Глава 26

Вниз меня провожали аж шесть стражей.

То ли проявляя уважение, то ли чтобы не сбежала.

Позориться и сопротивляться я не собиралась. Ивенг ясно дал понять, чего от меня ждет.

Демонстрации умений.

Раз уж я вступила в борьбу за престол, должна показать, что смогу отбиться от местных гадюк. Во всех смыслах.

В какой-то степени я даже предвкушала сражение. Засиделась во дворце. В Пустошах было страшно, но интересно, а здесь, в четырех стенах, я медленно, но верно сходила с ума от безделья. Спасали разве что беседы с госпожой Кийше да свитки из ее не слишком большой библиотеки.

Архив шивона — не для гостей. Помимо сухих отчетов и счетов там слишком много ценной информации, которую можно использовать против Шийлингджи. Так что оставалось листать любовные истории, трепетно собираемые наложницей его величества, да изредка краснеть в наиболее откровенных местах.

— Ты не обязана это делать! Откажись! — обжег ухо лихорадочный шепот.

Иньшен протолкался мимо стражей и крепко ухватил меня за локоть.

— Это опасно! Я видел, в яму добавили гуан-ше! Они ядовиты и могут становиться невидимыми!

— Отойдите. Вы мешаете выполнять приказ шивея, — строго произнес страж, тем не менее глядя куда-то в сторону и не вступая в прямое противостояние с Иньшеном.

— Не переживай. Я справлюсь. — Положив ладонь поверх пальцев нага, я на мгновение замерла, остро ощущая исходящее от них тепло и заботу. Но пересилила себя и сбросила удерживающую меня руку. — Не страшнее, чем в пустыне.

— Ты же никогда не танцевала со змеями! — воскликнул принц в отчаянии.

Стражи неуклонно оттесняли его, одновременно подпихивая меня к краю ямы.

Лестницы вниз не было. Нужно прыгать? А обратно как?

Подозреваю, что никак, пока последняя змея не сдохнет.

— Всегда бывает первый раз, — дернула плечом, приказывая себе ни в коем случае не оборачиваться.

Иньшен умел смотреть так, что все мои внутренние установки и запреты таяли, как лед на полуденном солнце. Мне совершенно не хотелось нырять в этот спутанный змеиный клубок, но если хочу показать шивею, что достойна места рядом с ним, иного пути нет.

— Оружие хоть дадите? — я покосилась на ближайшего стража.

Он выпучил глаза и замотал головой.

Понятно.

Будет сложно.

Вдохнула, выдохнула, готовя тело к смертоносному танцу.

Без права на ошибку.

Шаг.

Под ногами пустота.

Стремительное скольжение вниз, раздраженное шипение.

Приземлилась удачно, на головы самым активным серебристым гадам. Хрустнули черепа.

Тремя меньше.

Как же не вовремя я решила покрасоваться! На ногах вместо надежных сапог — тонкие ремешки сандалий.

Переступила, оберегая открытую кожу, и вовремя.

Дуновение ветерка у лодыжки подсказало, что на меня бросились. И промахнулись.

Качнулась из стороны в сторону, подражая атакующим кобрам.

Поворот, пируэт. Ушла от раззявленной пасти, ухватила за хвост, впечатала в стену. Посыпалась каменная крошка, но кладка выдержала. Лишь небольшая щербинка осталась.

Минус еще одна.

Кажется, я начинаю понимать госпожу Кийше, танцующую здесь каждый год. Это действительно увлекательно.

По доброй воле я бы никогда этим не занялась. Но сейчас меня захватил злой, ожесточенный азарт.

Хотите, чтобы я сдалась или умерла?

Не дождетесь.

Последняя чешуйчатая тварь висела в моем кулаке, покорно ожидая своей участи. Я и не заметила, как уничтожила всех. Пол устилал сплошной ковер из неподвижных тел.

Самыми сложными оказались те самые гуан-ше. Их пришлось выискивать буквально на ощупь, рискуя быть исподтишка укушенной. Точнее, на звук. Пусть их не видно, зато шорох от трения чешуи о камень — очень даже слышно.

