекрасно понимает, да и видит по его лицу, что других объяснений для неё не будет. – Хорошо, Саша. Я тебя услышала, – величественно кивает, вставая с кресла. – Поверю тебе на слово, – а вот тон у неё такой, что и мне, и мужу становится сразу всё предельно ясно. Услышать она, может быть, и услышала, вот только нифига не поверила. И чем мне это аукнется, интересно знать? Ой, а может, она испугается оставаться и дальше со мной наедине? И свалит уже? Хотя, зная её… что-то сомнительно, что Нина Алексеевна побежит собирать чемоданы и вызывать такси. Думаю, тут другой вариант будет более правдоподобен. Она, скорее всего, окончательно меня затерроризирует в отсутствие Саши, который как раз сейчас свалит из дома на работу! – Ах да… – свекровь стоит уже в дверном проеме, но разворачивается к нам. – В пятницу вы хотите праздновать годовщину вашей свадьбы, правильно? – Да. Но только самые близкие приглашены, так что никаких приёмов на сто человек, мам, – тут же оживает муж. – Я тебя предупреждал об этом. – Просто времени совсем мало. А Мария, насколько я поняла, даже не начинала заниматься подготовкой. – Как раз завтра планировала этим заняться, – быстро пытаюсь реабилитироваться в её глазах хотя бы в этом вопросе. И ведь не соврала. Я и правда планировала в среду весь день посвятить подготовке к годовщине. – Думаю, ты, Маша, не будешь против, если я приму в этом участие? – Нина Алексеевна смотрит только на меня. «Только попробуй отказаться! И мы будем дальше обсуждать твоё «обсуждение триллера»», – чётко читаю я в её ироничном взгляде. – Замечательная идея, – чуть ли не с восторгом отвечает за меня Саша. Кривая улыбка – это единственное, что я могу сейчас из себя выдавить. – Ну вот и замечательно, – кивает свекровь, после чего уходит из комнаты. – Я тебя тоже хочу убить! – тихо рычу в сторону мужа, как только за женщиной закрывается дверь. – Зай, это отличный вариант. Она будет занята подготовкой и не будет лезть к тебе. – Серьёзно? – иронично выгибаю бровь. – Я знаю свою мать. Она очень любит заниматься таким. Поверь, ты даже можешь полностью переложить все эти приготовления на неё. Она тебе только благодарна за это будет. Это точно отвлечет её от сегодняшней ситуации. И к пятнице она совсем забудет про то, что ты собиралась её «убить», – сдержать улыбку у него не получается. – Ну… ладно, – нехотя соглашаюсь с ним. – Только ты сам ей намекни, что я буду только «за», если она за это возьмётся, хорошо? В принципе, действительно хороший вариант: спихнуть всё на свекровь, раз ей этого так хочется. Ладно, «мама», так уж и быть. Пусть наша годовщина пройдёт так, как ВАМ этого хочется. Глава 9 Набираю номер мужа, а сама с опаской выглядываю из комнаты и обозреваю «окрестности». Горизонт чист, но боюсь, это ненадолго. Быстро ныряю опять в гостевую спальню, расположенную по соседству с комнатой свекрови. Тут сегодня я ещё не пряталась. – Да, Зай? – мне отвечают уже после второго гудка. Голос Саши звучит настороженно. Ага, чует, что на него надвигается буря. – Ты обещал, что, если мы скинем на твою мать подготовку к годовщине свадьбы, она забудет про меня на это время! – шёпотом «ору» на мужа, а сама поглядываю на дверь и свободным ухом прислушиваюсь, не раздаются ли в коридоре шаги. – Эм-м… – растерянно мычит Саша. – Ты мне не «эмкай»! – продолжаю шипеть разъяренной змеюкой. – Собирайся и приезжай! – Да что случилось? – О, твоя мать довольно рьяно занялась подготовкой. Звонит, договаривается, вот только меня дёргает постоянно. Ходит за мной как приклеенная и постоянно интересуется, не буду ли я против того-то и того-то. Но это ещё не всё, дорогой, – язвительно. Тяжелый вздох мужа игнорирую. – К себе на помощь она позвала двух своих подруг! – Что? – Про помощь это версия для нас с тобой, если что! А мне она мягко намекнула, что они её гарантия и свидетели, если я всё-таки собираюсь её кокнуть! Быстро приехал и угомонил свою мать! – Маш… я правда никак сейчас не могу сорваться и приехать, – стонет Саша. – У меня через десять минут заключение договора с японцами. Они уже ждут меня в конференц-зале. Я смогу только через часа три приехать. –То есть мне терпеть всё это до восьми вечера?! – Слушай… ну, позови Людмилу, чтобы она хоть немного уровняла численность ваших воинственных коалиций. Юморист, блин! – Никакого секса тебе сегодня! – рычу в трубку и отключаюсь, тяжело дыша. Его идеей я всё-таки воспользовалась. Позвонила Люське, узнала, что она свободна, и попросила её приехать. Уже через полчаса подруга была у меня. – Нина Алексеевна, ко мне Люда приехала. Мы с ней будем в летней беседке, – оповещаю свекровь и её подруг, которые в это время пьют чай в гостиной. – Всем добрый день, – из-за моего плеча машет женщинам рукой Люська. Те хором приветствуют подругу. Вижу, что свекровь открыла рот, чтобы продолжить беседу с Людой, но не даю ей это сделать. Быстро хватаю подругу за руку и тащу за собой на улицу. Практически бегом долетаем до беседки и падаем на диван. – Что, совсем допекла? – с сочувствием спрашивает у меня Люся. Я вкратце рассказываю ей, что вчера произошло и во что это вылилось сегодня. – Мда… что, реально вылавливают по дому? – переспрашивает подруга, как только замолкаю. – Я специально