Глава 10. Всё королевское семейство

Мне всегда нравилась история. Особенно бытовая её часть. Как жили люди в старину. Как женщины боролись с кринолинами, с туалетами, с прочей гигиенической частью… Как вели хозяйство… Ах, как же хотелось побывать на минуточку в семнадцатом, восемнадцатом веке, чтобы поприсутствовать самолично при стирке, готовке, при родах или крещении ребёнка! На свадьбе!

Да хотя бы увидеть вживую, как служанки вертятся вокруг госпожи!

И мне предоставили такую возможность.

Ну и что, что это странный магический мир!

Всё здесь было настоящим, не выдуманным. То, как фрейлины и горничные помогали королеве обтереться, облачиться в рубашку, затянуть на широкой талии корсет, надеть тяжёлое платье, обшитое тесьмой и драгоценными камнями. То, как завивали ей локоны железными щипцами, обернув их полотном, которое тлело и воняло. То, как выносили ночной горшок…

Мы с Эськой наблюдали за этой кутерьмой и мастерили для Кисуни игрушки.

Дашке я когда-то делала всякие интересности из пластиковых контейнеров, из втулок от туалетной бумаги, из киндер-яиц. А тут мои возможности были ограничены пёрышками на верёвочках и клубками ниток. Кроме игрушек надо было предусмотреть когтеточку, но для этого нужно было найти толстый шнур. Эська обещала спросить у интенданта, так что пока мы обматывали нитками кусочки плотной ткани и развешивали клубочки по комнате.

Но, занятая наблюдением, я как-то подзабыла, что теперь принадлежу этому миру целиком и полностью.

Мир же решил мне напомнить в не самой приятной форме.

Я как раз занималась созданием мышки из кусочков ткани и ниток, наклонилась, чтобы показать Кисуне, дёргая ниточкой у неё перед носом, а Кисуня пыталась лапкой поймать мышку, и тут…

Меня весьма грубо схватили за жо… за бёдра и прижали к телу, подобравшемуся сзади, а приятный низкий баритон произнёс интимно:

— Миледи, вам не пристало находиться в такой соблазнительной позе!

— Его Величество король Игнас, — запоздало доложила запыхавшаяся фрейлина.

— Ой! — сказала я, подбираясь, как пружинка, но не решаясь выпрямиться.

— Друг мой, вы не перестаёте путать мой филей с оным служанок! — недовольным тоном заметила королева из-за расписной ширмы.

— Миледи, всё происходит из-за вашей неизмеримой добродетели, — Его Величество отпустил меня с неохотой, как мне показалось, и я смогла выпрямиться и обернуться. Поскольку стелиться по полу не стала, король поднял одну бровь и с любопытством осмотрел меня с ног до головы. Потом продолжил ответ королеве: — Вы никак не можете остановиться и не дарить свои платья служанкам!

— О, не льстите мне с самого утра, сир, — с достоинством сказала Её Величество. — Даже в моём платье вы не могли перепутать мой постерьер с задницей этой девчонки.

— Клянусь, это именно так.

Король наконец оторвал взгляд от моей груди и подошёл к супруге, поцеловал руку и спросил:

— Миледи, вы готовы присутствовать на сегодняшнем испытании?

— Надеюсь, сир, что вы беспокоитесь обо мне, а не о том, какое впечатление я произведу на юные неокрепшие умы девиц?

Машинально я крутила нитки вокруг резко потолстевшей мышки, глядя только на свои руки, а сама внимательно прислушивалась к разговору. Какое такое впечатление должна произвести королева на невест? Может, она превратится в синенький аватар и напугает всех до полусмерти? Боже, как же мне хочется знать, что произойдёт на этом испытании! Даже если метка начнёт хулиганить, я хочу посмотреть на чудеса магии. Как будто фокусник в цирке будет выступать!

Конечно, надо постараться не отозваться ещё раз на всякие возможные магниты.

И, конечно же, надо смотреть на развлечение из укрытия!

Мало ли…

Король помолчал и произнёс примирительным тоном:

— Разумеется, миледи, я беспокоюсь о вас. Невесты… Эти невесты… Стадо овец! Ни одна, Великий Вседержитель, ни одна из них не отозвалась с достаточной силой на магнит наших мальчиков.

— Одна отозвалась, — в голосе королевы проснулось ехидство. — Однако ваши превосходные гвардейцы так и не смогли найти её!

Опаньки!

А ведь это обо мне!

