Глава 18
Первой сработала задумка со стулом.
Девушкам её оказалось проще всего подготовить и провернуть. Третий год обучения подпилил обе задние ножки стула Шакилии в комнате, где проходили уроки этикета, оставив лишь тонкую перемычку, что создавало видимость его целостности и позволяло стулу устойчиво стоять.
Едва мелкое преступление было подготовлено, девочки поспешили на общее занятие по физической подготовке. Следующим у девушек было занятие по этикету у первого года обучения. Во время бега всё девчачье подполье было осведомлено о проделанной работе. Первогодок провожали на урок, словно, на последнюю битву.
Госпожа Шакилия начала урок, едва вошла в учебную комнату.
— У леди должны гармонично переплетаться ухоженность, безупречный вкус, женственность и хорошие манеры, — начала наставительно вещать директриса, а вся группа, с замиранием сердца, наблюдала как она берёт подпиленный стул и ставит его по центру комнаты, перед доской. — Ежедневно мы садимся на стул и сейчас я научу вас делать это элегантно. Следует подойти к стулу, развернуться, почувствовать ногами край сиденья и плавно сесть.
Госпожа Шакилия с видом превосходства лично демонстрировала каждое своё слово. Села. Все затаили дыхание.
— Есть несколько позиций, как можно элегантно сложить ноги и руки.
Бах!!!
Перемычка не выдержала, ножки стула подломились, и широко расставленные в стороны ноги директрисы, сверкая белыми кружевными рюшками на панталонах чуть выше колен взлетели вверх, а руки раскинулись в стороны на полу.
Группа не смогла удержаться от нервного смешка.
Самое тщательное расследование, проведенное разъярённой Шакилией не выявило ни малейшего магического следа. Допрос учениц первого года, с применением зелья правды, также не выявил виновных. Зелье беспрекословно выпила вся группа учениц первого года и все девушки честно сказали, что не знают того, кто подпилил ножки. Девочки спокойно говорили правду, потому, что даже не предполагали, кто именно из учениц третьего года обучения поработал пилкой.
Разбирательство продолжалось до позднего вечера, но вредители так и не были найдены. Шакилия рвала и метала, но наказывать, получалось, было некого, хотя и было за что. Вся группа первого года вела себя, словно невинные ангелочки. Остальные, не только ученицы, но и преподавательницы, и служащие, на глаза разгневанной директрисе, без острой необходимости, старались не попадаться.
Прошло две недели, буря в школе начала понемногу стихать. Шакилия медленно успокаивалась. Она после своего эпического падения больше никогда не садилась, не проверив ножки не только стульев, но и дивана, и кресел.
Девушки почувствовали себя частично отомщёнными за все слишком суровые наказания, которые им достались. Казалось, что теперь они перестали быть бессловесными жертвами злой мегеры.
Весна потихоньку набирала силу. На деревьях набухли почки, а на некоторых проклюнулись крошечные ярко-зелёные листочки. Зацвели первоцветы в парке. Звонко щебетали птицы, радостно возвещая о приходе тепла и новом круге возрождения природы.
Наконец-то, не без помощи школьного целителя, запрет на выход с территории школы с Озарии был снят, и она с радостью в очередной свободный день отправилась гулять с тётушкой Розой.
Оза сама не ожидала, что уже так полюбила этот город. Она подумала, что за зиму соскучилась по его, уже знакомым, улицам, паркам и даже площади перед управой. Они с тётушкой заглянули в любимую кондитерскую лавку за воздушными пирожками. Потом зашли в гости к Лании и Чекишу, которые, кстати, уже ждали первенца. Семья Казначея даже королевскую семью не принимала бы так, как они встречали и привечали Озарию с её тётушкой. И это тоже Озе было удивительно приятно.
Вечером ей совсем не хотелось возвращаться в школу, где заправляла Шакилия, поэтому тётушка Роза вела её обратно одной из самых последних, когда уже совсем стемнело.
