Глава 38. Власть огня

Глава 38. Власть огня

Густое эхо от шагов стражи растворяется в бесконечных лабиринтах дворцовых коридоров. После триумфального завершения дипломатического ужина мое тело бьет легкая, изматывающая дрожь. Адреналин медленно покидает кровь, оставляя вместо себя приятную, но тяжелую усталость. Я иду в сторону своего крыла, мечтая лишь о том, чтобы снять жесткие туфли и вытянуться на мягкой кровати.

Внезапно из густой тени за мраморной колонной появляется высокая фигура. Сильная, невыносимо горячая мужская рука ложится на мою талию. Вторая рука мягко, но уверенно закрывает мне рот, пресекая испуганный вскрик.

Меня резко втягивают в абсолютно темную нишу. В нос мгновенно ударяет знакомый, дурманящий аромат костра, терпкого дерева и дорогих сигар. Я перестаю сопротивляться, узнавая этот запах из тысячи.

– Тише, моя леди, – хрипло выдыхает Рейдан, убирая ладонь с моих губ. Его дыхание обжигает чувствительную кожу на шее. – Если отец увидит, как я смотрю на тебя после этого ужина, он прикажет казнить меня за неподобающее поведение на глазах у послов.

Его глаза в темноте кажутся двумя бездонными, пылающими омутами. Принц не дает мне опомниться. Он крепко берет меня за руку, переплетая наши пальцы, и уверенно ведет за собой в противоположную от моих покоев сторону. Мы спускаемся по узкой каменной лестнице, скрытой за неприметным гобеленом.

Холодный воздух подземелий сталкивается с жаром, исходящим от его мощного тела. Рейдан толкает тяжелую, окованную железом дверь. Мы оказываемся в огромном, пустом тренировочном зале королевской гвардии. Помещение освещено лишь несколькими факелами, закрепленными на каменных стенах. Воздух здесь пропитан запахом оружейной смазки, опилок и старой кожи.

Рейдан закрывает дверь на тяжелый засов, отсекая нас от всего остального мира. Он медленно поворачивается ко мне.

– Ты даже не представляешь, что творила со мной сегодня, – его голос вибрирует глубоко в груди, заполняя огромное пустое пространство зала. – Видеть, как ты ломаешь спесь этого напыщенного шеф-повара... Видеть, как суровые северяне замолкают, подчиняясь твоей воле и твоему таланту.

Принц делает медленный шаг ко мне. Его пальцы ложатся на застежки его собственного темного камзола.

– Твоя жесткость, твоя абсолютная уверенность на этой кухне, – продолжает он, сбрасывая тяжелую ткань на деревянную скамью. – Это сводит моего внутреннего зверя с ума. Любая покорная аристократка меркнет перед твоим огнем, Мирабель.

Под камзолом оказывается лишь тонкая шелковая рубашка. Рейдан подходит к стойке с тренировочным оружием. Он берет в руки легкий, затупленный клинок и внезапно протягивает его мне рукоятью вперед.

– Покажи мне эту власть, – его губы растягиваются в хищной, дразнящей усмешке. – Заставь меня подчиняться.

Я смотрю на рукоять, обтянутую темной кожей, а затем на его горящие, вызывающие глаза. Усталость после ужина испаряется без следа. Вместо нее по венам разливается сладкое, тягучее возбуждение. Мой рассудок полностью отключается, отдавая контроль инстинктам. Я принимаю вызов.

Я беру клинок. Дерево и металл приятно тяжелят ладонь. Делаю шаг вперед и смело упираю плоскую, тупую сторону лезвия прямо в его твердую, как скала, грудь.

Рейдан судорожно вдыхает, его ноздри расширяются. Он не делает ни попытки отстраниться. Наоборот, он подается вперед, навстречу металлу, его глаза пылают диким восторгом. Я делаю еще шаг, заставляя принца отступить. Моя смелость опьяняет меня саму.

Я отбрасываю клинок в сторону. Он с громким звоном падает на каменный пол, эхом отражаясь от сводчатого потолка.

Мои руки ложатся на ворот его рубашки. Я с силой тяну ткань в стороны, срывая пуговицы, которые с легким стуком разлетаются по залу. Мои пальцы касаются его обнаженной, раскаленной кожи. Я чувствую каждый шрам, каждый перекат его литых мышц. Рейдан издает низкий, рваный стон, полностью отдаваясь в мою власть.