В кромешной тишине я свернула шею полупрозрачной гадине, поднялась, отряхнула руки — больше инстинктивно, чем по необходимости. Грязи как таковой не налипло, но помыться после всей этой мерзости хотелось нестерпимо.

Зрители на трибунах замерли и, кажется, перестали дышать.

— Вытаскивайте меня уже, — проворчала устало, недоумевая.

И чего они все так уставились?

Первым отмер Иньшен.

Он перегнулся через край ямы и кинул вниз веревку.

Подозреваю, стащил ее у ближайшего торговца, пока я была занята змеями. Вряд ли победителей доставали таким странным образом всегда.

Тем не менее я ухватилась за конец и меня рывком выдернули наверх, как морковку из грядки.

И тут же стиснули в совершенно неприлично тесных объятиях.

— Ты ненормальная! Невозможная! Не смей больше никогда так собой рисковать!

Высвобождаться из кольца теплых рук не хотелось. Меня трясло после пережитого, тело резко ослабело, будто из него вынули все кости.

Откат после предельной концентрации и применения семейной техники давал о себе знать.

Но стиснув зубы и прикусив щеку до крови, я все же сумела отстраниться от Иньшена.

И удержаться на ногах.

— Все в порядке. Я же говорила, что справлюсь, — улыбка вышла кривоватой.

Голод нарастал с каждым ударом сердца.

Отчего-то остро захотелось укусить Иньшена. Вонзить зубы в его крепкую шею, до крови. Прижаться всем телом, вдавиться в него так, чтобы не отличить, где его плоть, где моя.

— Святотатство! — воскликнула дева Вишин тоненьким, но на удивление звонким голоском, вырывая меня из опасного забытья.

— В чем дело? — я повернулась в ее сторону, выразительно изогнув бровь. — Мне было приказано станцевать со змеями. Скажете, это был не танец?

— Их нужно было очаровать, а не убить! — в отличие от принцессы ледяных, Ивенг не выглядел разъяренным.

В его голосе отчетливо слышался с трудом сдерживаемый смех.

— Я нарушила какой-то закон, ваше высочество?

Горло перехватило.

Опуститься на колени или подождать, пока меня закуют в цепи, чтобы отвезти на суд к шивону? Или за такое казнят на месте?

В этом и состояла ловушка наследника? Дать мне задание без уточнений, чтобы потом обвинить в неуважении?

— Обряд придется повторить через несколько дней. Раньше мы вряд ли насобираем столько змей. И вас могут обвинить в грядущем неурожае или засухах, если таковые последуют. А так — ничего особенного вы не совершили.

Ну да, откуда бы засухе в пустыне взяться.

Тонко. И умно.

Даже если шивон заставит Ивенга на мне жениться, знать вполне может потребовать развода или ссылки для меня — из-за дурной славы и сопутствующих неудач. Наги не менее суеверны, чем имперцы, и такого рода традиции соблюдаются неукоснительно.

Надо было уточнить перед тем, как прыгать, что нужно делать.

Откуда же мне было знать, что во время танца положено завораживать змей, гипнотизировать особыми движениями, добиваясь полного подчинения, а не крошить их направо-налево?

Танец с мечом, танец с тенью — все они в основе имеют задачу убить противника.

С чего бы танцу со змеями отличаться?

Оправдание так себе.

Я огляделась. На лицах зрителей сочувствия не было. Неприязнь и разочарование, раздражение, презрение.

Отлично завоевываешь сердца подданных. Просто молодец.

Сглотнула через силу, проталкивая комок глубже в горло.

— Простите. Я не знала…

Получилось жалко и виновато.

Судя по торжествующему взгляду девы Вишин — именно этого они вдвоем и добивались.

Если бы я сгинула в яме, вышло бы еще лучше, но и так сойдет.

Претендентка в моем лице практически уничтожена.

Ивенг неожиданно взял меня за руку и ободряюще похлопал по запястью.

— Не переживайте так, ваше высочество. В любом случае вы справились и не пострадали, а это самое главное. Вероятно, вы устали и желаете освежиться? Я провожу вас обратно.

