Глава 28

– Вы кто?

– Добрая фея!

– А почему с топором?!

– Настроение что-то не очень…

Алина угрюмо смотрела в окно, за которым опускался вечер. Она рассказала Капитону о том, что случилось во дворце, кого там видела, что слышала, только вот о любовнице Яромира умолчала. Ей хотелось остаться одной, чтобы всё обдумать, да пожалеть себя, но Капитон, заметив её настроение, всё допытывался правды.

– Да не хочу я ничего рассказывать! – вспылила девушка и шмыгнула носом: – Пока не хочу, – добавила тихо.

– Алечка, – крыс проворно запрыгнул на кресло и забрался на колени к девушке. Заглянул с тревогой в глаза: – не таись, поведай – что случилось? Неужель перестала доверять мне?

– Не перестала, – отвернулась, пряча глаза, в которых уже блестели росинки слёз. – Просто мне самой надо сначала всё обдумать и…

– И надумать всякого нехорошего, – закончил Капитон. – Ты поведай, может чего дельного посоветую.

Продышавшись, чтобы не расплакаться, рассказала о любовнице Яромира, о словах чародея, что сама Алина для сыскаря лишь забава.

– Капитош, она такая… такая красивая, – вспоминала с горечью. – И ведь прав чародей! Яромир как меня сюда привёз, так сразу ускакал в столицу! Наверняка к этой своей…

– Тьфу ты, вот же дурында! Ну что за глупость тебе в голову пришла? – возмущённо фыркнул крыс. – Вспомни первую встречу Яромира и чародея. Сразу ясно, что он терпеть не может сыскаря, вот и наговорил тебе гадостей. Ты со стороны не видишь – как Яромир смотрит на тебя! Мне аж самому жарко становится, такой огонь в его глазах.

После этих слов, Алина затихла и уже внимательнее слушала крыса:

– А то, что полюбовница была у него, так что в этом такого? Мужик он взрослый и сама знаешь – потребности определённые есть. Сама чай не невинной была до встречи с ним. Но это же не значит, что по мужикам прыгаешь! А вспомни, как Яромир заботился о тебе, доверил свою тайну. Ведь не стал скрывать историю Милавы, всё рассказал о ней. Кстати, о девочке. От прислужниц слыхал я, что малышка постоянно о тебе спрашивала и переживала, что сегодня в именье не вернёшься. Поди, умойся и Милаву навести, заодно мысли глупые из головы выветрятся.

Вечер и следующий день Алина провела в метаньях. С одной стороны понимала, что Капитон прав, с другой – постоянно сравнивала себя с любовницей Яромира, при этом Арияна выигрывала по всем фронтам. Яркой внешностью, родовитостью, наверняка опытностью и тем, что она живёт в этом мире, в то время как Алина должна будет вернуться домой.

Только Милава могла отвлечь девушку от грустных размышлений. Маленький ураганчик не давала ей скучать. Болтала без умолку и с ней Алина забывала обо всём. После расспросов про дворец, торжество и наряды боярынь, сообщила:

– У волколаков тоже есть гуляния и хороводы. Но празднуют они на больших-пребольших полянах, потому что не любят закрытые пространства. Я вот вырасту и поеду к деду. На гуляньях танцевать буду, – мечтала Милава, а у Алины в этот момент сердце сжалось.

Вспомнила слова Яромира, что если не найдёт он треклятый осколок, Милава не проживёт долго. Посмотрела на сидящую неподалёку нянечку малышки – Светлаву и заметила, как в её глазах плеснулась боль.

Поздним вечером второго дня Алина и Милава устроившись в гостиной, перебирали ленты, кружева, яркие бусины и прочие нужные для рукоделия интересности.

– Вот из этих ленточек можно очелье сплести и висюльки с самоцветами сделать, – предлагала девочка. – А ты научишь меня делать браслетики из бусин? Умеешь? Нет? Давай вместе учиться. А ближе к зиме охота откроется. Мы попросим, чтобы шкурки соболиные принесли. Из них мастерицы шапки нам пошьют, а мы украсим.