Мышка явно беременна и скоро разродится десятком маленьких клубочков… Нервно оторвав нитку, я закрепила её под моточком и подбросила Кисуне. Та вскочила, вздыбив спинку, и набросилась на игрушку, колотя её лапкой и отскакивая в сторону с таким видом, будто ей угрожал огромный монстр из океанских глубин.

— Как мило, — протянула королева, глядя на свою любимицу. — Тайра, мне сегодня закончат причёску?

— Миледи, мои превосходные гвардейцы найдут эту жемчужину рано или поздно, — король надел на лицо официальную маску правителя. — Она будет избрана женой Армана, безо всяких сомнений.

— Да уж пусть постараются! — королева чуть повысила тон. — Возможно, тогда Богиня смилостивится над нашими мальчиками…

А тут весело, оказывается!

Шкафы… ох нет, тут нет шкафов! Сундуки полные скелетов! Мальчики, эти милые принцы, каждый со своими тараканами в башке, чем-то провинились перед местной Богиней, и теперь им надо искупить свои грехи? Женившись? Как-то странно и не слишком логично, но кто я такая, чтобы судить Богиню?

Я человек маленький, с котёнком играю, вперёд не вылезаю, просто наблюдаю…

Надеюсь, так всё и останется до того момента, когда я смогу вернуться домой.

Примерно через полчаса (а по мне так часа три прошло!) мы уже шли по галерее. Той самой, по которой я пришла в королевские покои. Зачем меня взяли с собой, я не знала, но очень обрадовалась. Совершенно не улыбалось сидеть взаперти в компании хоть и милой, но неразговорчивой Кисуни. С кошкой осталась играть младшая фрейлина, а остальные, включая и Эську, следовали за королевой. Та вышагивала, прямая и отстранённая, держась за руку супруга. Перед королевской парой, бренча шпорами и стуча каблуками, топали гвардейцы. Позади — фрейлины и я. А впереди — таинственное испытание аватаром.

Я полагала, что оно пройдёт во дворе, как и прошлое, а мы будем наблюдать с высоты балкона. Но я ошиблась. Наполовину.

Гвардейцы остались в галерее, а королевская чета прошла в двери. Мы за ними. И оказались в не слишком большой ложе, со всех сторон прикрытой тяжёлыми бархатными занавесями. В ложе стояли два кресла с гнутыми ножками и мягкими сиденьями.

Людовик какой-то там. То ли тринадцатый, то ли четырнадцатый. Я всегда их путаю. Но вкус у обоих был неплохой. Кресла мне очень нравились.

Смотреть было больше не на что.

Король сел первый, за ним королева. Мы остались стоять. И смотреть на задёрнутые портьеры.

А дальше что?

Нам кино покажут, или как?

Король повёл ладонью слева направо, и портьера медленно растаяла, повинуясь его жесту. Не исчезла, конечно, но стала прозрачной. Полагаю, как зеркало Гезелла, только с одной стороны. Мы видели, нас нет. Перед нами открылось зрелище, от которого захватило дух.

В большом круглом зале — как сцена средней по размерам филармонии — вдоль стены стояли невесты. Их платья были, как розочки на кромке торта, разноцветные и воздушные. Ряды их значительно кхм… поредели. Из двух тысяч осталось примерно сотен пять. Одна четвёртая, с ума сойти! А ведь ещё четыреста девяносто семь в конце уедут домой…

Можно, я с ними, а? Домой, в свой мир…

Принцы сидели на похожих креслах, что стояли в ложе. Сидели спиной. Но я сразу узнала Гевина — наверное, по причёске. И именно он начал спектакль.

Я всё ждала синенького инопланетянина, как знать, почему. Не аватарку же на профиль они будут вызывать, правда? А Гевин встал с кресла, заставив зал выдохнуть, и развёл руки в стороны. Чуть качнулся назад, как от отдачи, и я затаила дыхание.

Аватар оказался и правда синеватым, но прозрачным, будто призрачным. Он выпрыгнул из принца… Видели в фильмах? Как астральное тело отделяется от физического, которое спит, и идёт гулять само по себе. Так и большой лис с длинными треугольными ушами и пушистым хвостом встал посреди зала, отряхнулся с остервенением и повёл носом, обнюхивая ряд ближайших к нему девиц.

Следом поднялся второй принц.

