ГЛАВА 7

Из аптеки я шла не торопясь. На душе поселилось ощущение, что все самое плохое осталось позади. Педиатр только лишний раз успокоил меня, и я с чистым сердцем доверила детей Двайру. Ну и немного из соображений мести: захотелось отыграться за все прошлое время, проведенное с детьми в одиночку. Тем более что новоиспеченный отец, похоже, ничего не имел против. Однако дома поджидал внезапный сюрприз. В прихожей стояли аккуратные женские сапоги, на стене висело зимнее пальто. Из комнаты доносилась беседа. Пока я отсутствовала, к нам кто-то пришел в гости. И, судя по ошеломленному голосу Двайра, этот кто-то уже успел произвести на него неизгладимое впечатление. Я зашла тихо, чтобы никого не взбудоражить, но это, похоже, и не требовалось. Гостья Двайра уже успела поставить всех на уши. До меня донеслась лишь часть их диалога с бывшим. Но даже по этой части я поняла, что знаю эту женщину! — Как вы относитесь к пришельцам? — Крайне отрицательно… — Вы нам не подходите! — …но ради вашего сына, так и быть, сделаю исключение. На этом месте мое сердце не выдержало, тем более что я как раз успела раздеться. Оставив лекарства на тумбочке, я быстро зашла в комнату: — Добрый день, Ирина Витальевна. Какими судьбами? Леша сказал, что вы решили уволиться из школы. Бывшая классная руководительница Леши сидела на Дусином кресле, одетая в вязаный костюм, и совершенно не беспокоилась о том, что может испачкаться в шерсти. Она явно собиралась устроиться к нам няней! — Все верно, — кивнула женщина. — А к вам я пришла от донны Розы. Вы же хотели нанять человека, который бы следил за детьми? — Хотели…но мы же не думали, что придете вы! — изумленно выдал Двайр. — А что — было много желающих найти работу под Новый год? Да уж, ехидства ей не занимать! В душе я ей, конечно, аплодировала. Двайр явно находился не в своей тарелке. Лешка, который сидел рядом с ним на диване и делал вид, что следит за Мишкой, открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на лед. По всему выходило, что сын кандидатуре «няни» совершенно не рад. Меня же интересовал совершенно другой момент. — Откуда вы знаете донну Розу, Ирина Витальевна? — Думаете, пришельцы у нас появились только десять лет назад? — снисходительно улыбнулась женщина. — Тогда вы или очень наивны, или… действительно очень наивны, — смягчившись, добавила она, переводя взгляд на меня. — К нам многие прилетали, Маргарита. Некоторых я успела повидать воочию. Донна Роза — как раз одно из таких знакомств. — Еще скажите, что Галактический Союз — полная фигня! — с вызовом предложил Двайр. — Тогда, может быть, вы объясните мне, где находятся системы, в которых живут ниийцы и раяне? — спокойно возразила Ирина Витальевна. — Не сможете? Что ж. Тогда поставлю под сомнение ваше восхищение союзом. — Кто такие ниийцы и раяне? Лешка посмотрел на классную с восхищением. Кажется, он нашел себе нового авторитета. — Первые — нематериальные формы жизни, воплощенные в теле человеческих клонов. Вторые почти как люди, но могут вкладывать свои мысли в наши головы и читать наши, если они не очень сложные. Женщин им воспринимать, конечно, тяжелее. С раянами контакта было гораздо меньше, но лет пятнадцать назад к ним улетела наша соотечественница. Пока не возвращалась, но нас держат в курсе. — Вот это да! — пробормотал Лешка. — Удивительное рядом! — Сколько вы работаете в школе? — прищурился Двайр, глядя на Ирину Витальевну. — Всю свою жизнь, — улыбнулась она в ответ. — По официальной версии, конечно. — Думаете, я после этого позволю вам находиться с моими детьми? — жестко спросил он. — Думаю, да. Во-первых, у вас нет выбора. Вы не очень удачно нашли время, чтобы искать няню. Во-вторых, разве вам не будет спокойнее оттого, что ваш старший ребенок меня знает, а я в целом посвящена в особенности происхождения всех троих? При этом она так выразительно посмотрела на Жорика, что тот даже перья распушил. Словно был недоволен, что в нем решили усомниться. Впрочем, лично я поражалась умению этой потрясающей женщины вести себя. Она действительно ничему не