Глава 25

Наличие преграды явилось неожиданностью и для Кощеев. Велимир подошёл ко мне и помог подняться на ноги. После того как он бегло осмотрел меня и убедился, что я никаких серьёзных повреждений не получила, Князь взялся изучать магический барьер. Там, где его пальцы касались невидимого полотна, в стороны разбегались лучики света.

— Развеяв иллюзию, Леший забыл убрать ограничительный периметр, — поделился Князь своими наблюдениями со старейшиной и заодно со мной.

Под пальцами Кощея, прикасающегося к барьеру, пошли круги. Велимир прикрыл глаза. Воздух вспыхнул искрами, проявляя очертания невидимой перегородки. С громким хлопком преграда рассеялась, оставив после себя лёгкий дымок. Патрульные сразу среагировали на наше появление. Активировав светящиеся палки, они с суровыми лицами повернулись к нам. Агнехрон с Маяковским встретили нас со статическим спокойствием. Сергий ухмылялся.

— Отставить! — отрывисто произнёс старший опергруппы — Маяковский. — Вы каким образом здесь очутились?

На его закономерный вопрос ответил Велимир:

— Мы всё это время находились возле вас. Нас разделяла иллюзорная преграда, — сделав паузу, он кивнул на обездвиженное тело девушки. — Удалось что-нибудь новое обнаружить? —

Голубина с безмятежным видом лежала на сочной, примятой траве. Не знай, что она мертва, решила бы, что девушка прилегла отдохнуть.

Маяковский с досадой дёрнул плечом.

— Симптомы отравления полностью совпадают с симптомами других убитых девушек. На руках Голубины обнаружили небольшие царапины.

— Думаете, в отличие от других жертв Голубина сопротивлялась? — поинтересовался его мнением Велимир.

— Само собой! — вмешался в их разговор Сергий.

— Вы хорошо знали убитую? — уцепился за его ответ Маяковский.

— Кхм… — замялся Сергий, — Я боюсь, ничем не буду вам полезен. К сожалению, я не имел чести быть представленным убитой девушке. Мы иногда встречались на состязаниях отбора. Она вела себя скромно, ни с кем не вступала в конфликт. Я не представляю, кто мог желать ей смерти.

Ничего себе! Правителя Вигирии интересовал кто-то кроме Цветаны?!

— Вы за всеми участницами отбора столь бдительно следили? — уловил саму суть из его откровения Маяковский.

Проникновенный взгляд Сергия на меня и он сдержанно ответил:

— Я наблюдаю исключительно за теми, кто меня тем или иным причинам интересует.

— Чем в частности вас заинтересовала Голубина?

— Своей красотой разумеется.

— На отборе, надо полагать, много красивых девушек, — не отставал от него Маяковский. — Кто ещё вызывает у вас определённый интерес?

— Вы меня подозреваете в убийстве девушек? — перешёл в нападение правитель Вигирии.

— Пока убийца не пойман у нас всё под подозрением, — не стушевался Маяковский. Он ни капельки не опасался Сергия. Держался с ним решительно и твёрдо.

Потерпев фиаско, Сергей прожёг его пронзительным взглядом и отошёл в сторону, вызывая во мне недоумение. Обычно он отличался сдержанностью. Интересно, чем Маяковский зацепил его? До конца обдумать мысль я не успела. Колобок подвёл к нам флегматично взирающую на происходящее сваху. Увидев вблизи убитую девушку, она отчаянно взвыла:

— Это моя вина! Моя вина! Моя… вина…

— Вы признаётесь в убийстве девушки? — без крупицы жалости сухо спросил старший опергруппы.

— Ни в чём она не признаётся! Не видите, мадам Ольга не в себе? — сама от себя не ожидая, вступилась я за сваху.

— Не вмешивайся Мирослава, — уловила я довольно-таки сильное недовольство в голосе князя.

Дайте, угадаю: Велимир снова во мне разочаровался. Видимо, по его мнению, я сую нос, куда не следует.

— Вы, похоже, забыли Ваше Величество, что помимо невест вы несёте ответственность и за благополучие мадам Ольги! Сначала отведите её к лекарю, потом устраивайте свой дурацкий допрос. Вы не допускаете, что её помутнение рассудка объясняется съеденными в лесу ядовитыми ягодами или выпитой отравленной водой?

— Я виновата… Моя вина… — повторяла мадам Ольга, как заведённая, обнажая свою уязвимость. — Клянусь Луноликой… Я не думала, что девушки погибнут.

— Куда её? На допрос или к лекарю? — спросил у Князя Колобок.

