Глава 36, о переломных моментах в судьбе.
Её вывели на арену. Речи конферансье звучали так, словно он подслушал их в фантазиях Тани.
Под крики толпы её провели по кругу, подвели близко к серой и дали той возможность вволю порычать, поскалить зубы и ощетиниться. Сама Таня не тратила силы на этот собачий ритуал, она крепко держала в узде свои инстинкты и собиралась с духом перед боем. Она не смотрела вверх, и без того отлично зная, что Чёрный стоит у стенки вольера и смотрит на неё. Она отлично представляла, что он сейчас чувствует. Оказалось, что стоять на арене легче, чем смотреть сверху. Неожиданно, но факт. Смотря на бой Чёрного, она мучилась отчаянием от невозможности чем-либо помочь, её убивало собственное бессилие. Сейчас же осознание, что всё зависит только от неё самой, успокаивало.
По линиям энергетической сети пустили импульсы, болезненно жалящие тело. Работники арены палочными ударами и криками старательно раззадоривали Таню на бой. Не желая получить лишнюю порцию ударов, Таня оскалилась и зарычала, копируя поведение серой. Наконец, с неё сняли путы. На арене остались лишь она и её противница. Серая собака была откровенно счастлива, что люди предоставили ей такой уникальный шанс расправиться с соперницей.
«Серую точно привезли из светлого мира, она не знает, что подобных шансов будет столько, что их «уникальность» быстро утратит свою привлекательность», - отстранённо подумала Таня.
Серая молнией метнулась к ней, и Таня напряглась, приготовилась к выполнению первой стратегической задачи. Как только лапы серой в гигантском прыжке оторвались от земли, Таня стелящейся тенью кинулась на песок, перевернулась налету и проскользила на спине под телом противницы, выставив вверх лапы с выпущенными когтями. Острые, как лезвия бритвы, когти прорезали живот серой, покрыв его алыми бороздами. Таня вихрем взвилась на лапы, разворачиваясь мордой к визжащей от боли собаке. Пользуясь тем, что серая впала в шок от сильной боли, Таня метнулась к ней и впилась в заднюю лапу.
Хруст сломанной кости - и серая вновь взвизгнула от боли, но на этот раз не упустила свой шанс вцепиться в загривок Тани. По арене покатился рыже-серый клубок, состоящий из лап, зубов и летящей во все стороны шерсти. Если бы не удачный первый удар, то на жизни Тани можно было бы ставить крест, но из распоротого брюха серой хлестала кровь, её хватка становилась всё слабее. Мощным ударом задних лап Тане удалось вторично попасть по животу и отбросить от себя визжащую серую. Собака вскочила на три лапы, но Таня тут же тараном сбила её с ног, полоснула по морде клыками и отскочила в сторону. Серая поднялась еще раз, но вновь была сбита. Кровопотеря серой становилась критической, и собака сдалась: она с визгом припала к песку, метя хвостом перед Таней, объявляя о своей капитуляции и полной покорности.
«Всё», - только эта мысль билась в голове Тани, когда её уводили к ветеринарам.
Она смутно слышала слова врачей, что раны у неё не слишком глубокие и что внутренние органы не задеты, удивляясь про себя, что на её теле обнаружили какие-то раны. В запале боя, сосредоточившись на единственной задаче остаться в живых, Таня не заметила, что ей тоже досталось от клыков серой. Говорили, что бой длился четверть часа, и Таня не могла поверить, что молниеносная по её ощущениям схватка заняла столько времени. Отнесут ли её в вольер к Чёрному или ей не суждено убежать из этого вертепа?
О том же спорили Кравен и Мафин, пока выигравшие получали свои деньги, а проигравшие толковали о невиданной хитрости колхи, обманувшей их своим изнеженным и изящным внешним видом.
- На кой сажать рыжую с Черным, коли следующей вязки еще год ждать? - злился Кравен, опять проигравший на ставках и вынужденный тратить кредиты на целительскую помощь серой, чтобы не потерять выложенные за неё наличные.