удивлялась! Кажется, чужое самообладание не прошло и мимо внимания Двайра тоже. — Мне не будет спокойнее, потому что я уверен, что вы не поддаетесь влиянию. А это значит, что у вас не один козырь припрятан в рукаве. Я следила за их диалогом, как будто из кинотеатра. Нет, Ирина Витальевна, конечно, никогда не казалась божьим одуванчиком, но чтобы вот так на равных разговаривать с представителем внеземной цивилизации… Это означало наличие стальных нервов! — Небольшой бонус, — без капли смущения отозвалась женщина. — Думаете, только у вас есть от землян секреты? Не волнуйтесь, я ничем не собираюсь вредить детям. Я очень заинтересована в том, чтобы у них все было хорошо. Маргарита не даст соврать. — Это правда, — подтвердила я. — Ирина Витальевна всегда старалась в интересах всех детей, которых обучала. — И все равно я против, — пробурчал Двайр, которого, видимо, задело наше странное женское единодушие. — Так ведь это и не вам одному решать, — подмигнула Ирина Витальевна. — Машенька, иди ко мне! Будем знакомиться. Машенька никогда не шла на ручки к плохим людям. А с Ириной Витальевной они почти сразу нашли общий язык, начав по очереди показывать пальчики сначала на руках, а затем и на ногах. И пока мы с Двайром молча переглядывались, Лешина классная умудрилась даже усадить дочку на горшок. — Потрясающе, — не сдержала я восхищения. — А я так долго возилась с ней, чтобы вложить это понятие. — Вы же мама, Рита, — мягко улыбнулась женщина. — А я — няня. И сказано это было с такой уверенностью, что мне даже послышался скрежет зубов Двайра. Кажется, Ирина Витальевна победила в этом поединке без особых усилий. Чтобы не чувствовал себя уязвленным, я подошла к нему, села рядом на диване, незаметно кладя ладонь на напряженную спину, и погладила. Двайр вздрогнул и перевел на меня изумленный взгляд. Как будто я только что совершила невозможное. А я пожала плечами, неловко улыбнувшись. — Хорошо, — сдался наш несчастный папа. — Тогда давайте обсудим вопрос оплаты. — А что тут обсуждать? — пожала плечами Ирина Витальевна. — Можете переводить мне жалованье в данах. Я еще рассчитываю посмотреть Вселенную на старости лет. После этой фразы челюсть упала даже у меня. Вчера Лешка коротко успел рассказать о том, как Ирина Витальевна с ними прощалась, и то, что она сказала сегодня, совершенно не укладывалось в голове. Если для нее стала сложной школьная программа, как она собиралась переносить космическое путешествие? Там же перегрузки, невесомость — и это только то, о чем слышала я! Словно читая мои мысли, наша новая няня продолжила: — Сами меня и покатаете. Можно даже на вашу историческую Родину. Всегда, знаете ли, мечтала посмотреть на колыбель таких интересных инопланетян. Чем не прекрасная идея для новогодних каникул? Смотрела она при этом на Лешку. Как будто знала, что сын не откажется ни за что на свете. Как будто успела побывать в его голове! Я и сама, честно говоря, от ее проникновенного голоса чуть не пошла на поводу. Удивительная способность вовлекать других в свои замыслы. Почти как у Двайра! — Что такое каникулы? — выгнув бровь, спросил он. — Это время отдыха после учебы. Сейчас приходится на новогодние праздники. По земному исчислению — одиннадцать дней. — Посмотрим, как будете себя вести, — прищурился несчастный отец семейства, который, правда, сейчас решил показать стальной стержень. — До нового года есть время. А до Форгетона через гиперпространство лететь не так долго. Может, и за каникулы управимся. Посмотрим. И ведь тоже закинул удочку не хуже Ирины Витальевны! Миша вообще смотрел на него влюбленными глазами, хотя и отвлекался на меня. Просто семейная идиллия. — Думаю, можно со всей ответственностью сказать, что вы приняты на работу, Ирина Витальевна, — решила я. — В ваших рекомендациях точно можно не сомневаться. А то, что вы решили помочь нам, — это повод радоваться к новому году. Кстати, вы еще не решили, как будете его проводить? — У вас есть какие-то предложения? Кажется, я, сама того не ведая, попала в цель. Насколько мы знали, у Ирины Витальевны