С этими словами он двинулся сквозь толпу, не выпуская моей ладони.

Времени на размышления и сомнения у меня не было. Я действительно вымоталась до предела и мечтала рухнуть в постель и не вставать пару дней. Но показать этого нельзя, так что покорно переставляла ноги, глядя в широкую спину шивея.

Стражи окружили нас снова, не позволяя никому приблизиться.

Жаль, что я не успела полюбоваться на разочарованное лицо девы Вишин. Наверняка она расстроилась, что не ее увели с площади. Или же это очередная ловушка?

Нужно быть настороже.

С этой здравой мыслью я задремала, стоило нам оказаться в повозке.

Как будут добираться Иньшен и ледяная драконица, шивея не волновало. Наверное, потом пришлет за ними кого-то. У меня не было сил, чтобы думать еще и об этом. Все они ушли на то, чтобы разлепить глаза и подняться самостоятельно, когда перестук колес стих у ворот дворца.

Можно было бы спать дальше, пусть бы отнес на руках. Или слугам поручил. Заодно стало бы понятно, как на самом деле Ивенг ко мне относится.

Присматривается к будущей супруге или издевается над временной игрушкой?

Его высочество лично проводил меня к купальням и сдал на руки служанкам, наказав, чтобы я хорошо отдохнула и побаловала себя как следует. Сам не задержался и куда-то ушел.

Остатки воли, на которой я держалась, испарились следом.

Умелые руки избавили меня от одежды, распустили волосы, помогли устроиться в бассейне. Я не замечала ни лиц вокруг, ни температуры воды.

Мне было все равно.

Аромат роз и сандала, курившийся дымком под полукруглой крышей, кружил голову. Мне никогда не нравился запах роз, я считала его приторным и ненастоящим, но сейчас постоянно принюхивалась и не могла им надышаться.

— Желаете перекусить, госпожа? — Мне подсунули под нос спелые персики и инжир.

Фрукты сложно отравить, почему бы и нет?

В голове немного прояснилось. Тело уже не норовило расползтись в желе, но и собираться отказывалось. Так что вылезала я снова при помощи служанок. Они же облачили меня в свежую одежду — куда более открытую и откровенную, чем я решилась бы выбрать сама.

— Откуда это? — потрогала полупрозрачную ткань.

— Его высочество Ивенг приказал, — присела в поклоне девушка. — А еще он сказал привести вас к нему, когда закончите. Он хочет убедиться, что с вами все в порядке и вы не расстроены случившимся.

— Все хорошо, — заверила ее я, колеблясь.

Идти к Ивенгу?

По правилам имперского дворца подобное расценивалось бы как крайне непристойное предложение со стороны женщины. Грехопадение практически.

Но я уже заметила, что здесь правила куда более вольные.

Возможно, и нет в этом ничего такого?

Пожалуй, пойду.

В конце концов, он меня сам вызвал. Не я первая напросилась.

Шивей ждал меня в покоях. К счастью, кровати поблизости не было, можно выдохнуть с облегчением.

Напридумывала себе лишнего и чуть не обидела Ивенга недоверием.

Служанки откланялись. Я подошла к накрытому на двоих столу и остановилась, не уверенная в том, что правильно поняла приглашение.

— Садись, — неожиданно фамильярно приказал шивей. — Раздели со мной трапезу.

Устраиваться в мягких подушках отчего-то не хотелось категорически. Напротив, тянуло развернуться и сбежать куда подальше.

— Мне что-то дурно. — Я покачнулась, чувствуя, как в груди разливается жар.

Ивенг наблюдал за мной с холодным любопытством, не делая попыток подняться или позвать на помощь слуг.

— Меня отравили? — пробормотала непослушными губами.

Их покалывало, во рту пересохло, внизу живота нарастало томление.

— Ты такая гордая, неприступная. Мне любопытно, станешь ли умолять? — певуче протянул принц, глядя на меня, как ученый — на диковинную букашку. С холодным, отстраненным любопытством.

Все-таки что-то подмешали. Но не яд.

Афродизиак.