засекала время, – хмуро. – Пятнадцать минут. Это время, когда мне удалось побыть в абсолютном одиночестве. И угадай, – с язвительностью, – где именно? – Поди на толчке, – тут же соображает Люська, начиная угорать. – Бинго! Эта зараза начинает ржать в голос, чуть ли не хрюкая. – Сейчас я тебя тоже хочу убить, – с кислой миной смотрю на веселящуюся подругу. – Кстати, о птичках, – она моментально становится серьёзной. – Помнишь, я говорила, что твои читатели тебя уже прибить хотят в связи с тем, что так долго проды нет? Стону в голос, откидывая голову на подголовник дивана и закрывая глаза. Обычно я стабильно выкладывала главы, и народ, читающий мои книги, был приучен к определенному графику. А тут получается, что сегодня пятый день как нет продолжения. Безумно стыдно, конечно, но с появлением свекрови я совсем забросила писанину, но не потому, что не хотела. Просто времени не было, да и было опасение, что Нина Алексеевна случайно может наткнуться на планшет, на котором я обычно работала. Есть у меня одна дурная привычка. В течение дня я могу ходить по дому с планшетом и писать очередную главу. А потом запросто могу оставить его в любой комнате в открытом рабочем состоянии. Но с приездом свекрови (которая точно бы сунула свой любопытный нос в мои записи), чтобы не спалиться, днем я вообще не врубала планшет. А вечером, как только уединялись с мужем в спальне, тем более было не до моего хобби. Общение с Сашей, секс, и меня вырубало до утра. – Короче, народ уже волнуется, – слышу голос подруги. – Ты бы написала, что в порядке и просто у тебя некий форс-мажор. Ну, или хочешь, я напишу. А то компашка Ворона уже планируют разворачивать полномасштабную компанию по поиску хоть каких-нибудь сведений о том, куда ты пропала. Меня читают в основном мужчины, но есть и женщины. Притом именно последние в основном и комментируют каждую проду. И так получилось, что одна из них под ником Нина Ворон сплотила вокруг себя некую компашку, как мы с Люсей их называем, и эти женщины являются моими ярыми поклонниками. Доходило до смешного: однажды был написан какой-то негативный комментарий, оставленный мужчиной. Я даже ответить не успела, как вся эта шайка-лейка тут же накинулась на того бедного мужика, защищая меня и мою книгу. Думала, они загрызут его в комментариях. – Сегодня обязательно напишу, – обещаю подруге, открывая глаза. Не хватало ещё, чтобы она за меня писала. – Извинюсь и скажу, что продолжение будет только на следующей неделе. – Уверена, что свекровь свалит к этому времени? – Уже не очень, – тяжело вздыхаю. – Маш, а если она реально зависнет у вас надолго? Как ты вообще собираешься писать? – Не знаю, – со стоном. – Ну так, может быть, – начинает с осторожностью говорить Люська, – сказать Нина Алексеевне, чем ты занимаешься? Это снимет кучу вопросов и предъяв с её стороны по поводу того, что ты не работаешь. Да и вся эта ситуация с планированием её убийства станет более понятной. Будет ясно, что ты обсуждала со мной очередную свою книгу, где планируешь кокнуть персонажа«свекровь», а не саму Нину Алексеевну. – Чтобы она раструбила об этом по всему свету? Нет, спасибо. И это я уже не говорю о том, что она вообще будет говорить про моё хобби. – Ну… думаю, Саша сможет заставить её никому не говорить. И ты опять принижаешь то, чем занимаешься. Я считаю, что ты не должна это скрывать. Да и вообще, на вопрос всех знакомых о том, чем сейчас занимаешься, с гордостью говорить, что ты писательница. Я фыркаю, усмехаясь. То, про что она говорит, это из разряда фантастики. – Нет, а чего ты фыркаешь? – тут же возмущённо восклицает Люська. – Я тебе на полном серьёзе говорю. Ну, хочешь, давай проведём эксперимент. Первому, кто у тебя спросит про работу, ответишь правду и посмотришь реакцию. – Я не смогу, – бубню в ответ, глядя на неё исподлобья. – Да блин, Маш! – психует подруга. – Не понимаю, чего тут сложного?! Открываешь рот и говоришь: «Я Александр Дарк! Автор крутых детективов!». Всё просто! Ой, ну ладно, зная твою скромность, можешь слово «крутых» не говорить. Да и… – НИНА! СРОЧНО! СЮДА! – безумный вопль, раздавшийся где-то рядом с беседкой, заставляет нас с Люськой в страхе подскочить с дивана и кинуться к выходу из беседки. Орала одна из подруг моей свекрови, Анна Петровна. Женщина стоит возле угла беседки, озирается с совершенно невменяемым взглядом и машет ладошкой как веером на своё красное лицо. Что случилось? Ей плохо? Инфаркт? Инсульт? Мы с Люсей быстро бежим к ней. Одновременно с нами к женщине подлетают свекровь и вторая подружайка Лилия Артуровна. – Аня, что случилось?! – свекровь начинает в панике ощупывать свою подругу, с ужасом сканируя взглядом взволнованное лицо. – Тебе плохо? Сердце? Давление? Что?! – как из пулемета следуют вопросы. – Она!.. Маша… – Анна Павловна чуть ли не задыхается и тыкает в меня пальцем. – Твоя не… невестка… – заикаясь. Все разом переводят на меня взгляд. Даже Люська, сведя брови, смотрит вопросительно. Да я-то тут при чём?! Я только открываю рот, чтобы потребовать пояснений у этой чокнутой, которая так и продолжает указывать на меня дрожащим пальцем, но она меня опережает. И совершенно чётко и громко произносит: – Нина, твоя Маша… это Александр Дарк! Да твою же мать!