У меня в груди уже завелась шарманка магии. Всё было, как и вчера — жарко, душно, тесно… Нет, не сейчас! Только не сейчас! Я не поддамся, не поддамся! Я буду глубоко дышать, сдерживая рвущуюся из груди магию, и смотреть на лиса. И на величественную птицу, которая вырвалась из тела Армана, сделала круг под потолком зала, раскачав порывом воздуха люстры с сотнями свечей, а потом опустилась на пол рядом с лисом. Сложила крылья. Подняла голову и испустила безмолвный крик…

Обняв руками плечи, я отступила. К двери… Главное, чтобы никто не заметил моего состояния. Я горю изнутри, я превращусь в кучку пепла, если не выберусь отсюда и не окажусь как можно дальше от аватаров! И даже не хочу видеть третьего, не желаю, ну нафиг! Какая боль! Почему магия причиняет мне боль? Почему не принцам? Что за несправедливость?

Нащупав ручку, я повернула её, приоткрывая дверь, и задом выбралась в галерею, успев заметить последний аватар, который оказался большим лохматым волком. И прислонилась к стене, пытаясь отдышаться и унять жжение внутри…

Я ненавижу этот мир!

Я не хочу отзываться!

Я хочу просто жить — тихо и мирно, а не выходить замуж за принца!

Застонала от невыносимой боли в груди…

Нет, невозможно держать это в себе, невозможно!

Чёртова магия сильнее меня… Я не смогу с ней бороться… Лучше сдаться…

Ковыляя по галерее почти вслепую, держалась за стену ладонью, шла неизвестно куда, лишь бы подальше. И вдруг моя рука провалилась, обнаружив вместо камня пустоту, а я просто упала в некую комнату, не в силах подняться. Упала, поджав ноги к груди, обняв коленки, скрючилась на полу, зажмурилась…

И вдруг боль исчезла!

Как будто её и не было никогда! Какое счастье… Счастье, мамочки мои… Я останусь тут навсегда, никогда не вернусь в королевские покои, даже если это означает никогда больше не увидеть Кисуню. Я даже смогла привстать без стона, смогла сесть и опереться на что-то спиной. Осмотрелась.

Ах ты ж, ёлки-палки! Изо всего огромного дворца я выбрала, будто нарочно, часовню. Или церковь? Молельную комнату? Как это здесь называлось, я не знала. Однако всё выглядело, как в часовне святой Жанины у дороги. Только статуя была другой. Не печальная дама с посохом, а добрая девочка, сидящая на роскошном троне. И резьба дерева отличалась — тонкая, очень изящная, с точностью передающая черты человеческого лица и ажур кружевного воротника на платье, складки юбки, каждый пальчик сложенных на коленях рук.

И то самое флуоресцентное свечение магических светлячков, живых искр, пугающее меня до потери сознания.

Где магия — там проблемы.

Я опять попала, это что-то невозможное, честное слово!

Светлячки порхали по комнате хаотически, мерцали волшебно и будто баюкали. Но я не собиралась поддаваться их успокаивающему миганию. Я спросила с обидой:

— Зачем вы меня мучите? Я не хочу магию! Я просто хочу вернуться домой!

Искры замерли на мгновение, потом бросились врассыпную и попрятались по углам. Наморщив лоб, я поднялась с пола, опершись на стену, а, когда выпрямилась, вскрикнула от неожиданности.

Передо мной переливались всеми оттенками синего три аватара — лис, орёл и волк. Они словно ждали чего-то, и это что-то не преминуло произойти.

В груди защекотало. Я испугалась до полусмерти, что снова станет больно, но нет. Всё было прилично. Просто душнота, теснота, жар — и я сдалась. Выпустила свой аватар, откинувшись к стене спиной.

Тонкая грациозная кошка с длинными ушами спрыгнула на пол. Нежно-голубая и такая же прозрачная, с постоянно меняющимися очертаниями тела, она потянулась всем телом, как это умеют делать только кошки, и села, аккуратно обернув хвостом передние лапы.

Меня даже гордость взяла за этот чудесный аватар. Надо же — кошка! Если присмотреться, бенгальская или даже абиссинская! В принципе, это и понятно — я кошатница до мозга костей! Тигр был бы лучше, конечно, но и эта красотка великолепна. Если иметь аватар, то только кошку!

Интересно, какой она обладает силой?

Аватары выжидающе застыли. Застыла и я. А потом не выдержала. А дальше что? Они меня видят? И принцы могут меня видеть? Нет, я не вынесу неизвестности!

— Дальше-то то? — спросила я у своей кошки.

Ощутила, как между нами натянулась невидимая струна.

Словно ниточка из эмоций и чувств связала меня с этим странным существом, сотканным из магии и астрала.

Может быть, это и есть душа? Может быть, я первая из моего мира, которой посчастливилось увидеть собственную душу?

Кошка обернулась. Её прозрачные глаза неотрывно смотрели на меня. В течение нескольких секунд мы были единым целым, но аватары принцев внезапно перешли в наступление.