- Дурень, это же готовый рекламный ролик: «Победительница отправляется на свидание с возлюбленным псом, а серая сидит в сторонке и надеется на реванш», - толковал Мафин. -На их следующий бой ставки будут ещё выше, а ты натаскай серую в тактике боя, чтоб не попадалась в простейшие ловушки! Три дня тебе на подготовку и снова стравим сук на сцене. Серую маги полностью вылечат, а колхи ещё будет слаба, так что вторично не победит, а у серой как раз разгар брачного сезона наступит - всё нам на руку играет, чуешь? Многие во второй раз поставят на колхи, а уж мы постараемся сделать так, чтобы живой со сцены она не ушла.
Этот план Кравен одобрил и приободрился: он не бездарно профукал кредиты на виенского шумеха, собака еще принесёт ему прибыль.
Впервые Таня была искренне счастлива, что её несут в вольер и запирают за решёткой! Даже накатившая боль от ран казалась мелочью. Пока её сгружали на подстилку, двое магов удерживали магическую ограду, запершую Чёрного в дальнем углу: в этом углу огромный пёс так яростно рычал на Кравена, что кровь стыла в жилах.
- Рычи, сколько хочешь, в итоге всё равно будет по-моему, - пренебрежительно бросил Кравен, запирая клетку - ключи от всех вольеров были только у него, Мафина и двух старших охранников.
Люди ушли, развеяв магическую загородку, и Чёрный подскочил к Тане грозно рыча и нежно ворча в одно и то же время. Он легонько тыкался в неё носом, зализывал раны, зарывался мордой в её длинную шерсть и глубоко вздыхал. Прилив необычной для пса нежности тронул Таню до слёз. Если бы она могла, то клятвенно пообещала бы ему никогда впредь не предпринимать ничего опасного, чтобы ему не приходилось так переживать за неё. Увы, её жизнь сплошь и рядом состояла из одних опасностей, поэтому она отвечала лаской на ласку и махала хвостом, уверяя, что ничего слишком страшного с ней не произошло. Рычание Чёрного из грозного становилось одобрительным, а во взгляде изжелта-зелёных глаз появилось новое выражение: пёс гордился тем, как ловко и хитроумно его подруга расправилась с сильной соперницей.
- Вы - два сапога пара, - сказал Стир, притаскивая Тане уже привычной каши с бульоном.
- Я из-за ваших вечных болячек лишних два часа на работе провожу, чтобы полезной, легкоусвояемой еды наготовить. Давайте-ка обратно на мясо переходить, так оно всем спокойнее выйдет.
«Будто мы виноваты в том, что нас травят собаками!» - возмущенно затявкала Таня и её поняли: Стир тихо-тихо заругался на своих боссов, а Тане тишком сунул в пасть белую продолговатую таблетку из той же упаковки, что и псу. Проглотив обезболивающее, Таня изо всех сил постаралась не заснуть под басовитое урчание пса: время для снов закончилось, пора было бежать! Чёрный вполне оклемался после боя, она не так уж сильно пострадала, так что надо бежать, не дожидаясь, пока их вновь выставят на арену!
Через несколько часов в клубе стало тихо. Ушли уборщики, разносчики корма и прочие работники, ушли охранники, проверив все вольеры. Таня подскочила на подстилке, но была мигом уложена обратно, придавленная тяжелой лапой пса.
Таня постаралась объясниться мирно. Потом не слишком мирно. Под конец она злобно зарычала на пса, стараясь всеми телодвижениями объяснить ему, что завтра шанса сбежать может уже не быть! Затрудняясь разобраться в смысле её пантомимы, пёс отпустил Таню, дал ей добежать до досок, прикрывающих дыру в полу, а потом ухватил её за загривок и поволок на подстилку. Пёс убедился, что верно понял намерения подруги, и высказался против.
