Глава 29

Следующий день был посвящен сборам. Слуги чистили, чинили и смазывали карету герцогини Алансон. С роскошного герба, закрепленного на дверце, сняли королевскую корону и добавили туда корону виконта – леди Астер все еще была не замужем. После замужества к гербу добавят корону супруга, но сама леди так и останется «ее светлостью герцогиней Алансон». Сама леди по просьбе садовников обходила дворцовые оранжереи. Слуги первыми смекнули, что запасы трав недолговечны, а до нового урожая ждать долго. Потому и засеяли все свободное пространство оранжереи не просто травой, а нужными для приготовления зелий растениями. Астер делилась своей магией с тонкими и слабыми росточками, и растения крепли, вытягиваясь на глазах. За нею вслед ходили счастливые садовники и лекарь: – Недели через две уже срезать можно будет! – ликовал целитель. – Сварим зелья с запасом, миледи! После оранжерей леди заглянула на кухню и зарядила несколько кувшинов крепко настоянного зелья. Служанки привели к ней детей, чтобы «добрая леди благословила малышей на здоровье». Кажется, это выкачало из девушки последние силы, Астер покачнулась, едва держась на ногах. Барон Триан немедля шикнул на прислугу и увел невесту отдыхать и обедать. По его приказу поднос подали в гостиную герцогини Алансон. Туда же были приглашены виконт и виконтесса Фрей. Астер вскрикнула от радости, наконец увидев своих близких. Лорд и леди Фрей, не стесняясь, плакали, обнимая свое дитя, и барон тихонечко отошел в сторону, давая им время побыть друг с другом. Потом все сели за стол, и родители поведали леди Астер, как они пережили эпидемию. Матушка ее сразу предприняла обычные меры, едва заболела кухонная служанка. Они заперлись в особняке и питались очень скудно – имеющимися запасами. Однако все равно заболели. Сумели дождаться помощи и уберегли практически всех слуг. – Не знаю, что творится во Фрейе, – говорил виконт, – если ты не против, дочь, мы бы доехали с тобой до наших земель. Я уже испросил у его величества отпуск для устройства своих дел. Астер сразу согласилась заехать в родные места. А после обеда еще и карту попросила, чтобы отметить, куда непременно заехать надо, где лучше остановиться и чем в тех краях лучше помочь. Виконт немедля отыскал подходящую карту и вместе с бароном взялся за маршрут – до посевной следовало объехать как можно больше земель, а значит, леди придется практически жить в карете. И пусть ящик на колесах выглядит удобным, сколько леди выдержит в нем в действительности? Пока мужчины обсуждали дела, а слуги паковали все, что госпоже может понадобиться в дороге, леди Астер прилегла отдохнуть, а ее матушка ушла отдавать распоряжения, чтобы успеть собраться в дорогу и ехать вместе с дочерью. К ужину стало понятно, что вслед за герцогиней Алансон столицу покинет едва ли не половина Двора. Впрочем, его величество ни капли не обижался – напротив, шутил и радовался тому, что дворяне навестят свои уединенные замки. Астер краснела и смущалась, а Грегори подкладывал ей на тарелку деликатесы и защищал от косых взглядов и сплетен. Еще днем полуэльф побеседовал с виконтом Фрейем и с королевским лекарем – барона интересовал режим отдыха для Астер, рекомендации по восстановлению магических сил и частота приема эликсиров. Виконт сразу сказал, что его дочь потратила много сил, и ей нужен продолжительный отдых. Целитель выдал список продуктов для восстановления маны и предупредил, что эликсиры принимать нельзя минимум полгода. А еще ими нельзя злоупотреблять, если леди собирается замуж. Детям нужна сильная и здоровая мать. Конечно, Триан и раньше знал, что лучше всего силы восстанавливают горячее вино и горячее мясо, но леди Астер не может каждый день обедать парой стейков и кувшином глинтвейна, нужно что-то еще! Тут лекарь дал подсказку, и до самой ночи Грегори мотался по тайным эльфийским лавкам и просто по бакалейным магазинчикам, чтобы собрать для невесты удобный походный перекус. Вяленый изюм, орехи в меду, ароматные имбирные пряники – барон приказал уложить все купленное под сиденье кареты, а если что-то не влезет – упаковать в каретный ящик. На кухне всю ночь собирали припас для путешественников – пирожки, пироги, окорока, мясные рулеты, горшочки с паштетами и прочее. Для принца Энриха запаслись его любимым бисквитным печеньем, а для герцогини Алансон главный повар собственноручно приготовил маленькие изюмные кексы, которые леди частенько заказывала к завтраку. Уже на рассвете конюхи начали чистить лошадей, проверять упряжь и выкатывать из сараев кареты. Лакеи выносили сундуки и крепили их наверху и сзади. Камеристки пересчитывали корзинки, коробки, пледы, подушки и грелки – несмотря на приближение весны, по ночам все еще было холодно, да и холодный дождь норовил перейти в снег. Первой, конечно же, выезжала карета принца Энриха. Сам юный принц не спал с раннего утра и лично проверял, чтобы слуги уложили в багажный ящик с листами для гербария ларец для хранения высушенных насекомых и сачок. И как ни пытались его воспитатели уверить, что для цветов и насекомых еще слишком рано – принц стоял на своем. Астер впервые за последние ночи никто не беспокоил, так что она отлично выспалась, плотно позавтракала – горячей яичницей с колбасками и сладкими булочками с ореховой посыпкой. Камеристка герцогини успела отдать швеям несколько дорожных платьев своей госпожи, так что до кареты Астер шла в роскошном дорожном платье из серого бархата, отороченного соболем. Не менее дорогой плащ с капюшоном защищал девушку от холодного ветра. На серебряном шнурке болталась муфта из соболя, а шляпка была настоящим произведением искусства. Барон помог герцогине сесть в карету, затем подсадил туда же леди Фрей, а сам вскочил на коня. Его люди тотчас окружили карету, а вторым кругом встали гвардейцы короля. Проезд по улицам – не самое безопасное занятие. За каретой герцогини Алансон тянулись другие кареты – ее родителей, самого барона и некоторых придворных, пожелавших сопровождать леди в ее владения. Канцлер не поехал, но уведомил леди Астер, что будет ждать ее в своих землях недельки через три. Примерно то же самое сказали и другие важные сановники. Леди ни с кем не спорила, она собиралась приятно путешествовать и не портить себе жизнь пустыми разговорами.