Глава 40, об исполнении мечтаний и проблемах рыцарей, спасающих принцесс.
Звёздное небо, лунная ночь, любимый мужчина рядом и исполнение заветной мечты - что еще надо для счастья? Не верилось, что она снова в человеческом теле, это было волшебное чудо! Она снова стоит на ногах, а не лапах, может говорить, а не только рычать и лаять. Она человек и это прекрасное, восхитительное, лучшее из всех состояний! Чудесное превращение стоило всех её мучений в клетке, всех её страхов!
Счастье и кипящий восторг переполнили Таню. Ей хотелось обнять и расцеловать весь мир, особенно того, кто подарил ей это чудо преображения, но пришлось ограничиться ласковой улыбкой: Гордеон не дал обнять его, перехватив Танины руки и прошептав:
- Успокойся, всё так, как и должно быть.
Точно, как должно? Таня осторожно ощупала своё лицо, словно оно могло рассыпаться на части или превратиться в собачью морду от неловкого движения. Ничего необычного не нащупала: два глаза, нос, рот, брови - всё, как у людей. Ростом она и в этом теле не вышла: её макушка находилась на уровне подбородка Горда, так что даже с учётом его высокого роста она явно не была великаншей.
- А как обратно в собаку перекинуться? - спросила она.
- Просто захотеть, - пожал широкими плечами Гордеон, стряхивая капли воды с рук и приглаживая волосы, чтобы струйки воды не бежали по лицу. - Попробуешь прямо сейчас?
Таня залюбовалась его чёткими движениями, игрой мускулов, резкими линиями лица и не сразу ответила:
- В воде неудобно, и пока хочется побыть человеком. Такие позабытые ощущения.
- Наслаждайся, - улыбнулся Гордеон, - но предупреждаю: я запрещаю тебе оборачиваться собакой на корабле в присутствии свидетелей. За закрытыми дверьми каюты - сколько угодно, под чужим взглядом - ни в коем случае.
- Почему? - удивилась Таня.
- Плохо, если до Набарра дойдут сведения о том, что проданная им собака оказалась оборотнем: он тогда начнёт заметать следы и новым жертвам не поздоровится, - получила она исчерпывающий ответ, заставивший её содрогнуться, а Гордеон заговорил о другом: -Предлагаю отправиться к моим родителям и попробовать фирменный мамин пирог. Он и в собачьем теле неплох на вкус, но в человеческом просто великолепен: фарш из трёх видов мяса, хрустящая корочка, ароматные специи...
Таня сглотнула, ощутив вдруг зверский голод.
- Заканчивай рекламную паузу, пошли на дегустацию, - попросила она, и Гордеон со смехом потянул её на берег.
Сделав пару шагов в воде, Таня сообразила, что одета она в чём мать родила, ахнула и остановилась:
- Мы так пойдём к твоим родителям?!
- Как - так? А, твоя повышенная стеснительность не исчезла при обороте?
- Почему повышенная? У вас что, принято расхаживать без одежды?
- Для оборотней нормально ходить обнаженными на своей территории. Я не могу сказать, что прогулка нагишом по центру города является у нас нормой, но на своей территории оборотни часто не затрудняются ношением одежды.
- Твои родители встретили нас одетыми, - напомнила Таня.
- Уверен, они оделись за минуту до нашего приземления. Одежда мешает при обороте и рвётся при переходе во вторую ипостась, так зачем сковывать себя ею, когда в том нет необходимости? Я отдам тебе свою рубашку, когда мы дойдём до моей одежды. Я бы и штаны отдал, но ты в них запутаешься, Т-таньйа.
- Кто?!
- Т-таньйа. Ты сказала, что тебя так зовут.
- Без удвоенного звука вначале и мягче в конце, - поправила Таня, несколько раз повторив своё имя. - Полное имя - Татьяна.
Повторяя про себя «в Багдаде всё спокойно» и запрещая себе сутулиться и прикрываться, Таня шла, держась за руку Гордеона. Она бы с радостью пошла за ним, но идти самостоятельно было сложно: она ощущала себя так, словно встала на ходули. Ей приходилось размахивать руками, чтобы удерживать равновесие, вестибулярный аппарат бил тревогу и отказывался перестраиваться на прежний лад, и очень сильно не хватало хвоста. Однако то были мелочи.