Алина рассматривая тонкую, как паутинка кружевную ленту, не задумываясь, возразила:

– Так ведь я скоро уеду.

– А ты в гости приезжай, – нахмурилась Милава.

Алина не заметила, что девочка, затаив дыханье, ждёт её ответа.

– Не смогу. Я больше никогда сюда не приеду.

В этот момент в гостиную вошла нянечка.

– Милавушка, спать тебе пора, – позвала женщина.

Девочка, резко вскочив на ноги, молча направилась на выход.

– Милава, погоди. Соберём всё в корзину, и я тебе сказки почитаю.

– Не надо! – отрезала малышка не обернувшись. – Мне нянечка почитает, а ты уходи! – выкрикнув, девочка бросилась бегом из комнаты.

– Что случилось? – удивлённо спросила Светлава.

– Не знаю, – Алина и сама была обескуражена поведением малышки.

Только потом поняла, что ляпнула. Ругала себя, собирая ленточки, кружева, бусины обратно в корзину:

– Вот же дура! Надо было её постепенно подготовить, не говорить в лоб!

Вздохнув, встала и вздрогнула от пронзительного душераздирающего крика.

Пару мгновений ушло на осознание – крик был детский!

Алина метнулась в коридор и дальше, к комнате Милавы, но на пути врезалась в мужскую грудь. Сильные руки остановили девушку.

– Туды не велено пускать! – пробасил невесть откуда взявшийся рослый парень.

Взбрыкнув, Алина пыталась возмутиться, даже начала угрожать, приводя в пример, что двое мужчин прислужников вошли в спальню малышки.

– Им можно, тебе нельзя, – детина, несмотря на свои габариты, ловко, при этом не причиняя вреда, останавливал Алину.

Раздался ещё один протяжный крик полный боли, переходящий в плач. Услышав торопливые шаги за спиной, Алина обернулась и увидела Бажена. Позвала его, но мужчина отмахнувшись, скрылся в комнате Милавы.

– Ну пусти-и-и! – взмолилась девушка.

– Нельзя! – не поддался детина, оглянувшись на скрип двери.

– Светлава! – Алина взмахнув рукой, привлекла внимание нянечки Милавы: – Меня не пускают!

Всхлипывая и утирая слёзы, Светлава подошла, подхватив Алину под локоток повела в сторону:

– Нам нельзя сейчас там находиться. Пойдём, на лавку присядем.

– Да как ты не понимаешь, – противилась девушка: – мне надо…

– Нельзя, Алёна, пойми. У Милавы сила беснуется, выплёскивается и малышка, не понимая ничего, на всех кидается, – женщина присела, смиренно сложив руки на коленях.

– Но что-то же надо делать, – Алина еле удерживала себя на месте.

– Лекаря вызвали, сейчас придёт. Но вот толку мало. Пока силу Милавушка не выплеснет, ничего не поможет.

Из комнаты девочки доносились стоны, плач. Алина рассерженно посмотрела на склонившую голову Светлаву.

– Да как можно просто сидеть? – задыхаясь от негодования, сжала кулаки и побежала по коридору.

Теперь её некому было остановить. Распахнув дверь, Алина вихрем влетела в комнату. Как вкопанная остановилась, глядя на страшную картину – девочка на руках здорового мужчины выгибалась всем телом, хрипела, а изо рта малышки клубами вырывались облачка зелёного пара.

Бажен, заметив девушку, рявкнул:

– Уходи отсюда!

Не слушая управляющего, Алина метнулась вперёд. Поймала маленькую ладошку девочки, сжала, пытаясь хоть как-то поддержать Милаву:

– Милая, я здесь. Всё будет хорошо, слышишь?

– Не слышит она тебя, – нервно оборвал Бажен. – Никого не слышит!

Алина яростно взглянув на управляющего, хотела высказаться, но девочка вывернулась из рук мужчины, упала на пол, как зверь – на четвереньки и, выгнув спину, вскинула голову.

Зашипела так, что у Алины холодок от ужаса пробежал по телу. Вдруг малышка кинулась вперёд, сшибая с ног стоявшего перед нею здорового мужчину, словно тот был картонный, но второй детина успел её перехватить. Сильные руки подхватили девочку в момент очередного выброса силы.

