Глава 48

В сверкающем сотней настоящих свечей и таким же количеством магических светильников холле Посольского дворца, гостей встречала целая делегация: сам посол с супругой, Его Высочество Наследный Принц Тираш Коринский и его Первый Советник Рош Пламенный. Парадные костюмы мужчин отдавали дань теме бала лишь тем, что были дополнены узкими чёрными масками на глазах, что совершенно не скрывали их настоящий облик. Зато супруга посла выглядела весьма экзотично в костюме зайчика. Её невероятно узкое серое платье с белой меховой вставкой на груди, ниже талии было украшено прелестным круглым белым хвостиком, длинные заячьи уши крепились на крошечной шапочке, пристроенной в сложной высокой причёске, а широкая серая маска была щедро расшита такого же оттенка редким жемчугом. В таком костюме жена посла наверняка выглядела бы прекрасно и соблазнительно, если бы была немного моложе и весила хоть вполовину меньше всех встречающих вместе взятых.

Когда Рош впервые увидел эту гигантскую пожилую зайчиху, он споткнулся на последней ступеньке лестницы и растянулся у ног женщины.

— Наповал сражён Вашей красотой, леди Мартиния. Вы сегодня неотразимы, — пробормотал молодой маг, поднимаясь на ноги.

Так повелось на маскарадах в каждый сезон, что мужчины не особо утруждались созданием образов. Они, зачастую, старались найти применение уже имеющимся одеждам или просто дополняли костюм какой-либо новой подходящей к теме деталью. Зато женщины относились к подобным мероприятиям со всей ответственностью. В этом сезоне на маскарадах царила мода на костюмы животных, птиц или, на крайний случай, крупных насекомых. Поэтому в стенах Посольского дворца сегодня уже разгуливало несколько десятков кошечек всех окрасов, множество заек, лисичек, мышек, а также разных лебёдушек, ласточек, цыплят, пара козочек и даже одна лошадь.

Бальные платья магичек соответствовали выбранному образу по цвету и фасону, дополненные мелкими деталями в виде манишек и хвостов. Однако главную роль в маскарадном костюме каждой дамы играл соответствующий головной убор и, расшитая драгоценными камнями, маска на верхнюю часть лица.

В вестибюле, сбросив на руки лакею свою белую шубку, Розалия ещё раз внимательно осмотрела себя в огромном, на всю стену, зеркале и осталась довольна. Её фрейлины, по иронии судьбы, обе оказавшиеся в костюмах мышек, стояли по бокам Принцессы и тоже разглядывали себя так, словно впервые увидели. Троица получилась живописная: гибкая чёрная кошечка по центру была на голову ниже двух мощных серых мышей. «Грызуны» держали в руках свои длинные хвосты на манер короткого кнута и что-то в выражении их лиц, наполовину скрытых масками, подсказывало, что они легко пустят их в ход, при необходимости.

— Да вы мне всех ухажёров распугаете, — недовольно пробурчала Розалия.

Впрочем, чуть позже выяснилось, что беспокоилась она напрасно.

Тираш кинулся навстречу девушке, едва завидел её. Рош отстал на целых два шага.

— Я так счастлив, что ты пришла! — произнёс Принц, целуя кончики тоненьких пальцев, не прикрытые перчатками.

— Самая очаровательная кошечка, которая только встречалась в моей жизни! Счастлив приветствовать! — заливался соловьём Рош, в свою очередь, тоже целуя руку девушке. — Ваше Высочество, Розалия, Вы подарите мне первый танец?

— Не подарит. Она, как Принцесса, открывает со мной бал, — перебил его Тираш. — Позабыл правила этикета?

— Тогда второй, — тут же покладисто поправился Рош.

— Второй танец Её высочество танцует с послом, — безапелляционно заявил Принц.

— Третий?..

— Третий с дедушкой супруги посла.

— Четвертый?..

— Снова со мной! Уже не по протоколу, а просто как с кавалером.

— Пятый?..

— С дядюшкой Марошем.

— Шестой?..

— С почтенным профессором Жарошем.

— Но он еле ходит!