— В замок! Под охрану! Потом вызови ей лекаря, — между бровями князя пролегла глубокая складка. — Сначала пускай её целитель осмотрит.

— Открывай портал! — не захотел расстраивать свой магический резерв Деян.

В вихре серебристых искорок открылась тёмная воронка портала. Не затягивая, Колобок под руку со свахой скрылся в нём.

— Напомните, вы у нас, чьей невестой являетесь? — «дошёл» и до меня Маяковский.

Что ему прикажете ответить? Рассказать при правителе Вигрии о нашей с Драгомиром свадьбе?

— Пожалуй, на сегодня хватит расспросов! — остановил его Велимир. Я поёжилась от стали, звеневшей в его голосе. Эдак он с патрульными быстро вдрызг разругается. Вот от кого он потом будет узнавать о ходе расследования?

Надо признать, из нас с Велимиром вышла неплохая команда. Мы отлично скрывали с ним мой новый замужний статус. Почему я это делаю понятно: я обещала Драгомиру, но зачем оно князю оставалось загадкой?

— Мирослава участница отбора. Причинить вред Голубине у неё не имелось возможности — вместе с его Величеством Сергием на момент гибели девушки находилась в зачарованном лесу, — проявил дипломатические наклонности Агнехрон.

Маяковский окинул меня цепким взглядом.

— Закругляемся ребята! — отстал он от меня.

Четверо патрульных встали по бокам от убитой девушки. Они бросили на землю шарик, активировав заклинания переноса. От них друг к другу протянулись тонкие нити, образуя чёткий прямоугольник. Фигуры патрульных охватило желтоватое свечение, и они перенеслись за пределы нашего мира. Остальной патруль, во главе с Маяковским, ушёл через тёмную вспышку портала.

Сергий дождался закрытие портала и с жёстким требованием обратился к князю:

— Правом законного опекуна дарованного мне родителями Цветаны я, правитель Вигирии, требую немедленного исполнения брачных условий между моей племянницей и Драгомиром Павловичем. Да будет исполнена моя воля!

— Ишь, чего захотел! — сам того не подозревая озвучил мои мысли Агнехрон. — Кощеям никто не указ! Хотят, женятся — хотят, нет! Вы опекун Цветаны? Вот и пекитесь о своей племяннице. Помыкать Кощеями никто вам не позволит.

В ожидания грома и молний, что обязательно должны были обрушаться, на седую голову старейшины я приготовилась прикрывать уши руками. Моему удивлению не было предела, когда никакая замшелая тучка на небе не показалась, зато комары норовили испить моей кровушки.

— Велимир, надеюсь хоть вы, понимаете двусмысленность положения, в котором находится моя племянница, — признаться примирительный тон Сергия я оценила, впрочем как и хитрость на которую он пошёл. — На участниц отбора ведётся охота. Драгомир Павлович назвал Цветану своей невестой. Гляди не сегодня-завтра и её попытаются отравить. Ей нужна защита вашего рода!

— Ой, и не говорите. От участия в отборе сплошной вред, — бесцеремонно высказалась я.

— Не рассчитывайте Мирослава, я не увезу племянницу с отбора!

— Какая забота. Сразу видно, вы очень дорожите Цветаной.

— Вопреки вашим оскорбительным намёкам Мирослава, я забочусь о племяннице, — разозлился правитель Вигирии.

Мне и дальше было, что противопоставить его грозному напору, но к нашему разговору присоединился Князь:

— Мы представим дополнительную охрану Цветане. Что касается свадьбы, о ней вам лучше переговорить с Драгомиром.

— Я со вчерашнего дня его не видел, — с упрёком произнёс Сергий.

Я выдохнула с облегчением. По крайней мере, мой супруг находился не у него в плену.

— Драгомир ненадолго отлучился по важным государственным делам, — довольно-таки уверенно сообщил ему Агнехрон. Складывалось впечатление, что перед поездкой Драгомир лично перед ним отчитался.

— Означает ли это, что он скоро вернётся? — нетерпеливо спросил его Сергий.

— Не сомневайтесь, — сохранял хладнокровие старейшина.

Правитель Вигирии воззрился на Агнехрона, как на самого ужасного лжеца.

— Я рассчитываю, что вы сообщите мне о его возвращении!

— Обязательно, — пообещал ему Агнехрон, подкрепив слова не скрывающей коварного замысла усмешкой.