Милава закричала.

Алина со слезами на глазах, закрыв ладонями рот, попятилась к стене. Всё внутри сжалось от сочувствия, душа плакала от бессилия, от того, что она ничем не могла помочь малышке. Только и смотрела как Милаву выворачивает от боли, как зелёный, ядовитого окраса дымок начал выходить не только через рот малышки, но и сочиться сквозь поры кожи.

– Ну наконец-то! – выдохнули мужчины разом, когда в комнату вошел седобородый старик в длинном плаще.

Лекарь торопливо подошёл к содрогающейся в конвульсиях малышке, что-то прошептал, распыляя порошок над головой Милавы. Она, пару раз дёрнувшись, обмякла, и по указке старика, девочку уложили на кровать.

– Все вон! – скрипуче приказал лекарь. – Мне тишина нужна. А ты, – ткнул пальцем в самого молодого, но крепкого телосложением парня: – ты помогать мне будешь.

Алина до последнего не хотела уходить, но после слов Бажена, что она только помешает, смирилась.

– Не услышит Милавушка тебя, – управляющий покачивал головой, закрывая за собою дверь. – А вот кинуться может. Видала как Юрьяна с ног снесла? А он мужик здоровый. Представляешь, что с тобою сделать могла? – выговаривал Бажен.

– Этот старик, он ей поможет? – с надеждой спросила Алина и всхлипнула, услышав очередной крик, переходящий в плач.

– Нет, только облегчит выход силы, – управляющий тяжело вздохнул. – Малышка в такие моменты не соображает ничего. Зверь в попытке пробудиться разум застилает.

Бажен отошёл к стоявшим неподалёку мужчинам, а Алина так и осталась стоять и смотреть на закрытую дверь. Вздрагивала от каждого крика и молилась, слушая детский плач. Не в силах устоять на месте, девушка мерила шагами коридор. Замерла, услышав разговор на повышенных тонах, и едва не кинулась навстречу показавшемуся в коридоре Яромиру.

– Яр, – позвала, но мужчина, мазнув по ней хмурым взглядом, прошёл мимо и скрылся в спальне Милавы.

Прислушиваясь к происходящему за дверью, Алина вздрогнула от раздавшегося рядом:

– Тихо стало, – Светлава так же, как и Алина, настороженно ловила доносящиеся из спальни звуки и вдруг едва слышно прошептала: – А ведь это ты виновата.

– Что? – девушка, опешив, посмотрела на нянечку Милавы. Та медленно повернула голову:

– Ты! – гневно зашипела женщина. – Ты что-то ей сказала, после чего малышка выбежала из гостиной, а уже в спаленке расплакалась.

– Я не… нет, я ничего…

– Меня уж скоро позовут, – Светлава, не слушая лепетания Алины, отвернулась. – Скоро уж. Тихо совсем.

Она оказалась права. Не прошло и пяти минут, как дверь спальни распахнулась, и в коридор вышел Яромир.

– Лекарь с Милавой до утра останется, – посмотрел на Светлаву: – Ты тоже неотрывно будь с нею. На помощь прислужницу пришлю.

Женщина, кивнув, скользнула в комнату, тут же закрывая за собою дверь.

– Я могу помочь, – Алина протянула руку, чтобы коснуться плеча Яромира, но, так и не решившись, опустила её.

– Нет, – качнул головой: – Ты со мной пойдёшь.

Не взглянув на девушку, Яромир направился на выход.

В гнетущем молчании они дошли до главного дома, вошли в кабинет и только усевшись за стол, Яромир наконец заговорил:

– Мне сказали – ты последней с Милавой разговаривала, после чего начался приступ. Что произошло?

Чувствуя, как от напряжения плывёт перед глазами, Алина продышавшись, пересказала весь разговор с Милавой.

– Если бы я знала… Господи, я даже предположить не могла! – девушка заметалась по кабинету.

– Зря я разрешил тебе общаться с ней, – сухо обронил Яромир, поднимаясь на ноги.

Алина покачнувшись, замерла. Медленно обернулась, чувствуя, как от его слов всё внутри скручивает от боли.

