Глава 42. Огонь и шелк

Глава 42. Огонь и шелк

Мой новый статус приносит с собой не только власть, но и чудовищную усталость. Каждое утро теперь начинается с кипы пергаментов, пахнущих пылью и едкими чернилами. Я вникаю в торговые договоры Эмериса, выискивая скрытые ловушки старой аристократии. Мой рассудок работает на пределе, выстраивая дипломатические связи, но к вечеру у меня немеет шея и болезненно гудит голова.

Подготовка к Балу-маскараду Победителей отнимает последние крупицы свободного времени. Я стою посреди своей роскошной спальни на небольшом деревянном возвышении. Вокруг меня суетятся три дворцовые портнихи, их прохладные пальцы ловко орудуют иглами и булавками. Воздух наполнен шорохом дорогих тканей и запахом мела.

Мой новый наряд должен стать безмолвным заявлением для всего двора. Это не просто платье, это броня из темно-бордового шелка, плавно переходящего в глубокий черный. Ткань струится по моему телу, как жидкий, темный огонь. Легкий корсаж подчеркивает талию и приподнимает грудь. Открытые плечи приятно холодит вечерний сквозняк.

– Еще немного заузить рукава, леди Мирабель, – тихо бормочет главная портниха, осторожно подкалывая непослушную ткань булавкой.

Дверь моей спальни открывается без стука.

В комнату мгновенно врывается густой, обжигающий аромат терпкого дерева, специй и дорогих сигар. Мне не нужно поворачивать голову, чтобы понять, кто именно пересек порог. Волоски на моих руках мгновенно встают дыбом от волны тяжелого, давящего жара.

Рейдан замирает у дверей. На нем темный, облегающий камзол, верхние пуговицы расстегнуты, обнажая загорелую кожу шеи. Его глаза, темные и опасные, быстро сканируют меня с ног до головы, жадно задерживаясь на открытых плечах и линии декольте. Взгляд принца тяжелеет, зрачки расширяются, поглощая радужку.

Портнихи испуганно ахают и замирают, торопливо приседая в глубоких реверансах. Воздух в спальне стремительно раскаляется.

– Оставьте нас, – низко, не терпящим возражений тоном приказывает Рейдан.

Женщины, побросав иглы и обрезки нитей, пулей вылетают из комнаты. Тяжелая дубовая дверь с глухим стуком закрывается, полностью отрезая нас от остального дворца.

Я остаюсь стоять на возвышении, чувствуя, как мелко дрожат колени от предвкушения. Днем я могу отдавать приказы послам и строить дипломатические схемы, но сейчас, под этим горящим, мужским взглядом, вся моя политическая броня рассыпается в прах. И, к своему собственному удивлению, я этому безумно рада.

Рейдан делает несколько медленных, хищных шагов ко мне. Его грудь тяжело вздымается.

– Государственные дела отнимают тебя у нас, – хрипло выдыхает он, останавливаясь вплотную. Жар его огромного тела окутывает меня, заставляя забыть о прохладе гладкого шелка. – Ты сидишь над свитками до глубокой ночи. Мой внутренний зверь сходит с ума от голода по тебе. Я не намерен делить свою женщину с Советом.

Он не ждет моих оправданий или объяснений. Его горячие, мозолистые руки воина уверенно ложатся на мою талию. Рейдан делает властное движение, с невероятной легкостью снимая меня с деревянного возвышения, и ставит на мягкий ворс ковра прямо перед собой.

Я послушно поднимаю лицо, добровольно и с восторгом сдаваясь этому давящему напору. Мои руки сами собой ложатся на его широкие плечи, пальцы зарываются в густые темные волосы на затылке.

Его губы накрывают мои в жадном, бескомпромиссном поцелуе. Я с готовностью приоткрываю рот, впуская его, позволяя ему полностью завладеть мной. Контраст между моей непреклонностью на Совете и абсолютным, сладким подчинением в его руках сводит меня с ума. Я таю, словно воск, позволяя мужчине диктовать каждое движение.

Рейдан углубляет поцелуй. Вкус мужской силы кружит голову. Его ловкие пальцы скользят по моей спине, безжалостно выдергивая булавки из недошитого платья. Тяжелый шелк с тихим шелестом соскальзывает с моих плеч, падая красивой темной лужей к нашим ногам.