Велимир сделал взмахи руками, мир вздрогнул и перевернулся. Безоблачное небо, деревья, бурьяны разноцветными лентами смешались перед моими глазами в калейдоскоп из цветных картинок. Меня подбросило и закрутило. Однако свалиться я никуда не успела. Магия князя перенесла меня из леса в Замковый сад. В ту часть, где обитал Евражка. Приятно журчащие фонтаны разносили в воздухе долгожданную прохладу жизненно необходимую в разгар знойного дня. Удары упругих струй об хрустальные бортики чаш заставили моё горло конвульсивно сжаться. Во рту давно пересохло и жажду не мешало утолить. Отправив метёлочку, домой в наши покои, я потянулась к ближайшему фонтану. Ловя струи губами, я жадно глотала воду. Утолив жажду, я слегка освежилась, плеснув водички на лицо. После чего почувствовала себя намного лучше. Прежде чем возвращаться к себе, я собралась дождаться Евражку. Хотела убедиться, что он в порядке. Хранитель не заставил себя долго ждать:

— Мира… — радостно прошелестел он, вползая в закуток.

За ним появились Зиги, Леший и Алиана с Савиной.

— Вернулась! Слава богам! — крепко обнял и погладил по голове.

— Зиги, — выдавила сдавленно, — Ты меня задушишь.

— О-о-о… Прости, — разомкнул он объятия.

— Зигуриус, как узнал, что его Высочество Сергий отправился за тобой, бросил поиски свахи и засобирался в зачарованный лес. Вон, Лешего и того разыскал, — поделилась Аляна, одобрительно поглядывая на него. Зиги вырос в её глазах.

— Ты к озеру ходил? — обеспокоилась я, — Скажи, что ты не угодил в сети магических ткачей? У озера сейчас опасно!

— Не наговаривай на моих портняжек, Мирослава. Они и мухи не обидят, — рассерчал Леший.

Зря он о мухах вспомнил. Их прямые сородичи, что ткут обычную паутину, как раз мухами и питаются.

— Зачем твоим ткачами насекомые им давай что покрупнее! — кинулась обнимать меня Савина. Потом её сменила Алёна.

Леший всласть проворчал и на том успокоился.

— Мира, признавайся, Сергий тебя не обидел? Ты точно в порядке? — засыпали друзья меня вопросами.

— Отстаньте вы от девчонки. Что сделается с вашей Мирославой? Она сама кому хочешь, наподдаст, — вера в меня Лешего приятно согрела душу.

— Не переживайте, я в порядке. Лучше скажите, где Валентин? Он вернулся? — вспомнила о своём временном провожатом.

— Давненько. Мы его первым выпустили. Портал до замка создали. За тобой, между прочим, присматривали. Кому надо шепнули на ухо, когда Сергий тебе стал угрожать. Дорожку к тебе, кому надо, проложили, — расхвастался Леший, намекая на появление Деяна в зачарованном лесу.

— Сергий тебе угрожал? — напрягся Зиги.

— Немного. Ты куда? Остановись! От угроз к действиям он не успел перейти! — догнав друга, повисла у него на руке. — Зигуриус, Сергий сильнейший тёмный маг! Тебе в одиночку с ним не справиться. Лишь накличешь беду на своё королевство.

— С Сергием надо действовать с умом, — поддержала меня Савина. — Надо заручиться поддержкой Кощеев.

— Согласна, но прежде следует разыскать Драгомира, — настояла я.

— Драгомир Павлович пропал? — вытаращился на нас Леший.

— Мы пока сами не уверенны, — уклонился от прямого ответа Зиги.

— Знаю! Нужно, чтобы Пиноккио захватил свою всеведающую книгу, — вынесла новое предложение царевна.

— Неплохая идея Савина, — похвалил её Зигуриус. — Книга даст нам ответы на любые вопросы.

— Жаль можно задать не больше трёх, — сожалением напомнила нам Аляна.

— Нам этого должно хватит, — неуверенно заключила я. В любом случае не было времени, искать что-то лучшее. — Ритуал усложнился, придётся вызывать Пиноккио на рассвете. С восходом солнца мир перерождается, концентрация магической энергии возрастёт до небывалых величин. Мы воспользуемся магическим выбросом, притянем излишки к себе и откроем связывающее портальное окно. Перейти у Пиноккио к нам не получится, а поговорить вполне.

— Значит, до рассвета нужно собрать дополнительные ингредиенты, — хлопнул меня по плечу Зиги. От его несильного удара я слегка пошатнулась.

— Ваше Величество! — с нажимом произнесла Аляна.

— Извини, Мирослава не рассчитал, — сграбастав меня за плечи, друг заботливо тряхнул меня будто куль с мукой. Мне ни капельки не полегчало. Скорее наоборот — сильно повело в сторону.

— Хватит извинений, — пресекла его новые попытки удержать меня на ногах, — Я тебе потом мышь как-нибудь под кровать подкину и будем в расчёте. Только напомни мне, — хихикнула я.