Я толкаю его назад. Его колени сгибаются, и он тяжело опускается на толстые, покрытые кожей тренировочные маты, разложенные по центру зала.

– Сегодня я задаю правила, мой лорд, – твердо произношу я, глядя на него сверху вниз.

Его темные глаза вспыхивают абсолютным, искренним обожанием. Я избавляюсь от своего платья, позволяя тяжелой ткани упасть на холодный камень. Ночной воздух зала заставляет кожу покрыться мурашками, но жар, исходящий от распростертого передо мной мужчины, мгновенно согревает.

Я опускаюсь на маты, перекидывая ногу через его узкие бедра. Сажусь сверху, чувствуя его обжигающую, пульсирующую твердость под слоем ткани. Рейдан тяжело дышит, его огромные руки ложатся на мою талию, но он не пытается перехватить контроль. Он ждет моих действий.

Его ловкие пальцы помогают мне избавиться от остатков его одежды. В тусклом свете факелов мы остаемся абсолютно обнаженными. Я медленно, дразняще провожу ладонями по его груди, спускаясь к напряженному животу. Мои прикосновения заставляют его выгибаться дугой.

Я приподнимаюсь на коленях. Смотрю прямо в его пылающие глаза и медленно, с тягучим стоном, опускаюсь вниз, принимая его в себя целиком.

Рейдан впивается пальцами в мои бедра, его голова откидывается назад. Он хрипло выдыхает мое имя, словно молитву. Его объем заполняет меня до самых краев, высекая искры наслаждения где-то внизу живота. Я замираю на несколько секунд, давая телу привыкнуть к этой сладкой, распирающей полноте.

А затем я начинаю двигаться.

Я задаю ритм, который нужен мне. Медленные, глубокие скольжения сменяются быстрыми, жесткими толчками. Рейдан послушно следует за мной, его руки лишь направляют мои бедра, помогая удерживать баланс. Влажные шлепки сталкивающейся кожи и наши сбитые, хриплые дыхания заполняют огромный пустой зал.

Контраст между холодом подземелья и раскаленным огнем внутри нас доводит нервы до предела. Пот скатывается по моему лицу, падая на его грудь. Я наклоняюсь вперед, опираясь руками о его плечи, и наши губы встречаются в жадном, отчаянном поцелуе. Вкус мяты и мужской силы кружит голову.

Темп становится бешеным, неконтролируемым. Напряжение скручивается в тугую пружину, заставляя мышцы дрожать.

– Мирабель... – срывается его голос. Рейдан не выдерживает, его бедра мощно подаются навстречу моим движениям.

Слепящая вспышка наслаждения прошивает меня насквозь. Звезды перед закрытыми глазами разлетаются на тысячи светящихся осколков. Оргазм накрывает меня подобно буре, заставляя вскрикнуть прямо в его губы. Мое тело бьется в сладких судорогах, плотно сжимая его плоть. Рейдан издает глухой, звериный рык, его тело каменеет, и он отдает мне весь свой жар до последней капли.

Обессиленная, я падаю на его широкую, покрытую потом грудь. Его сильные руки крепко прижимают меня к себе, успокаивающе поглаживая по спине. Гулкое, бешеное биение его сердца постепенно замедляется. Мы долго лежим на жестких тренировочных матах, наслаждаясь этой идеальной, обжигающей тишиной.

Спустя некоторое время я медленно открываю глаза. Мой взгляд бесцельно скользит по темному залу, освещенному лишь догорающими факелами. В дальнем углу, среди старых, запыленных стоек с доспехами, стоит массивный деревянный сундук. Его крышка приоткрыта.

Отдышавшись, я нехотя сползаю с горячего тела Рейдана. Накидываю на плечи его рубашку и, движимая непонятным любопытством, подхожу к сундуку. Внутри, поверх сломанных наколенников, лежит небрежно брошенная кипа старых пергаментов.

Я беру верхний лист. Мой рассудок, привыкший работать с накладными, мгновенно выхватывает знакомые символы. Это копии документов на поставки продовольствия для дворца. Мой взгляд скользит ниже, к печатям.

Сургучные оттиски на этих бумагах принадлежат не арестованным отцам невест. Эти гербы совершенно другие. Они указывают на то, что покушение на Короля и попытка отравить бал – это лишь верхушка огромного айсберга. Настоящие кукловоды всё еще находятся на свободе, и они гораздо ближе, чем мы думали.