остались взрослые дети и внуки, но они разъехались по разным городам нашей страны и не так часто баловали женщину визитами. Поэтому она и посвящала много времени обучению и воспитанию детей в школе. Что бы там ни говорил Лешка, но он тянулся к ней. Как бы ни пытался показать свое неприятие родительского решения, он по-своему был ему рад. — У нас бабушка скоро с дачи приедет — не хотите посидеть вместе с нами за праздничным столом? Я во всей этой суете совсем забыла, что давно пора покупать продукты к столу. И у нас очень неожиданно заболел Миша, поэтому голова совсем набекрень. — Что-то серьезное? — Ирина Витальевна, аккуратно поддерживая Машу, посмотрела на Мишаню. — Какой-то вирус, — я пожала плечами. — Мы вчера вызывали «скорую», сильно перепугались, и сын спал вместе с Двайром на кресле. Сегодня приходил педиатр и ничего серьезного не увидел. Кажется, индивидуальная реакция на болезнь. Но Мише стало гораздо лучше. — Можете не перестраховываться, — кивнула наша новая няня. — Я не боюсь детских болячек. Предлагаю приступать к обязанностям уже сейчас. Если приглашаете отметить праздник с вами, должен же от меня быть какой-то подарок. Но я буду уходить в шесть вечера. Врач прописал режим дня. Если вы не против. И рабочий день с девяти. И перерыв на обед, во время которого я планирую гулять на улице. — Прекрасно, — улыбнулась я. — Давайте я вам все покажу? — Давайте. Только, с вашего позволения, я немного переоденусь. Для детей не очень подходит официальный наряд. — Конечно. Пойдемте, я провожу вас в комнату нашей бабушки. Там же сможете оставить свои вещи: дети привыкли к тому, что в вотчину бабушки заходить не стоит. — Потрясающе. Какие умные дети. — В папу, наверное, — попыталась отшутиться я, но получила в ответ скептический взгляд. — Не думаю. — Ну, знаете! — попытался встрять Двайр, но я метнула в его сторону сердитый взгляд. — Я, конечно, понимаю, что ситуация интересная, но я бы попросил! — Обязательно попросите, — разрешила ему Ирина Витальевна. — А я вас обязательно послушаю. Пойдемте, Рита. Дети не ждут. Когда я вернулась к Двайру в ожидании приготовлений нашей няни к работе, он посмотрел на меня оскорбленным взглядом: — Рита, ты уверена, что мы не совершаем ошибки? — Пока не попробуешь — не поймешь, так ведь? — философски заметила я. — К тому же, в квалификации Ирины Витальевны я правда не сомневаюсь. Она в свое время вела занятия и в начальной школе, потом перешла к старшим классам. Ты сам видел, как Машка к ней потянулась. Мы сможем отлучаться из дома, пока дети заняты с няней. Ты у нас недавно, а я, честно говоря, за два года натерпелась дурдома. Можешь выговаривать мне за это, сколько хочешь, мое мнение не изменится. — Не буду. — Что — не будешь? — Не буду выговаривать, Рита. Если ты считаешь правильным, что классная Леши будет здесь работать, так тому и быть. Кажется, большой пришелец смирился со своей незавидной участью. Но его последняя фраза отбила у меня всякое желание спорить, настроив на позитивный лад. — Не ворчи, — улыбнулась я. — Просто нужно привыкнуть к ее манере общения. А на самом деле Ирина Витальевна очень вовлеченный человек. — Я доверяю твоему мнению. К тому же, ты правильно сказала — я здесь совсем недавно, поэтому мешать тебе не хочу. Но я надеюсь, что смогу хотя бы помочь. — Конечно, сможешь, — успокоила я его. — Будешь исполнять роль папы! — А какие роли исполняет папа? Кажется, Двайр сглотнул на всякий случай. Готовился к худшему. Обстановку разбавил молчавший до этого Жорик, который решил внести нотку юмора в наш скучный разговор. Он вспорхнул с облюбованной дверки шкафа и примостился на плече Двайра, с важным видом начав говорить: — У отца великого семейства — великая задача! Помогать маме, ходить с ней по магазинам, таскать тяжелые сумки, помогать купать детей, помогать с домашними заданиями старшим… — Жорик, — с укоризной посмотрела я на фильдибурса. — Наш папа только к нам пришел. А ты уже делаешь все возможное, чтобы он убежал, сверкая пятками. — Вот и посмотрим, чего он стоит, этот папка, — буркнул с дивана