«Я нормально себя чувствую! Да, ранена, но обезболивающее действует! Бежать надо сейчас, понимаешь?!» - возмущалась Таня отрывистым тявканьем, трепыхаясь в мощных челюстях пса, тянущих её нежно, как собака-мать при переносе щенков в безопасное место.
Чёрный выпустил её и сел посреди клетки. Морда его стала сосредоточенной и задумчивой, пёс явно взвешивал все «за» и «против», а Таня всячески старалась не мешать ему принять вариант «за».
«Оказывается, даже в собачьем теле важно, чтобы твой спутник жизни прислушивался к твоему мнению», - подивилась Таня.
Тщательно обнюхав Таню, Чёрный зализал все немногочисленные швы на её теле, оставшиеся на память о схватке с серой. Походил кругами по клетке и вдруг замер, напряженно вслушиваясь в еле слышный скрежет ключа в замке: кто-то направлялся к вольерам!
Неслышной поступью Чёрный приблизился к дверце клетки, принюхиваясь к воздуху и прислушиваясь. Таня встала рядом, скопировав его позу и радуясь, что не успела поднять доски и не пришлось сейчас шуметь ими, задвигая обратно. Она повела носом, разбирая запахи, и сразу уловила аромат того, кто к ним приближался.
Шерсть у Тани встала дыбом. Инстинкты завопили, что приближается грозная опасность и надо готовиться встречать её когтями и клыками. Грозное рычание псов в соседних нишах с вольерами подтверждало сообщение инстинктов. Чёрный внезапно отступил от решётки и отошёл вглубь клетки, а Таня осталась стоять настороже, глухо ворча в ожидании неведомого ужаса, что с шуршанием приближался из-за поворота.
Инстинкты не обманули: из-за угла выползла огромная змея. Её чешую покрывал ромбический узор коричнево-зеленого цвета, а глаза светились чёрными бусинами полированного агата. Длинное тело змеи извивалось зигзагами, быстро двигаясь к Т аниной клетке, и для неё точно не станут преградой прутья решётки: скользкая тварь легко протиснется между ними. Подавляя инстинктивный страх, Таня припала к полу, сравнявшись по высоте с врагом и с вызовом смотря ему в глаза. Из её горла вырвалось свирепое предупреждающее рычание, тело сжалось пружиной, готовясь к прыжку. Она не сдастся без боя!
Дело испортил Чёрный, с тихим рыком придавивший Таню к полу и впившийся ей в холку, стягивая шкуру и задавливая в зародыше все крики и визги. Змея подползла вплотную к клетке, а пёс, вместо того, чтобы готовиться к защите, удерживал Таню в неподвижности! Он что, собрался скормить её змее?!
Ромбовидной формы плоская голова просунулась в клетку, и перед полупридушенной Таней прямо из змеиной пасти вывалилась и упала на пол связка металлических ключей. Чёрный раздраженно зарычал и лапой выбил ключи обратно из клетки. Вопрос: «Что происходит?» настолько захватил Таню, что она не стала лаять, когда пёс отпустил её, предупреждающе поворчав напоследок. Чёрный развернулся к дверце и излучал запах абсолютного спокойствия, пока змея свивалась в кольца, вытягивалась вверх, окутывалась серым маревом и... обращалась голым мускулистым мужиком с лысой головой и знакомыми Тане полуночными глазами на длинном лице. Она видела этого типа на крыше здания с кучей полицейских внутри! И от него так же неприятно пахло серьёзной опасностью - теперь ясно, почему!
Неужели Тьерр сумел найти её здесь?! Это же его человек, и он явно пришёл, чтобы спасти её!
При виде потрясённой морды Тани лысый ухмыльнулся и залихватски подмигнул ей, вызвав недовольное рычание Чёрного. Лысый и голый ухмыльнулся ещё раз, поднимая ключи и открывая замок клетки.
