Глава 19

Новая директриса, госпожа Рония, оказалась особой очень умной и хитрой, к тому же, сильным магом огня. Женщина была мила и приветлива с преподавателями, без проявления какого-либо высокомерия. Также, она была очень добра и заботлива к самым младшим, только приехавшим в школу в новом году, будущим леди, чем сразу заслужила их полное доверие и расположение.

Второй и третий год обучения сперва держались настороженно по отношению к госпоже Ронии, но вскоре потихоньку начали сдавать оборону. Завоевательница грамотно выхватывала учениц из их сплочённых рядов подпольщиц одну за другой.

Первой сдалась Лария. Госпожа Рония покорила её тем, что отлично вела уроки по практике магии огня, чего, после увольнения госпожи Мови, не было целый год. Преподавательница по практике магии, которая в прошлом году заменила госпожу Мови, сильна в передвижении предметов, а в магии огня была, к сожалению, даже слабее Ларии, потому, что это был её второй дар, а он всегда намного меньше.

Кроме того, в этом году на замену Шакилии прислали новую преподавательницу по этикету. Женщина была очень пожилой, но даже в своём преклонном возрасте выглядела красавицей и невольно вызывала восхищение своим внешним видом и манерами. К тому же, госпожа Тамирия оказалась просто интересным и приятным во всех отношениях человеком. Девушки сами не заметили, как ненавистные уроки этикета, вдруг, стали у них самыми любимыми.

По заведённому, ещё Шакилией, порядку, Оза продолжала жить в общежитии и ходить на все занятия для магичек. Война прошлого года очень сдружила девушек, поэтому ученицы второго и третьего года обучения по-прежнему стояли друг за дружку горой и всячески помогали друг другу. Уличить их в проделках или как-то наказать для преподавателей было попросту непосильной задачей. Впрочем, новая директриса к этому и не стремилась.

Озария вместе со всеми учила историю королевства, теорию магии, а на практических занятиях просто наблюдала, сидя в сторонке. Изредка её просили служить объектом какого-либо магического опыта.

Жизнь Озы снова наладилась: отношения с ровестницами были прекрасными, оставалось время на общение с тётушкой Розой, Иритией и подружками. В городе появлялось всё больше домов, куда Озария могла пойти в гости в свободный день и где её всегда радостно примут: к Иритии, к Алае, к Лании.

В конце осени, на очередном занятии по практике огня, произошёл нелепый, но страшный несчастный случай с соседками Озы по комнате, который косвенным образом повлиял на всю дальнейшую судьбу Озарии Летайн.

Сония была магом воды, но из-за того, что они с Ларией дружили, девушки всегда становились в пару при выполнении упражнений. А у Ларии слишком сильный и ещё не полностью укрощённый дар огня… Госпожа Рония говорила, что для безопасности им нужно сменить партнёров по тренировкам с магией, но девушки не послушались. Лицо и волосы Сонии, по нечаянной вине её подружки, Ларии, опалило страшным ожогом. У девушки сгорели ресницы, брови и волосы от лба до макушки. Целитель немедленно забрал Сонию в целительский блок.

Вернулась она в комнату только через три дня. Когда Сония открыла дверь и появилась на пороге, Лария и Озария уже собирались ложиться спать. Завидев соседку, обе несдержанно охнули.

Целителю удалось полностью восстановить пострадавшей зрение и вернуть в норму дыхание, но волос на голове по-прежнему не было и лицо пугало уродливой вздувшейся кожей со шрамами.

— Целитель говорит, что волосы, возможно, со временем вырастут, а пока спереди можно будет носить накладки. И лицо, когда до конца спадёт отёк, будет выглядеть лучше, хоть и останутся, думаю, безобразные шрамы, — Сония говорила глухо, глядя в пол.

Озария подозревала, что целитель предусмотрительно напоил её какими-то успокаивающими настойками, потому, что все движения и речь Сонии были немного замедленными.

Несчастная села на свою постель, сгорбившись, поникнув головой, но не плакала.

— Прости меня, я не хотела — Лария несмело подобралась к подруге, присела рядом и обняла её за плечи.