Ещё издалека, в тёмном ночном небе Озария с Розой заметили отсветы бушующей огненной стихии на территории школы. Когда они подбежали ближе, то увидели, что пожар пылает только в парке. Там вокруг фонтана кругом стояла высокая стена огня. Несчастная Шакилия забралась в наполненную водой каменную чашу и отчаянно вопила о помощи, поливаемая сверху тонкими струйками воды изо рта статуи чудо-рыбы. Окружающие шумели, бегали, кричали, и делали вид, что тушат огонь. Спасать директрису, как ни странно, не спешили даже преподаватели. Наконец, когда больше некуда было тянуть, маги воды потушили огонь. Дрожащую Шакилию быстро вызволили из фонтана. Её элегантный наряд намок, обычно аккуратная причёска распалась и мокрые пряди повисли вдоль лица, безобразным мокрым мочалом.
Чёрные глаза директрисы сверкали ненавистью вперемешку со страхом. Она оставила распоряжение привести всё в порядок и провести расследование магических следов, а сама, не в состоянии лично немедленно разбираться в происходящем, отправилась в свою комнату.
Надо же, что так совпало! Как раз этот день, девочки первого года обучения выбрали для подкладывания под простыни директрисы нескольких пузырей и кишок, старательно наполненных содержимым ночных горшков. Они же не знали, что второй год именно сегодня подожжёт сухую траву!
Служанки, выполняя приказ, торопливо принесли в комнату директрисы несколько вёдер горячей воды, чтобы та могла с комфортом согреться и вымыться в огромной лохани после сидения в холодной воде фонтана.
Шакилия выкупалась, облачилась в белую ночную сорочку села на постель и тут же, сразу, устало легла, практически упала, на спину.
Служанки как раз выносили использованную воду после купания, когда им в нос ударила жуткая вонь и оглушил дикий вопль директрисы.
До самого конца учебного года школу дико лихорадило.
Госпожа Шакилия, словно, с ума сошла. Любые уроки срывались для проведения бесконечных очных ставок и новых допросов.
В скрупулёзном расследовании был задействован весь преподавательский состав и служащие при школе, но выяснить, кто же пробрался к ней в спальню и подложил «гадость» в директорскую постель, она так и не смогла.
Служанка, которая убиралась у неё в тот вечер, завидев в окно пожар в парке, не думая ни о чём выскочила, чтобы поглазеть на него. Этим удачным моментом и воспользовался кто-то из первогодок. Девушки уже не первый день, по очереди, дежурили в укромном месте неподалёку от спальни Шакилии с «сюрпризами» наготове, но комната либо была заперта, либо там кто-то был. Юные подпольщицы даже начали было отчаиваться, и думать, что сложнейший этап подготовки «сюрпризов» был напрасным. Поэтому, когда служанка вылетела из спальни, оставив дверь нараспашку, девочки не сомневались ни минуты. Они так спешили воспользоваться удачей и выполнить задание, что даже не смотрели в окно. Быстро приподняли простыни, аккуратно уложили начиненные кишки и пузыри, поправили постель и выбежали, прикрыв за собой дверь.
Директриса, в отчаянии, пригласила для расследования даже опытного ищейку, работающего в городской управе. Но всё, что ему удалось выяснить, это то, что за последний месяц в разделочном цеху, на бойне, ни одна из учениц не покупала ни кишок, ни пузырей.
Конечно! Выяснить, что всё, нужное для этой проделки, жениху ученицы Алаи, которого попросили помочь магички, принёс двоюродный дядя подруги одного из его друзей, работающий на бойне, было просто невозможно.
Позже, директриса разумно рассудила, что, если подпилить стул и подложить «гадость» могло один-два человека, то пожар в парке, точно, был делом рук целой группы. Тогда госпожа Шакилия попросила ищейку сделать упор на расследовании пожара и найти хотя бы одного виновника, хотя бы ниточку к нему, а уж дальше она сама.
После тушения огня, кое-где на земле остались нетронутые пучки сухой травы и другие следы. Городской ищейка легко воссоздал картину преступления и начал искать исполнителей.
Но тут госпожа Шакилия столкнулась с ещё одной огромной проблемой.
Все события и обстановка в школе стали широко известны в городе.
Раньше, до того, как директрисой стала Шакилия, юных леди горожане не жаловали. Такое отношение складывалось исподволь, годами. Их не любили за регулярные капризные выходки, высокомерие, зазнайство и равнодушие к проблемам простых магов.