— Ничего! Сегодня он будет танцевать. Я позаботился.

— Позволь спросить, а, кроме тебя, кто-нибудь моложе наших родителей будет сегодня танцевать с Розалией?

— Конечно будет! Сын второго помощника посла, Марош.

— Ему пятнадцать! В таком возрасте, вообще, рановато бывать на таких мероприятиях.

— Ничего, для своего возраста он весьма разумный и перспективный молодой маг, поэтому сегодня я для него сделал исключение.

— Что не хватило на все танцы подходящих престарелых кавалеров для Розалии?

— Ммм…

— Вместо юного Мароша буду танцевать я! Какой у него по счёту танец?

— Девятый. Это будет уже ближе полуночи. Сразу после танца ему придёт время ложиться спать.

— Значит, пойдёт в постельку немного раньше. Девятый танец мой!

— Рош, прости, но все танцы Принцессы Розалии уже расписаны. — Тираш повесил на поясок Розалии крошечную записную книжечку на серебряной цепочке. И твоего имени там, увы, нет.

— И когда же она успела их расписать? — разозлился Рош.

Тираш только плечами пожал и повёл потрясённую этим диалогом девушку в бальную залу.

От шикарных платьев дам, украшенных мехами и перьями, рябило в глазах. В огромном помещении стоял равномерный гул разговоров, то тут, то там, перемежающийся колокольчиками нежного женского смеха. Мелькали слуги с подносами, уставленными разноцветными напитками. На балконе над танцевальным залом тихонечко настраивался оркестр.

— Ты в самом деле расписал все мои танцы? — негромко спросила Розалия.

— Да.

— Но зачем? Думаешь, никто не захочет сам меня пригласить?

— Нет, просто подобрал тех, чьи прикосновения к тебе с трудом смогу вынести.

— О чём ты? — поразилась такому ответу Розалия.

— Ты моя невеста, не забыла?

— Тринадцатая…

В этот момент посол дал знак музыкантам и грянули первые слаженные аккорды музыки. Вокруг вовсю начали образовываться пары.

Тираш вывел Розалию в центр зала.

— Тринадцатая, но я не помню остальных двенадцать, — ответил Принц и закружил девушку в первом танце.

В то время, когда сестра танцевала, Лилия сидела в огромном чане с горячей водой и без остановки умывала лицо, не в состоянии очиститься от чужих поцелуев. Две хлопотливые горничные, помогающие ей, отчаялись уговорить девушку успокоиться и пригрозили, что немедленно позовут Его Высочество Принца Кароша прямо в купальню.

Угроза возымела действие, и Лилия, наконец, позволила женщинам вымыть, переодеть в длинную ночную сорочку и уложить себя в постель.

Принц Карош явился к Принцессе, едва ему доложили, что гостья приведена в порядок, выпила успокоительный отвар и смирно лежит в опочивальне.

— Как Вы себя чувствуете, Лилия? — спросил он, со скрежетом придвигая поближе к кровати тяжёлое кресло с витыми железными ножками и усаживаясь в него.

— Благодарю за помощь, Ваше Высочество. Я не понимаю, что со мной произошло, — тоненько проскулила девушка.

— Я тоже не понимаю. Однако, невзирая на доставленные Вам магами неприятности, на покушение это не похоже. Как-то странновато убивать, зацеловывая толпой.

— Разве? Я еле жива осталась и уже мало что соображаю. Расскажите мне, будьте добры, что Вы видели?

— Я ехал в Посольство Корина на маскарад, повернул со своей улицы, миновал Цветочную площадь. По пути ничего необычного не заметил. Зато, когда мой экипаж выехал на дорогу, что ведёт к Посольскому дворцу, я обнаружил повреждённый королевский экипаж, валяющихся на снегу бессознательных магов, барахтающихся в мелких схватках Ваших сопровождающих. С некотороми я немного знаком, но помогать им не стал, так как увидел Вас, практически истерзанную толпой магов, которые дрались между собой за поцелуй с Принцессой. Я немедленно вызвал наше родовое заклинание невидимости и призвал огонь, чтобы успешнее бороться с толпой за такой ценный трофей, как Ваше Высочество.

