Глава 10

Маша, ты дура! Наиполнейшая! Ничему тебя жизнь не учит! Зная, что на территории ходят-бродят три вражеских особи, которые могут сыграть в партизанов и подслушать твои разговоры, ты расслабляешься и спокойно обсуждаешь с Люськой своё хобби. Ну вот какого лешего, а?! Всё! Срочно заклеиваешь себе скотчем рот и не снимаешь его, пока свекровь гостит у вас дома! – Аня… ну что за бред ты несёшь, – уже более спокойно говорит свекровь, перестав с тревогой смотреть на подругу и ощупывать её на предмет повреждений. – Маша и Дарк? – фыркает небрежно. – Она ну никак не может быть им. Мелькает мысль о том, откуда они вообще знают, что есть такой автор. Но она быстро улетучивается, так как вижу, что слова свекрови только раззадорили её подругу. – Нина, это не бред! – с жаром произносит Анна Павловна, не отрывая от меня возбуждённого взгляда. Её речь наконец-то приходит в норму: она уже не заикается и говорит чётко, внятно и громко. – Маша – это Александр Дарк! Она сама это сказала! Четыре пары глаз смотрят на меня. Трое с подозрением и лёгкой степенью удивления. Одна с извинением и вопросом «Что будем делать?». Выражение лица Люськи уж больно говорящее. Поняв, что именно она «спалила контору», в эту же секунду дала обет молчания. Весь её вид говорит о том, что теперь подруга ни единого слова не скажет, пока я не дам ей добро на это. Обещаю подруге взглядом, что убью её (и возможно даже, что это будет не в очередной моей книге, а в реальности), понимая, что вытаскивать свою жопу из этой задницы придётся в одного. Перевожу, надеюсь, невозмутимый взгляд на эту троицу. – Я не говорила этого! – яростно отрицаю и даже головой качаю для пущего эффекта. Нет, ну а чего? Я же не соврала. Это Люська ляпнула ту самую дебильную фразу, разоблачающую меня. Анна Павловна от возмущения повторно покрывается красными пятнами и изображает рыбку, выброшенную на берег: без единого звука открывает и закрывает рот на протяжении секунд двадцати. – Вам, наверное, послышалось, Анна Павловна, – изображаю на лице самую милую улыбку. – Согласна, это не ты сказала, – приходит в себя Анна Павловна, уперев руки в бока и с осуждением смотря на меня. – Это сказала твоя подруга. Я не выжила из ума, поэтому точно помню, что она произнесла. Она советовала тебе признаться, что ты Александр Дарк! – торжествующе чеканит она. – Разве не так? Да чтоб ты… была здорова, Анна Павловна! Понимаю, что уже конкретно запахло жареным. Свекровь и вторая её подружка смотрят на меня уже с подозрением и ожиданием в глазах, что же я отвечу. – Мы просто обсуждали книги этого автора, – хренушки я признаюсь. После моих слов моя подруга наконец-то оживает. Смотрит на троицу и, ослепительно улыбаясь, начинает кивать головой, мол, подтверждает эти слова. Да так рьяно трясет башкой, что я, кажется, слышу хруст позвонков в её шее. Люська, ёмоё… не переигрывай! Хотя радует, что она и дальше продолжает изображать из себя немую. Глядишь, и выберемся с ней из этой жопоньки с минимальными потерями. – Вы, наверное, не так нас поняли, Анна Павловна, – продолжаю самозабвенно врать. – Нина! – захлёбывается женщина в возмущении и смотрит на свекровь. – Клянусь, я всё правильно поняла! Ты что… мне не веришь?! – Само собой, я верю тебе, дорогая, но… – моя свекровь растерянно взирает на подругу. Еле-еле удерживаю себя от того, чтобы не улыбнуться довольно и где-то даже злорадно. Вот тут вы, Анна Павловна, просчитались. Вам она, несомненно, больше верит. Но вы не учли один маленький такой нюанс. Нина Алексеевна ещё больше, чем вам, НЕ ВЕРИТ в меня. Ладошки аж зудеть начинают, так хочется радостно их потереть. Кажется, можно выдыхать. Что я и делаю, стараясь сделать это тихо и незаметно. – Ань, может, ты и правда… не так всё поняла, – свекровь в успокаивающем жесте гладит по плечу свою подружайку. – Возможно, слегка перегрелась на солнце, вот и послышалось… Слушай, давай вернёмся в дом и… – Я никуда не пойду, пока твоя невестка не признается! – Анна Павловна возмущённо смотрит на свекровь. – Маша?! – женщина переводит взор на меня. В её глазах виднеются досада и обида на меня. Чувствую жуткие угрызения совести, но… – Я знаю, как мы можем узнать правду, – видя, что я молчу, потупив взгляд, Анна Павловна решает пойти другим путём. – Нина, позвони своему сыну и спроси у него. Ой, как мне не нравится этот путь. – Господи, это уже просто какой-то сюр. И что мне у него спросить? – с тяжелым вздохом интересуется свекровь, понимая, так же как и все мы, что Анна Павловна будет стоять до победного. В том смысле, что не сдвинется с места, пока этот звонок не произойдёт. – Простой вопрос. Правда ли, что Маша– это автор Александр Дарк. Напрягаюсь, но не сказать, чтобы сильно. Я знаю, что Саша точно не ответит на этот вопрос положительно. Когда я только начала этим заниматься, мы с ним сразу договорились. Кто бы ни спросил его о личности Александра Дарка (всё-таки я боялась, что однажды про это узнают, начнут спрашивать и уточнять у него), муж должен был всегда отвечать отрицательно. До тех пор, пока я сама не скажу ему, что можно говорить. – Набирай сына и спрашивай, – требовательно приказывает Анна Павловна свекрови. И как бы я ни показывала, что спокойна как удав, всё равно в этот момент испытывала страх. Нина Алексеевна, обречённо вздохнув, всё-таки достает из кармана своих летних брюк сотовый. Набрав номер, подносит телефон к уху и начинает взглядом, в котором светится досада, медленно скользить по лицам каждой из нас. Когда её взгляд замирает на мне и становится острым, клянусь, я чуть концы не отдаю. Видимо, в моих глазах всё-таки промелькивает испуг. И именно на него свекровь так реагирует. Не отвечай! Просто не бери эту чёртову трубку! – Саша, милый… да нет, ничего не случилось, – ласково начинает щебетать Нина Алексеевна, продолжая прожигать меня пристальным взглядом. – Мне нужно задать тебе один вопрос, дорогой… Я тяжело сглатываю, и свекровь это чётко улавливает. Она прищуривается, от чего её взгляд становится хищным. – Хотя какой вопрос, – непринуждённо смеется, – это даже не вопрос. Мне тут Маша рассказала свой секретик, – внутри всё застывает от ужаса. – Ну как какой? То, что она Александр Дарк. В ушах стоит такой звон, что я даже особо и не слышу, что дальше говорит Нина Алексеевна. Вот же… хитрая… А дальше в голове только «пи». Свекровь, отнимая телефон от уха, врубает звонок на громкую связь и с торжеством смотрит на меня. – Я рад, что она тебе призналась… – довольный голос мужа я слышу уже чётко. Обречённо закрываю глаза. Ну, С-а-аша… блин! Неделю тебе никакого секса!