Но именно к этой весне, один к одному, подобрались сразу несколько обстоятельств, которые всё резко изменили.
Во-первых, хотя чудом выздоровевшая жена Чекиша говорила, что ничего не помнит о том, как произошло её исцеление, нашлись несколько человек, которые видели и вспомнили, что перед началом выздоровления к больной приходили гости с девочкой в парадной форме магической школы. Да, и пожилая служанка Лании в разговорах с соседками подтверждала, что госпожа резко пошла на поправку, после того, как её навестила молоденькая магичка.
Во-вторых, во время большой ярмарки по случаю окончания зимы, вдруг всплыла и разлетелась по городу история о том, что в конце лета после затяжных ливней, какая-то девушка-магичка спасла весь город от страшного наводнения. Она сама держала озеро, пока не заделали дыру в дамбе. И, опять же, люди видели, как потом её, еле живую, на повозке увезли в сторону школы.
И третье обстоятельство — несправедливое, с точки зрения горожан, решение Тираша перенести место королевской сезонной охоты в соседний город. Это лишало многих привычного и солидного заработка во время осеннего пребывания королевской свиты. Несколько семей даже были вынуждены сорваться с насиженных мест и переехать в соседний город. Например, семья псаря.
Парень Алаи рассказывал друзьям и знакомым, и эта молва широко расходилась по городу, как в женской магической школе зверствует директриса — ставленница Его Высочества. Он рассказывал, как жестоко была избита его любимая за поцелуй с ним, простым горожанином.
Теперь Принц, который лишил добропорядочных жителей города многовекового регулярного дополнительного дохода, выпорол на площади юных невинных девочек, назначил в директрисы жестокую спесивую мегеру, считающую простых парней недостойными целоваться с магичками, выглядел в глазах горожан бессердечным тираном.
Горожане глухо возмущались таким ужасным отношением к беспомощным юным магичкам, которые, несмотря на некоторые немножко противные черты характера, на деле — спасают людей.
Как результат, расследование городской ищейки касательно пожара зашло в тупик. Ни одна живая душа, оказывается, не видела, как девушки платили за доставку копны сена к школе и не заметила, как они покупали баклажки с горючим.
Более того, в один прекрасный день, пока директриса была по делам в управе, у городского главы, в её личный экипаж набросали целую гору конского навоза. И возница, который лишь на несколько минут отлучился по надобности, только разводил руками.
А как-то Шакилия вернулась из города, и переодеваясь, обнаружила сильно испачканный сзади, ниже талии, коровьими лепёшками подол платья и, непонятно, когда, прикрепленную прищепкой к воротничку на спине табличку с крупной надписью: «навозная муха».
Последней каплей в чаше терпения Шакилии стало отношение преподавателей школы. Неожиданно женщины встали на сторону учениц и прекратили всякую дружбу и общение с директрисой.
Женщина, неожиданно для самой себя, оказалась одна против всех: учениц, преподавательниц, служащих школы и жителей города.
И Шакилия сдалась. Она устала осматривать мебель, прежде, чем сесть, постель, прежде, чем лечь, всюду оглядываться назад и постоянно ждать подвоха.
Госпожа Шакилия написала прошение об отставке.
В начале лета радостная Алая, закончив обучение, вышла замуж за своего парня. А в школу приехала принимать дела новая директриса.
Оза была на свадьбе у Алаи и, наблюдая за счастливой невестой, впервые серьёзно задумалась, чем ей заниматься через год, когда она тоже закончит обучение.
Все магички, закончившие школу магии, сначала ненадолго отправятся по домам, а после соответствующей подготовки нарядов и сборов, едут прямиком на брачный сезон, в столицу. Королевский Совет организовывает для юных леди балы, приёмы, праздники и разные увеселения, принимая горячее участие в их дальнейшей судьбе. Девушек ждут танцы, свидания, представления и развлечения всю следующую зиму после окончания школы. А к весне все они, так или иначе, выйдут замуж за молодых или не очень, но, обязательно, сильных магов.
Только такое будущее не для девушки из нижнего мира, без магии.