— Какой ужас!

— Да, я тоже заметил, что Вам явно не по нраву эти странные ухаживания, поэтому решительно унёс Вас в свой экипаж и привёз к себе домой. И вот Вы здесь, со мной, Лилия. Теперь прошу, Ваша очередь рассказывать, что случилось.

Карош в разговоре, между делом, сначала накрыл ладонь девушки, лежащую сбоку поверх одеяла своей, а чуть позже уже держал руку Принцессы в своих ладонях, мягко поглаживая.

— Я тоже выехала на маскарад в Посольский дворец. Против обыкновения, сегодня по пути следования моего экипажа стеной стояли жители столицы и сильно размахивали руками, приветствуя, когда я проезжала мимо. Это было очень непривычно, но приятно. Странно, да?

— Так, дальше? — тыльная сторона ладони Лилии уже была у губ Кароша, и он потихоньку касался губами прохладной кожи.

— Неожиданно экипаж резко остановился. Я услышала громкие крики, сердитую ругань моего сопровождения, потом, звуки борьбы. Карета хоть и стояла на месте, но её качало и дёргало. Внезапно, распахнулись дверцы с обеих сторон. Оглушающе завизжали мои фрейлины, которых какие-то мужчины силой выволокли наружу. Они упирались, хватались за что могли, даже дверцы оказались оторванными, наверное, ими. Я, сжавшись в комок, осталась сидеть в экипаже, и от страха глаза закрыла.

Лилия, волнуясь, заново переживая свои приключения, порывисто села на кровати, и Карош, в тот же миг, переместился с кресла, устраиваясь рядом, чуть за её спиной, обнимая и нежно успокаивая поглаживанием по плечам.

— А дальше? — тихо спросил.

— Потом, вдруг — тишина. Я глаза открыла, чтобы посмотреть, что происходит, а они… с двух сторон экипажа… на меня смотрят. А потом, как кинулись! И давай тянуть, хватаясь за что придётся, в разные стороны. Я сначала почему-то за свой лебединый костюм испугалась. Подумала, что сейчас перья выдернут, а потом поняла, что мне сейчас не перья — руки оторвут. От ужаса собрала весь свой воздушный резерв и выплеснула — ударила от себя во все стороны. Маги, которые ко мне поближе были, разлетелись на приличное расстояние.

— Умница, — Карош осторожно поцеловал за ушком.

Лилия, возбуждённая рассказом, даже не замечала, ни довольно компрометирующей позы, ни вольностей Принца.

— Только я весь свой резерв из-за паники так бестолково выплеснула, что больше нечем было защищаться. Те, кого я отбросила, остались лежать оглушённые, но другие, прямо через них, снова двинулись в мою сторону. Я из кареты выскочила, думала сбежать, а они — окружили. Предположила, что начался переворот в Королевстве и меня сейчас убьют! А они… они…

Карош нежным поцелуем чуть коснулся припухших губ девушки.

— Стали целовать, да? Так? — и снова едва-едва мазнул своими губами по нижней дрожащей губке.

— Нет. Они… больно… противно… мерзко… будто грызли… без зубов только. Я думала, что никогда в жизни больше не буду ни с кем целоваться… — жалобно шептала девушка, тая в горячих, сильных, надёжных руках, которые спасли, защитили.

Карош уже вовсю ласково целовал растерянное личико, розовые ушки и нежную беззащитную шейку девушки.

— Тебе неприятно? — тихо спросил он.

— Нет. То есть, да. То есть, мне не не… В общем, ох… — неразборчиво бормотала Лилия, обнимая Кароша за шею и зарываясь пальчиками в его волосы. С ним было совсем не страшно.

— Я послал своих магов, разобраться в том, что произошло. Завтра утром доложат, — пробормотал Принц, укладывая Лилию под собой поудобнее.

— Благодарю…

— Полагаю, прелюдии тебе на сегодня было достаточно, — пробормотал Карош, задирая тонкую ночную сорочку девушки.