Леша, которому явно надоело возиться с Мишаней. — Я к себе пойду. А Витальна пусть с мелкими разбирается. Каникулы все равно, до января домашку делать не стану! Демарш старшего мы наблюдали с большим удивлением. Кажется, переходный возраст начал давать о себе знать, и появление Двайра его только усилило. Но, что поделать, приходилось мириться с тем, что есть. На смену Лешке пришла Ирина Витальевна. Свой вязаный костюм она сменила на удобные домашние брюки и смешную футболку с надписью «Топ няня года». Я каламбур оценила, Двайр фыркнул, а Жорик посмотрел на меня с сожалением: мол, такой спектакль по устрашению пришельцев испортила. — Давайте попробуем подружить детей и Ирину Витальевну, — предложила я в качестве перемирия. — А потом пойдем готовить обед. Скоро мелких нужно будет укладывать. Очень насыщенный день. Я уж молчу про ночь. Мишаня тихой сапой сполз с дивана и попытался добежать до папы, чтобы попроситься на ручки. Но остановился под внимательным взглядом Ирины Витальевны. — Молодой человек, у меня к вам очень серьезное дело. Как мужчина, вы должны помочь нам с сестрой построить замок. И Мишка сразу так подбоченился! Даже грудь колесом выпятил — настолько почувствовал себя значимым! Даже температура не стала помехой. Ирина Витальевна оценила обстановку в комнате в считанные минуты: заметила кубики в ящике с игрушками, стоящем в углу, сделала нам знак, чтобы смывались подальше, а сама принялась руководить детьми. Очень ответственно руководить, я бы сказала! Мы с Двайром отправились на кухню, оставив Жорика приглядывать за малышней. Как я и сказала, пришло время готовить обед. Точнее, разлить суп по тарелкам и разогреть. Больше супа дети любили только пшеничную кашу и кефир. Это они готовы были есть сутками. — Кстати, кое в чем Жорик оказался прав, — задумчиво произнесла я, когда Двайр устроился на табурете за столом. — О сложной задаче отца? — хмыкнув, уточнил он. — Что-то вроде того, — кивнула я. — У нас еще ничего не готово к новому году, Двайр. Мы даже елку не наряжали. Я слишком закопалась на работе, поэтому и взяла отпуск. Но наша бабушка опять все переиграла. — Что нужно от меня? — Попробуем договориться с Ириной Витальевной и отлучиться за подарками. Сегодня еще не стоит, но в целом дети приучены оставаться с бабушкой, если я убегаю в магазин. Предлагаю тратить твои астрономические запасы денег, добытые путем космических экспедиций. Кстати, что такое дан? — Валюта Галактического Союза, — отозвался Двайр. — Чуть более дорогая, чем у вас. А по поводу всего остального — согласен. Можете использовать меня по прямому назначению. Тут, каюсь, не удержалась: бросила на Двайра первый оценивающий взгляд. Чисто женский. Мне ведь было не чуждо ничто прекрасное. А Двайр Путешественник нисколько не утратил своего обаяния, пусть между нами и встали более чем десять лет разлуки. Такой же высокий, широкоплечий, с блестящими глазами. Я помню, какое впечатление он произвел на меня в первый раз, еще до того, как начал применять влияние. Я была очарована и заинтригована, поскольку на фоне всех остальных мужчин Двайр смотрелся просто божественно. Естественно, я не могла устоять, когда он обратил на меня внимание. Надо же, заговорила так, как будто роман собралась писать. Как будто после разлуки нам предстояло… что? Хороший вопрос. Громкое воссоединение? Вырванные из головы волосы с громкими обещаниями, что такое больше не повторится? Мы ведь не ругались, между нами не было конфликта. Просто прожили десять лет порознь, при этом я точно постарела, а вот Двайр, судя по моим ощущениям, нисколько не растерял своего молодецкого запала. Просто сейчас его ударили пыльным мешком по голове, и он пока не дошел до полного осознания ситуации. То, что обрадовался детям, — несомненный и большой ему плюс. Я бы хотела посмотреть на него, когда он войдет в свою привычную колею. И ее больше хотела бы узнать, что он тогда будет делать. Но ничего, главное, что сейчас он готов плыть с нами на одной волне. Может быть, дети наконец-то узнают, что такое — расти в нормальной семье.