«Двигаться - это прекрасно! Хоть спотыкаясь, но двигаться!» - переполнял Таню фанатичный восторг от каждого жеста. Пусть неуклюжего, но человеческого! Пусть пока незнакомого тела, но послушного воле разума, откликающегося на каждое её желание! Не превратившегося в тюрьму самого строгого режима.
Её иступлённая радость от каждого жеста была учуяна Гордеоном и несколько удивила его, учитывая её трудности в балансировании.
- Тело привыкнет, всё вспомнится, - обронил он. - Постарайся не думать о том, как двигаться, думай о посторонних вещах: так станет легче, движения будут совершаться машинально.
Последовав совету, Таня переключилась на окружающую природу, на запах влажной ночной травы, хвои, цветов, мелких животных, обитающих поблизости от озера. Вдумчивый разбор запахов отвлёк её от попыток управлять каждым своим шагом, тело пошло бодрее, но перед Таней возник новый вопрос: почему в сонме ароматов она вновь не различает запах Гордеона? Ей решительно не нравилось это обстоятельство, она по-прежнему находила его несправедливым! И настораживающим: если так просто можно «выключить» запах влечения, то есть ли оно, это влечение? Возможно, оборотни могут не только прятать запах своих эмоций, но и фальшивые запахи подкидывать?
- О чём распереживалась? - спросил Гордеон.
Ах, он-то учуял её настрой! Нечестно!
- Вспоминаю, как ты меня преследовал. Меня до смерти напугал твой запах, "доказывающий" твои намерения, а сейчас ничего такого я не ощущаю, - честно ответила Таня. - Влечение прошло?
Гордеон так резко остановился, что Таня по инерции чуть не полетела на землю. Её подхватили и прорычали в лицо:
- Прошло?!! Да я стараюсь не смотреть в твою сторону, чтобы не сорваться, хоть очень хочется смотреть и смотреть не отрываясь! Я изо всех сил сдерживаю свои реальные эмоции (совсем не призванные напугать тебя!) чтобы они не проявились в запахе.
- Почему? - недоумённо моргнула Таня.
- Потому, что один я справлюсь, но если флюиды моего настоящего влечения накроют тебя и вызовут жаркий ответ, то вдвоём мы точно не справимся, - выдохнул Гордеон, - и тогда случится то, чего ты так боялась, убегая от меня по лесу.
Опустив лицо с пылающими щеками, Таня не знала, что ответить. «Я уже не боюсь, я тебе безусловно верю»? Или «Больше не убегу»? Или «Мы ведь уже не собаки, а я давно мечтала...»
- Пошли, хватит раздумывать, - простонал Гордеон. - Отменяю свой прежний совет и требую вообще ни о чём не думать!
Таня кивнула, но выполнить требование было сложно: «Как не думать о том, в каком виде я появлюсь перед его родителями? Хорошенькое у них сложится первое впечатление обо мне в роди разумного существа: мокрая, нескладная, еле переставляющая ноги, в рубашке с чужого плеча, говорящая с долгими паузами и запинками, как умственно отсталая!»
- Что ты рассказал обо мне своим родителям? - с опаской уточнила она.
- Всё, что знал сам. Собственно, это не так уж много. Таня, мне нужны будут твои показания о Набарре, твой подробнейший рассказ о его вмешательстве в твою судьбу. Предупреждаю: в деле обвинения мерзавца очень помогут материалы, полученные за счёт сканирования твоих воспоминаний, - они будут приняты как прямые улики. На сканирование нужно твоё добровольное согласие.
- Я согласна, - без раздумий ответила Таня.
- Тебе известно, в чём заключается процедура сканирования воспоминаний?
- Нет, но я согласна на всё, чтобы убийца девочек получил по заслугам! - кровожадно ответила Таня.
- Тебе известно о нескольких таких эпизодах, ты знаешь другие жертвы? - встрепенулся Гордеон. - Или предполагаешь, что они были?
- Знаю. Вместе со мной он переселил в собак ещё три девушки, младшей было пятнадцать лет, - голос Тани дрогнул. - На полигоне во время тренировок, а потом перед выставкой, я видела еще нескольких. Я узнавала их в собачьем теле. По глазам.
