Глава 19

Через полтора часа на месте лагеря остался стоять только один шатер. Все остальное было уже упаковано. Гонец искал ближайший храм и священника, а сам барон Триан собрал все, что осталось от одежды леди Астер, плюс прихваченные в крестьянском доме простыни, и пытался из всего этого сообразить нарядное платье. Дело осложнялось тем, что дорогие ткани амазонки содержали в себе не только лен, хлопок и шерсть, но и металлическую нить. С металлами эльфы договариваться не умели. Зато лен, хлопок, шерсть и шелк поддавались их особенной магии, послушно укладываясь так, как хотелось эльфу. Грегу отчаянно не хватало практики. Одно дело отдать приказ соединиться нитям порезанной на тренировке рубашки, и совсем другое – собрать из кусков и обрывков платье. Снять затейливую тряпочку с дамы было куда легче, чем понять, как она сшита! В итоге ему очень помогли простыни – по его приказу лен, из которого они были сшиты, стал тонким, гладким и немного упругим. Два больших полотнища собрались в мелкие складки и стали туникой наподобие эльфийской. Лавандовая шерсть амазонки очистилась, выровнялась, налилась цветом и стала просторным старинным сюрко[3]. Заморачиваться с вытачками, вшитыми рукавами или вырезными деталями полуэльф не стал – сил едва хватило закрепить на одеянии тесьму и галуны с амазонки. Зато он сумел поправить покоробившиеся охотничьи сапожки леди, а также ее шелковую вуаль. Когда верховой вернулся, на руках у барона красовался старомодный, но абсолютно новый дамский наряд, вполне подходящий для заключения помолвки. С этим платьем Грег и явился в шатер, чтобы сообщить леди Астер добрую весть – храм найден, они отправляются туда, а потом… – Предлагаю вам сразу поехать в мой замок, леди, – сказал барон и замер, ожидая ответа. В принципе, приезд невесты во владения жениха не возбраняется – только с приличной свитой, компаньонкой и матушкой. А вот так… Астер потупилась и ответила: – Я вам полностью доверяю, барон. Поверьте, при Дворе достаточно ваших недоброжелателей, желающих просветить наивную дурочку о том, кого король назначил ее хранителями. – О герцоге и графе вам тоже рассказали много интересного? – нейтральным тоном спросил Грег. – Очень много, – леди шаловливо улыбнулась, – после чего я уверилась, что его величество действительно выбрал для меня лучших хранителей! А теперь, если позволите, я переоденусь! Барон вышел из шатра и жадно хлебнул ледяного зимнего воздуха. Она не отказалась! Сердце билось испуганной птахой, и он даже накрыл его рукой, чтобы не выскочило. Потом огляделся – его люди были готовы. Двое стояли наготове, чтобы молниеносно собрать и погрузить шатер. Двое держали коней – для него и леди Астер. Еще один сидел в седле, готовясь указывать путь к храму. Остальные проверяли повозку и коней перед дальней дорогой. Домой. В Триан. Как давно он там не был? Лет десять, если не больше. Нет, периодически он заглядывал в родные земли – но буквально на несколько часов. Проверял управляющего, заглядывал в хозяйскую спальню, в кабинет – и снова уезжал. Теперь же, изгнанный в собственное поместье, он собирался превратить его в уютное гнездо для одной ясноглазой птички. Чтобы она навсегда осталась с ним! Найденный храм оказался крохотной, зато каменной часовней. Спешно приведенный служитель получил золотую монету, облачился в расшитую двуцветную ризу и провозгласил обручение «барона Грегори Амадея Триана и виконтессы Астер Лавинии Фрей». Но самое главное – он сделал запись об этом в храмовую книгу, а еще позволил Астер написать письма родителям и его величеству, чтобы отправить их королевской почтой, когда откроется дорога. Впрочем, барон не очень доверял такому гонцу и пообещал невесте, что они напишут письма в ближайшем трактире и отправят официальной почтой. Это выйдет быстрее, пусть и дороже. Леди была абсолютно безмятежна. Еще в шатре ее накормили походной кашей и напоили отваром из веточек, листьев и ягод, залитых расплавленным сахаром. Такие плитки Грегори готовил сам на разные случаи жизни – чтобы уснуть, чтобы взбодриться, чтобы согреться. Для Астер он велел заварить особую плитку – с набором целебных трав, дающих ясность мышлению. Как бы барон Триан ни желал этого союза, хотел быть уверенным – леди сделала свой выбор с ясной головой и чистым сердцем. Астер не колебалась ни секунды – с тем же ясным взглядом протянула руку, чтобы Грегори надел на нее медный обручальный браслет – самый красивый и дорогой, какой только нашелся в храмовой лавке. Так же уверенно надела браслет на руку Триана. И безмятежно улыбнулась, взглянув в настороженные глаза полуэльфа. Он до последней секунды готов был ее отпустить. Но когда подписи закрепили на бумаге его право оберегать эту женщину как невесту… в груди поднялась буря, которую полуэльф с трудом сумел усмирить. Скромный бокал вина в компании храмовника, письма, и снова в путь. Ориентируясь по ясному небу, предвещающему мороз, Грегори повел своих людей к большому королевскому тракту. Именно там можно будет отправить письма, да и дорога до Триана будет много проще.