- Что, шеф, проблемы с оборотом? Мы так и подумали, - весело произнёс он, обращаясь к псу. - Предлагаю завершить вашу экскурсию по тёмным мирам и вернуться к скучной и нудной кабинетной работе. Понимаю, что предложение не слишком заманчивое, но долг есть долг, как говорится. Судя по слухам, вы и так неплохо тут порезвились, пора и меру знать.
Поперхнувшись рыком, Таня повернулась к своему невозмутимому соседу по клетке. Шеф?!! Её пёс тоже знаком с этим лысым?! Получается, что он тоже из полиции, да ещё из близкого круга Тьерра? Вот это совпадение!
Тем временем Чёрный смешно задёргал ушами: взад-вперед, с разной скоростью и с разными промежутками между движениями, то пригибая уши к голове, то ставя их торчком, как однажды уже видела Таня. Лысый внимательно посмотрел на это представление, вмиг стал серьёзным и кивнул со словами:
- Само собой, не знали, спохватились, когда всё закончилось. Нам уже устроили головомойку, и лучше поспешить, пока Амели под влиянием стресса не начала паниковать и разбирать этот вертеп по камешку.
«О, так движения ушами - это способ общения в зверином теле?! Типа азбуки Морзе?» -поразилась Таня, не сопротивляясь Чёрному, который дотащил её до миски с водой, стоявшей у подстилки, и ткнул в воду мордой. Таня поняла это как указание напиться перед побегом и не стала спорить. Она была слишком ошеломлена, чтобы о чём-либо спорить. Если бы Чёрный вдруг обернулся английской королевой, она бы без капли удивления присела в реверансе.
Вода имела уже знакомый привкус крови - такой вкус у неё был всё время болезни Тани. Чёрный принялся вылизывать правую лапу, от которой тоже еле заметно пахло кровью, -он накапал своей крови в миску?! Проглатывая воду, Таня чувствовала, как её захлёстывает энергия и сила, как это было во дворце Люка после отравления, и понемногу складывала два и два: Тьерр вылечил её от отравления своей кровью. Кровью оборотня! И тут в вольере её лечили тем же чудо-средством, так что Чёрный - тоже оборотень, в этом нет сомнений. Она была права, когда считала его разумным существом! Выходило так, что Чёрный - это полицейский, возглавляющий ту группу, в которую входят лысый оборотень-змей, блондинка, худой парень и Тьерр - все те, кого Таня видела на крыше небоскрёба в мегаполисе.
Тем временем Чёрный поднял доски пола, вызвав восторженный присвист у лысого, и выволок оттуда один оторванный прут.
- Я смотрю, что чуть не опоздал с визитом, - высказался лысый, вооружаясь прутом. -Вообще-то, планировалось уйти тихо и незаметно, так же, как я зашёл, но вам виднее, как мы скорее выберемся. Хочу только предупредить: высокое начальство слёзно умоляло по возможности не накалять конфликт с тёмными мирами.
В сопровождении двух собак лысый двинулся к выходу из клуба. Не к центральному входу, конечно же, а к тому, что вёл через подсобные помещения на задний двор.
Тихо и незаметно уйти не удалось, это стало ясно, как только они вышли за дверь вольерного сектора. С первого этажа донеслись крики охранников, обнаруживших старшего смены лежащим без сознания и без ключей в кармане. Чёрный фыркнул, услышав крики людей, лысый досадливо крякнул и покрепче сжал прут.
- Врубай тревогу! - долетело до ушей Тани.
Чёрный перемахнул через бордюр, спрыгивая на первый этаж, и скрылся из виду.
«Швы разойдутся!» - гавкнула Таня и хотела прыгнуть следом, но её ухватил за холку лысый, сказав:
- Сдурела? Кого сегодня ветеринары штопали? Шеф без тебя справится, он и так зол, что мы твой сегодняшний бой проглядели, не вмешались, положились на то, что не было предварительного извещения о нём. Мы изучали информацию, и о боях, готовящихся в клубе, всегда объявлялось заранее, а о сегодняшнем твоём бое ни слова сказано не было: так мы его и прошляпили, пока подмогу вызывали. Пошли кругом, приглядим за тем, чтобы к шефу с тыла новые визитёры не нагрянули.