— Я понимаю. Ты не хотела. Я понимаю. Это случайность, — отрывисто, как-то механически, ответила Сония. — Давайте ложиться спать, девочки.

Сония легла и затихла, отвернувшись к стенке. Ларии и Озе ничего не оставалось, как тоже лечь. Разговаривать было трудно.

Следующие две недели были самыми тяжёлыми в их комнате. Сонии перестали давать успокоительные настойки, и она почти всё время плакала. Казалось бы, ненадолго успокаивалась, но замечала своё отражение: в оконном стекле, в зеркале, на водной глади, и снова плакала. За это время на макушке пострадавшей появился ёжик волос, лицо Сонии перестало быть отёчным и кумачно-красным, однако, осталось безобразно изуродованным шрамами, по-прежнему без бровей и ресниц.

На третьем году обучения преподаватели часто упоминали в воспитательных или подстёгивающих усердие учениц целях, будущий брачный сезон юных леди. После несчастного случая с Сонией, каждое подобное упоминание заканчивалось её истерикой, если не сразу, то потом, в их общей комнате. Девочки, как ни старались, не могли найти слов утешения для подруги. Не представляли, чем можно уменьшить такое горе. Озария не раз пыталась что-то сделать, вспоминая случаи с Гошем и Ланией. Она гладила лицо несчастной ладонями, как бы успокаивая Сонию, проводила пальцами по рубцам на её лице, от души жалея соседку и желая, чтобы у неё всё вернулось в первоначальный вид, но ровным счетом ничего не происходило.

Потом, всё немного успокоилось. Девушкам показалось, что Сония смирилась. Занятия, тем временем, шли своим чередом и даже стали приносить Озарии немалое удовольствие.

Особенно уроки этикета.

— Каждая леди обязана знать, как вести себя, выбираясь на природу. Пикники и загородные прогулки весьма увлекательное времяпровождение. К тому же, еда на открытом воздухе доставляет ни с чем не сравнимое удовольствие. Поэтому, если Вы получили соответствующее приглашение или молодой человек позвал Вас на такое мероприятие, берите шляпку, зонтик, корзину с продуктами и с хорошей компанией отправляйтесь в лес или на озеро, на пикник. Только при этом представьте, что идете в гости, а значит, должны вести себя подобающим образом. Находясь на подобном отдыхе за городом или в королевском парке, не следует забывать, что и на природе существует правила поведения, которые надо неукоснительно соблюдать.

Госпожа Тамирия показалась бы скучной, со своей длинной лекцией, если бы в это время девочки не ехали с корзинками у ног, полными разнообразной еды на этот самый пикник к озеру за городом. И это был не свободный, а учебный день! Все остальные занятия госпожа Рония перенесла на другие дни.

Девушки остановились на широком голом плато, поросшем пожухлой травой. Стояла глубокая поздняя осень, но день был безветренный и солнечный. Внизу под отвесной стеной сверкало зеркальной гладью спокойное озеро. Воды его, зажатые каменными сводами, были голубыми и бездонными, такими же, как чистое небо над головой в этот ясный день.

Трава на плато давно высохла и сквозь растительный покров проглядывала чёрная земля, что не вызывало желания присесть или, тем более, прилечь. Почему-то на картинках с пикниками Озе попадались исключительно лежащие на подстилках леди с гроздью винограда в руке. Она с нетерпеливым любопытством гадала, что же госпожа Тамирия скажет им делать.

— Сегодня мы будем учиться готовить и принимать пищу на природе, не имея под рукой всех необходимых приборов.

Занятие шло своим чередом и было удивительно интересным, хотя бы тем, что не проходило в учебной комнате. С плато открывались прекрасные виды, которыми Озария не уставала любоваться весь урок. Недалеко, внизу, раскинулся их город, который девушка уже начинала считать своим родным, уходили вдаль бескрайние поля, за отвесным обрывом сверкало гладью озеро, за ним вздыбливались невысокие горы и холмы. Где-то там, за ними, находилась столица королевства. А в ней — ненавистный бездушный Тираш, который принёс целый год страданий всем девочкам школы и которого все они проклинали вместе с Шакилией в особо тяжкие минуты…

И всё это щедро залито солнцем! После чреды затяжных осенних дождей такой яркий солнечный день особенно радовал душу.