Первым набросился на кошку волк.

Нет, он не хотел разорвать её в клочья, ни напугать. Он просто ловил ускользавшее существо, чтобы завладеть им. Ещё бы, ведь все девушки принадлежат королю, королевству, а значит, немного и принцу!

Ловкая синяя кошка играючи избежала тяжёлого на вид тела волка, но подключился орёл. Он тоже хотел мою кошечку, взмыл в воздух и попытался схватить её когтями. Лис же попятился. Он не желал участвовать в охоте? Или уступил братьям? Нет, не верю! Чтобы Гевин да уступил…

Я даже вскочила на ноги, переживая за кошку. Мне казалось — если аватары завладеют ею, то всё будет кончено. И решила вмешаться, махнула руками:

— Прочь! Идите отсюда! Не трогайте её!

Кошка оглянулась на меня, состроив хитрую мордочку — как умеют только кошки — и выгнула спину, хвост трубой, на когтях, с поднятой шерстью… Принялась играть в устрашение зверюшек!

Нет, серьёзно?

Я прекрасно знаю, как выглядит игра у кошек.

Нападение, кусь, отскок!

Кусь!

Кусь и повалиться на бок!

Волк играл точно так же, только добавить к этому же набору улыбающуюся пасть с вываленным набок языком.

И орёл включился — скакал рядом, растопырив крылья со встопорщенными перьями, делал вид, что клюёт…

Лис же пытался достать мою кошечку со спины, но всякий раз отступал перед лапкой с выпущенными когтями. Ещё бы, небось, помнил сковородку!

А я вспомнила про невест.

— А ну брысь! Брысь в зал! — крикнула аватарам. — А ты, возвращайся на место! — это уже кошке.

Но всё пошло не так, как хотелось.

Разве в этом мире может быть иначе?

Разыгравшиеся зверюшки на миг остановились, замерли, переливаясь в неясном свечении магических искр, а потом бросились прочь.

Все четверо!

Вместе с моей кошкой!

Нет, ну вы только подумайте! Что за детский сад такой? Взяли и сбрызнули! А мне что делать без души, интересно? Куда она намылилась, кошка драная? Увидела мальчиков и всё, потеряла память и совесть? Я попыталась вернуть свой аватар, но кошка не слушалась. Мы всё ещё были связаны, но она словно жила собственной жизнью. А мне что делать-то? Может, надо идти её искать?

Зажмурившись, я попробовала подёргать за ниточку, которая связывала меня с кошкой. Та натянулась, но ничего не произошло. Вот же своевольное животное! Я подумала о кошке с некоторым восхищением, ведь всем известно, что эти няшки делают, что хотят, и ходят сами по себе. Поэтому… Ну, бог с ней, я всегда смогу её найти. Когда мимимишка наиграется с аватарами.

Я взглянула на статую маленькой девочки и спросила у неё с раздражением:

— Как мне понять всё, что у вас происходит?

Статуя осталась недвижимой. Зато искры медленно выплыли из углов, куда спрятались, и закачались в стоячем воздухе часовни. Опять послание? Я ждала, что искры сложатся в слово, в слова, во фразу, но нет. Они просто мерцали, ничего мне не объясняя, ничего не подсказывая. А может, это как гадание на нитке и кольце? Может, им нужен конкретный вопрос? Ведь ответили же мне в часовне святой Жанины!

Подумав, я спросила:

— Мне стоит вернуться к королеве?

Замерла.

Искры поколебались и поплыли в центр помещения, прямо перед статуей, сгруппировались, мигнули.

«ДА»

Бляха муха.

Ладно. Вернусь. Правда, я нифига не понимаю высший замысел. Но это, наверное, оттого что я не высыпаюсь. Поспать бы полноценные восемь часов, и мои мозги посвежеют, заработают на полную силу. Дайте поспать, блин!

Но мой молчаливый внутренний вопль, конечно, никто не услышал. И не услышит, ибо кто я такая? Да ну нафиг. Если ты не королева — никому не нужна. А стать королевой значит выйти замуж за нелюбимого человека. Этого я не хочу. Поэтому надо заткнуться и жить дальше по законам этого мира.

Ать-два, Ксюха, марш к королеве.

Выйдя из часовни, я на секунду остановилась, вычисляя, откуда пришла, и направилась в ложу. Внутренний радар не подвёл, и уже через пару минут я отворила дверь, заглянула в комнатку, где стояли кресла. Но она была пустой. Я обескураженно потопталась на месте, прошла к портьерам, заглянула за них, но обнаружила только стену. Ишь, Его Величество магией баловались… А как мне теперь вернуться? Где они все?