Её плечи обняла рука Гордеона. Он погладил её по длинным волосам и глухо сказал:
- В зверином теле простой человек обычно сходит с ума и быстро погибает окончательно. Боюсь, твоих подруг мы уже не спасём. Не плачь, слезами горю не поможешь, лучше послушай про сканирование памяти.
Из объяснений Гордеона Таня поняла следующее:
Процедура сканирования памяти может проводиться только специально обученным сотрудником полиции и только с добровольного согласия разумного существа, за исключением случаев, когда данную процедуру суд назначает лицам, обвиняемым в серьёзных преступлениях. Никаких болезненных ощущений при сканировании человек не испытывает, однако не все свидетели соглашаются его пройти. Причины отказа -психологические. Сотрудник полиции, производящий сканирование, вынужденно увидит ВСЕ события, что сохранились в памяти разумного существа с момента его рождения на свет. Увидит так, словно в ускоренном темпе просмотрит фильм о его жизни, и самые чёткие картины при этом - те, что вызвали когда-то сильные эмоции. Сканирующий увидит не только самые радостные, но и самые болезненные жизненные моменты сканируемого, самые стыдные, трусливые, непорядочные его поступки.
Естественно, вся полученная информация строго секретна и конфиденциальна, она в обязательном порядке удаляется со всех материальных носителей, оставляют только то, что имеет непосредственное отношение к расследованию преступления. Иногда сохраняют лишь пятиминутный эпизод, но изначально всё равно приходится прокрутить весь жизненный путь. Да, файлы записи будут уничтожены, но самые интимные сведения о
твоей жизни останутся известны сканировавшему. Само собой, есть строгий закон о сохранении тайны личной информации, полученной таким путём, однако тяжёлое психологическое воздействие процедуры несомненно.
- Ты имеешь право провести сканирование? - спросила Таня, выслушав объяснения до конца.
- Да, но Хвар справится с этой задачей лучше, - сдержанно ответил Гордеон. Они уже вышли на опушку леса к высокому дереву, под которым Горд оставил свою одежду.
Предложенная им замена пришлась Тане не по душе. Ей было бы гораздо комфортнее пройти эту очевидно неприятную процедуру вместе с Гордом. Если он будет знать о ней всю подноготную, то это не ляжет на неё таким грузом, как в случае с Хваром. Два года за Таней ухаживали, как за лежачей больной, и она бы не хотела, чтобы кто-то посторонний видел это. Они с Гордом через многое прошли вместе в клетке бойцовского клуба, Тане самой приходилось ухаживать за беспомощным израненным Гордом, и его знание о её прошлом воспринималось бы ею как должное. Почему он категорично настроен перепоручить её Хвару?
«Наверняка есть серьёзные причины для такого решения, мне не следует в очередной раз глупо обижаться», - прикрикнула на саму себя Таня. Выдохнула и решила не терзаться сомнениями, спросить прямо. В её случае это самый эффективный вариант, поскольку она слишком мало знает о всекосмической реальности, чтобы строить собственные предположения.
Но спросить Таня не успела: со стороны горки одежды Горда донёслась трель его коммуникатора. Горд сунул ей в руки рубашку, поднял коммуникатор и ответил на вызов:
- Слушаю.
- Литэйр, лорд Люкиэль сбежал из камеры смертников, - услышала Таня взволнованный голос Хвара.
- Высылайте за нами шаттл, - отрывисто приказал Горд.
- Уже. Как у вас дела?
- Всё получилось. Позаботься о замене.
Горд отключил связь, оборвав восторженный возглас Хвара. Спешно застёгивая пуговицы непослушными пальцами и одёргивая рубашку, доходящую ей до колен, Таня сказала:
- Я думала, что Люкиэля уже казнили, раз смертный приговор ему был вынесен почти сто дней тому назад.
- Быстро приводят в исполнение приговоры о ссылках и тюремных заключениях: если позже вскроется судебная ошибка, то осужденного легко отпустить на волю после пересмотра дела. А с того света разумное существо не вернёшь, поэтому исполнение смертных приговоров задерживается до полугодового срока, то есть до двухсот стандартных галактических суток.