— Узнаю нашу Мирославу, — впервые за нашу встречу улыбнулся друг и привлёк меня к себе.

Чугунные сковородки! Меня снова тискали в дружеских объятиях.

… — На тебе Мирослава цветик-семицветик, — немногим позже закончил нам раздавать поручения Зигуриус.

— Почему я снова ищу злополучный цветок?

— Ты Леший? Или у тебя под подмышками растут зелёные волосы?

— Не-е-ет, — поморщилась гадливо.

— Ты у нас лесная Ёжка и сумеешь достать нам к рассвету слизь тигровых улиток?

— Не уверенна…

— У тебя во дворце есть жар-птица, которая по твоему зову прилетит, расщедрится и отдаст тебе своё перо?

— Мне не дарили никаких птиц на моё двенадцатилетние, — раздосадовано притопнула я. Меня раздражало не наличие подарка, а сама ситуация в которой мне предстояло искать редкий цветок.

— Зато повезло твоей подруге. У царевны в закромах имеется редкая птица.

— Которая по глупой случайности находиться у Станислава, — поправила его Савина. — Я подарила жар-птицу ему в день нашей помолвки. Не беспокойтесь, перо я нам добуду!

— Уговорили, я займусь поисками цветка, — без особой радости согласилась я.

— У тебя есть преимущество Мирослава — ты знакома с Руславом Людомировичем, — подсластил мне горькую пилюлю Зиги.

— Он кто такой? — впервые услышала его имя Савина.

— Садовник. Мирослава помогала ему за цветами ухаживать, — с гордостью произнесла Аляна.

— Несчастный человек, — не зная всей истории, посочувствовала ему Царевна.

После её слов я в полной мере оценила размах предстоящего попаданста.

— Несчастная я, — взвыла тихо. — Садовник ни за что не отдаст мне цветок. Он меня недолюбливает.

— Интересно с чего бы? — Кто-нибудь говорил Зиги, что у него скверный характер? Эх, будто встретила родственную душу.

— Ты чем займёшься? — никудышная я подруга, коли жаждала припахать и его. Не нам же с девчонками и Лешим только отдуваться.

Зиги бросил на меня нарочито-лукавый взгляд.

— Я займусь более важными делами: прослежу, чтобы никто не опоздал к ритуалу и ничего не забыл.

— То есть собираешься пинать балду!

— Не без этого, — в глубине глаз друга танцевали задорно ча-ча чертята.

— Зиг, ты куда пропал?! Еле нашёл тебя, — вторгся к нам Даниил.

— Ты меня искал? — повернулся к нему Зигуриус.

— Хотел узнать, не видел ли ты Аляну. Теперь понимаю, что видел, — с обидой произнёс Даня, заметив возле друга невесту.

— Не надо ни в чём винить Его Величество. Мы с тобой расстались. Я там, где хочу быть, — задрав высоко голову, ответила ему Аляна.

— Не беспокойся, я ни в чём не виню Зигуриуса.

— Уверен? — не поверила ему на слово подруга.

— Я понимаю твои сомнения. Я сам виноват в наших ссорах и нашем расставании.

Насколько же это мило прозвучало.

— У нас не осталось с Даниилом разногласий, — подтвердил его слова Зигуриус. — Тебе стоит его выслушать и возможно простить. Нам всем иногда время от времени требуется второй шанс.

Друг только что отказался от борьбы за Аляну?!

Отрицать бессмысленно, Зиги поступил правильно. Аляна прониклась к нему симпатией, но любила и любит Даниила. Стараниями не в меру благородного друга, Аляна согласилась уединиться с женихом. С нашей первой встречи Зиги сильно изменился. Раньше он бы ни за что не отказался оттого, что сделает его счастливым.

— Не грусти, не у каждой сказки бывает счастливый конец, — насмешливо произнёс Зиги. Он надо мной подтрунивал.

— По крайней мере, у меня появился повод найти тебе невесту. Обязательно позову на помощь бабушку Акулину.

Наш разговор сразу разонравился другу, и он покинул меня. Видите ли, у Зиги появились срочные королевские дела. Оставлять его в покое я не собиралась. Оставив Евражку плескаться в фонтанах, позвала с собой Савину и кинулась за другом. Леший отправился с нами. На удивление, несмотря на свою кажущуюся неповоротливость, он не отставал и не тормозил нас. Всей частной компанией мы быстро догнали Зигуриуса. Заодно поняли, какого лешего смотритель зачарованного леса увязался за нами. Моей мечте — поговорить откровенно с другом, не суждено было сбыться. Его спас Князь, вышедший из вихрей портала пред наши очи.