Неожиданно Оза заметила, что Сония стоит слишком близко к обрыву над озером. Госпожа Тамирия строго-настрого запретила ученицам туда подходить. Вдруг девушка быстро сделала несколько шагов назад, разбежалась и прыгнула с обрыва!

— А-а-а-а!!! — её крик слился с воплями нескольких других учениц, которые тоже заметили происходящее.

Лария упала на колени и душераздирающе зарыдала, закрыв руками лицо, едва увидела, что подруга летит вниз.

Озария сообразила, что собирается сделать Сония, ещё когда та взяла разбег. Внутри неё, где-то в грудине, от страха за девчонку и гнева от её намерения, враз что-то сжалось. Потом, словно огромная пружина, вылетело невидимым сгустком силы, который воздушной петлёй подхватил Сонию в воздухе, когда она уже коснулась одеждой воды, и, мягко спружинив, забросило девчонку в самый центр поляны с пикником. Она покатилась, собирая, на чуть намокшую в озере одежду, грязь и сухую траву несколько раз перевернулась и осталась лежать.

Озария злилась. Она, хоть и понимала причины того, что Сонию толкнуло на такой поступок, но подбежала к подружке, размахнулась и от души врезала по изуродованной огнём щеке. Ещё, когда её непонятная сила перемещала девушку в воздухе, наряду с гневом, острая жалость к обеим подругам, и Сонии, и Ларии, словно острой иглой, вонзилась в сердце Озы. Однако, едва пощёчина обожгла щёку Сонии, Озария почувствовала мгновенное облегчение, в сердце перестало колоть. Зато виновнице происшествия показалось, что в её лицо, прямо в рубцы и шрамы, впились маленькие раскалённые иголки.

— Кто бы это ни сделал, спасибо! Спасибо! — послышался голос госпожи Тамирии.

На деле всё произошло так быстро, что ни преподавательница, ни девушки не поняли, что это Озария спасла Сонию. Разве что, сама Сония, держась за щеку, смотрела на Озу с немым изумлением. Видимо она, либо, каким-то образом почувствовала связь с ней, пока находилась в воздушной петле, либо, она просто сильно удивилась тому, что Озария её ударила.

Как бы то ни было, урок был сорван, настроение испорчено. Девушки ехали обратно, в школу, в полном угрюмом молчании.

По возращении, госпоже Тамирии стало нехорошо и ею занялся школьный целитель.

А ночью…

— Ударь! Ударь меня снова с другой стороны! — кричала Сония и трясла за плечи, ничего не понимающую, спросонья, Озарию.

Проснувшаяся от шума, Лария запустила по комнате магические огоньки и в их свете девочки, рассмотрели взволнованную подружку, и, наконец, поняли, почему она так взбудоражена — кожа на щеке, пострадавшей от пощёчины была идеально здорова!

Озария за следующую неделю отбила себе все ладони о лицо Сонии, но подобного эффекта больше не получилось. Но, как бы то ни было, теперь половина лица девушки выглядела нормально. С ударенной стороны личика подружки через неделю даже реснички выросли и бровь появилась. Сония перестала постоянно плакать. Да! Вторая половина её лица осталась изуродованной! Но теперь, она верила, что это можно исправить! Время от времени Сония снова уговаривала Озу ударить её. Так продолжалось всю зиму. Волосы Сонии на макушке отросли, с одного бока она казалась абсолютно здоровой и красивой, а шрамы на другой щеке побледнели и уже не выглядели так ужасно.

Весной, когда так и не получилось с пощёчинами, Сония принялась уговаривать Озарию снова пойти на плато, чтобы она могла перед пощёчиной прыгнуть в озеро. Но Оза не была уверена, что во второй раз эта непонятная петля из неё появится и спасёт подружку, поэтому категорически отказывалась. Однако, Сония не оставляла надежды и всюду ходила за Озарией хвостиком.