- А в деле Люка может быть судебная ошибка? - тихо спросила Таня.
Горд глянул сочувственно и покачал головой:
- В его деле - точно нет.
Небо над бревенчатым домом, к которому спешили Горд и Таня, осветилось синими огнями приземляющегося шаттла. На пути к посадочной площадке их нагнали родители Горда: мать торопливо сунула в руки Тани тёплый, пахнущий мясом и сдобным тестом бумажный пакет, накинула на её плечи длинный халат, а отец произнёс:
- Рады за тебя, девочка, добро пожаловать в сообщество оборотней галактики. - Он обернулся к сыну и напряжённо добавил: - Сынок, будь осмотрителен! Мы с мамой всегда верили в твоё благоразумие...
Взгляд мужчины был тревожен и безмолвно умолял о чём-то Г орда.
- И сейчас верьте. Я взрослый мальчик, не беспокойтесь, - на удивление сухо ответил Гордеон.
- Зачем тянуть девочку на крейсер? Пусть она останется у нас, пока вы ищите её родную планету. Она сможет спокойно обдумать своё дальнейшее будущее, возможность возвращения домой, а мы о ней позаботимся, - начала говорить мать, но Горд резко оборвал её:
- Нет. - Усилием воли заставил себя улыбнуться и договорить мягче: - Таня - важный свидетель, она дала согласие сотрудничать со следствием, так что нужно оформить все документы и совершить прочие юридические формальности.
Родители переглянулись между собой и молча, одновременно кивнули сыну. Вежливо попрощались с Таней, излучая при этом чувства, которые Таня определила, как «сдержанную симпатию» к ней, поцеловали Горда и смотрели им вслед, пока шаттл не взлетел в небо.
- Ты сам пойдёшь по следу Люкиэля? - с тревогой спросила Таня, затягивая пояс халата.
- Нет. Беглыми осужденными занимается другой отдел, специализирующийся именно на этом. Людям бригадира Мола уже сообщено о полуэльфе, который пах родственниками Люкиэля, они прорабатывают этот след. Наверняка Люкиэль намерен воссоединиться с подельниками, чтобы совместно обживаться в темном мире, так что и на него они со временем выйдут. Меня ещё помучают специалисты Иела Лассера, составляя психологические портреты преступников, поскольку я жил рядом с ними в течение полугода, наверняка и к тебе с той же целью обратятся: ты жила при Люке и близко общалась с ним.
- Я общалась с ним в виде собаки, - напомнила растерявшаяся Таня, - вряд ли я смогу сообщить им что-то значимое, что поможет в деле его поимки.
- Это уж психологи определят, что значимо, а что нет, ты просто дашь максимально развёрнутые ответы на кучу их странных вопросов. Думаю, что попрошу побеседовать с тобой самого Лассера - ему я доверяю абсолютно, он не раскроет твоего инкогнито.
- Как скажешь, - согласилась Таня, ломая голову: чем так обеспокоены родители Горда, если он отнюдь не стремится вернуться в тёмный мир и гоняться с бластером за уголовными элементами? Как реагировать на то, что он представил её своим родителям исключительно как важного свидетеля? И к чему мать Горда упомянула о возможном возвращении Тани на Землю? Ей обязательно возвращаться, если они отыщут Солнечную систему???
Перелёт до крейсера занял совсем мало времени, и вот уже блондинка с радостным воплем обнимает ошарашенную такой горячей встречей Таню. Гордеон и Хвар попытались что-то сказать, но Амели безапелляционно заявила:
- Дайте девочке прийти в себя, изверги! Знать не хочу, чем вы её до смерти пугали! И вообще, девочке надо переодеться - вы же не собираетесь допрашивать её в состоянии шока и одетую в один халат, под которым имеется только ваша рубашка, литэйр? Помните, что обязаны вести запись заявления потерпевшей и добавить его в материалы дела, а после сдачи дела в архив туда сможет сунуть нос любой курсант?
Гордеон поморщился, но выпустил из ладони руку Тани, забрал у неё пакет с пирогом и ободряюще кивнул ей, позволяя блондинке утащить Таню вглубь корабля.