– Яр, я не…

– Ты не виновата, – перебил её сыскарь. Подошёл, с грустью заглянул в заполненные слезами глаза девушки, провёл кончиками пальцев по скуле Алины. На миг зажмурившись, тяжело вздохнул: – Это моя вина. Должен был предугадать, что Милава привяжется к тебе.

– Яр, – Алина сморгнув слёзы, решилась высказать пришедшую ей на ум идею: – а что если Милаву в мой мир переправить? У нас медицина на очень высоком уровне!

– В твоём мире смогут вывести из стазиса её зверя? – с печалью спросил Яромир. – Знают, как лечить оборотней? Нет, голубка. Милаву ваши учёные запрут, чтобы изучать как неизвестную зверушку.

Кивнув, Алина опустила голову.

– Иди спать, – Яромир сжал плечо девушки и подтолкнул её к двери.

– А ты?

– А я хочу побыть один, – отвернулся Яромир.

Алина не могла уснуть. Поплакала, пометалась по своей спальне, нагрубила заглянувшему к ней Капитону и устав от переживаний, прилегла. Под утро услышала, как скрипнула дверь, и сразу села на кровати, глядя на вошедшего Яромира.

Без слов они потянулись друг к другу, целуясь, выплёскивая в хаотичных ласках безрадостные переживания минувшего дня.

Проснулась девушка от зова прислужницы. Сонно моргнула, посмотрела на вторую половину кровати. Та, ожидаемо была пустой, хотя Алина точно помнила, что засыпала в объятьях Яромира.

– Хозяин велел разбудить, – донеслось до Алины. – Поговорить, наверное, хочет перед отъездом.

– Каким отъездом? – встрепенулась девушка.

– Я слышала, что он лохара велел седлать, да Бажену приказал собрать вещи.

Мигом вскочив, Алина побежала в купальню. Боялась, что Яромир уедет не дождавшись. Торопливо собралась, выскочила в коридор и понеслась в сторону столовой, где по словам прислужницы он завтракал.

Девушка переживала о случившемся с Милавой и никак не ожидала увидеть улыбку на губах Яромира.

– Яр, – опешив, остановилась в дверях.

– Доброе утро, ладушка, – ещё шире улыбнулся Яромир. – Садись, позавтракай.

– Доброе? – Алина плюхнулась на указанный стул.

– Да, голубка, доброе. Вести хорошие сообщили мне. Осколок звезды у одного заморского торгаша нашли, и я отправлюсь за ним.

– Ох, – выдохнула девушка, прижимая ладонь к груди. – Дай Бог, чтобы всё у тебя получилось!

– Спасибо, голубка, – Яромир подошёл к Алине и, наклонившись, быстро поцеловал её. – Попрошу тебя – не ходи пока к Милаве. Вернусь, поговорю с ней, а далее посмотрим. Пусть отойдёт немного. Ну всё, пора мне, – ещё раз быстро поцеловав Алину, Яромир вышел из столовой, не заметив, как в открытую им дверь прошмыгнул Капитон.

– Ну как ты? – поинтересовался крыс, задрав мордочку. – Гляжу – Яромир смог тебя утешить.

– Капитош, ты даже не представляешь – что вчера было, – погрустнела девушка.

– Знаю я. Рядом там крутился. Слышал всё, – вздохнул крыс. – Но ты не засиживайся. Забыла наверно – сегодня чародей приедет за тобою.

– Вот же ишак бухарский! – вырвалось у Алины. – Только его и не хватало!

– Ты главное – меня взять не забудь!

– Так он же чувствует тебя, – нахмурилась девушка. – Знать будет, что ты рядом.

– Ан нет, – улыбнулся крыс. – Я тут у сыскаря в потайном чуланчике вытяжки интересные нашёл. Правильное снадобье намешал, которое меня скроет. Ты главное платье подбери с поясом широким. Я за спиною твоей в поясе, как в сумке спрячусь. А поверх плеч платок большой накинешь, чтобы меня точно никто не заметил. Чую – недоброе он замыслил и мне надобно с тобою быть!