Холодный воздух касается моей обнаженной кожи, но принц тут же согревает ее. Он спускается обжигающими поцелуями по моей шее, задерживаясь на бьющейся жилке. Его обжигающее дыхание заставляет меня выгибаться дугой.

– Какая ты сладкая, – шепчет он, легко подхватывая меня на руки.

Он несет меня к огромной кровати и бережно укладывает на прохладные простыни. Рейдан избавляется от своей одежды за считанные секунды. В тусклом свете свечей его поджарое, испещренное старыми шрамами тело выглядит невероятно привлекательным. Каждая мышца напряжена, словно натянутый стальной канат.

Он нависает надо мной, опираясь сильными руками по обе стороны от моего лица. Его горячие ладони скользят по моим бедрам, заставляя меня шире раздвинуть коленки. Я с трепетом смотрю в его пылающие глаза, полностью доверяясь его власти.

Рейдан опускает руку ниже. Его длинные пальцы уверенно находят самый влажный, пульсирующий эпицентр моего желания. Одно выверенное, дразнящее движение – и я срываю голос в тихом, прерывистом стоне. Он ласкает меня до тех пор, пока мое тело не начинает биться в сладкой лихорадке, умоляя о большем.

В полумраке я чувствую его раскаленную, пульсирующую твердость. Принц берет меня за бедра и делает глубокий, сильный выпад, заполняя меня целиком, до самого предела.

Я судорожно втягиваю воздух, впиваясь ногтями в его широкую спину. Его невероятный объем пугает и одновременно дарит распирающее, сладкое чувство полноты. Рейдан замирает на мгновение, его челюсти сжаты, а на скулах играют желваки. Он дает мне время принять его.

А затем он начинает двигаться. Его ритм дикий, бескомпромиссный, продиктованный мужским инстинктом. Это не просто близость, это акт абсолютного обожания. Тяжелые, мощные толчки сотрясают массивную деревянную кровать. Влажные звуки сталкивающейся кожи и наши сбитые дыхания заполняют тишину спальни. Я полностью отдаюсь этому огненному темпу, послушно отвечая на каждый его выпад, наслаждаясь своей покорностью.

Жар внутри меня скручивается в тугую, раскаленную добела спираль. Пот катится по лицу Рейдана, падая мне на грудь. Контраст его доминирующей силы и моей мягкой восприимчивости доводит нервы до тончайшей грани.

Темп ускоряется. Движения принца становятся еще более глубокими и жадными.

– Рейдан... – всхлипываю я, не в силах сдерживать нарастающую лавину чувств.

Жаркая, пульсирующая волна абсолютного наслаждения затапливает мое сознание. Звезды перед закрытыми глазами разлетаются на миллионы светящихся осколков. Мое тело выгибается в мощных, сладких судорогах, плотно сжимая его. В этот же миг Рейдан издает низкий, глухой стон. Он делает последний, невероятно сильный толчок, отдавая мне весь свой жар, и замирает, тяжело наваливаясь на меня всем весом.

Мы долго лежим в идеальной тишине, не расцепляя объятий. Его бешено колотящееся сердце постепенно успокаивается, стуча в унисон с моим. Я вдыхаю запах его разгоряченной кожи, чувствуя себя абсолютно защищенной. Сладкая, тягучая дремота окутывает мое сознание, и я засыпаю прямо в его надежных руках.

Ранним утром сквозь тяжелые шторы начинают пробиваться первые лучи солнца. Я просыпаюсь от того, что кровать рядом со мной пуста. Рейдан ушел еще до рассвета, чтобы не компрометировать меня перед слугами, пока наш союз не объявлен официально.

Мое тело приятно ноет, сохраняя воспоминания о его власти. Я медленно поднимаюсь, зябко потягиваясь, и подхожу к брошенному на полу платью. Мне нужно аккуратно повесить тяжелый шелк, чтобы портнихи смогли закончить работу к вечеру.

Я поднимаю бордовую ткань, стряхивая с нее невидимые пылинки.

Внезапно из складок корсажа на мягкий ковер с тихим шорохом выпадает небольшой, плотно сложенный кусок пергамента.

Я хмурюсь, опускаясь на колени. Мои пальцы разворачивают жесткую бумагу. Никаких печатей, никаких подписей. Только ровные, выведенные чужой рукой строки.