«Чего она ко мне привязалась? - настороженно размышляла Таня. - Не верю я в дружбу с первого взгляда и пахнет от неё так, словно она намерена сообщить мне какую-то гадость. Давай, красотка, мужчины остались далеко, подошёл твой выход».
Амели в самом деле затормозила в пустом коридоре, с сочувствием заглянула Тане в лицо и тихо спросила:
- Ты же понимаешь, что внешний облик твоей человеческой ипостаси никак не связан с той внешностью, что была у тебя в родном мире? Литэйр предупредил тебя об этом? Ты уже видела себя в зеркале? О, ты прекрасно выглядишь, но наверняка изменилась очень сильно в сравнении с тем, что помнишь.
Блондинка с ожиданием смотрела на неё, а Таня не могла взять в толк, какой реакции та ожидает. Истерических воплей: «Сделайте мне пластику лица, чтобы стала, как раньше!» или «О, боже, злодей Гордеон не предупреждал, что я изменюсь!» или иного плача на тему «ах, я бедная, как несправедлива жизнь»?
- Я понимаю, что изменилась, хоть в зеркало ещё не смотрелась, - сдержанно произнесла Таня.
- Тогда собирайся с духом. Если что - я запаслась успокоительным, - заявила блондинка и открыла перед Таней крайнюю дверцу в длинном ряду таких же дверей: - Проходи, это твоя каюта. Слева - шкаф с зеркальными дверцами.
Мысль о том, что теперь она не будет жить в каюте Гордеона, оказалась настолько неприятной и странно неожиданной, что Таня не сразу посмотрела на своё отражение -блондинке пришлось развернуть её в верном направлении, закрыв за ними дверь каюты. Таня вынырнула из раздумий и с жадным интересом принялась рассматривать своё новое тело - третье, что досталось ей в жизни.
Росточек невелик - хорошо, если метр шестьдесят наберётся. Телосложение хрупкое, но Таня чувствовала, что оно обманчиво хрупкое: в теле бурлили еле сдерживаемые силы и энергия. Она отчего-то не сомневалась, что и сейчас способна перегрызть зубами металлический прут или запросто согнуть его баранкой. Глаза оказались широко поставленными, продолговатыми и жёлтыми, как одуванчики. В окружении угольночёрных ресниц они казались солнышками на фоне космической мглы. Тонкие изломанные брови хорошо сочетались с резкими чертами лица: высокими скулами, острым маленьким подбородком, яркой, чёткой линией губ, которые не были вызывающе пухлыми, как у блондинки, но и тонкими не являлись. Носик небольшой, ровный, чуть вздёрнутый вверх, а волосы тёмно-рыжие с вкраплениями ярких огненных прядей. Строгий ценитель не назвал бы Танино лицо красивым, но оно было интересным и пикантным, как говорят французы. Собственная внешность Тане понравилась, ей не хотелось исправить в ней и чёрточки, кроме, пожалуй, одной черты: она выглядела слишком молодой, лет на шестнадцать от силы. Неудивительно, что её именуют девочкой и малышкой!
«Вторая ипостась связана с первой, а моя собачка только переступила порог половозрелости, так что чего-то подобного следовало ожидать, - поняла Таня. - Ничего, юная внешность - не самое большое несчастье на свете».
- Ты как себя ощущаешь? Извини, я не оборотень и не чую твоего состояния на нюх, -проговорила блондинка, маячащая за плечом. От самой блондинки веяло лёгкой напряженностью и ожиданием проблем.
- Нормально, - кратко ответила Таня.
- Э-эээ... тогда в душ? - предложила блондинка. - Я принесла тебе сюда нижнее белье, футболки и спортивные штаны - они всеразмерные, я помогу настроить их под тебя. Теперь, когда ясен твой рост и размер, надо будет заказать полный гардероб, а пока есть лишь необходимое. Давай, я расскажу тебе, как пользоваться всей техникой, душем и автоматической доставкой, покажу, куда я положила полотенца, расчески, одежду и средства личной гигиены...