Со вздохом я вышла обратно в галерею и наткнулась на Эську. Девчонка остановилась, выпучив на меня глаза, а потом набросилась с претензиями:

— Где тебя носит, а? Её Величество недовольны! Ты ушла самовольно!

— Мне в туалет захотелось, — с достоинством соврала я.

— Нельзя! Ты в свите королевы, будь любезна терпеть!

— Интересно! Мне что, на пол писать? — возмутилась я, а Эська фыркнула:

— Терпеть! Счастье твоё, что королева занята! Ой, тут такое случилось, такое!

— Что тут уже такое случилось прямо такое? — мне стало интересно. Эська потащила меня за руку по галерее обратно к часовне, но туда не зашла. Дальше, дальше, а мне не терпелось узнать, что же произошло. Девчонка будто почуяла мою жажду сплетен и, сравнявшись со мной, заговорила тихо, чтобы никто, кроме меня, не услышал:

— Когда принцы освободили аватары, невесты чуть не полопались, стараясь выдавить свои! — она захихикала, вспомнив, вероятно, увлекательное зрелище. — Но я так считаю: выше себя не прыгнешь, и если у тебя нет достаточно родовой силы — возвращайся к себе в поместье и выходи замуж за ближайшего холостяка. А нет, они же все хотят остаться во дворце! Даже если не за принца, так хоть за министра какого пойти, или даже за кухаря… Так вот. А королева вся затряслась, словно с ней падучая приключилась! Все же знают, что у королевы аватар ужасного морского страшилища! И она его выпустила! Фрейлины так визжали, что хоть уши зажимай! А потом аватары принцев исчезли! Представляешь? Просто взяли и скрылись в стене!

— Да ты что, — пробормотала я. Ага, я в курсе, куда исчезли эти синенькие паршивцы! Кошечку мою загоняют неизвестно где!

— Да-да! И никто не знает, что делать и как их вернуть! Принцы впали в кататонию, не расшевелить… Их отнесли в лазарет, там сейчас лекари над ними колдуют, магопускание делают… Но всё впустую!

— Почему? — удивилась.

— Как же без аватара жить? — ответила Эська. — Если аватар отдалился — всё, лежи тихонечко и смерти жди! Только все три принца при смерти — это ужасно! Кто королевство наследовать будет?

Я покачала головой. Она думает только о королевстве, а не о принцах. Неужели без аватара можно реально умереть? А если эти зверюшки так и не вернутся? Если заиграются и забудут, что их ждут хозяева? Кстати, а почему я не впала в эту самую кататонию? Ведь моя кошка тоже сбежала… Может, сейчас грохнусь в обморок и всё, пипец?

Мамочки…

— Пойдём, пойдём скорее, надо догнать королеву, она сейчас в лазарете с сыновьями! — Эська тащила меня дальше по галерее, потом по лестнице вниз, а я бездумно перебирала ногами, прислушиваясь к себе.

Нет, вроде всё в порядке.

Что со мной не так? Почему я не такая, как здешние барышни? Конечно, я могу придумать стопицот ответов на этот вопрос, но будут ли они правдой? Я не такая. Точка. У меня есть магия, правда, я не знаю, как ею пользоваться. У меня есть аватар, который живёт отдельно от меня и мне за это ничего не будет, в отличие от принцев. И вообще, я блондинка, ах-ах… Но серьёзно, почему? Какая у меня миссия? И есть ли она?

Мы пробрались какими-то кулуарами в лазарет, который оказался удивительно похож на больничку Хогвартса из фильма. Такое же огромное помещение, такие же маленькие кровати… Вокруг них суетилась толпа. Королевы нигде не было видно, король стоял поодаль. Но через шум и гул голосов я услышала рыдания.

Королева рыдала.

Бедная женщина… Сразу трое сыновей, таких здоровых и красивых, заболели и, похоже, смертельно. Любая мать на её месте будет в истерике… И жалко её, и не могу ничего сделать.

Если только…

Я могу попробовать позвать кошку обратно! И ласково попросить привести расшалившиеся аватары.

Но это означает, что все увидят… Все узнают, на что я способна. Меня приватизируют уже как жену, и это навсегда. Вряд ли тут додумались до легализации разводов. Нет, я не хочу и не могу! Не могу!

— Они умрут, умрут…

Полный тоски стон королевы взрезал моё сердце. Боже, бедная… Бедные принцы! Серые глаза Гевина, насмешливые и острые, мелькнули в памяти. Как же удержаться и не поддаться на приступ жалости?

Я не могу выдать себя. И не могу помочь принцам, не выдав себя.