Судя по шуму от падения тяжёлых тел и молчанию тревожной сигнализации, шеф действительно справлялся. Выход из здания был в конце коридора, в который Таню с лысым привела лестница: выход находился сразу за комнатой охраны. С других сторон коридора шёл ещё ряд дверей и за одной из них раздался шорох в ответ на поднятый охранниками шум. Лысый встал за дверью, держа наготове прут, из комнаты охраны выглянула настороженная морда Чёрного, он скачком подлетел к ним.
Дверь распахнулась одновременно со словами, произнесёнными Стиром:
- Что за крики?
Таня взвизгнула, испугавшись, что её верного товарища огреют металлическим прутом по голове. Чёрный коротко командно тявкнул, и лысый нападать не стал, с любопытством уставившись на замершего в проёме двери человека. Стир, раскрыв рот, оглядел незнакомца с прутом, перевёл ошарашенный взор на собак и проговорил растеряно:
- Уходите? А я тут кашу вам на завтрак варю...
Просительно заскулив, Таня обернулась к Чёрному, потом подскочила к Стиру и лизнула его в ладонь. Стир автоматически погладил её по голове, заторможено рассматривая высокого оборотня с длинным лицом, с котором Чёрный проводил разъяснительную беседу с помощью ушной азбуки Морзе. Беседа была краткой. Лысый кивнул и обратился к Стиру:
- Тёмные миры покинуть не желаете? Обещаю вам помощь от лица Галактического Сообщества, я - сотрудник всекосмической полиции.
- Это я уже понял. С миссией спасения собак, в голом виде и с одним прутом в руках, в логово бандитов Мафина может заявиться только полицейский, - ответил Стир.
Он посмотрел на преданно виляющую хвостом Таню и решился:
- Ладно, посмотрю, как собакам у вас живётся. Если хорошо - то лучше на ваших псарнях работать буду.
За входной дверью обнаружился небольшой гравикорт. Как он умудрился незаметно приземлиться на заднем дворе клуба, осталось тайной спецов из всекосмической полиции. Управлял аппаратом тоже знакомый Тане худой парень, находящийся на постоянной видеосвязи с блондинкой, что когда-то фотографировала рыжую колхи на крыше небоскрёба. Блондинка радостно заулыбалась при виде двух собак и укоризненно заметила с монитора, пока гравикорт набирал высоту:
-Вы чуть весь город не перебудили! Хорошо, что мы держим под контролем все сигнальные системы в здании, а то я уж приготовилась задействовать тяжёлую артиллерию.
- Она посмотрела на дёргающего ушами Чёрного и ответила на его вопрос: - На орбите висит крейсер всекосмической полиции, приютивший на своём борту наш маленький кораблик. Я разговариваю с вами из центра связи крейсера, мы вызвали подмогу, когда сегодня обнаружили вас с колхи в собачьем клубе. Мы бы, конечно, и сами справились с вашим вызволением из плена, но чувствуешь больше уверенности в своих силах, когда за твоей спиной вся нереальная мощь боевого корабля. Да-да, все специалисты на крейсере имеются, вас уже ждут. Человек с вами добровольно покидает пределы своего мира? Вот как? Прекрасно! Рада, что среди населения темных миров встречаются нормальные существа, с не искалеченной психикой.
Гравикорт приземлился на крыше шаттла и укрылся защитным куполом, чтобы не сгореть в верхних слоях атмосферы: шаттл, в отличие от космических кораблей последних моделей, слои атмосферы не раздвигал. Пилот гравикорта и все его пассажиры перешли в большую общую каюту и шаттл немедленно стартовал к орбите. Через четверть часа они уже входили в большой холл крейсера: огромного, пятиэтажного корабля, оснащенного по последнему слову науки, магии и техники.