Амели трещала без остановки, организовав Тане подробную экскурсию по небольшой каюте, состоявшей из двух жилых помещений: кухни-гостиной и спаленки, плюс совмещённого санузла. Она вела себя так, словно была давней подругой, и Таня в ответ старалась вести себя мило и вежливо, попутно думая о более важных вещах, чем способ выставить под свой размер всеразмерную одежду. Это, кстати, оказалось несложно: надеваешь футболку, которая висит на тебе огромным длинным пузырём, сильно сдавливаешь скрытую в шве тонкую полоску, и футболка начинает уменьшаться, пока не облепит тело вплотную. Хочешь сделать чуть посвободнее - дёрни за боковые швы в стороны, хочешь длиннее или короче - в нужном направлении потяни за чуть выпуклый край подола. Нижнее бельё регулировалось так же и в итоге идеально облегало тело.
Стоя под упругими струями горячего душа, Таня продолжала думать:
«Собака могла жить в одной каюте с мужчиной, а девушка, очевидно, не может. Когда отыщут Землю, что меня ждёт? Возможно, меня обязаны вернуть в родной мир согласно галактическим законам. Мать Горда не напрасно об этом упомянула! Проблема, что на Земле оборотней нет, меня быстро сдадут в лабораторию на опыты, стоит только когти выпустить и клыки отрастить, а они, заразы, уже сейчас выдвигаются, реагируя на мою нервозность. Надо научиться их контролировать, у Горда в бытность человеком Тьерром никогда когти и клыки не появлялись. Глаза - мелочь, все решат, что на мне контактные линзы, такие сейчас в моде. Можно закрыть ненормальный цвет глаз синими или карими линзами, и тогда вполне сойти за обычную землянку. Убеждена, что документы, способные пройти любую проверку земных спецслужб, мне во всекосмической полиции мигом организуют, раз уж они даже тело прежнее готовы были вернуть, так что вариант возвратиться обратно на Землю возможен. Но хочу ли я вернуться? Родители меня не признают, их дочь умерла и похоронена, не слишком ли будет жестоко явиться к ним с фразой: «Здравствуйте, я ваша Таня?»
В глубине души Таня осознавала, что проблема возвращения связана не с глазами и документами, не только с родителями, а с тем, что литэйр всекосмической полиции - не пара для девушки с Земли. Если она мечтает остаться с Гордом, то сделать это можно только задержавшись здесь - в Галактическом Сообществе. Стать его полноправным членом, найти себя в этом множестве миров. Уже не в роли подчиненного животного, не в роли молчаливого раба, все проблемы которого - от пропитания до крова и лечения - решает хозяин. Нет, ей надо обрести себя в статусе свободного чело... разумного существа.
«Свобода - это непросто. Особенно свобода в совершенно незнакомом мире, где я пока -никто. Но я справлюсь», - сжав губы, пообещала себе Таня. Она ещё подумает, как быть с родителями, возможно, посоветуется об этом с психологом, с которым намерен свести её Горд. Однако вариант окончательного возвращения на Землю она рассматривать не будет.
Если ей оставят выбор, конечно.
С тех пор, как обернулся человеком, Горд ни разу не заговорил об их совместном будущем, а то, что она надумала себе, пока они сидели в вольере - это лишь её мечты, её видение их отношений. О страсти к ней Горд говорил, смотрел нежно, проявлял заботу, но о будущем не заговаривал. Глупо говорить о будущем с собакой, а потом некогда было? Потом он сказал родителям, что она - свидетель. Свидетель, на этом всё. О том, что она - пара Горда, говорили Хвар и даже Амели, но сам Горд - ни разу, только попросил проявить к нему нежность и в человеческом теле, любить его человеком, но и то сказал с долей шутки. Что, если она для него - лишь очередная жертва преступления? Одна из тысячи других? Скольких девушек уже успел спасти её полицейский? Наверняка немало! Что отличает её от прочих? Если бы благородный рыцарь, спасающий принцесс от злых драконов, женился бы на каждой спасённой принцессе, то ему пришлось бы завести гарем!
Возможно, мимолётное увлечение, как следствие пережитого ими совместного плена, -единственное, на что она может рассчитывать с его стороны?
«Меня пока не вернули на Землю, я на его корабле и скоро его увижу. Увижу его отношение ко мне и сделаю выводы», - решила Таня.
В том, что она сама всерьёз и по уши влюблена в бравого литэйра, сомнений у неё не было.